Часть 37

— Кей, ты уверен, что это безопасно? — спросил Джонатан, натягивая защитный костюм. Его голос звучал напряжённо, но в глазах читалась решимость. — Абсолютно, мистер Кент, — ответил я, проверяя крепления своего костюма. — Эти костюмы созданы, чтобы защитить нас от любого воздействия. Мы сможем быть рядом с миссис Кент, и это важно. Мы вошли в стерильную палату, где Марта лежала под постоянным наблюдением. Её лицо было бледным, но она встретила нас с тёплой улыбкой. — Вы оба выглядите как астронавты, — пошутила она, пытаясь разрядить обстановку. Джонатан присел рядом с ней, осторожно взяв её за руку через защитные перчатки. — Как ты себя чувствуешь, Марта? — Сейчас лучше, — ответила она тихо. — Но когда начинаются процедуры с омега-лучами... это ужасно. Я, стоя чуть в стороне, не мог не почувствовать тяжесть её слов. Мы делали всё возможное, но болезнь медленно разрушала её организм, не желая сдаваться. — Мы найдём способ, — сказал я твёрдо, чтобы поддержать её. — Я и Лекс работаем над этим. Это вопрос времени. Марта улыбнулась, но в её глазах была заметна усталость. — Спасибо, Кей. Я верю в вас. Позже, когда в палате собрались все близкие, атмосфера немного смягчилась. Хлоя, держа меня за руку, подошла к кровати Марты. — Миссис Кент, вы невероятно сильная. И мы все верим, что вы справитесь, — сказала она мягко. Кайла, стоящая рядом с Кларком, кивнула. — Мы здесь для вас. Если есть хоть что-то, чем я могу помочь, скажите. Кларк, который до этого молчал, сел рядом с матерью и, взяв её за другую руку, посмотрел ей прямо в глаза. — Ты самая сильная женщина, которую я знаю, мама. И ты научила меня никогда не сдаваться. Я верю, что ты справишься. Джонатан, стоявший чуть в стороне, посмотрел на нас всех и сказал: — Спасибо вам, ребята. То, что вы здесь, значит для нас больше, чем вы можете себе представить. Эти слова поддержки наполнили комнату теплом. Мы все знали, что впереди будет ещё много испытаний, но в тот момент, находясь вместе, мы чувствовали, что справимся, несмотря ни на что. Несмотря на свои сверхспособности и усиленный организм, я испытывал сильную усталость. Последние недели я практически не вылезал из лаборатории, проводя бесконечные исследования, чтобы найти способ вылечить Марту. Сон стал для меня чем-то далёким и ненужным. Даже суперорганизм имел свои пределы, но я не мог позволить себе остановиться. Директор школы пошёл мне навстречу, и я сдал все экзамены экстерном, чтобы не тратить ещё один год на учёбу. Школа теперь казалась мне чем-то таким мелким и незначительным по сравнению с тем, что происходило в моей семье. Болезнь Марты продолжала прогрессировать, а угроза её мутации из-за воздействия криптонита была как тикающая бомба. Радиация криптонита в её организме создавала условия, при которых иммунитет мог случайно спровоцировать опасные изменения в вирусе. Я провёл двадцать четыре часа в лаборатории, окружённый оборудованием, пробирками и отчётами. Голова гудела, но я не мог позволить себе остановиться. В какой-то момент я понял, что обычные методы могут не сработать. Мне нужен был другой подход. — "Может, ты знаешь другие мистические способы лечения?" — спросил я, позвонив Джону Константину. Сначала на том конце провода была тишина, а затем раздался его хриплый голос, явно раздражённый моим звонком. — "Ты ведь понимаешь, что магия — это не универсальное лекарство?" — "Понимаю," — ответил я. — "Но у нас мало времени. Что-то должно сработать." Он вздохнул. — "Ну, есть вариант продать душу дьяволу, но там тебя обязательно обманут. Это у них в крови при составлении контрактов." — "Не вариант," — сказал я твёрдо. — "Ещё я слышал про тёмные ритуалы, но цена за это может оказаться слишком высокой. Иногда это не только душа, но и риск прорыва инферно. Думаешь, тебе нужны демоны, гуляющие по Смолвилю?" — "Определённо нет," — ответил я. Он замолчал на секунду, затем добавил: — "Ещё есть яма Лазаря. По легендам, она может исцелить даже от смерти." — "Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой." — "Так