Часть 29

Письмо в Ланлин Цзинь для Мэн Яо Незашифрованная часть. Здравствуй, дорогой друг. Спешу тебя огорчить. Я жив. Деньги будут весьма кстати: на них я куплю молоко и рис. Буду варить кашу, поправлять здоровье и возносить тебе благодарность. Стихи, что ты прислал, хороши! Я аж прослезился. А вот рисунки откровенно не удались. Не рисуй больше ногой, пожалуйста. Уверен, если ты попробуешь держать кисть руками, выйдет гораздо лучше! Зашифрованная часть, вписанная между иероглифов невидимым составом. Здравствуй тварь! Чтоб тебя в Диюе имели все демоны по трое без перерыва ближайшую тысячу лет! Ты нахрена его выпустил? Я его где искать должен и чем ловить? Ты меня решил убить руками учителя? О, он старался! Оказывается, у нас нельзя просто взять и сбежать в самоволку: либо вали совсем, либо добро пожаловать на порку в сарай. Угадай, что я, сиротка без денег и дома, выбрал? При встрече напомни дать тебе в рожу. Одно ты верно угадал: если б ты сжег это чудное творение, я б тебя убил. После поплакал бы над твоим трупом, но сначала убил. И не оживил. Потому что не встает у меня труп. А у старейшины Илин встал. А у меня - нет! А у него -да. Поэтому и ты бы у меня переработался на трупный яд. Весь! Ну, еще из черепушки твоей можно чашу смастерить. С нефритовыми вставочками. Я же адепт пика Искусств, а не хер из подворотен! С помощью шисюнов сваял бы шедевр из твоей мерзотной башки! Вот теперь точно все! Прими соболезнования в связи со смертью папы, вспомни, каким он был фимозным хуем с гнойниками и успокойся. Ну, можешь еще ему прямо в гроб насрать! Главное - не прилюдно, а то из желающих повторить выстроится очередь до самой Пристани Лотоса. Твой очень злой на тебя друг, Сюэ Ян. *** Легендарный меч Синьмо обнаружился на дне совершенно непримечательного ущелья: грязного, заросшего мхом и сизой плесенью. Лежал себе в ножнах на плоском камне полузасыпанный какими-то останками гнилых растений и слоем земли. "Как только не исчез под этой грязью окончательно. Дождем что ли смывает..." - подумал Ло Бинхэ, наклонился, взял легендарное оружие, отряхнул, осмотрел со всех сторон и вынул меч из ножен. Письмо в демоническое царство Юга для свирепой Ша Хуалин. Здравствуй, прекрасная, как развешанные на ветвях цветущей сливы внутренности врагов, Ша Хуалин! Учитель запретил присылать тебе масло для этих пидарасов. Причин много. Первая: чтобы я не сорвался и не отравил их каким контактным ядом. А я ведь, всего лишь, хотел попросить тебя, о прекрасная, подсунуть им клей . Вторая: чтоб если им свои доброжелатели чего в это масло подольют и таки отравят неудобного консорта, мы с тобой были не при чем. Кстати, поэтому яблочки в красном цянькуне проверены сразу и учителем, и нашим главным лекарем а после запечатаны ци Шэня Цинцю. Так просто ты его не вскроешь. Ниже я нарисовал, как пустить демоническую энергию для разрушения печати, а не содержимого. Если цянькунь передадут тебе вскрытый - не вздумай жрать яблоки сама. Корми врагов, авось передохнут. Нет, есть конечно шанс, что кто-то сыпанул яду и повторил печать учителя, но таких умельцев немного. Если что, мы с радостью поможем твоему скорбящему папе их найти и покарать. С пудрой, расческами и книжками - аналогично. Вообще, учитель велел притормозить с обменом подарками, а то это действительно дыра в безопасности. И вообще, пусть мое следующее письмо тебе Дуби перед носом держит. Сама не трогай руками. А я умею работать с опасными артефактами, сам справлюсь! Вернемся к маслу. Передай Мобэю список ниже. Составлял я и главный лекарь Цяньцао. Там указаны варианты замены, которые можно купить в аптеках, парфюмерных и продуктовых лавках. Потом либо использовать в чистом виде, либо смешать самому в указанных пропорциях и получить аналог бордельной смазки из простых. Да даже твою увлажняющую мазь для губ (зеленый цянькунь, но ты с ними не делись!) можно приспособить под это дело и масло с кухни. Их я тоже в список внес. Дорогие и изысканные пусть им Линьгуан-цзюнь подгонит, как лицо, заинтересованное в здравии Шана Цинхуа. Если, конечно, он не решит убить самого Мобэя. Живу я скучно. Переплавил твой меч, но пока путной висюльки не выходит. Пробую сочетать с музыкой