Глава 8

Ручка двери скрипнула, поворачиваясь, в пыльной тёмной тишине сухо щёлкнул язычок сломанного замка. Джуйс, не меняя позы, спустила курок. Хлопок был таким лёгким, будто это был не выстрел, а просто вылетела пробка из бутылки шампанского. Человека в дверях толкнуло назад, и он покачнулся, но на ногах устоял. - Блядь, милая! Что за херня?!.. Джуйс открыла рот, выронила пистолет прямо на пол и, всплеснув руками, прижала обе ладони к лицу. - Господи! Витя!.. Фуко аккуратно опустился своё оружие, стараясь, чтобы тяжёлый металл не стукнул о кафель. Держать его больше не было никаких сил, точно его вес враз увеличился многократно. Поглядела на перерезанное изгибами ажурных рамок отражение Виктора. Фуко была уверена, что уходил он в белой рубашке. Теперь ткань почему-то обзавелась странными узорами. Виктор пощупал грудь, куда пришлась пуля, покачал головой и протянул руку, включая свет. Лицо у него было обиженное. Фуко отметила длинную кровавую царапину чуть ниже скулы и то, как он подслеповато щурил глаза, когда зажглась тусклая, в общем-то, лампочка. Как будто с ночного зрения забыл на дневное перестроиться. - Я думал ты с попытками меня подстрелить завязала, - сказал он, слегка морщась от света. - Ну что за хрень, Джу? Я ж постучал, как договаривались. Ты что, забыла?.. А. Ясно. Ты, как обычно, не слушала. Ничего. Не промеж глаз, и на этом спасибо. - В следующий раз учту, - дрожащим голосом проговорила Джуйс. Она привалилась спиной к кухонному гарнитуру, вцепилась руками в расклеившуюся грязную столешницу. - Что тебе надо ровно промеж глаз стрелять. - Рад знать, что у вас всё под контролем, - мрачно проворчал Виктор. - У нас тоже. Спасибо, что спросила. Фуко приподнялась, чувствуя, как часто-часто забилось сердце. Сорвалась с места, отпихнула, кажется, Виктора в сторону, почувствовала, что его бок, по которому она прошлась ладонью, мокрый и почему-то липкий. Вылетела на террассу, не представляя даже, что увидит. Из всех троих, кто стоял перед домом, только Джина выглядела точно так же, как когда уходила. Шэнь и Билли, хоть и казались чрезвычайно довольными, были с ног до головы грязными, как черти и казались слегка потрёпанными. А Энди они вообще держали почти на весу, явно не без труда. Фуко показалось, что он не жив - живые не висят так безвольно в чужих руках. Она сама не заметила, как позвала его - и он неожиданно, с совершенно отчётливым усилием, приподнял голову. Левую половину лица у него скрывала полумаска из запёкшейся уже крови, и смотрел он на неё только правым глазом. - О, - сказал он сипло, как при ангине. - Привет, красотка. Парень нужен?.. Джина покосилась на него и ехидно ухмыльнулась. - Не обращай внимания, - посоветовала она Фуко, которая не знала, то ли бросаться к нему, то ли остаться на месте, то ли заплакать от его вида, то ли рассмеяться потому, что он оказался жив. - Он под кайфом, если это можно так назвать. Не в адеквате. Больше, чем обычно бывает. Виктор, ну что там, твоя жена передумала нас убивать?.. Можно уже войти?.. Судя по торопливому яростному перешёптыванию внутри, Джуйс собиралась убивать только Виктора. На этот раз - намеренно. Фуко даже на улице слышала, как она сердито топает по полу и демонстративно хлопает дверью ванной. Виктор спустился по ступеням, перехватил брата вместо невысокого Шэня, и они вдвоём с Билли затащили его в дом мимо примёрзшей к полу Фуко. Джина прошла следом за ними, покосилась на неё с лёгким пренебрежительным раздражением. - Всё с ним нормально, - сказала она, будто нехотя цедя слова. - Виктор сказал - цел, в общем. Проспится, протрезвеет. Перестанет бредить вслух. Хотя вот насчёт последнего сомневаюсь. Заносит его чем дальше, тем больше. Судя по тому, что Энди зачем-то тебя с собой таскает. Хотя как раз зачем - я тебе уже говорила, кажется. Она прошла в дом, и Фуко, подождав немного, проследовала за ней. Джина и правда говорила. Много чего говорила, но сейчас Фуко это совсем почти не беспокоило. Билли как раз запирал дверь в ванную - оттуда был слышан шум воды и ровным счётом ничего больше. Джуйс выключила своё варево - пахло оно неплохо, но на вид казалось совершенно неаппетитным. Она так раздражённо гремела разномастными надколотыми тарелками, как будто Виктор, получив от неё же пулю, обидел её до глубины души. Джина уселась за стол, с наслаждением потянулась и замерла, откинувшись на стуле. Шэнь возился с допотопной газовой горелкой и закопчённым чайником. Билли принёс откуда-то из груды сумок, сваленных у дивана, пару аптечек и, приоткрыв дверь, просунул их в щель. Оттуда донеслась ворчливая благодарность Виктора и снова всё стихло. Фуко подошла, помедлила немного и постучалась. - Что? - поинтересовался Виктор негромко. - Это я, - на всякий случай уточнила Фуко. - Я... Нужно помочь?.. - Не пускай её, - посоветовал Энди всё так же сипло и неразборчиво. - Она будет ко мне приставать. Или ты меня для этого раздел?.. Виктор приоткрыл дверь - ровно так, чтобы поглядеть на неё. Он всё ещё был в окровавленной рубахе, пятна на которой расплывались акварельными потёками, намокнув от воды. - Сам справлюсь, - коротко сказал он. - Посмотри лучше, где его устроить на ночь. Чтобы... поудобнее. Насколько это возможно, конечно. Ладно? - Ладно, - покорно сказала Фуко, и отправилась выполнять это нехитрое задание. Виктор повернулся к Энди - тот сидел на опущенной крышке допотопного унитаза, тяжело дышал и морщился при каждом втором вдохе. - Хреново тебе? - поинтересовался Виктор совсем тихо, чтобы не было слышно. - Хреново, - пробормотал тот. - Щас ещё хуже будет, да?.. Виктор потрогал воду - горячей в кране не было, но холодная, которой набралось на половину ванны, не была прямо-таки ледяной на ощупь. Терпимо. Может, сейчас и к лучшему. - Давай-ка, - сказал он. - Только не ори, я тебя умоляю. - Да за кого ты меня принима... Уххбля!.. Энди явственно сжался, когда Виктор опустил его в воду, задышал, приоткрыв рот и зажмурился. Корка крови над левой бровью лопнула, и из-под неё опять засочились крупные тяжёлые капли. - Терпи, - прошептал Виктор, поддерживая его за плечи. - Сам просился вымыться. - Да после такого не то, что вымыться, скипидаром облиться хочется, - выдохнул Энди. - Су-у-ка-а-а!.. Ты б знал, как это сейчас охуительно ощущается. Просто кайф. Когда Виктор плеснул ему на грудь водой, смывая потёки крови из раны над ключицей, его слегка затрясло. - Быстрее в себя придёшь. Хотя ты уже почти пришёл, судя по всему. Чего комедию ломаешь?.. Вот тут надо бы зашить. Ссадины просто обработаем, и так заживёт. А вот что с головой делать, ума не приложу. Слышимость в доме была адская, но вода из старого латунного крана плескала куда громче, чем все их разговоры, скрадывая слова и почти заглушая звуки. Энди зажмурился, когда вода снова окатила покрывшуюся крупными мурашками кожу. - Ну, я не совсем в себя пришёл, - сказал он сквозь зубы. - Так. На полшишечки. Не надо на мне ничего шить. Само срастётся. А голову заклей просто, чтоб не кровило постоянно, и сойдёт. Это просто кусок кожи, нарастёт обратно. Может, даже краше будет, чем прежняя. Вода в ванной порозовела. Виктор выдернул пробку, подождал, пока