и есть," — усмехнулся он. — "Яма не только лечит, но и меняет людей. Возвращённые оттуда могут стать совершенно другими, и далеко не всегда в лучшую сторону. И да, владельцы этой ямы очень скрытны и не любят гостей." Я задумался над его словами. Каждый из предложенных методов имел свои риски, а некоторые — катастрофические последствия. — "Спасибо, Джон. Ты мне помог, даже если сам этого не понимаешь," — сказал я, собираясь заканчивать разговор. — "Если ты полезешь в магию, не забудь позвать меня," — ответил он. — "И не вздумай сам ничего вызывать. Ты в этом не шаришь." После звонка я вернулся к своим исследованиям. В голове крутились идеи, но все они казались такими опасными, что мне нужно было тщательно всё обдумать, прежде чем предпринять следующий шаг. В конце концов, это была не просто болезнь, это была борьба с самой природой криптонита и его непредсказуемыми эффектами. — Кей, ты вообще в своём уме?! — в лабораторию ворвалась Хлоя, её голос эхом разнёсся по комнате. Она выглядела взволнованной, но решительно настроенной. Я едва поднял голову от очередного отчёта, глаза болели от недосыпа, а тело казалось чужим. — Привет, Хлоя, — пробормотал я. — Что-то случилось? — Да, случилось! — она подошла ближе, упирая руки в бока. — Ты уже который день не спишь! Ты выглядишь, как зомби, и, честно говоря, ведёшь себя так же. Я поморщился, возвращаясь к работе. — У меня нет времени на сон, Хлоя. Марте нужно лекарство, а у нас мало времени. Она сжала губы, глядя на меня с укором. — Кей, я всё понимаю. Но если ты загнешься, кто тогда её спасёт? Ты не можешь помочь никому, если сам рухнешь! — Я выдержу, — ответил я, не поднимая глаз. — У меня суперорганизм, помнишь? — Суперорганизм — не бессмертный, — парировала она, отодвигая мои бумаги в сторону. — Ты изматываешь себя. Ты уже путаешь день с ночью. Я взглянул на неё, пытаясь найти аргументы, но её взгляд был слишком твёрдым. — Ты права, — наконец сказал я, тяжело вздохнув. — Но как я могу остановиться, когда каждая минута может быть решающей? Хлоя села рядом со мной и взяла меня за руку. — Кей, ты уже сделал больше, чем кто-либо другой мог бы. Ты каждый день приближаешься к решению. Но чтобы двигаться дальше, тебе нужно восстановить силы. Я на мгновение закрыл глаза, чувствуя, как усталость накатывает волной. — Ты просто не понимаешь, как это тяжело... видеть, как твоя семья страдает, и знать, что решение где-то рядом, но ты ещё его не нашёл. — Я понимаю, — сказала Хлоя мягче. — Но ты не один в этом. У тебя есть я, Кларк, Лекс. Мы все рядом, и мы поможем тебе. Но для этого ты должен быть в состоянии продолжать борьбу. Я улыбнулся ей, чувствуя тепло её слов. — Спасибо, Хлоя. Ты права. Я отдохну. Чуть-чуть. — Не чуть-чуть, а как следует, — она усмехнулась, потянув меня за руку. — Пойдём. Я заставлю тебя хотя бы поесть нормально, а потом ты поспишь. Я кивнул, уступая её заботе. Иногда действительно нужно было просто остановиться и позволить другим позаботиться о тебе. На следующее утро я принял решение, которое могло бы показаться отчаянным, но в текущих обстоятельствах иначе было нельзя. Болезнь Марты требовала новых идей, свежих подходов, и я знал, кто мог бы помочь. Поэтому я отправился к доктору Харрисону Уэллсу, одному из самых выдающихся учёных современности, пусть и с запятнанной репутацией. Его лаборатория в Централ-Сити была на удивление тихой. После взрыва ускорителя частиц внимание общественности и судебной системы было приковано к нему и его работе. Харрисон Уэллс оказался в сложной ситуации, балансируя между своей гениальностью и обвинениями, которые грозили разрушить всё, что он построил. Когда я вошёл в его кабинет, он взглянул на меня поверх своих очков, явно не ожидая визита. — "Кей, если я не ошибаюсь? Лекс Лютер много о вас говорил," — начал он, отложив документы в сторону. — "Доктор Уэллс, мне нужна ваша помощь," — сказал я прямо, садясь напротив него. Он поднял бровь, слегка усмехнувшись. — "Помощь от