дицзы, но все мимо. Неделю вышивал тебе кошельки-цянькуни. Исколол все девять пальцев. Цени. На пике тихо, как в морге, а в морге как на пике. Трупы лежат, шисюны учатся. Хотел сбежать в самоволку, так меня побил учитель. Долго лежал в сарае, скучал и представлял, как мечта, позвякивая кандалами, уходит от меня далеко-далеко. Теперь сижу под домашним Цинцзинским арестом на пике. Даже пинать тебя лень, так уныло на душе. Сюэ Ян. *** Когда Ло Бинхэ пришел в себя, оказалось, что он так и стоит посредине ущелья держа ножны в одной руке а меч в другой: на уровне глаз, словно замерев каменной статуей в момент извлечения клинка из ножен. А еще он с ужасом почувствовал, как в его голове что-то противно шевелится. Прямо в мозгу, коверкая обдумываемые фразы, мешая сосредоточиться, окрашивая их странными желаниями и добавляя к ним неожиданные окончания. "Надо засунуть меч в ножны а лучше в горло врагов прокрутить там а то у меня в голове посторонние голоса и пусть они сольются в предсмертные хрипы. Убивать, убивать, убивать. И есть трупы! Я голодный!!!! Конечно я голодный! Я ж не ел нормально целую вечность. Сейчас бы рисовой каши. Да! Из боли, секса и страданий. А во время "сияющего пика" перегрызть горло и пить кровь. Какого пика? Что за бред я думаю? Я девственник вообще! Зачем мне загрызать свою возлюбленную?" Голос в голове неожиданно запнулся и Ло Бинхэ пользуясь передышкой пихнул меч обратно в ножны и отбросил подальше от себя. "Мы найдем много женщин и исправим этот фатальный недостаток!" - сформировалось желание в голове у Ло Бинхэ. Вот так, без близкого контакта с оружием он с трудом, но мог отличить "свое" от навязанного извне. Это явно было посторонним. Ло Бинхэ, как любой подросток, хотел девичьих объятий и жарких поцелуев, но не на дне Бездны же! Сюда бы палатку, купальни и сковороду жареной картошки с мясом. Потом - месть Сюэ Яну. После напиться с Ши Юем и дашисюном. Ну, или за упокой дашисюна... "Мееесть! Надо отомстить Сюэ Яну!"- засвербело в голове. Вот это уже отделялось плохо и очень смахивало на собственные желания. Только, навязчивой мысли расчленять Сюэ Яна ему до этого в голову не приходило. Вот искупать его в каждой грязной луже, кормить пауками, червями и прочей непонятной фауной хотелось нестерпимо. Да и месть он уже придумал изящнее некуда, вот только не решился еще до конца. Стало страшно. Ло Бинхэ расположился на плоском камне, как за столом, и начал чертить талисманы на остатках бумаги, выданной для соревнований. "Как хорошо, что Мэнмо тогда попал в предателя-шисюна. Мы потом месяц на занятиях учили все эти талисманы ограждающие сознание, запирающие артефакты и прочее. Чуть не рехнулись на зачетах... А ведь это действительно очень страшно, когда твой мозг пытаются сожрать. Прав был Сюэ Ян тогда, ой как прав!" Из заметок Юэ Цинъюаня (сожжено сразу после написания). Приходил Му Цинфан. Пока дверь была приоткрыта требовал повышения финансирования для отделения травм энергосистемы. Потом захлопнул дверь, активировал плетение против подслушивания (в принципах построения я узнал почерк сяо Цзю) и вывалил мне на стол из цянькуня стопку тетрадок. - Записи Вэнь Цин, о которых я рассказывал после операции на Шэне Цинцю, - заявил он -Все что мог изучить без экспериментов на людях я изучил. Почти уверен, что тут все рабочее. Но, сами понимаете, проверить можно только переставив кому-то ядро или же осмотрев единственного пациента Вэнь Цин. Там прямо не сказано, кто им был, но судя по остальным заметкам и тому, что кого-то на Луаньцзан, она, вот тут - Му Цинфан открыл одну из тетрадей, бегло пролистал и ткнул пальцем в смазанный абзац - описывает как "Донор жив, хотя назвать его здоровье удовлетворительным я не могу. Возможно, виной тому травмы и плохое питание, а возможно и влияние темной энергии". И там еще много крохотных отсылок разбросано по разным местам, начиная от разрушения ядра реципиента техникой Вэнь Чжулю и заканчивая возрастами и описанием параметров донорского ядра. - К чему ты ведешь? - не выдержал я. - Тетради в архив. Поглубже. Статус как можно секретнее. Для дальнейших исследований мне нужен либо дух Вэй Усяня для дачи показаний... - Его никто так и не смог