кровавый раствор исчезнет в сливе, заткнул его заново и подкрутил кран на максимум. - Ещё кроет? - уточнил он, потроша аптечку. Внутри нашёлся широкий бинт, и он, намочив его, принялся оттирать засохшую и свежую кровь с лица Энди. - Если ты стоишь на месте, а не вращаешься, то да, кроет, - отозвался тот, дёрнувшись, когда марля задела край раны. - А потом тут Джина. Пусть думает, что я полностью не в адеквате, пока я не стану в адеквате полностью. Понял? Виктор улыбнулся, прополоскал ткань. - Прячешься от бывшей в наркотическом дурмане?.. Энди явственно клацнул зубами. - Именно так. - Ты бы поговорил с ней всё-таки, - проворчал Виктор, ладонью смывая с его плеч и шеи кровь и грязь. - Нахрен надо, - Энди стиснул зубы, чтобы не стучали слишком уж громко. - Долго ещё?.. У меня вжалось то, что вжиматься не должно, и это странно. - Недолго, - соврал Виктор. - Как суставы?.. - Офигенно, - Энди трясло всё сильнее, и его голос, осипший и сдавленный, тоже вибрировал. - Китайский массаж мне нравится больше, чем тайский. Мастер огонь. Пять звёзд. «Сейчас будет чуточку неприятно», сказал он, гнида косоглазая. Чуточку, мать его, неприятно. И ка-а-ак вставил мне всё на место. Я чуть не отъехал прямо в его заботливых руках. Да долго ещё, а?.. - Почти всё, - Виктор ободряюще похлопал его по спине. - Голову наклони. Он переключил воду на душ, смыл остатки крови, обмыл глубокие царапины и ссадину на правой щеке. Энди ругался сквозь зубы, но терпел. Напоследок Виктор снова спустил розоватую воду, окатил его хорошенько и, наконец, потрепал по мокрым волосам. - Готово. Поможешь тебя достать?.. - Я сам вылезу, - слабо простонал Энди. - Только чтоб от тебя подальше. Слышь, а ты с этим Руином не заодно, часом? Пытаешь прям на уровне... Виктор цыкнул, не без труда вытащил его и поставил на пол. Энди мгновенно навалился на него всем весом, зарычал от боли в плече, попытался переступить ногами и не смог. - Болтаешь ты лучше, чем ходишь, - проворчал Виктор, усаживая его на свой брошенный на пол пиджак, который превратился в мокрую тряпку. - Погоди тут. Один я тебя не утащу. Ты нахрена такой здоровый вырос?.. - А ты? - слабо поинтересовался Энди. - Одеться во что-то дадут?.. - Стесняешься? - фыркнул Виктор. - Тогда точно тебя нехило так кроет до сих пор. Он приоткрыл дверь совсем немного. - Джуйс! - позвал он в проём. - Джуйс!?.. Она возникла бесшумной тенью, заглянула внутрь и просунула свёрнутые в кулёк тряпки. Виктор развернул - оказалось, мягкие спортивные штаны и тёмная футболка. - Сойдёт, - одобрил он. - Спасибо. - Я с тобой не разговариваю, - отчеканила Джуйс и исчезла. Энди проследил за ней мутным взглядом. Теперь, без залеплявшей веко крови, он мог, наконец, открыть и левый глаз, но перестраивался на бинокулярное зрение явно с трудом. - Фига, - сказал он. - Сама в тебя выстрелила, сама же обиделась. А ты остался виноват. Нахер никогда не женюсь. Помру холостым. - Н-да? - ухмыльнулся Виктор, одевая его, как безвольный манекен. По температуре тела, по крайней мере, он приблизился к окружающей среде. - Даже на Фуко?. - Если только на Фуко, - поправился Энди и сцепил зубы, когда Виктор тронул его плечо. - Слышь, мне хватит штанов. Намного увереннее себя чувствую. Почти не стесняюсь. ..Ну пожалуйста. Виктор спорить не стал. Они медленно подняли Энди по лестнице - не столько потому, что он был тяжёлым, сколько потому, что боялись, что под их общим весом старые ступеньки попросту развалятся. Фуко, увидев процессию, отступила к окну и торопливо принялась захлопывать ставни и закрывать защёлки на них. Виктор опустил брата на покрытый пятнами матрас, поглядел невесть откуда взявшийся плед и накинул на него, закрывая от подбородка до ног. - Аптечку принеси, - попросил он Фуко, очень стараясь, чтобы в голосе не звучал приказ, и она унеслась вниз так быстро, что он не успел добавить «пожалуйста». Билли поглядел ей вслед, посмотрел на бледного Энди, которого так сильно трясло, что кровать под ним, казалось, обзавелась функцией вибромассажа. - Это он замёрз или это такой отходняк? - поинтересовался он у Виктора. - Всё вместе, - ответил Энди едва слышно. - Я тебя слышу так-то. А чай в этом заведении подают?.. Можно без лимона, без сахара и даже без заварки, только чтобы погорячей. Билли наклонился к нему, заглянул в глаза, присвистнул. - О-хре-неть, - сказал он негромко. - Виктор, а что, собственно, ему такое вкололи?.. Выглядит, как всё, что я знаю, сразу. - Проще перечислить, что не вкололи, - проворчал тот. Рассеянно посмотрел на подушку, обернул её футболкой, от которой Энди отказался, и подсунул тому под голову. - Авторская смесь, Билл. Я не разбираюсь. Сказал бы раньше, что тебе интересно. Я бы уточнил подробнее. Но отпустит через некоторое время. И на всякий случай я поищу какое-нибудь ведро. Энди зашипел, попытавшись повернуться поудобнее. - Да не буду я блевать, - сказал он, морщась. - Меня даже с перепоя не выворачивает никогда. Просто тихо умираю где-нибудь в темноте и холоде. Вот щас вполне темно и холодно. Дайте поумирать в одиночестве, мужики. - Ещё как будешь, - пообещал Виктор. - Тебя одного оставлять нельзя. Присмотрим за тобой сегодня. Совместными усилиями. - Нахер иди, - устало попросил его Энди. - За женой своей присмотри, понял?.. Нет, серьезно, Вить. Она что-то совсем... Расклеилась. Стреляет вон в тебя. И, главное, попадает! И не случайно, как обычно!.. Я бы на твоём месте капец насторожился. Он умолк, потому что дверь открылась и вернулась Фуко с аптечкой. Она собиралась уйти, но Виктор поманил её поближе. - Смотри, - сказал он, открывая плотно набитую тканевую коробку. - Бинты, антисептик. Это обезболивающее. Антибиотик. Жгут. Ампулы - ещё анестетик, вот это от отёков, это тоже обезбол, посильнее. С ним аккуратно, по сути это наркотик. Одноразовые шприцы для всего этого добра. Повязки. Эти гелевые, эти обычные. Вот это - от ожогов, перед тем, как бинтуешь. Пластырь. Раны обрабатывала когда-нибудь? Она покачала головой, чуточку побледнела, но стиснула зубы. - Сейчас научишься, - пообещал Виктор. Энди только наморщил нос. - Я тебе не учебное пособие, - проворчал он, но вполне миролюбиво. - Но если для неё - я согласен. А можно меня вместо обезбола за ручку подержать?.. Или мне за что-нибудь подержаться?.. Только чтоб тёплое и помягче. - Можно, - прыснул Билли. - Подержись за меня, если так хочешь. Я вполне тёплый и мягкие места найдутся. Энди покосился на него с явным раздражением. - Шёл бы ты отсюда, дядя, - посоветовал он. - Не порти малину. Я тут занят страшно важными вещами. Не мешай девчонку кадрить. Она почти на меня запала. По глазам вижу. Виктор тяжело вздохнул, но оставил это заявление без внимания. Фуко смотрела, как Виктор обрабатывает ему рану на лбу, густо засыпает каким-то порошком и перекрывает гелевой пластинкой, уже поверх которой легла плотная марлевая повязка. Он коротко объяснял, что и зачем делает, и Фуко очень старалась всё запомнить. И не смотреть на Энди, который затих будто вжался в матрас, не переставая, впрочем, трястись. - Пригляди пока за ним, - буркнул Виктор, когда с перевязкой было закончено. - Пойду принесу воды. И чаю. У Джуйс наверняка