Глава 17

– Внимание! Три минуты до стыковки!       В шлеме раздался голос пилота челнока, и Коршунов поспешил донести информацию до своих бойцов. – Готовность – три минуты! – ответом майору стали подтверждающие щелчки десятка коммуникаторов.       Операция по захвату церберовского крейсера «Эльбрус» вошла в свою завершающую стадию. «Неман» долго наблюдал за кораблём противника на расстоянии более десяти тысяч километров, дабы не допустить визуального обнаружения. Когда цель «потухла» и потеряла боеспособность, со стелс-корвета стартовала группа захвата – три челнока и три десятка бойцов спецназа во главе с Коршуновым. Согласно плану, в ангаре их должна дожидаться Джек, но… что-то подсказывало майору, что девушка не дождалась помощи, решив всё зарешать в соло. Собственно, в этом нет ничего удивительного, учитывая её поистине уникальные способности…       До перевода на «Неман» Коршунов считал себя одним из лучших бойцов царского спецназа и на то даже были весомые основания. В основе столь высокого самомнения лежала его сила как биотика, заслуженно оцененная VIII ранг. Таких, как он, не то, что на империю, а на всё человечество не так уж и много! И нужно ли говорить, какую большую роль это может сыграть в карьере военного? В гвардейских полках собраны биотики до VI ранга включительно, а все без исключения бойцы «уровнем» повыше направляются в особые спецподразделения, такие как ГРУ ГШ РИА, спецвойска Разведывательной флотилии ВКФ, СВР и ИСБ. Такие биотики становятся весомым козырем и невероятно качественным усилением любого отряда. Компактной и сверхмобильной тяжёлой артиллерией, если угодно. Коршунов причислял себя к этим уникальным специалистам, что, естественным образом грело его самолюбие и самоуверенность, а возможно, что и тщеславие с гордыней. Ну… так дело обстояло до момента, пока его не познакомили с Дженнифер Пирс. Она же «Подопытная Ноль», она же «Ангел Смерти», она же просто «Джек».       Джек – настоящий монстр биотики. Коршунов никогда не встречал ничего подобного и даже не подозревал о том, что человек может обладать настолько глубинным пониманием и чутким ощущением своего тела и «дара». Её арсенал, выносливость, скорость, реакция и даже тактическая адаптивность – всё было запредельно выше того, чем мог похвастаться майор. Столкнувшись с реальной «десяткой» он испытал самый настоящий шок. Как выяснилось, он даже представить себе не мог, какая между их рангами пропасть. Встреча с этой девушкой с искалеченным прошлым (но не искалеченной окончательно этим прошлым), поставила мужчину на место и конкретно так вправила мозги… самым насильственным из всех возможных в этой цивилизованной обстановке образом. Просветление приходило спарринг за спаррингом рука об руку с ушибами, трещинами в костях и выбитыми суставами. В общем, процесс рефлексии и личностного роста был для майора весьма болезненным.       Однако нет худа без добра. Само направление Алексея в программу «Неман» было его счастливым билетом. Стать частью по-настоящему уникального проекта – дорогого стоит. Особенно в Российской империи… всё-таки кто бы что не говорил, а Россия – монархия, и чем чаще ты на слуху у высших санов, тем лучше для твоей карьеры. А к чему может быть более пристальное внимание, чем к секретным проектам? Да, Коршунов отъявленный карьерист, как, впрочем, и большинство адекватных офицеров и солдат императорской армии. Здоровый карьеризм прививается молодым кадрам сызмальства, ибо в ранце каждого солдата должен лежать маршальский жезл. Иначе выборка кадров будет неэффективна из-за скудного числа мотивированных претендентов, что само по себе может привести к застою командного состава. Это, в свою очередь, влечёт за собой потерю инициативы, смелости и ответственности. Урок, выученный по кровавым страницам истории, и который сейчас со всеми положенными мучениями заново проходит Турианская Иерархия.       