дозваться - развел руками я. - Либо добудьте мне Цзян Ваньиня. Голого и, в идеале, бессознательного. Да, если я угадал, то ради полного осмотра я согласен вот даже на то, о чем Вы сейчас подумали. Знаю я Ваши не самые благочестивые наклонности, глава! В этот раз я ни о чем "Весеннем" даже не думал. Видимо, ту попытку свести Му Цинфана и сяо Цзю мне будут припоминать оба участника до самого вознесения. Но, лекаря, кажется, это особенно задело. - Я подумал, как бы побить его об Лю Цинге и подсунуть тебе на лечение. Но, если вариант "соблазнить" кажется уважаемому Му Цинфану более приемлемым... - развел руками я в притворном согласии с выбранной стратегией - Но, вообще-то, сложно и то и то. У нас практически нет дипломатических отношений с Пристанью Лотоса. Да и сами они не особо стремятся налаживать связи со всеми подряд. Если только на каком общем собрании их делегацию ловить и провоцировать... Так я сам их за все время только раз и видел. - Ну, это в Ваших интересах. Потому что перерезáть Вам часть меридианов и сшивать оставшееся, чтобы хоть частично ослабить связь с мечом, не посмотрев на того, кому сшивали всю систему я не рискну. Может, дева Вэнь просто мечтала и придумала себе гипотетического пациента, в таком вот виде расписав прогнозы. А может, действительно перенесла ядро в Цзян Ваньиня, только у того теперь последствий от операции букет: от мигрени и облысения до импотенции. Я заверил лекаря, что мне и так нормально, спешить некуда, но если возможность представится, то организуем ему всех, кого он хочет и в какой угодно степени раздетости. Му Цинфан вежливо поклонился и удалился а я пошёл прятать тетрадки в глубинах схронов Цюндин. *** Облепленный талисманами и уложенный на расстоянии трех метров меч, вроде бы, перестал ввинчиваться в мысли Ло Бинхэ. Вот только и воспользоваться им, а значит, и выбраться из Бездны, при таком раскладе было нельзя. Оставалось только пытаться договориться на своих условиях. Ло Бинхэ вздохнул и принялся копать яму. "Прям как на вступительных испытаниях в школу. С чего начал, тем и закончу, если ничего не выйдет" - грустно размышлял он - "Сейчас бы, как тогда, быстренько чаю на голову и в общежитие, в чистую и безопасную кроватку. Мин Фань, хоть и был поначалу не особо дружелюбен, не считается даже легкой угрозой, если с Бездной сравнить. А утром со всеми на завтрак!" Вырыв узкую траншею глубиной себе по колено, он отряхнул руки от земли, оглядел полученный результат, достал мамину подвеску, коротко помолился, подошел к мечу и несколькими быстрыми пинками закинул его на дно ямы. Сам уселся на краю, снял обувь с левой ноги. Потом прижал ножны правой ногой а левой потянул за рукоять. "Так я хоть не зарежусь случайно, если отключусь"- подумал он и вновь потерялся в собственном сознании. Через сколько его попустило, Ло Бинхэ не понял. Нога, вроде, не замерзла, тело не затекло. В сознание как в гонг долбило: "Убить! Убить! Убить!" - Либо ты заткнешься хоть ненадолго, либо я встаю и закапываю твою могилку. Как думаешь, через сколько тысяч лет тебя найдут? - выкрикнул Ло Бинхэ в никуда. Долбежка в голове немного поутихла. - Давай так: ты хочешь крови, я хочу мести, - продолжил воодушевившийся Ло Бинхэ - Выберемся отсюда и пойдем мстить. Внутри вспыхнуло яркое, радостное чувство. Живо представился орущий от боли Сюэ Ян с полусодранной кожей. Ло Бинхэ аж передернуло. - Да тфу на тебя! Кто так мстит? Мстить надо не Сюэ Яну, а самому дорогому для него человеку. Жестоко и кроваво. Согласен? - В голове зарябили образы Лю Миньян, дашисюна, демонического трупа и Му Цинфана. - Не угадал. Есть кандидатура получше. Его смерть просто раздавит нашего врага, заставит страдать так, как никакие пытки не смогли бы! А мы с тобой постараемся убить этого особенного человека очень медленно и мучительно. Согласен? Только помоги выбраться отсюда в человеческий мир. В сознании вспыхнул проблеск интереса, образ горы окровавленных тел и следом нахлынул жуткий голод. - Ладно, уговорил. - устал спорить Ло Бинхэ. Да и кем, в сущности, были ему все эти люди? - Убьем его, всю его семью ну и остальных, кто под руку подвернется. Меч одобрительно замурлыкал. - Вот и славно! - сказал Ло