есть. Фуко только кивнула, и они с Билли вдвоём неслышно ушли. Энди всё лежал с закрытыми глазами, и только подрагивал изредка в судорожном ознобе. Фуко не знала, что нужно сейчас сказать. Больше всего ей хотелось его обнять, но она даже прикоснуться лишний раз боялась. Видела темнеющие тут и там на его теле синяки, жуткую рану на лбу, и боялась лишний раз причинить боль даже лёгким прикосновением. Она присела на край матраса, который даже под её весом прогнулся так, что она почувствовала каждую пружину внутри. Неловко протянула руку и погладила его по виску справа. Наощупь он был просто ледяным. Энди приоткрыл глаза и покосился на неё. Его взгляд блуждал, будто соскальзывая с её лица куда-то в сторону и снова возвращаясь. - Извини за идиотский юмор, - сказал он. - Больно, капец. Лучше уж плохо шутить, чем орать, а?.. - Так ты в себе, - улыбнулась Фуко, - А Джина говорила... Энди слабо помотал головой. - Не-е-е. Я в хламину на самом деле. Так что не совсем в себе. А ты как?.. В порядке? Не нашли тебя? Дебилы. Так мне обрадовались, что даже искать не стали?.. Повелись на окно? Решили, я тебя выкинул? Дебилы дважды. Ты что, ревела? По мне, что ль? Приятно. Но реветь больше не надо. - Меня Виктор нашёл, - сказала она. - И я уж точно получше... Чем ты. Он закашлялся, поморщился, с усилием сглатывая. Фуко видела, как напряглась его шея и кадык скользнул вверх-вниз. Даже такое простое действие давалось ему сейчас с трудом. Она опять подивилась тому, как он вообще может более-менее трезво разговаривать. Ещё и о ней беспокоиться. - Наркота нахаляву, - пробормотал он, рассматривая её лицо. - Круто же, нет?.. Ты не волнуйся за меня. Иди, отдохни. Траванули нас обоих знатно. Тебе ж тоже досталось. Ей, обошедшейся уже почти прошедшим раздражением глаз и слизистой носоглотки, было странно слышать такое от него. Полуживого. - Я останусь, - сказала Фуко, очень постаравшись хотя бы отчасти скопировать тон Виктора, которому, она знала по себе, возражать было невозможно. - И на остаток ночи тоже останусь. Что бы там Виктор не говорил. Пусть и правда побудет с Джуйс. А я с тобой. Я же думала, что тебя убили. Энди изобразил улыбку, рана на губе лопнула и из неё проступила кровь, окрашивая розовым его зубы. - Это ты зря, конечно. Я нахрен неубиваемый. Фуко погладила его по волосам, тронула щёку и стёрла просочившуюся от уголка рта алую каплю. - Ничего подобного, - сказала она. - Знаешь, как я испугалась? За тебя?.. - Ну теперь-то бояться нечего, - возразил он. Зрачки у него были просто огромные, и глаза казались совсем чёрными, потому что от синего отсвета радужек почти ничего не осталось. - Правда, Фуко, свали, а?.. В ближайшие несколько часов я явно буду трястись от холода, блевать и, возможно, что похуже. Не хочу, чтобы ты меня таким видела. Ну правда, не хочу. Иди. Сделай милость. Дай мне остаться таким, как я хотел бы тебе казаться. Сама же сказала - я что-то вроде суперагента из кино. А они не мочатся под себя и не блюют дальше, чем видят. Никогда. - Угу, - подтвердила она и не двинулась с места. Виктор вернулся с двумя бутылками воды, стаканом и выщербленной чашкой, от которой поднимался лёгкий пар. Он был уже без рубашки, и Фуко отметила, что шрамов на нём даже побольше, чем у Энди. Хотя ей казалось, что их вообще быть не должно. На груди и боку темнели смазанные кровоподтёки - там, где пули столкнулись с кевларом. Два уже были совсем чёрными, третий только наливался синевой. - Всё чтобы выпил, - зачем-то сказал он Фуко. - Только пусть пьёт медленно. Часто и побольше. Его бы по-хорошему к медикам нормальным нужно, обследовать и интоксикацию хотя бы снять, но визит в госпиталь чреват последствиями. Приглядишь за ним ещё немного?.. Если не трудно. Мне нужно... переговорить с Джуйс. Фуко кивнула, с облегчением отметив, что бодаться с ним почти не пришлось. Виктор выглядел усталым и будто бы виноватым, но в ответ на её кивок грустно и почти незаметно улыбнулся. - На всякий случай, - он ногой подвинул помятое ржавое ведро поближе к краю кровати. - Шэнь сказал, правое плечо вроде получше, так что поворачивай на правый бок, когда будет рвать. И пои. Если придётся - насильно. Хотя сопротивляться он всё равно пока не может. Справишься. Главное, не слушай, что он несёт. И не ведись на то, что у него якобы всё в норме. Он умеет быть убедительным. Ни слову не верь. - Да пошёл ты нахер, - с неожиданной яростью в голосе проговорил Энди. Он приподнял голову, стискивая зубы. - Свалите все от меня. Отлежусь, подумаю о вечном. Один. Виктор поглядел на него сверху вниз и вздёрнул бровь. - Ну да, - сказал он будто бы спинке кровати. - Пережить хренову гору ранений и помереть, захлебнувшись в собственной рвоте. Так себе перспектива. Лежи и не рыпайся. Тебе нужен присмотр. Я тебя подменю, - добавил он, обращаясь к Фуко, - как только Джуйс немного успокоится. Ладно?.. Шэнь с Билли и Джина отправились мусор утилизировать. А мне ещё нужно сделать пару звонков. Ребята вернутся к утру, так что мы тут пока вчетвером. Прости за беспокойство, но я один с ними двумя не справляюсь, кажется. Фуко только прикусила губу. Было странно слышать такое от Виктора. Что он так откровенно признаёт, что с чем-то не справляется. Но в конце концов, он тоже просто человек. У которого на руках оказался брат чуть не при смерти и беременная, кажется, жена. - Спасибо за помощь, - резюмировал Виктор и ушёл. Энди так отчаянно простонал, что ей сначала показалось - от боли. Но нет, взгляд у него был настолько злой, что Фуко только удивлённо вздёрнула бровь. На несколько секунд он выглядел совершенно адекватным - ну или ярость придала ему и сил, и ясности сознания. - Слушай, - сказала она, беря в руки чашку. Она попробовала температуру, и горьковатая жидкость совсем не обожгла. - Я же говорила, что в жизни не бывает, как в кино. Пей. Он уставился на неё, на кружку, облизнул сухие припухшие губы. И, прикрыв глаза, приник к краю. - Маленькими глотками, - напомнила она. Энди не послушался, конечно. Фуко придерживала его за неестественно горячее по сравнению с остальным телом плечо и прямо-таки чувствовала, как его трясёт. Она дала ему выпить половину и отобрала чай. Энди сглотнул - уже чуть с меньшим напряжением. - Класс, - кисло просипел он. - Мы ж вроде ничего такого друг друг не обещали. Ничего навроде этого вот в болезни и здравии, и прочего в подобном духе. Это должно было бы быть намного позже. Опять всё через жопу. - Ты задолбал, - честно сказала Фуко. - Перестань уже. Ты мне жизнь спас. Трижды. Я тебя в одиночестве страдать не брошу. Тем более, Виктор сказал, за тобой нужен присмотр. Это меньшее, что я могу. Она поправила подушку, помогла ему повернуться на бок. Энди проворчал что-то совсем неразборчиво, когда перекатывался, и зашипел сквозь зубы. - Ерунда, - проговорил он, отдышавшись и глядя в одну точку перед собой. - Я ж не только тебя спасал. Себя немножко тоже. Фуко была совершенно уверена, что её. Он сам об этом говорил в машине. «Нахер работу». «Если будет выбор ты или дело - я выберу тебя». Он и выбрал её. Она почему-то была уверена, что из перестрелки в отеле он мог бы выйти совершенно невредимым, если