Назначение замом командира корабля, слаживание и подготовка экипажа, участие в отдельных миссиях и тренировки с Джек отлично разбавили «боевую» рутину майора. При этом ни одна из поставленных задач не была легкой. Разрозненный экипаж и боевая группа, неспецифические лично для него задачи, взаимодействие со смежниками и чисто административная работа. Всё это было необычно и ново. Сложно, конечно, но тем слаще было удовлетворение от результатов своих трудов. А результаты эти были исключительно позитивными (в противном случае их судно до сих пор находилось бы где-нибудь в резерве, на учениях или на простых наблюдательно-разведывательных миссиях). Всё шло как надо и даже с Джек Коршунов нашел общий язык, но некоторые вопросы не давали майору покоя. Есть полностью боеготовый корвет-разведчик, у которого есть экипаж, боевая группа, Корушнов в качестве старпома… а где капитан? Вселенная услышала и ответила. Ответила так, что майору аж поплохело.       День, когда в расположении появилась Миранда Лоусон, Алексей запомнил на всю оставшуюся жизнь, настолько он был поражён представшей перед ним красотой. Это был подлый удар по больному месту! Женщин Коршунов любил, причем очень сильно и самых разных. Он из той породы мужчин что не ограничивает себя одной единственной большой любовью. Зачем? Как можно?! Вокруг столько красивых и одиноких дам! У Алексея, как и подобает настоящему космическому волку, была пассия практически в каждом космопорту и на каждой станции, где ему приходилось пребывать больше нескольких дней, а о женской половине экипажей космических кораблей, на которых он нёс службу (да-да, это касается и «Немана» тоже), мы тактично промолчим. Но Миранда... Миранда – совсем другое дело! Особы более сексуальной и эстетически совершенной (на его исключительный вкус) он не встречал. А её облагающий комбенизон? Просто нечто. Невероятная женщина… и абсолютно неприступная!       Коршунов стал обхаживать её с первых же дней знакомства. Мягко и без излишней настойчивости, сразу усмотрев не самый простой и подозрительный характер. Она был умна… очень умна, отчего приходилось действовать невероятно тонко. Но дни сменялись днями, складывались в недели, а ничего не происходило. Абсолютно ни-че-го! Как бы он ни старался! При этом и твёрдого отказа Алексей не получал. Миранда спокойно, без какой-либо неприязни принимала его ухаживания и комплименты, иногда даже позволяла себе участвовать в словесном флирте, но дальше... дальше Алексея каждый раз ожидала непробиваемая гранитная плита.       Однако майор с подобным уже сталкивался и был уверен что раскусил природу препятствия – другой мужчина. Коршунова, впрочем, подобное обстоятельство не останавливало раньше и не останавливает сейчас. Наоборот, это добавляет перчинку к происходящему и определённую мотивацию превзойти и повергнуть другого. Особенно того, кто смог покорить столь блистательную девушку. И именно в этот момент в его стройные и многочисленные планы осады «Снежной королевы» вмешался непредсказуемый элемент по имени Джек. Она в характерной для неё саркастично-высмеивающей форме обратила внимание Алексея на несколько фактов, которые он, будучи увлечённым столь яркой и эмоциональной охотой, полностью упустил.       Тут-то майор и вспомнил про необычайный уровень допуска Миранды, её осведомленность, полномочия и абсолютное бессилие Стукова и прочих руководителей в отношении её. Мысль что Миранда – женщина самого «Е.И.В.» ударила под дых похлеще Джек в тренировочном поединке. С другой стороны… это просто шальная мысль. Поверить в такое хоть и можно, но чрезвычайно сложно. Так что Коршунов своих попыток не оставил, хоть тлеющий тревогой осадочек и остался. И, как бы то ни было… Коршунов бы точно не отпустил свою женщину на столь опасную операцию. – Тридцать секунд! – снова раздался голос пилота. – Тридцать секунд! – продублировал своим бойцам Коршунов, полностью выключая несвязанные с операцией мысли и эмоции.       