Бинхэ, наклонился, поднял опечатанные ножны с чуть виднеющейся серебристой полоской клинка, вынул из них меч, взмахнул на пробу. В разрезе пространства показалось ярко-голубое небо и зеленые кусты. Записка от Шэня Цинцю для Му Цинфана. Зайди ко мне с ударной дозой успокоительных и всем необходимым для спасения от возможного отклонения Ци. *** С Аннигиляции Солнца прошло уже несколько лет, осада горы Луаньцзан завершилась. Поэтому весть о том, что все мужчины в резиденции одного из малых кланов были жестоко убиты буквально за одну ночь, потрясла мир заклинателей. Чудом оставшаяся в живых стряпуха описывала нападавшего как чудовище огромного роста со светящимися глазами, длинными клыками и знаком демона на челе. - Голоднющее, жуть! - бормотала старуха - Как давай прятать в бездонный мешок паровые булки, яблоки, окорока и прочую снедь! Даже редисом не побрезговало! Пара же юных симпатичных служанок, переглядываясь и смущаясь, рассказывали, что чудовище было кровожадным, но очень миленьким. Оно даже вежливо представилось и попросило милых дев пересидеть его месть в кладовке с метлами и не высовываться. Еще одна девица, недавно приведенная в дом юная наложница, так и не была найдена. Поговаривали, что это она натравила демона из Диюя на нелюбимого супруга. А, может, таки дозвалась духа почившего старейшины Илин. - Упер и сожрал! - авторитетно уверяла повариха - Девка красивая, не порченная еще! Мертвый старейшина таких особенно любил вприкуску с редисом харчить! Мне жена брата снохи говорила. А она родом из Илина и точно знает. Слухи множились, обрастали подробностями и в конце концов дошли до ученика самой Баошань Саньжэнь, Сяо Синчэня, и его верного друга, Сун Ланя, уже снискавших славу честных и неподкупных людей, радеющих за справедливость. Опросив всех, кто мало-мальски мог выступить свидетелем в окрестностях Юэян, и наслушавшись самых разнообразных версий, два странствующих заклинателя наконец решили осмотреть поместье клана Чан. На месте они оказались ближе к вечеру. Ворота были распахнуты, во дворе то тут то там можно было заметить плохо убранные следы кровавого побоища. Раскиданные вещи, выломанные раздвижные двери, порванная бумага на окнах, и словно насмешка, аккуратный столик с недоигранной партией в вэйци и россыпью подушек вокруг, уцелевший в творившейся тут недавно резне. Тут их внимание привлек какой-то шорох, раздавшийся сверху. Сяо Синчэнь поднял глаза и увидел совсем молодого парня в простых, но изящных зеленых одеяниях, сидящего на крыше главной усадьбы и прихлебывающего вино из кувшинчика. - О, гости приперлись... - пробормотал тот невнятно и лениво помахал им сосудом - Вы кто? - Мы странствующие даосы - представился Сяо Синчэнь, не став раньше времени называть своего имени и решив прикинуться праздным зевакой. - Ну и странствуйте отсюда нахуй! Эй, черный хер, а ну не заходи внутрь, там трупный порошок! - заорал парень Сун Ланю, не собиравшемуся тратить время на беседы и решившему осмотреть помещения изнутри - Хотя нет, иди! Ты меня почему-то бесишь. Смерть тебе пойдет. Сун Лань на такое невежливое обращение смолчал и вернулся к Сяо Синчэню с видом "я и не собирался". - А что здесь случилось? - Горе! - пьяно всхлипнул парень. Сяо Синчэнь заметил, что глаза у него заплаканные и красные - Огромное! Как теперь жить? Все мертвы! И ничего не исправить - он глотнул еще, шмыгнул носом, потер глаза, перевернул опустевший кувшинчик вверх дном, разочарованно потряс и засунул в цянькунь - Понимаешь, это должен был быть я! Почему я опоздал, а? Зачем мне теперь жить? - Один из... ? - с подозрением в голосе шепнул Сун Лань. - Сочувствую Вашему горю. Тяжело потерять вот так всю родню... Я могу прочесть молитвы, дабы облегчить переход в иной мир душам дорогих вам людей. Вы ведь из клана Чан? Парень на крыше рассмеялся настолько безумным смехом, что Сяо Синчэнь испугался за его душевное здравие. - Я? Из Чанов? Ой не могу! Так меня еще не оскорбляли! Эй, даос, может мне тебя зарезать за подобные наветы? Или лучше в рожу дать? - Простите, если ненароком обидел, вы просто так убивались... Вот я и подумал... - Думать - это не твое! - категорично заявил собеседник - Ты тут мою сторожевую псину