бы был тогда один. Или с той же Джиной. Под окном был канал, нужно было просто улучить момент и спрыгнуть в воду. Проплыть до катера, завести его и убраться подальше. Но Фуко не смогла бы сигануть с третьего этажа, не угодив на узкий тротуар, а потом умудриться продержаться под водой достаточно долго, чтобы выплыть из-под обстрела. Не смогла бы сохранить трезвый рассудок под пулями. Фуко сама это знала, и Энди тоже знал. Он её спрятал и остался. Чтобы те, по ту сторону двери, обрадовались ему и её искать не стали. Глупый план, нелогичный, весь построенный вокруг её безопасности. Фуко поглядела на то, как он трясётся под старым пледом и у неё что-то сжалось в груди. Ему нужно было согреться, но укрыть его было ровным счётом нечем. Она подумала, стянула толстовку, оставшись только в футболке, забралась на кровать с ногами, подлезла под край пледа и обняла его со спины. Он был таким холодным, будто жизни в нём совсем не осталось. И совершенно никак не прокомментировал тот факт, что она прижалась к нему, обхватив поперёк живота. Только слабо шевельнул непослушной рукой и тронул её ладонь поверх собственных напряжённых мышц. Дрожать не перестал, но озноб вроде бы стал меньше. Фуко обняла его покрепче и, повинуясь порыву, поцеловала в лопатку. - Всё будет хорошо, - проговорила она. Он явственно ухмыльнулся, попытался сжать её руку, но как будто мышцы его совсем не слушались - получилось нечто между пожатием и поглаживанием. - О да. Ситуация под контролем и вся херня. Знаешь, что самое дерьмовое? Я ни заснуть, ни отрубиться не могу. Даже задремать не выйдет. Хотя сейчас проспал бы часов двадцать. Но нет. Ух, блин. Фуко приподнялась, глядя на то, как он вздрагивает - на этот раз не от холода. - Тошнит? - уточнила она. Он только коротко кивнул, сжимая челюсти. Она вскочила, и едва успела подсунуть ему ведро. Его выворачивало почти так же, как Джуйс в самолёте. Она дождалась, пока он со стоном рухнет обратно на кровать, и обрывком бинта утёрла ему лицо. - Тебя кровью рвёт, - сказала она негромко. - Это изо рта, - проворчал он. - Наглотался. Я слегка прикусил губу, как видишь. И щёку. И мне немного недовыбили пару зубов. Ну почему именно ты, а?.. На Виктора я бы с радостью наблевал, и уговаривать бы не пришлось. Хоспаде, стыд-то какой. Последнее замечание Фуко оставила совершенно без внимания. Ничего стыдного тут не было и в помине. И никакой брезгливости она не испытывала. Никакого отторжения или неприязни. Просто он, как всегда, за болтовнёй старался скрыть своё истинное состояние, а в этот раз тело его здорово подвело. Фуко, впрочем, и без того догадывалась, насколько ему на самом деле плохо. Энди коротко дышал, крепко-накрепко зажмурившись. Она погладила его по плечу, по боку поверх колючего пледа. Потрепала по волосам и взялась за чашку. - Пей. Он только крепче сжал веки. - Пей, я сказала. Он устало поглядел на неё сквозь ресницы, совсем чуть-чуть приоткрыв глаза. - Опять же вывернет, - проворчал он. - Так вроде на пустой желудок и ничего. - Виктор сказал тебя отпаивать, - с нажимом проговорила Фуко. - Пей. Сейчас же. Энди вздохнул, но послушался. И всё повторилось. Прекратилось только почти под утро, когда он почти допил вторую двухлитровую бутылку и остался совершенно, кажется, без последних сил. - Умыться бы, - слабо, но мечтательно, прошептал он. Фуко осторожно принялась вытирать испарину с его кожи чистой влажной тканью. Зрачки у него почти вернулись в норму, правда, левый всё ещё был чуть шире. Его больше не трясло, наоборот, он стал горячим, как будто только что выпал из жарко натопленной сауны. Пот, который она стирала с оставшейся целой части его кожи, странно пах лекарствами и чем-то, отдалённо напоминающем растворитель для краски. Виктор вернулся к ним под утро, когда Энди уже смог самостоятельно удержать в руке на треть наполненный стакан воды. - Получше, - отметил он, окинув брата оценивающим взглядом. - Это хорошо. Мы уезжаем. Судя по его виду, он в эту ночь тоже не спал. В углах глаз будто прорезались морщины, более глубокие, чем соответствовало бы возрасту. Он переоделся, правда, рубашка на этот раз была тёмной и была ему чуть-чуть узковата в плечах. Фуко поглядела на него и с недоумением подумала о том, как этот усталый человек мог настолько её пугать. - Офигенно, - отозвался Энди. - Только у меня в башке всё вращаться перестало. Хочешь растрясти то здоровое, что во мне осталось? - Хочу, чтобы все остались живы и целы, - отрезал Виктор. - И в этой дыре не хочу оставаться ни на минуту дольше необходимого. Вильям нашёл вам самолёт. - Чего? - Энди аж сел почти без усилия. - В смысле - нам?.. Это кому это - нам?.. - Вам, - Виктор слегка нахмурился. - Джуйс, Фуко и тебе. Улетите туда, где можно не беспокоиться о том, что вас будет просто найти. Тебе недельку отлежаться не помешает. Заодно за девчонками присмотришь. - Присмотрю, - фыркнул Энди. - Из меня сейчас присмотрщик, как из говна пуля. Ты что, совсем поплыл, братец?.. А ты чем будешь в это время заниматься, позволь спросить?.. Что, думаешь, я настолько был под кайфом, что не слышал ничего? И не видел? Ну нет, Витя, так не пойдёт. Ты нас отправишь подальше, чтобы не мешали, и понесёшься мстить, как в старые добрые. Сбросив балласт из нас, совести и остатков здравого смысла. Джуйс в курсе, что ты сорвался со своей благодетельной рассудительности?.. В курсе, что тебе опять кровь в башку дала во всех смыслах? И что она, интересно, по этому поводу думает?.. Фуко, что я тебе говорил?.. Когда предлагал Грецию и всё такое? Не надо, я сам вспомнил. Нахер иди, Витя. Можешь по дороге станцевать. Я никуда не полечу. Девчонок - да, отправляй, так и впрямь будет лучше. Но я, бля, никуда от тебя не денусь. Хоть будет кому тебя притормозить, когда тебя в очередной раз занесёт. Как в Швеции было, ага. Кто тут из нас ещё наркомана кусок. Фуко припомнила, что он уже говорил про Швецию. Что там холодно, медведи и стреляют. У него на память остался шрам над сердцем и выжженные под кожей координаты. У Виктора были такие же, и шрам такой же, на том же самом месте - Фуко его видела мельком. Чтобы они оба помнили. - Прекрати, - холодно сказал Виктор, и Фуко вдруг поняла, что в этой сцене она была совершенно лишней. Она не должна была слышать этот разговор. По мнению Виктора - вообще никто не должен был слышать, такой испепеляющий взгляд он на неё бросил. Но Энди только ухватил её за руку, не давая уйти. - Нет уж, - сказал он. - Пусть слушает. Пусть знает. Потому что дело семейное, а у нас с ней, кажется, наметился служебный роман с долгосрочной перспективой. И я обещал, что больше между нами никаких недомолвок не будет. Фуко, сядь. Сядь, - рявкнул он совсем как Виктор, и даже чуть более угрожающе. - Даже не вздумай, - процедил сам Виктор. Энди потрогал повязку на лбу, которая уже слегка промокла от сукровицы. - Я тебе сказал - нахер иди, - рыкнул он. - Объясняю на пальцах, чтоб было понятно. Этот, - он ткнул в Виктора. - Адреналиновый наркоман, если кратко. У него на почве жестокости срывает крышку напрочь. Опознавательная система свой-чужой летит ко всем чертям. Единственное, что хоть немного удерживает его в узде - это присутствие где-то неподалёку Джуйс. И иногда я, если предварительно его оглушить и с полчаса орать прям в ухо. А он хочет нас обоих отослать подальше, чтобы ухнуть в кровавый запой, пойти и поубивать всех, кого считает виноватым в наших недавних приключениях. Уверен, он беднягу Руина два часа филировал, как рыбу, пока не выпытал все крупицы информации, которые у того в башке были. И потом спокойненько отправился меня в ванне купать и ужин трескать, прям как в детстве. Только время сейчас другое, Витя. И положение у нас другое. Нам не валить нужно всех направо и налево. Нам нужно шевелить мозгами. Твоими, блядь, в основном. И не носиться туда-сюда под носом у конкурентов и прочих служб, как блоха по собачьей спине. Что, попытал человечка и с катушек слетел?.. Я видел твоё лицо там, в этих руинах. Я его хорошо помню. И что ты с таким лицом творил, тоже помню. Я сказал - нет. Я не улечу никуда. Что хочешь с этим делай. Можешь меня прям здесь бросить, я тебя всё равно найду. Мы ж друг друга чуем, как ищейки ебучие. Он отпустил руку Фуко. Виктор молчал, скрестив руки на груди. Фуко почему-то показалось, что он сейчас начнёт попросту крушить всё вокруг, такая ярость от него исходила. Но он и с места не двинулся, только покосился на неё и пренебрежительно поджал губы. - Иди, расскажи Джуйс, что он тут придумал, - отрывисто сказал Энди, легонько подтолкнув Фуко в бок, - Что у неё муж в штопоре. Пусть идёт сюда и вправляет ему мозги, как хочет. Я бы сам ему врезал, но я чот не в форме с утра. Живее, - прикрикнул он на неё, но совершенно не обидно и без злости, просто поторапливая. Она прошла мимо Виктора, не глядя на него. Энди проследил за ней хмурым взглядом. - Им ты нужен, - уже тише сказал он. - А ты, как последний идиот, собираешься в одиночку лезть в осиное гнездо. Даже не представляя, кто там тебя ждёт. Спятил? Я как должен, по-твоему, отлёживаться? Остальных ты тоже наверняка отпустил. Джину, китайца этого. У Вильяма вообще своё дело теперь. И что?.. Кто тебя прикроет? А, ну тебе, конечно, прикрытие не нужно. А о нас ты подумал? Тебя же грохнут наверняка. Как Джуйс будет дальше? А эти ваши... обстоятельства неожиданные? А Мария?.. И все остальные? Нико, с которым непонятно что и помочь ему некому?.. Ага, по роже вижу, об этом ты даже не задумался. Мудачина. Просто мудачище. Вселенского масштаба. Убить тебя мало. - Что у вас тут происходит?.. - поинтересовалась Джуйс, переводя взгляд с Виктора на Энди и обратно. - Фуко сказала, что вы переругались опять. Нельзя хоть день провести нормально?.. Виктор, мы летим или как?.. Ты ж меня поторапливал, а сам что?.. Он моргнул, глядя на неё с совершенно неподдельным недоумением. - В смысле - мы? Вы летите. Я остаюсь. Джуйс поглядела на него снизу вверх, подошла и легонько тыкнула кулаком в лоб. - Ты дурак совсем? - спросила она, и по голосу было понятно, что в этом-то она уверена на все сто. - А братца твоего мы вдвоём с Фуко будем в самолёт затаскивать и вытаскивать? Шэнь у нас пилот, ему и так забот хватит. Да и не справится он один. Так что, будь добр, поработай носильщиком немного. Тем более, что лететь нам что-то около часа, как раз успеешь вздремнуть. Может, тебя попустит чуть-чуть, котик. Виктор совершенно неожиданно рассмеялся. Прикрыл лицо ладонью, будто бы пытался спрятать смех - и не смог. Он был так похож на Энди на яхте, когда тот кусал кулак, лишь бы не ржать в голос, что Фуко даже стало не по себе. От кого угодно она могла ждать приступа истерического хохота, только не от Виктора. И поди ж ты. - Бля, - сказал он, немного отдышавшись. - Почему, когда я пытаюсь вас двоих защитить, я сразу мудак, дурак, и пошёл я нахер со своей заботой?.. Почему, хотел бы я знать, дорогая моя семья?.. - Потому что ты теряешь связь с реальностью, когда боишься? - подсказала Джуйс. - Потому что ты привык решать все вопросы насилием?.. Потому что ты не разбираешься ни в чем, что касается чувств? Потому что принципиально не понимаешь сути взаимной привязанности?.. Потому что у тебя эмоциональный диапазон, как у полена?.. Я долго могу продолжать, Вить. Мы летим все вместе. Или никто никуда не летит. Мне даже начинает нравится этот чудный дом. Может, купим его взаправду?.. *** Ощущение поспешного бегства после победы было странным. - Это был один настоящий бой, - сказал Энди, когда она спросила его, почему они всё-таки сбегают. - Мы пока выиграли только его, а войну в целом мы капитально проигрываем. Надо с силами собраться. И с мыслями. И убраться подальше от коллег. Из всех ведомств и безведомственных... структур. Перелёт он переносил неплохо, по крайней мере, кроме явственной усталости, ничего по его виду понять было нельзя. Впрочем, выглядел он ещё хуже, чем когда Виктор только вволок его в заброшенный дом. На коже тут и там темнели синяки и ссадины, черты лица исказило отёком. Свежая повязка на лбу уже потихоньку подмокала. И он морщился каждый раз, когда требовалось даже слегка пошевелить руками, а когда Фуко, садясь рядом, случайно задела его плечо, зафыркал, как рассерженный ёж. - Куда летим? - поинтересовался Виктор, когда они расселись в крошечной, видавшей виды «Цессне». Джуйс легкомысленно махнула рукой. - В город, который у тебя самый любимый, - сказала она весело. - В Будапешт. Помнишь, что было в Будапеште, Виктор? - Нет, - сказал он быстро. - Не помню. А что, такой город вообще существует?.. Название какое-то дурацкое. Джуйс лукаво улыбнулась. - Он едва устоял, - сказала она весело. - После того, как ты мне там предложение сделал. Помнишь же, наверняка помнишь. Не прикидывайся. Это же было второе лучшее событие в твоей жизни. Первое - это то, что ты меня встретил, разумеется. - Не было такого, - буркнул Виктор и уставился в иллюминатор. Энди только ухмыльнулся - получилось криво, но вполне весело. - Вот долетим, доедем, разместимся, и я всё-всё расскажу Фуко, - пропела Джуйс, не обращая внимания на мрачное недовольство Виктора. - Сам сказал - «дорогая моя семья». Она тоже в комнате была, когда ты это говорил. Да-да, нечего нос воротить. Я всё слышала. Фуко, с повышением. Теперь, кажется, могу взаправду называть тебя сестричкой. Виктор предпочёл на это не отвечать ровным счётом никак, сделав вид, что он вообще находится где-то в иной реальности. Впрочем, когда Джуйс в какой-то момент побледнела и притихла, он отреагировал на это моментально, будто всё время за ней наблюдал. Судя по его позе - затылком. Энди проследил за ними взглядом, наклонился поближе к Фуко и чуточку сощурил глаза. - Ты подозрительно молчишь. В чём дело, выкладывай. Она поглядела на него так, будто видела впервые. Он сердито цыкнул. - Нечего меня рассматривать. Не красавец, но скоро снова буду. Отвечай давай, пока эти двое друг другом заняты. Фуко улыбнулась, поворачиваясь к нему в кресле, чтобы он не слишком уж крутил головой. - Просто вспомнила, что ты сказал, что у нас служебный роман, - она перекинула стянутые в низкий хвост волосы через плечо. - С долгосрочными перспективами. Звучит лучше, чем стокгольмский синдром. А это точно не он?.. - Понятия не имею. А ты почему не удрала, как только осталась одна? - ухмыльнулся Энди. - Не