Часть 9

***

Всеми известный вождь племени Берсерков, самый жестокий человек архипелага, ненавистник драконов — Дагур Остервенелый, сейчас под защитой всадников пытался не получить от сестры — Хедер, за ложь, предательство, убийства и в принципе за своё существование. А наблюдать за этой картиной было для Эстель довольно интересно. Вернувшись на Драконий край, первое, что она увидела, это как Хедер собиралась разрубить Дагура, если бы её не удержал Иккинг. В итоге, так и не дойдя до брата, она могла лишь проклинать и ругаться как на него, так и на Иккинга и остальных всадников, которые скрыли местоположение предателя. Хэддок обречённо выдохнул, посмотрел в сторону где стояла девушка, хотя она понятия не имела, как в плаще-невидимке он понял где она стояла, после чего снова принялся растаскивать недо-родствеников.

***

— Это ловушка. — спокойно сказал Дагур, смотря на карту флота охотников, расположенная в одной из общих хижин Хедер и другие не переставали говорить, что он шпион и собирается лишь подставить их на задании. — Эстель, Дагур спас мне и Беззубику жизнь. — потерев лицо ладонью, обречённо произнёс Иккинг, сидя в своей хижине — Знаю, Иккинг. — положив ладонь на его руку улыбнулась девушка — Но полностью довериться мы тоже не можем. Да, Дагур определённо изменился, я видела это, когда следила за ним и уже говорила тебе. Ты и сам хочешь в это верить. Хэддок выдохнул. Одной рукой сплетая пальцы с Эстель, парень прокручивал в голове множество вариантов событий. Если Дагур не лжёт, то их команду и вправду ждёт ловушка Вигго и Райкера. Но если он говорит правду, то это спасёт их. И никак проверить это было нельзя. Если Иккинг сейчас проигнорирует слова Берсерка и поведёт команду на задание, они вряд ли смогут выбраться. А послушать его он не может из-за недоверия той же команды. — Давай я слетаю и проверю. Им меня не увидеть, так что не думай говорить, что это опасно. — Ты такая же упрямая, как и я, так что отговаривать бесполезно. — усмехнулся парень, повернувшись к ней К сожалению, а может и к счастью, Эстель давно доказала, что для слежки она подходит больше всех. Поэтому разного рода разведка обычно ложилась на неё. Ведь невидимого дракона и всадника так просто не увидеть. И если он не ошибается, Вигго и охотники даже не знают о её существовании. Девушка и на заданиях не светилась, сражаясь буквально из тени. Поднеся её сцепленную с ним руку, Иккинг коротко поцеловал тыльную сторону ладони. — Будь осторожна. — лишь сказала парень, посмотрев на неё с привычным беспокойством, однако и уверенностью — Обязательно. — улыбнулась Эстель и оставив поцелуй на щеке любимого, вышла из хижины.

***

Дагур был прав. Девушка это поняла сразу же, как прибывала к месту засады. Затаившиеся судна и охотники с кучей клеток и цепей из драконостойкой стали. Чтож, Вигго и Райкер были уверены, что эта битва будет за ними. Если бы их план не раскрыл сумасбродный Берсерк. И Эстель уже летела обратно, чтобы передать информацию всадникам. Но какого же было её удивление, столкнуться с ними в небе. — Иккинг! — девушка сняла капюшон, показывая себя, а Кислозуб снова видимым — Дагур был прав. Там засада. Причём очень большая. — нахмурившись сказала Эстель — Что вы тут делаете? — Дагур сам отправился к охотникам! — то ли недовольно, хотя наверное больше беспокойно, ответила ей Хедер В следующее мгновение они уже летели обратно к флоту. А через пару минут с ужасом смотрели на горящие корабли, между которыми еле мелькал зелёный громмель с всадником на спине, чьи боевые крики разбивались об окружающие скалы. Из-за огня и дыма нельзя было ни разглядеть, ни влезть в битву. Эстель смотрела на Хедер, что так же смотрела на действия брата. Только смотрела она не с торжеством, которым думала о мести ему, а с нескрываемым страхом. Она хотела отомстить. Хотела убить его за смерть семьи и разрушенный дом. За предательство и ложь. За спасённую жизнь. Но почему же сейчас ей было так больно наблюдать за его самоубийством? Девушка наблюдала за Хедер сильнее, чем за битвой. И видела в её реакции своё будущее.