и остаток дерьмоклана не видел? - Выражаться подобным образом недостойно праведного заклинателя, - влез в беседу Сун Лань. - О, бревно с глазами заговорило! - пьяно обрадовался незнакомец, манерно растягивая слова - Может, тебе ебало начистить? Учить он меня вздумал! Слышишь, беленький хам, бросай этого ебалая, он скучный как... С кем парень с крыши собирался сравнить Сун Ланя, им так и не суждено было узнать. Из-за одной из хозяйственных построек показалось еще два человека: молодой парень в таких же светло-зеленых одеждах, как и их давешний собеседник, и мужчина чуть постарше в цветах клана Чан. - О, долго же Вы справляете нужду, неуважаемый Чан Пин! - заорал пьяница, вскочил и чуть не сверзился с крыши - Я уж думал, вас прямо в процессе и укокошили. Пью тут за сохранность Вашего трупа... Даже не знаю, рад я теперь Вашему здравию или, наоборот, расстроен. Названный Чан Пином скривился, но промолчал. Он чинно прошествовал к низенькому столику под деревом и также неторопливо, изящно уселся на подушку, уставившись на доску с начатой партией в вейци. - Хватит пить, алкаш малолетний! Пошли домой, - заорал его провожатый - Не придет он! - Ой, не гавкай, пока я тут оплакиваю свои мечты! - огрызнулся тот, что на крыше, уселся обратно, сфокусировался на недовольном выражении лица собеседника и исправился - Уважаемый дашисюн, всего третий день сидим, ну надо еще подежурить! - Ну правда, уважаемый господин Мин Фань, мне кажется, уважаемый господин Сюэ Ян прав. Стоит еще подождать - подал голос Чан Пин и переставил черный камень. - Фууу! Не зови меня так! Когда меня так зовет Чаново отродье, мне противно! Где ты был, когда твой папаша мне всю жизнь изуродовал, а? - парень начал сбиваться на истерические нотки. Названный господином Мин Фанем сел по другую сторону стола и переставил белый камень. - Полагаю, безумно радовался его долгому отсутствию в поместье, - пожал плечами Чан Пин и уставился на доску - Да как Вы это делаете? Восьмой раз играем, и я опять разгромлен! - Ааа! Вот поэтому я тебя и не убил... - глубокомысленно изрек Сюэ Ян, уселся обратно, достал из рукава большой сосуд с узким горлом неказистого вида, в каких обычно хранят масло, поглядел на него с подозрением и пояснил, обращаясь к Сяо Синчэню - Он тоже, своего рода, жертва старого козла. Чаненок только трезвый изображает из себя почтительного сына. А позавчера, после первого кувшина ударился в воспоминания о почившем родителе, да такие, что аж я проникся сочувствием! Ну правда, лучше уж быть сироткой и получать пиздюлины от Шэня Цинцю, чем сынком вот этого куска дерьма в форме человека... Вот так мы и сидим в засаде, поминаем убитых и мои несбывшиеся мечты, обсуждаем эту дохлую скотину... И ту неблагодарную тварь из Бездны, что это животное убила - тоже! А дашисюн нас не поддерживает! - Дома пить будем, - отрезал Мин Фань - А здесь хоть кто-то должен за тобой следить и быть трезвым. Ну правда, заканчивай. Ты в этом отношении хуже Ши Юя, честное слово. - А что здесь вообще происходит? - задал Сяо Синчэнь вопрос, повернувшись к, как ему казалось, более вменяемым собеседникам. - Ночная охота. - пояснил Чан Пин - Господин Сюэ полагает, что убийца нашего клана может вернуться за мной. Я, по счастливой случайности, отсутствовал в ту роковую ночь... - Бордели спасают жизни! - провозгласил Сюэ Ян с крыши - За это надо выпить! Чаныш, поддержишь? - Воздержусь, господин Сюэ, - Чан Пин принялся собирать камни с доски. Сяо Синьчень допустил, что случайно выжившего смутила и тара и ее возможное содержимое. Как бы то ни было, испытывать удачу еще раз Чан Пин не рискнул. Господин Сюэ щедро отхлебнул из кувшина, закашлялся и пожаловался: - После местного разбавленного вина, Байчжаньское варево тяжело пошло. Еще и кунжутом пованивает. Эти обезьяны не сумели даже тару отмыть нормально. Ну за покойника! Чтоб тебя демоны все посмертие ебали во все цицяо, Чан Циан! Тварь! Ненавижу! И тебя, демонический выблядок, тоже! - Сюэ Ян шмыгнул носом раз, другой, не сдержался и пьяно разрыдался. - Да вы присаживайтесь, господа Яркая Луна и Легкий Ветерок Сяо Синчэнь, Дальний Снег и Морозный Иней Сун Цзычэнь. Вы же тоже пришли ловить убийцу клана Чан? - позвал