в смысле в шахте. В смысле, когда вы тут были с Джуйс. Ты ведь могла просто тихонько выйти на улицу, дойти до города, обратиться в полицию. И вернуться домой. Правда, по ходу дела немного прижав нам всем хвосты. Но ты этого почему-то не сделала. Фуко только сейчас осенило, что она действительно могла. Ничего подобного ей в голову вообще не приходило, пока он сам не сказал. В пустом доме рядом с Джуйс она думала только о том, как медленно течёт время. С жаром желала только того, чтобы Энди вернулся с Виктором и остальными. С ужасом думала о том, что будет делать, если он всё-таки не вернётся. Ни с ними, ни вообще никогда. Её разрушенный было мир почти полностью замкнулся на Энди , а она и не заметила, пока он не пропал. Энди смотрел на неё так внимательно, как будто пытался врезать этот её вид в память. - Если честно, - сказал он негромко. - Я, пока там болтался в дурке, только и мог думать, что о тебе. Времени было - завались. И знаешь, что я выяснил?.. Что у нас чертовски мало воспоминаний на двоих. Без кого-то рядом. Таких, знаешь, самых обычных. По факту у нас только такие, где мы или сбегаем, или ссоримся. Я тогда, кажется, решил, что это нужно срочно исправлять. Не уверен, как именно, потому что, как ты знаешь, был под кайфом. Но кое-что всё равно помню. - Решил он, - рассмеялась Фуко. - А меня спросить не хочешь?.. Что я по этому поводу думаю?.. - Нет, - честно сказал он. - Но имей в виду, попозже, когда ты в меня окончательно влюбишься, я на тебе женюсь. Поняла? - Хорош издеваться, - вздохнула Фуко, поглядела на него недоумённо. У него на лице и тени улыбки не было, и ей показалось, что по спине её продирает холодок. Он что, вот прямо так это сказал? Просто в лоб и походя? Как будто не сообщал ничего важного?.. Энди понаблюдал за её реакцией и чопорно кивнул. - Ну я после того, как я четыре часа непрерывно блевал у тебя на глазах, я просто обязан на тебе жениться, - сказал он строго и прыснул в кулак. - Что не так?.. Фуко одновременно от сердца отлегло и стало жутко обидно. - Какой же ты идиот, - сказала она, чеканя слова. - А я тебя ещё жалела. - А нефиг меня жалеть, я тебе говорил уже, - фыркнул Энди. Отвернулся, поглядел в иллюминатор. Самолёт летел довольно низко, так что в круглом стекле были видны леса и очертания невысоких бесснежных гор, коричнево-зелёных, как на карте. Фуко хотелось его стукнуть посильнее, развернуть к себе и на повышенных тонах поинтересоваться, что вообще происходит в его бедовой голове. - Но я совершенно точно не намерен тебя упускать, - сказал он наконец, поглядев на неё искоса, но чертовски серьёзно. - Я действительно хочу, чтобы у нас что-то нормальное получилось. Хотя сейчас кажется - что-то нормальное в нашей ситуации - это вообще фантастика. Но мы к этому разговору ещё вернёмся, лады?.. Попозже. Когда заведём достаточно воспоминаний. Фуко ничего не оставалось, кроме как кивнуть. Если раньше она чувствовала себя былинкой в потоке, то сейчас - утлым судёнышком на самом краю водоворота глубиной в Марианскую впадину. Она понятия не имела, куда её несёт, и что ждёт её впереди, но, кажется, уже давненько соскользнула с курса, а рубеж невозврата пролетела, даже не заметив. В роскошной вилле с видом на море и апельсиновый сад, на который она даже не взглянула. Она попыталась понять, что чувствует по этому поводу, но разобраться не смогла, и оставила эту затею. Будапешт тоже промелькнул мимо, как давешняя вилла. Они проехали его насквозь, и только на светофорах ей удавалось немного рассмотреть город. Он раскинулся на обоих берегах реки, и оказался на удивление довольно зелёным. Строгие высокие здания, странного вида замок на высоком холме, шпиль собора с разноцветной кровлей, будто на крышу просто набросили цветастый платок. Джуйс, которая выбирала маршрут специально, чтобы проехать именно через город, а не вокруг него, поглядывала то в окно, то на Виктора. Он вёл машину так плавно, будто багажник доверху был забит хрустальными бокалами, на окружающий пейзаж совершенно не смотрел и только иногда нехотя оглядывался на реплики Джуйс. И каждый раз Фуко казалось, что он незаметно закатывает глаза в ответ на очередное «а помнишь?». Когда они проезжали мимо затянутого в строительные леса моста, упиравшегося в узкий каменный тоннель, Джуйс пихнула Виктора локтем так, что он аж поморщился. - Смотри, Вить, - пропела она нежно. - Чинят, чинят, до сих пор собрать не могут. К вопросу о том, что случается, когда ты чего-то боишься. Он так явственно скрипнул зубами, что Фуко поёжилась. Ехали они довольно долго, впрочем, дорога была красивой, и почти всё время Фуко смотрела в окно, удивляясь тому, каким разным, оказывается, бывает мир. В этой его части было зелено и царила повсеместная атмосфера бесшабашного «и так сойдёт». Дороги были не слишком хороши, поля распаханы не слишком ровно, дома, видные с узкого двухполосного шоссе, были то поновее, то постарше, то совсем древними, но все выглядели ужас как неряшливо по сравнению с той сельской местностью, к которой Фуко привыкла дома. Покосившиеся заборы, разросшиеся палисадники, разноцветные пристройки явно говорили о том, что хозевам домов повсеместно наплевать на внешний лоск. Окончательно её добила необходимость пропустить стадо коров, которые вознамерились перейти дорогу прямо перед капотом их машины. Виктор сердито нажал разок на клаксон, и одна из рыжих тёлок взглянула на него осоловелыми фиолетовыми глазами, махнула грязноватым хвостом и протяжно замычала в ответ. - «Сам пошёл нафиг», - перевёл Энди, посмеиваясь. - Не торопи дам. Они весят по полтонны каждая, от таких лучше держаться подальше. Коровы цепочкой топали по шоссе, медленно и совершенно неторопливо. - Мы совсем в деревню едем? - негромко спросила Фуко, наклоняясь поближе к Джуйс. Та обернулась и слегка пожала точёными плечами. - Ну, можно и так сказать. Нашла домик на несколько дней. Не поверишь, на букинге. - Офигенно, - отозвался Энди. - То есть, никаких тайных квартир, секретных убежищ и всего такого?.. Мы прям обычные туристы?.. Фоткаться с местными достопримечательностями не буду, сразу говорю. Я нынче не слишком фотогеничный. - Про тайные и секретные кто хотел, уже узнал, - буркнул Виктор, трогая машину сразу за хвостом последней коровы. - Возврат к старым технологиям, братец. Возврат к старым технологиям. - Фигасе старые технологии, - Энди поглядел в окно. - Пока выглядит так, что тут интернет до сих пор по дайл-ап модемам. И, чтобы сотовую связь поймать, нужно чапать до ближайшего холма дня полтора. В лаптях и с палкой наперевес, чтоб волков отгонять сподручнее было. А по оплатам нас не отследят, часом? Через этот ваш букинг?.. Джуйс снова пожала плечами. - А мы ни за что и не платим. Моя подружка совершенно случайно собралась на недельку отдохнуть от городской суеты. В компании ещё одной подружки, её мужа и своего мужа, конечно, тоже. Они приехали сегодня утром, осмотрелись, им всё очень понравилось, и тут всех четверых срочно вызвали по неотложным делам. Нет, ты представляешь?.. Вот это совпадение. Она чуть не плакала, когда мне звонила, так ей было обидно. Даже вещи собрать не успели, настолько срочно пришлось возвращаться. Но не пропадать же брони. А мы с ней рассчитаемся чуточку позже, при встрече. И всего дел. Мы же подружки. Энди поглядел на Виктора, и тот только развёл руками. - Хочешь сказать, ты не при делах?.. - Виктор у нас по части работы, - Джуйс похлопала мужа по плечу.