Челноки влетели в ангар, беспрепятственно преодолев удерживающее атмосферу силовое поле. Створы заранее были распахнуты Джек через ангарную техническую консоль, прежде чем она врубила ЭМИ. С мостика её явно пытались закрыть, но не успели. Бронедвери челноков распахнулись и в ангар хлынули бойцы русского спецназа, не встречая никакого сопротивления. А вместо этого... – Твою ма-а-а-ать... – прошептал себе под Алексей, воочию узрев последствия проникновения биотика X ранга на судно противника.       Но замешательство длилось недолго. Спецназ, избегая особенно больших луж и… куч уже неживой материи, устремился к техническим лазам и проходам корабля, дабы окончательно зачистить судно и взять его под непосредственный контроль. Сам Коршунов с четверкой бойцов направился прямиком к мостику. ***       План сработал. Миранда заподозрила это в момент, когда Эш с резвостью ошпаренного выскочил из помещения, прихватив с собой Ленга. За подозрениями пришла и уверенность, когда спустя ещё примерно минут пять по внутреннему времени в допросной потух свет. Ведь какой смысл устанавливать тут аварийное освещение? Двойка оставшихся бойцов, подключённых к общекорабельной командной сети встревоженно засуетилась, видимо, получая из неё тревожащие сведения (ЭМИ хоть и отрубил основные узлы, но внутренняя связь прекрасно работает и на резервных мощностях). Что же… это к добру.       Тем временем Миранда стала напрягать разные группы мышц, проверяя крепления пыточного кресла. Удивление. Неверие. Наконец, Миранде неожиданно пришлось постараться, чтобы сдержать резко подступивший смешок. Кресло было подключено к общей сети! А следовательно… оно уже не подключено. Но девушка не торопилась действовать. Напротив, она притаилась, высчитывая минуты по «внутреннему таймеру» – натасканный рефлекс любого уважающего себя оперативника. И выбрав момент, когда у охраняющих её бойцов вновь начался всплеск активности в виде оживлённого диалога по внутренней связи, Миранда решила действовать. Действовать так, как от неё никто бы не ждал... в стиле Джек. «Заряд»       На одно ужасающее мгновение вокруг прикованной к креслу девушки замерцала осветившая допросную синяя дымка «тёмной энергии», а уже в следующую секунду, когда охранники кинулись к пленнице, всё внутреннее пространство помещение взорвалось, сминая и рушив как неживую, так и живую материю. Мощнейший биотический заряд, хлынувший во все стороны от скованной девушки, разрушил кресло со всеми креплениями и замками, а следом, добравшись до штурмовиков, нивелировал их вес, смял и практически раздавил об стену, словно перезрелые овощи. Даже боевые скафандры не выдержали такого издевательства и выплеснули изрядное количество своего «содержимого» наружу.       Освободившись, Миранда не стала терять время и кинулась к поверженным противникам. Ей нужно было не только забрать оружие (к счастью, дробовик одного из бойцов без проблем пережил знакомство с чужой биотикой), боевые стимуляторы, в которых, откровенно говоря, она сильно нуждалась, и панацелин, но и чтобы подключиться к корабельной системе связи. – «Объект» прорывается на мостик! Она поднялась по лифтовой шахте, через десять секунд будет в центральном коридоре!»       Оператор докладывал быстро и чётко но профессионализм не способен скрыть закрадывающуюся в голос панику. А Джек явно торопится, сильно опережая график. Хочет забрать всё славу себе? – «Я её встречу» – Раздался уже голос Ленга, и это было отличной новостью – на этом уровне никого серьёзного больше нет. – «Новое проникновение в ангаре! Техбригады столкнулись с противником! Внимание! Вторжение!» – А вот и Коршунов пожаловал, прям вовремя – профессионал.       Миранда выбралась из допросной, слушая быстро становящиеся истеричными переговоры церберовцев, и тут же направилась искать кабинет полковника. В худшем случае там не будет ничего интересного – рабочая пустышка. Но в лучшем? Там будет маленькая золотая жила. Раймонд Эш достаточное время возглавлял и, по сути, до сих пор возглавляет контрразведку «Цербера», а это означает, что он имеет допуск к очень широкому спектру информации, будь то расположение и точные координаты отдельных подразделений и баз или же личные данные агентов и выходы на них. Крайне важная и в данный момент «сверхактуальная» информация, являющаяся