их Мин Фань - Только, полагаю, вы его не поймаете. Он, скорее всего, ушел в Царство демонов. Не смотрите так удивленно, вас сложно не узнать по словесным описаниям. - Вы расскажете, что тут произошло? И отчего тот юный господин так убивается? -воспользовался приглашением Сяо Синчэнь и тоже присел за столик, благо что подушек вокруг было разбросано во множестве. Сун Лань остался стоять за его спиной словно каменный хранитель у главных ворот. - Да потому, что это должен был быть я! Я! Понимаешь? - вскочил и заорал Сюэ Ян, возмущенно замахав руками - Двадцать три человека! Это я должен был их всех убить! Я! А не эта демоническая тварь.... Мин Фань улыбнулся, словно извиняясь за своего соклановца, а Чан Пин пробормотал: - Наш несостоявшийся убийца ловит нашего состоявшегося убийцу. Говорит, что у него тут невидимый полк из тридцати бойцов по кустам засел. Врет, кажется... - Не врет, просто не договаривает, - вступился Мин Фань - Не нужны Вам подробности нашего плана. - Я служу приманкой, - невозмутимо продолжил Чан Пин - А господин Мин следит, чтобы Сюэ Ян не прибил кого лишнего от расстройства. - И Вас не смущает риск? - поразился Сяо Синчэнь смелости этого человека. - А мне с ними, даже, как-то, спокойнее. Говорят, убийца возник из ниоткуда. Что ему помешает явиться за мной в тот же Ланлин Цзинь или какой другой город? Тут хоть эти уважаемые ученики школы Цанцюн Шан меня охраняют. Вдруг и правда поймают... - Так, а убийца кто? Вы знаете? - заинтригованно произнес Сяо Синчэнь. Опрощенные им девушки утверждали, что Чан Циана жестоко убил его возлюбленный из книги и даже называли имя. Но звучало это не слишком правдоподобно. В то, что убийца просто взял имя популярного литературного персонажа, верилось больше. Версия с участием старейшины Илин, тем более, не выдерживала никакой критики. Однако, собравшиеся в разрушенном поместье вели себя так, будто знали с кем имеют дело. - Мои спутники... (на этом слове пьяница на крыше опять скривился) -...говорят, что по описанию, наш клан вырезал некий Ло Бинхэ. Они лично знакомы с этим господином демонических кровей, - вздохнул Чан Пин, очевидно, позабыв, что убийцу родителя стоило бы поносить последними словами - Признаться, до этого я не верил всем тем гнусностям, что писали в этом ужасном романе про моего отца и подростка с очень похожим именем... Но, сами видите, как все обернулось. Поневоле поверишь... - Да Ло Бинхэ это... Поменяла автор иероглиф на созвучный для конспирации - пробормотал Сюэ Ян и растянулся на крыше, уставившись на звезды - А может, он, и правда, не мне мстил. Просто, на твоего папу обиделся за репутацию и вообще... Сошел с невеликого ума, убил их всех... Добряк! А мог и выебать в качестве мести! - Я видел Ло Бинхэ в купальнях. Лучше смерть! - пробормотал Мин Фань. Сяо Синчэнь понял, что еще немного и с ума сойдет он сам. В растерянности он обернулся и взглянул на друга. Кажется, Сун Лань чувствовал то же самое. *** Убивать людей оказалось приятно. Нет, не так. Убивать оказалось очень-очень приятно. Восторг, возбуждение, испытываемое до этого только при мыслях об обнаженных девах, но гораздо острее, дольше, насыщеннее. Синьмо пел в его руках, просил еще больше крови, постоянно предлагал не разить одним ударом, а начать с конечностей и двигаться постепенно, оставить отсечение головы напоследок. Ло Бинхэ поддался ему дважды. Эти люди были на рисунках, хранившихся в недрах заветного цянькуня. Их стоило уничтожить особенно затейливо... .... Так думал Ло Бинхэ, но вышло просто грязно и кроваво. Хотя, дробить Чан Циану сначала пальцы на одной руке а потом на другой было упоительно. Жаль, раздавленную грудину он не пережил и подленько сдох. Мужчину с третьего портрета, Ло Бинхэ, к сожалению, так и не нашел. На кухне удалось разжиться провизией. Ло Бинхэ не трогал тех женщин, что не лезли в драку, хоть Синьмо и требовал разрубить их на части или, хотя бы, изнасиловать пару раз каждую. Тут уж поступить наперекор давящему на мозги оружию стало делом принципа! Было весело! Очень! А потом мужчины в поместье взяли и кончились. Ло Бинхэ расстроился, проломил несколько крыш, перебил господских собак, посмевших на него тявкать, и пошел еще