- А я по части отдыха, ты же знаешь. А отдых сейчас не помешает. Проведём недельку в деревенской пасторали. Ты же знаешь, как я люблю бывать наедине с природой, Андрюша. Курочки под ногами, овечки по двору бродят, молоко парное... Красота. То, что надо, чтобы успокоить нервы. Энди сглотнул и почему-то уставился в окно, как ребёнок, которого отругали за глупые вопросы. Фуко чуточку подвинулась к нему, вопросительно потянула за рукав. - Жесть, - шепнул он, не отрывая взгляда от золотистых колосьев, море которых разлилось по обе стороны от дороги. - Ну, Витя, ну удружил. Джуйс нас запихнёт в такие ебеня, что и правда за сотовой связью придётся на дерево лезть. А всё, чтобы кое у кого голова на место встала. - Но это неплохо, - проговорила Фуко так же тихо. - Тебе нужно... Он зыркнул на неё так сердито, что она лихорадочно перебрала в голове с десяток слов, подыскивая правильное. - ... нам нужно, - поправилась она. - Завести нормальные воспоминания. Сам же говорил. Ну и пусть это будет деревня, или что-то такое. Хотя бы... Гнаться и стрелять никто не будет. - Ну да, - сказал Энди неопределённо. - Блестящая перспектива. Всегда об этом мечтал. Надеюсь, там хоть сеновал есть. - Зачем? - не поняла Фуко. - Затем, - буркнул он, но уже не так сердито. - Узнаешь. Дом оказался довольно большим, хоть и одноэтажным, и выглядел так, будто разменял второе столетие. Внутри он тоже был, как выразился Виктор, «аутентичным». Входя в дверь, он первым делом приложился головой о низкую притолоку, оглядел тесную от избытка мебели и декора гостиную, громадный старый камин, оленьи рога на тёмно-зелёных стенах и выдал это «аутентично» таким тоном, как будто оказался в персональном адском котле. Джуйс была весела, порхала босиком по шерстяному узорчатому ковру, устилавшему пол, трогала декор, собранный, кажется, по всем барахолкам мира, умилялась фарфоровым ангелочкам и огромным напольным часам, открыла все шкафы на тяжёлой, прямо из кирпича сложенной, кухне, перебрала все три тысячи кружевных салфеток на всех почти горизонтальных поверхностях. Одна, особенно крупная, полностью закрывала плоский телевизор, казавшийся в таком окружении просто каким-то гостем из далёкого будущего. Фуко показалось, что она попала в самый настоящий музей, а совершенно не в жилой дом. Тут было впихнуто так много всего, что стили перебивали друг друга. Как будто у декоратора, который обустраивал это жилище, была задача оставить как можно меньше свободного пространства, и на выходе получилась полная какафония из цветов, фактур и материалов. Хоровод всего лучшего сразу, которым верховодили орхидеи на подоконнике. - Цыганщина, - поморщился Энди, глядя вокруг. - Вырви глаз просто. - Прелесть, мне нравится, - объявила Джуйс, осмотрев спальни, которые располагались по обе стороны от гостиной. - Кому не нравится, может ночевать снаружи в стогу сена. С видом на коровок. Очень расслабляет, говорят. Она так жизнерадостно смотрела на них троих, что все покивали и согласились с тем, что они тоже в полном восторге. Фуко почти не врала - прежде ей в подобных домах в принципе бывать не приходилось. Она всё смотрела и выхватывала новые и новые детали. Кованые замысловатые крючки для кочерги, у которой вместо ручки был эфес меча, на стене кирпичного камина. Резьбу на потолочных балках тёмного дерева. Ажурные наличники на окнах, выкрашенные в песочный цвет и зачем-то смонтированные на внутренней стороне стен, а не снаружи. Ворох всевозможных кружев, вышитые подушки на уютном бархатистом диване, ковры, коврики и половички, за которыми не было видно даже, из чего сделан пол. Энди легонько тронул её за плечо. - Пойдём, что ли, - сказал он с глубоким вздохом. - Посмотрим, где нам в ближайшие несколько ночей придётся спать. Надеюсь, хоть там рогов не будет. О. Великолепно. Чучело белки на потолке, а я всё думаю, чего-то явно не хватает... Виктор, которого антураж дома, кажется, оглушил куда больше, чем выстрел в грудь, поглядел на них с выражением недоуменной заинтересованности. - В смысле - вам? - сказал он, хмурясь. - Тут есть вполне комфортный на вид диван. И нет кофемолки, насколько я вижу. В чём проблема?.. Зачем вам, хотел бы я знать, непременно нужно ночевать вместе? А?.. Джуйс за его спиной только горестно вздохнула. - ...Диапазон. Как у полена!.. Говорила же, - прошептала она, указывая на Виктора обеими руками. Он отмахнулся от неё, поглядывая то на Фуко, то на Энди, который только голову на бок склонил. - В смысле, зачем нам вместе ночевать? - сказал он страшно серьёзно. - А зачем отдельно? Вместе веселее. Сегодня и вообще в принципе. Веселее же? - уточнил он у Фуко, и та вздрогнула. Они все смотрели на неё - Виктор оценивающе, Джуйс с интересом, Энди - очень, очень строго, будто от её ответа зависела судьба мира. Мир она когда-то уже разрушила. Может, тем, что не так ответила однажды? Или не ответила вовсе? Фуко не имела на этот счёт ни малейшего понятия, как и не знала, что сказать. Джуйс рассмеялась первой. - Да ну вас обоих, - сказала она и легонько шлёпнула Виктора ладонью по затылку. - Совсем девочку засмущали. У тебя они, что ли, разрешения должны спрашивать, а, Вить?.. Все взрослые, в конце концов. Могут ночевать как хотят, хоть вместе, хоть отдельно, хоть в стогу. - Кстати, о том, что все взрослые, - улыбнулся Энди. - Как раз хотел уточнить один момент, спасибо, что напомнили. Непременно его уточню чуть попозже, когда смогу от души тебе в морду двинуть. Дорогой мой братец. Виктор поглядел на него с выражением крайнего недоумения. В его глазах так выразительно проблёскивало веселье, что это никаким образом не вязалось ни с его позой, ни с нахмуренным лбом. Фуко подметила это и поняла, что впервые с того момента, как они покинули дом в лесу, все снова вдруг стали собой. Дом на отшибе - и не важно в каком месте мира. Леса, поля, и относительная безопасность вокруг. Не так уж и плохо, и очень много для всех значит. Теперь она поняла, о чём говорил ей тогда Энди, и почему просил притвориться, что всё в норме. Просто если не притворяться иногда - с ума можно сойти. Без шуток. - Пойдём, - Энди легонько пожал её плечо. - Не знаю, как ты, я бы прилёг на часик, что ли. Ночка накануне выдалась просто огонь. С ног валюсь почти буквально. - Вам направо, - уточнила Джуйс. Рука Энди была тяжёлой, как будто бы он на её плечо немного опирался. Фуко кивнула и они, миновав короткий коридор, в котором одну стену сплошь, от пола до потолка, занимали многоярусные шкафы, оказались в комнате, куда более спокойно оформленной, чем сумасбродно декорированная гостиная. Кажется, на спальнях пыл неуёмного дизайнера слегка утих. Здесь была тёмная старинная мебель, пахнущая лаком для дерева. Кровать с резной спинкой, четырьмя столбами по краям и тонким полупрозрачным балдахином, белые стены и окно, наполовину скрытое короткой кружевной шторой в цветочек. Пара кресел