меня? Любопытно. Обычно люди приходят, чтобы обвинить меня в том, чего я не делал." — "Я знаю, что вы не виноваты," — ответил я. — "Но это не отменяет того, что вам нужно финансирование и юридическая поддержка, чтобы снять обвинения и продолжить работу." Его глаза блеснули интересом. — "И вы хотите предложить мне это?" — "Да," — кивнул я. — "Я готов помочь вам с адвокатами и финансированием ваших исследований. Взамен я прошу вас использовать свои знания и ресурсы, чтобы помочь мне найти решение одной очень сложной проблемы." Он откинулся на спинку кресла, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику. — "И что же это за проблема, которая требует моей помощи?" — "Моя мать страдает от уникального вида заболевания, вызванного мутацией спор, облучённых криптонитом. Её организм борется, но болезнь слишком сложна для традиционной медицины. Вы один из немногих, кто мог бы понять, как это остановить." Харрисон ненадолго задумался, а затем наклонился вперёд. — "Вы хотите, чтобы я исследовал эту мутацию и разработал способ её остановить?" — "Да," — подтвердил я. — "И в ответ я обеспечу вас всем необходимым для ваших исследований тахионов и базона Хиггса. Вы сможете продолжить свои работы без каких-либо ограничений." Уэллс улыбнулся, слегка покачав головой. — "Вы амбициозны, Кей. Мне это нравится. Хорошо, я согласен. Но учтите, что я не даю гарантий." — "Это всё, что мне нужно," — ответил я, вставая. — "Начнём немедленно." Мы договорились о первых шагах и поделились необходимыми данными. Харрисон Уэллс оказался тем, кто не боялся сложных задач, и я надеялся, что его гений поможет нам найти решение, которое спасёт Марту. Антифлэш Эобард стоял в своей лаборатории, погружённый в размышления. Его разум лихорадочно искал способы ещё больше извлечь выгоду из ситуации с Лютерами. Вскоре в комнату вошёл Рамон, держа в руках контейнер с образцами спор. — "Рамон, что думаешь?" — спросил Эобард, глядя на контейнер. Его голос был резким, требовательным. — "Очень плодовиты," — начал Рамон, изучая образцы под микроскопом. — "Если это продолжится, мать Кея вполне может превратиться в что-то совершенно... неожиданное." Эобард прищурился, его губы сложились в тонкую линию. — "Неожиданное? Конкретнее, Рамон." — "Судя по этим данным, её организм постепенно перестраивается под воздействием криптонита," — продолжил Рамон, убирая микроскоп. — "И от этого могут быть любые последствия: от превращения в гигантский гриб до чего-то вроде чумного доктора, который разносит болезнь. Но умирает она не сразу. Это процесс." Эобард вздохнул, его глаза засветились интересом. — "То есть, она пока ещё жива. А это значит, что у нас есть время. Но как долго?" — "Вопрос не в том, как долго," — ответил Рамон, скрещивая руки. — "А в том, чем это всё закончится. Её организм может превратиться в биологическое оружие. Если споры начнут распространяться неконтролируемо, последствия будут катастрофическими." Эобард задумался, его голос стал ниже, почти задумчивым. — "Что, если её сделать мета? Возможно ли, что одна мутация поглотит другую?" Рамон немного помедлил, обдумывая ответ. — "Теоретически... да. Тем более, что её организм уже адаптируется к криптониту. Если мы введём дополнительную мутацию через воздействие тёмной материи, возможно, она сможет переработать болезнь. Но это рискованно." Эобард усмехнулся, его глаза загорелись энтузиазмом. — "Риск — это часть игры, Рамон. Подготовь кресло облучения тёмной материей. Мы испытаем этот метод." Рамон покачал головой, но всё же кивнул. — "Вы уверены, что Кей и Лютеры позволят это сделать?" — "Позволят или нет, это не имеет значения," — сказал Эобард, его голос был твёрдым. — "Если они узнают, что мы спасли её, они будут нам должны. А если нет — мы всё равно получим неоценимые данные." Рамон молча кивнул и отправился готовить оборудование. Эобард, в свою очередь, остался в лаборатории, с интересом глядя на контейнер со спорами. Его ум работал в привычном режиме: анализировать, предугадывать, извлекать выгоду.