раз перепроверить женское крыло на предмет укрывшихся там трусов. Кажется, управляли телом в тот момент их общие с Синьмо желания, а не здравый смысл. Ничем иным он не мог объяснить свое решение прихватить из поместья маленький, но неудобный трофей. Немного пришел в себя он на берегу лесного озерка. Рядом сидела девица с двумя смешными гульками по бокам головы и нежно обтирала ему лицо смоченным обрывком одежды. Ло Бинхэ опустил взгляд. Судя по наряду, оторвала она часть нижнего одеяния прямо в районе груди. Распахнутые верхние ханьфу и обрывки белого шелка исподнего едва прикрывали соски на высокой, полной и трепетно вздымающейся груди. Ло Бинхэ сглотнул. - Эту принудили стать наложницей против ее воли. Сегодня меня должен был обесчестить омерзительный человек. Эта недостойная так благодарна за спасение. Сердце мое трепещет. Вот послушайте! - и она в исступлении схватила ладонь Ло Бинхэ, приложила ее к своей шикарной груди, подалась вперед, закрыла глаза и еле слышно застонала. На задворках сознания требовательно заворочался Синьмо, подкидывая то одну то другую картинку. - "Давай последовательно" - потребовал Ло Бинхэ. Калейдоскоп желаний сразу же превратился в подробные визуальные инструкции, мелькающие перед глазами. *** Это была одна из самых странных ночей в жизни Сун Ланя. Пьяница заснул. Мин Фань укрыл его одеялом, вынутым из цянькуня. А с крыши снимать не стал. - Я нянчу этого психа, а хочу сидеть в бухгалтерии, - непонятно пояснил он Сяо Синчэню - Имею я право на моральную компенсацию? Сун Лань уселся на крыльцо и принялся ухаживать за мечом, не особо вслушиваясь в беседу. Ночь была тихой, лунной и почти безветренной. Прохладный воздух и пение цикад настраивали на лиричный лад. - Так у вас с собой та книга, где описаны злодеяния Чан Циана? - вдруг громко удивился Сяо Синчэнь. - Их две. - вдруг подал голос, казавшийся дремлющим Чан Пин, - После первой поток юношей, желающих обучаться в нашем клане, почти иссяк. После второй начали потихоньку разбегаться слуги, приглашённые заклинатели и наемные рабочие. Остались, в основном, те, кто служил десятилетиями, кому некуда податься, ну и связанные родственными узами. Поредел наш клан. Может, это и хорошо. Меньше жертв. Многие из погибших были достойными людьми. - Хотите почитать первую? - предложил Мин Фань Сяо Синчэню - Вторую, признаться, я не читал и не планирую. - А первая Вам зачем? - удивился Чан Пин, но очень вяло. - Хотел точно глянуть что там на двадцатой странице, вот и купил. Мин Фань вынул книжку из цянькуня и положил на край стола. Закончив с оружием и изрядно заскучав, Сун Лань поймал себя на все повторяющейся мысли: "почему двадцатая страница?" Он встал, вежливо попросил труд для ознакомления, взял книгу, вернулся на крыльцо и открыл эту самую загадочную страницу. -"Я хочу ослепнуть"- возникла мысль после первого абзаца. "Если вбить себе в голову гвозди, удастся ли позабыть прочитанное?" - подумал он, дочитав до двадцать третьей страницы, захлопнул книгу, посидел в прострации и открыл первую страницу. - "Чан Циан полностью заслужил свою смерть! "- пришел к выводу Сун Лань, дочитав до конца, и аккуратно, двумя пальцами положил книжку обратно на столик, стараясь не разбудить заснувших Сяо Синчэня и Чан Пина. Мин Фань, до этого медитировавший, открыл глаза и вопросительно уставился на Сун Ланя. - Где тут можно вымыть руки? - шепотом спросил тот. *** Липнущую как репей девицу еле удалость уговорить остаться на постоялом дворе. Напоследок она еще пару раз отблагодарила своего спасителя и обещала ждать вечность. Между рыданиями не забывая, впрочем, скромно поинтересоваться, возьмет ли великий герой в жены эту несчастную. Ло Бинхэ обещал и даже отдал ей в знак своих серьезных намерений пяток трофейных булочек, нежных, со сладенькой, тающей на языке фасолью. Кажется, девица не поняла ценности столь щедрого дара и слегка обиделась. Ло Бинхэ взмахнул сытым, и, от того, ставшим послушным Синьмо и открыл портал в Царство демонов. С местью Сюэ Яну он закончил. А вот еще две твари смели наслаждаться покоем, когда он так невыносимо страдал! И, если повезет, он надеялся застать их вместе и отомстить! Из дневника Мин Фаня. (записано