15. О трудных разговорах

- Я хочу, чтобы ты пошёл со мной в Заун, - Джинкс садится прямо на стол, он едва успевает выдернуть листы с контрольными студентов. – Я кое-что нашла, и мне нужно твоё участие. - Помощь? - Участие. Я и одна могу справиться, - девушка неуверенно закусывает нижнюю губу, жест, обожаемый Виктором. – Наверное. Надо сконструировать кое-что действительно сложное. Виктор понимающе кивает, он тоже ненавидит просить помощи, даже если она объективно ему нужна, и он рад, что она пришла с этим именно к нему, попробовать работать с ней вместе не просто в лабораторных условиях, но в реальности – увлекательный эксперимент. К тому же, если они смогут сделать что-то для Зауна, что-то действительно стоящее и приносящее пользу, то… Он замирает, сердце сбивается с ритма. Джинкс делает оружие. Они никогда не обсуждали это, но это действительность, которую он не может отрицать, как бы он ни был влюблён. Почти все её создания несут разрушение, исключение – редкие игрушки, которые она мастерит с не меньшим восторгом, но вряд ли в Нижнем Городе заинтересованы в автоматронах, которые просто забавны. Виктор много раз думал, что, возможно, его советы – используй другой принцип, упрости схему, иное размещение элементов питания - которыми Джинкс отнюдь не пренебрегала, помогают делать её оружие ещё эффективнее и смертоносней. Возможно, это стоило кому-то жизни. А теперь ей нужна помощь в создании чего-то сложного. Рано или поздно перед любым учёным встаёт моральная дилемма, но Виктор отчаянно надеется, что она не будет связана с Джинкс, потому что он не знает, что выберет. Он любит Джинкс, любит её всю, принимая и то, что она преступница, и то, что никогда она не будет нормальной в общепринятом смысле, но много лет Виктор посвятил тому, чтобы улучшать жизнь людей, делать её безопаснее и лучше. Его бесконечно грызёт, что пока большинство изменений касается лишь Пилтовера, но они работают с Джейсом для того, чтобы помочь и Зауну тоже, вывести Нижний Город на новый уровень порядка. Джинкс же чистая энтропия, её точка максимума. Она сеет хаос и разрушение. Что будет если он откажет ей? Она его покинет? Но что будет, если он согласится? Его разум невероятен, он знает это, он талантлив на грани гениальности, к тому же его знания и опыт – обширны. Что за чудовищное оружие он мог бы сотворить, если бы решил действовать в этом направлении? - Это что-то опасное? – аккуратно уточняет Виктор и надеется, что это звучит не слишком жалко. - Как пойдёт, - легкомысленно отмахивается Джинкс, но, заметив его потухший взгляд, перестаёт улыбаться. – Эй, тихоня, послушай меня. Виктор дёргает уголками губ, пытаясь сделать хоть сколько-нибудь пристойное выражение лица, но судя по обеспокоенности Джинкс – ничего не выходит. - Эй, - она кладёт руку ему на щёку, ласково бодает лбом. – Я знаю, что ты против того, чтобы делать что-то вредоносное. И я не стала бы тебя звать, чтобы ты что-то сделал для банды, честное слово, это мой личный проект, нашла механического голема, он расчищал старую шахту, и его завалило. Я просто хочу починить этого здоровяка, обещаю, даже огнемёт в него не вмонтирую! Но его надо поднять до моей мастерской, надо разобраться, как вообще он устроен, понятия не имею, что с ним делать, и хочу, чтобы ты посмотрел и сказал, что думаешь. Виктор с раскаяньем сжимает её ладони в своих. Голем. Конечно. Она просто хочет починить голема – уникальное создание, редчайшая из машин. Виктор помнил, что ещё во времена его детства несколько таких отправляли в самый низ, в мёртвые от удушливого газа линии. Он помнил, как он с другими детьми в восторге рассматривал шагающих огромных роботов, блеск их могучей брони, сияние новеньких линз – всё завораживало. Уже после, став гораздо менее восхищённым и более циничным, Виктор понял, что это был просто красивый ход Совета – как эффектно смотрелись фотографии в газетах, какие были заголовки – «Чудо прогресса на страже Зауна». Как же. На цену одного такого голема, можно было обновить вентиляционные системы целого уровня, но в вентканалах красивых снимков не сделать, увы. - Прости, я просто решил, что… - Ага. Я поняла, что ты решил. Но я так с тобой не поступлю, а теперь я пойду и разогрею нам поесть, а ты пока разберёшь свои бумажки. Она спрыгивает со стола, идёт на выход, но замирает в дверном проходе, свет очерчивает её тонкий силуэт. - Тихоня, а если бы я попросила об этом. Что бы ты ответил? Виктор молчит долго. Он действительно не знает, как бы поступил в этом случае. - Я бы сказал тебе «нет», - наконец выдавливает он из себя и не узнаёт собственный голос. – У меня есть принципы, и они важны. Я учёный, а не убийца. - Мхм, - Джинкс понимающе кивает, и от этого смирения ему становится физически плохо. - Ясно. Она закрывает за собой дверь абсолютно спокойно, а потом они ужинают на кухне, ложатся в одну кровать – всё как обычно. Но Виктору всё равно кажется, что что-то сломалось.