одним из приоритетов всей операции… и Миранда её получит. *** – Внимание! Вторжение! – Уже даже не пытаясь скрыть панику голосил оператор центральной консоли связи, стараясь хоть как-то координировать оставшиеся силы «Цербера» на корабле. – Откуда?! – Петровский метался как дикий зверь в клетке. – На пятьдесят тысяч километров никого не было. Челноки не могли взяться из ниоткуда! – Это уже неважно, – ответил Эш, сохраняя всё ещё внешнее спокойствие и прекрасно понимая, что сейчас не до поиска вражеских кораблей. – Главное – устранить Подопытную Ноль. После у нас хватит сил разделаться с десантом. – Если у нас останутся эти силы... – недовольно буркнул генерал, но быстр осёкся, прислушавшись к очередному докладу. – Ленг столкнулся с бешеной сукой. – Вот видишь, – полковник позволил себе намёк на улыбку, призванную чтобы успокоить коллегу, – он её быстро утихомирит и...       Но не успел Эш закончить эффектную фразу, как даже на мостике услышали приглушённый взрыв, после которого по палубе прошла вибрация. – Это ещё что за х... – Четверо погибших... – вновь выпалил оператор, – ... ещё двое... «объект» ранен! Повторяю, «объект» ранен!       Эш с Петровским набрали уж было побольше воздуха в лёгкие, чтобы облегченно выдохнуть, сбрасывая заодно титанический вес с плеч, но судьба решила над ними изрядно пошутить. – Отбой! – голос связиста, успевший уже стать раздражающей необходимостью, зазвучал как приговор. – «Объект» боеспособен! Потери, ещё двое погибших и... всё? – Что «всё»?! – взревел Петровский, в то время как связист уже медленно разворачивался в своём кресле к генералу, смотря на него широко распахнутыми наполненными ужасом глазами. – Группа агента Ленга уничтожена, оставшиеся силы отступают в коридор «А1»...       Эш ощутил, как китель стал прилипать к спине, игнорируя уже пропитанную потом форменную майку. Следом обжигающей холодом волной на него обрушился страх. Каким бы страшным ни был зверь – ты чувствуешь себя спокойно, когда между вами есть какой-то барьер. Теперь же, когда вооружённый до зубов «барьер» был разорван на куски и стыл в отдалённом коридоре, всё внутри полковника кричало: «Она здесь! Она идёт за тобой!».       «Нельзя здесь больше оставаться!» – сформировалась и вспыхнула мысль в голове у Эша, и он не стал больше мешкать. – Я в свой кабинет. Нужно уничтожить все локальные данные и коды! – бессовестно соврал полковник, уже направляясь к одному из технических лазов, что выведет его на нужную палубу в обход «основных путей». – И Вам, генерал, я советую сделать так же!       Эш не собирался ни помирать, ни сдаваться в плен. Всё, что он считал нужным сделать в данный момент, так это и вправду добраться до кабинета, забрать необходимые чипы с данными и эвакуироваться с крейсера. В этом ему поможет тройка бойцов, охраняющих его кабинет. Что касается Петровского - он уже списанный материал. ***       Эш ушёл, оставив Петровского в гордом одиночестве. – Падаль, – спокойно, уже приняв свою судьбу, промолвил генерал на русском. – Жалкий, обосравшийся дегенерат...       Ему было уже очевидно, что это – конец. Окончательный. Даже… обидно. Был проделан такой путь, столько всего было поставлено на карту, стольким пожертвовано, но в конце он будет либо растерзан сумасшедшей девчонкой, либо захвачен в плен. Ещё неизвестно, что хуже. Публичного суда и позора он не хотел. Нет, не просто «не хотел» – это было абсолютно недопустимо! Только не это! Не так надо заканчивать свой путь, не такой след оставлять. Уж лучше... Петровский опустил взгляд на свою руку, крепко сжавшую рукоять тяжёлого пистолета. Один выстрел и… хотя бы одна проблема будет решена. Но генерал дрогнул. Как выяснилось, сделать последний эффектный шаг он неспособен.       