***

Хедер стояла на краю деревянной площадки своей хижины. В руках она сжимала письмо, что оставил ей Дагур перед уходом в Вальхаллу. Слёзы катились по щекам, плечи содрогались от боли потери единственного родного человека. Которого она так долго не принимала как семью. И что же сейчас, лишь после его смерти она будет называть его братом? На плечи опустилась мягкая ткань. — Ночи на архипелаге холодные. Попытавшись стереть ладонью слёзы, Хедер посмотрела на подошедшую Эстель, что села на край, болтая ногами и смотря на небо. Брюнетка, ведомая странным чувством, села рядом. Она знала историю этой скрытной всадницы. Знала, что и её племя и семья были убиты, а родной дом выжжен. Хоть от самой Эстель она эту историю не слышала, рассказали ей об этом ребята. Они сидели в тишине. Хедер сжимала одной рукой письмо, второй край пледа, смотря то на небо, то на молчавшую подругу. Выдохнув, она всё же решила спросить. — Эстель, прости за такой вопрос, но... Как ты справилась с потерей? — взгляд был направлен вниз, уж слишком неловко было сейчас смотреть на неё Эстель молчала некоторое время. Перестав болтать ногами, она окуналась в воспоминания. Как она первое время вместе с Аурой жили после смерти племени Безымянных. — Я не справилась. — как можно спокойнее ответила девушка, смотря на звёзды. Хедер удивлённо и с непониманием посмотрела на неё. Не справилась? Но за всё время их знакомства, она не видела каких-либо проявлений эмоций из-за её раны. Хедер всегда говорила, что отомстит убийце родителей. Она показывала своё желание и боль. Но Эстель нет. — С этой болью не справиться. Она может заглушиться со временем, но не исчезнет. — продолжила девушка, начав вновь болтать ногами. — Знаешь, когда всё случилось, мне казалось, что это всё лишь сон. Я проснусь от ворчания мамы, пойду с папой в деревню, встречусь с друзьями и мы будет бегать и разносить всё племя. — она усмехнулась воспоминания, чувствую взгляд и лёгкую грустную улыбку собеседницы. — Я пыталась проснуться всеми возможными способами. — Эстель посмотрела на девушку. — Если бы не Аура, мой скелет лежал бы сейчас где-нибудь внизу скал. Мурашки пробежали по спине Хедер от её слов. Неужели она настолько не верила в смерть родных? Эстель слегка повела плечом от неприятных воспоминаний, но всё же улыбнулась ей. Ведь это всё в прошлом. — Аура была моей единственной опорой. А через год мы встретили Кислозуба, его леди и детей. Ну, тогда они были ещё детьми. А там с маленькими разнокрыликами особо о прошлом не подумаешь. Но, Хедер, я никогда не забываю о них. Наше прошлое, это часть нас, каким бы оно не было. — девушка приложила ладонь к её груди, там, где бьётся израненное сердце. — Пока мы помним о них, они будут жить. Забудем прошлое, забудем родных. А кто кроме нас почтит их память? Дагур твой брат. Каким бы он не был. А ты его сестра. Вы были, есть и будете семьёй. Хедер пару секунд сидела, смотря на Эстель, а после крепко обняла её, чуть не опрокинув. Плед плавно сполз с плеч воительницы, что сейчас обнимала ту, кто разделил с ней боль. Эстель с улыбкой, так же обняла подругу, прекрасно зная, что именно она чувствует.

***

Пергамент, перья слетели с стола, а клинки и фигурки со звоном ударились о пол. Вигго был зол. Нет, он был в ярости. Их превосходный план по поимке всадников снова провалился! Иккинг вновь ускользнул из его рук. В кабинете раздался противный, для Вигго, смех. Смех, что вновь и вновь насмехался над его провалами. — Думаешь это смешно?! — смотря в стол воскликнул мужчина — Вполне. — промолвил голос откуда-то справа, хоть в помещении он и был один — Смотреть за тем, как ты из кожи вон лезешь, чтобы схватить этого паренька очень занятно. Что, этот "глупый наивный мальчишка" вновь смог избежать твоего "гениального и продуманного" плана? Вииигго. — насмешка так и сквозила в голосе, а протяжная первая гласная в его имени злила больше, чем сам голос — Ты можешь заткнуться хоть на время? — Гримборн поднял голову, хоть и увидеть своего оппонента не мог. — Не помогаешь, хоть не мешай. Смех вновь прозвучал в помещении, а после послышался уже привычный шелест, вслед за которым всегда наступала тишина. Вигго наконец выдохнул. Этот голос преследовал его пару лет. Он давно признал его своей вечной галлюцинацией. Лишь в первое время он пытался "изловить" голос, но видя лишь удивлённые взгляды брата и охотников, перестал. Голос любил издеваться над его промахами. Любил отметить его плачевное состояние, будь то физическое или финансовое. Любил и просто поболтать о чём-то, хоть Вигго его и игнорировал. С появлением всадников голос стал ещё настойчивее в своих насмешках. Встреча с Дагуром показала ему, что его шизофрения отличается от остальных. Схватив нож с пояса, он со звоном вонзил в столешницу, проткнув остриём карту.