секретным шифром). Наш Псих - реальный псих. Наблюдал его истерику из первых рядов. Причем, учитель явно не питает иллюзий насчет этого долбоеба, иначе зачем бы он попросил присутствовать Му Цинфана. Сначала, вызванного Сюэ Яна заставили выпить какую-то настойку, потом Му Цинфан велел подождать пять минут, после чего уже Шэнь Цинцю резким и неожиданным жестом прилепил на лоб Сюэ Яна талисман, лишающий руки, ноги и большую часть тела подвижности. На этом моменте шиди начал выглядеть испуганным. - Можно! - скомандовал Му Цинфан. - Адепт Сюэ, у нас хорошие новости для нас и плохие для Вас - официально начал учитель, выдерживая паузу. Возможно, подбирал слова. Сюэ Ян разнервничался и начал дергать туловищем, пытаясь отлепить талисман, дотянувшись лбом до плеча. Не преуспел. - Клан Чан уничтожен. Остались недорезанные остатки. Приметы нападавшего совпадают с нашим утерянным в Бездне адептом Ло Бинхэ. - учитель помолчал и добавил - А еще он назвался. Глупость вполне в его стиле. - Это шутка такая - успокоился Сюэ Ян и заулыбался- Думаете, куплюсь и не пойду их убивать? - Это информация из последнего донесения, сообщенная моему ученику, одному из первых, как заинтересованному лицу. - А печати? - Меры предосторожности - очень серьезно ответил Шэнь Цинцю. - А, поэтому Му Цинфан тут. Это чтоб я от расстройства и искажения не изобразил Лю Цинге и не начал кидаться на окружающих, - перевел учительское объяснение Сюэ Ян, осознал, попытался вскочить (не смог) и заорал с надрывом в голосе (это он проделать сумел) - Так это что, правда? Зачем? - Ты сбросил Небесного демона в Бездну. Возможно, он обиделся и отомстил. Либо это благодарственное вырезание твоих врагов за спасение. Чан Циану обе руки раздробили, прежде чем добить. - Ты же помнишь Ло Бинхэ и его "нестандартные" взгляды на жизнь - не удержался я от ремарки, за что удостоился сурового взгляда учителя и недовольного постукивания сложенным веером. Решил больше не умничать. - И нахрена я столько лет учился? - вдруг выдал Сюэ Ян - А яд у меня Вы забрали! - обвиняюще кивнул он на наставника. - Был неправ - вдруг пошел на попятный Шэнь Цинцю, чем меня даже напугал. Правда, ровно до следующей фразы - Могу вернуть путем заливки внутрь. - А это не чересчур радикально? - подыграл Му Цинфан. - У моего адепта потерян смысл жизни, он потратил на Цинцзин лучшие годы жизни, ничему не научился и, вдобавок, ведет себя как неблагодарная скотина! - пожаловался учитель Му Цинфану -, Я отравлю, а ты напишешь, что адепт скончался от расстройства ци. - Я обрел смысл жизни. Спасибо учитель за мудрость! - Сюэ Ян понял, что его претензии тут никому не интересны, а за гонор можно и огрести. Не яд конечно, но вот всыпать учитель может от души. Под контролем Му Цинфана даже не перестарается, остановится на грани "еще чуть-чуть, и труп". - И какой же? - приподнял бровь Шэнь Цинцю. - Дайте отпуск и яд, чтоб брал даже Небесного демона. - Дам паралитический. Если не сработает, сможешь утверждать, что хотел лишь поймать Ло Бинхэ и поговорить. - А если мой план выгорит, то на мое усмотрение - оскалился Сюэ Ян - Захочу-поговорю, захочу-препарирую. - Безнадежен - постановил Шэнь Цинцю. - Я же только вам это сказал! - оправдался Сюэ Ян. - Мин Фань! Официально займетесь вместе с адептом Сюэ расследованием ужасной трагедии клана Чан. Неофициально: следи, чтоб этот скорбный головушкой не орал на площадях о всех своих грандиозных планах, не воспользовался случаем и не ушел ловить Лютый труп и не вытворил еще какой-либо глупости. Будет нас позорить - убей. Позднее я скрыл присутствие и проследил за каким-то потерянным и убредшим на нежилую и заросшую часть пика Сюэ Яном. Устыдился. Думал, он вынашивает коварный план, а тот спрятался подальше ото всех, уселся на поросшем мхом камне и совершенно по детски расплакался. Тут же принялся стирать не прекращающийся поток слез ладонями, но не особо преуспел. Не хотел я подглядывать за шиди в такой момент. Нехорошо вышло, подло. Я вернулся в общежитие, быстренько собрал вещи и пошел на Аньдин поправлять душевное равновесие в объятиях самой красивой девушки в мире (теперь уже официально моей невесты). Чувствую, на этой миссии оно мне понадобится.