Однако долго размышлять на эту тему и тем более продумывать альтернативные пути у генерала уже не было времени – громкий до боли скрежет металла прервал мыслительный процесс и вырвал из его души всякую волю к сопротивлению. Бронированная дверь, ведущая на мостик была смята и разорвана, словно обычная фольга, а красный аварийный свет был задавлен насыщенным синим свечением от обманчиво кажущейся такой хрупкой женской фигуры. Проморгавшись, Петровский смог воочию оценить, насколько тяжёлым был путь от ангара до мостика для этого чудовища. Подопытная Ноль была с ног до головы покрыта кровью и подпалинами, но взгляд девушки... все пространные мысли растворились, стоило генералу взглянуть в дуло явно затрофееного дробовика. – У меня нет настроения на игры, хрен моржовый, – дыхание девушки было тяжёлым, но хватка крепка, её оружие ни на миг не дрогнуло. – Либо приказываешь оставшемуся экипажу сдаться, либо я покрашу твоими мозгами мостик. Ну? Что выбрал?       У Петровского хватило сил лишь «рваным» движением кивнуть и отбросить пистолет. ***       Эш замер в коридоре, осторожно выглядывая из-за угла. У его кабинета было пусто. Никого, хотя тут и должна быть тройка бойцов. Обязана быть! Возможно… что если их отозвал Петровский? «Неважно», – резко вспыхнувшая мысль тут же отсекла лишние вопросы. Русский десант сюда ещё не должен был добраться, а это значит, что ещё есть время. Взяв наизготовку пистолет, Раймонд приблизился к дверям, замер и прислушался.       «Тихо».       Облегчённо выдохнув, полковник бросился к открывшимся дверям и в следующее же мгновение отлетело обратно от мощнейшего удара в грудину, отозвавшийся хрустом в рёбрах и впечатал мужчину в стену. Рухнув на пол забитым мусором мешком, Эш почувствовал, как его пронзила жгучая боль, а сам он стал задыхаться в равной степени от переломанных рёбер, сопровождавших агонией каждый вздох, и от сильного стресса. Мужчина закашлялся, выхаркивая сгустки крови, одновременно с этим шаря правой рукой по полу в поисках пистолета, в чём он даже добился успеха. Ухватившись за рукоять, он уже было хотел начать палить в сторону предполагаемого противника, но точный удар ногой в голову вновь повалил его наземь, окончательно дезориентировав. Следующий удар был нанесён по руке с пистолетом, выбивая оружие. Следом ещё один удар каблуком по руке, и тут уже Эш взвыл собакой от переломанных пальцев. Наконец, после столь тёплого приветствия, настала пора поговорить – Эша ухватили за волосы, поднимая голову и заставляя взглянуть на «собеседника». – Какая жалость, полковник! – насмешливая улыбка на лице профессионально избитой девушки выглядела... кровожадно. – Кажется, я перестаралась... ну, ничего. Вы ведь мужчина, и шрамы Вас лишь украсят.       В следующую секунду Миранда покрылась синеватой дымкой и, ухватив полковника за горло резко встала, держа его на вытянутой руке и вдавливая в стену. Эш задёргался, попытавшись ослабить стальную хватку этой генетически идеальной человеческой химеры, но тут же взвыв от напомнивших о себе сломанных пальцев правой руки. – Есть два пути, Раймонд, – произнесла Миранда холодным и безжизненным голосом. – Первый – Вы сотрудничаете с нами и остаётесь цельным куском на ближайшую временную перспективу. Второй – я отдам Вас в лапы лучших русских дознавателей, которые предпримут все возможные меры, применят все возможные инструменты, чтобы разговорить Вас, а после я скормлю то, что от Вас останется, ворка. Какой вариант предпочтёте?       Явно желая передразнить его недавнее предложение, Миранда слегка ослабила хватку, чем Эш тут же попытался воспользоваться, нанеся сначала удар левой рукой, а потом и ногами. Несмотря на биотический барьер, сильный удар здоровой рукой в голову нарушил её концентрацию, и Миранда выпустила Эша из захвата, но вырванных таким образом мгновений было недостаточно, чтобы что-либо изменить. Лоусон перехватила следующий удар, зажав ногу мужчины своей левой рукой и следующим же движением ударив окутанным синим маревом кулаком по коленной чашечке, сгибая чужую конечность в биологически противопоказанную сторону. Эш вновь завыл зверем, и… его отпустили, позволив снова рухнуть на пол, где он продолжил извиваться и уже откровенно скулить от боли. – Что же, меня вполне устраивает и второй вариант...       Это было последним, что уловило затухающее сознание Эша.