с потёртой бархатной обивкой и подлокотниками в виде фантазийных витых стеблей. Ванная комната, отгороженная стеной и тёмно-коричневой тяжёлой дверью, впрочем, оказалась почти современной. Если не считать кафеля родом из пятидесятых и состаренных латунных смесителей. Энди с лёгким стоном облегчения упал спиной поперёк матраса и зажмурился от удовольствия. - Горячая вода есть? - первым делом поинтересовался он, открыв глаза спустя минуты три, не меньше. - Проверь, а?.. Это прям жизненно важно. Ещё одного купания в холоде я не перенесу. Нет, перенесу, конечно. Но буду немножко страдать. Может, даже всплакну чутка. Фуко проверила - вода была не просто горячей, а до боли обжигающей, почти как кипяток. Она отдёрнула пальцы, когда припекло, и от старинной раковины с росписью на фаянсе пошёл лёгкий пар. - Есть, - сообщила она. - Тут ванна и даже душ есть. Только он просто в стене. - Шикарно, - устало одобрил Энди. - Сейчас передохну минутку и непременно воспользуюсь. Ты извини, что я так завалился, сил никаких нет. Это было вполне объяснимо. Фуко подошла к нему, огляделась, подтащила поближе к кровати тяжёлое кресло с тёмно-синим сиденьем, и уселась в него. Энди лежал, прикрыв глаза и раскинув руки по вышитому шерстяному пледу, служившему покрывалом. - Прям как дома, - пробормотал он и глубоко, успокоенно вздохнул пару раз. - Если забыть про рога, белку и выставку народно-прикладного искусства в гостиной. Он сел, почти не опираясь на матрас руками, поморщился и через футболку потёр живот под краем грудины. - Помочь? - спросила она, когда он спустя ещё некоторое время всё-таки встал, слегка покачнувшись, и направился в сторону ванной. Энди смерил её взглядом с ног до головы, намеренно или по рассеянности задержался в районе груди, всё-таки перевёл взгляд выше и горестно вздохнул. - Не, - сказал он. - Сегодня не стоит. Я всё ещё не в форме. Но в другой раз - обязательно. Фуко оторопело приоткрыла рот, и он, похихикивая, запер за собой дверь. Щёлкнул крючок, служивший вместо замка, и зашумела вода, мелкими струями срываясь из лейки душа и ударяясь об кафель. Потом звук стал глуше - и к нему присоединилось довольное басовитое мурлыканье. Энди явно что-то напевал себе под нос. Фуко забралась в кресло с ногами, рассержено поправила волосы, распустила хвост и принялась бездумно плести косу. Шутил он всё ещё неловко, но уже не так дурно, как вчера. Значит, и правда чувствует себя лучше. Скоро будет в порядке, как сказал ей Виктор. И Джина. И Джуйс тоже - утром, когда он едва не упал, поднимаясь по трапу в самолёт. Фуко припомнила его глаза, в которых зрачки почти растворили синеву радужек, и то, как его трясло под тонким пледом. Нет уж, пусть лучше плохо шутит, чем такое. Она немного порумянится, позлится и успокоится. Ничего страшного в этом нет. Страшно - это когда он молчит, просит её уйти, потому что не хочет показывать слабость, а не показывать уже не может. Вот это действительно страшно. Примерно как когда над головой стреляют. Или когда самолёт начинает падать. Потому что если Энди рядом и раздражающе много говорит - значит, всё точно будет в порядке. А его молчание предупреждает о полной катастрофе куда лучше воя сирен. Вода перестала шуметь, послышался шорох и стук. Фуко приподнялась в своём кресле, прислушиваясь. Дверь в ванную чуть приоткрылась. - Это... - с неожиданной неловкостью в голосе проговорил Энди, невидимый из-за деревянной створки. - Не подкинешь полотенце? И что-то из одёжки? Джуйс сказала, нам вроде должны были оставить. Её... подружки. Там вроде здоровенные шкафы мы проходили. Пошарь в них. Фуко показалось странным, что ему приспичило одеться прямо в ванной. Она помнила утро, когда он выпал из душа совершенно голый и тихо угорал над тем, как она смутилась. - Сейчас, - сказала она. В шкафах и правда нашлись полотенца, запасные подушки, одеяла и в самом нижнем ящике - два чемодана, до верху набитых вещами. Она вытащила оба на пол и с недоумением уставилась на содержимое. Вещи в обоих были вперемешку - и женские, и мужские, но в одном вроде в общем посветлее, а во втором - потемнее. - Джуйс!.. - позвала она. - Светлые бери! - отозвалась та, высовываясь в коридор из гостиной. - Представляешь, тут есть подпол! Прямо настоящий! С соленьями и всем таким! Восторг!.. Я уже сгрызла огурчик. Фуко слабо себе представляла, что такое настоящий подпол, но чемодан с тем, что посветлее, закрыла, вкатила в комнату и заново открыла уже там. Аккуратно повытаскивала вещи на стол, выбрала то, что ей показалось удобным для сна, и понесла вместе с полотенцем к ванной. Поскреблась в дверь, и Энди её приоткрыл. - Давай, - сказал он, просунув в щель руку так, чтобы его самого не было видно. - Спасибо, прям выручаешь. Я через минутку выйду. Он действительно вышел очень быстро, полностью одетый. На футболке, правда, темнели капли воды, и ворот казался совсем мокрым. - Блаженство, - пробормотал он, падая головой на подушку. Волосы у него были влажные, и наволочка моментально потемнела от влаги. - А штор у нас нет? Ну и пофиг, меня и без них отключит на раз-два, мне кажется... - он покосился на Фуко и улыбнулся сдержанно, стараясь беречь рану на губе. - Как насчёт поспать часиков дцать?.. Поспорим, кто дольше продрыхнет?.. Кто проиграет, подкинет Джуйс под ноги курицу. Она же сама сказала, что их просто обожает. Пусть умиляется на здоровье. Фуко только улыбнулась в ответ. - Где ты собрался взять курицу? Энди махнул рукой, зевнул, ругнулся, когда губа таки закровила, и промокнул алые капли ладонью. - Найду ради такого важного дела. Ты бы поторопилась. Я хочу заснуть рядом с тобой, но меня рубит просто нереально. Боюсь, не дождусь. И он действительно почти не дождался. Когда Фуко, распаренная и успокоенная горячей водой, вернулась в спальню, он уже дремал, закинув руку под подушку. Ей вообще показалось, что он крепко-накрепко уснул, пока она не устроилась на свободной половине кровати. Энди, не открывая глаз, протянул к ней свободную ладонь, пощупал складку хлопкового костюма, что-то проворчал невнятно и повернулся на бок. Её прямо-таки придавило тяжестью, когда он закинул руку ей на талию и подтянул поближе к себе. Она думала, что он проснётся, но он почти сразу же глубоко и успокоенно выдохнул и затих. Только сердце мерно и гулко стучало под ладонью, которой Фуко упёрлась ему в грудь. Она прикрыла глаза, вслушиваясь в его ровное дыхание, в стук его сердца и едва доносящийся с улицы через приоткрытое окно шорох листьев. И почувствовала себя дома. *** Ей казалось, что она куда-то летит, потому что дымное небытие кружилось вокруг и осыпалось хлопьями звуков и цветов, пока не сузилось до размеров квадратной будки с плотными тяжёлыми занавесками вместо одной стены. Фуко осторожно отвела в сторону край одной занавески, выглядывая наружу. Перед ней было просто громадное пространство, которое занимали длинные, уходящие куда-то к горизонту, вешалки с разноцветными нарядами. Платья, короткие и длинные, блестящие, матовые, из плотной ткани и шифона, бальные, коктейльные, строгие футляры, легкомысленные шелковые комбинации, пышные кринолины и переливающиеся стеклярусом корсажи. Кружева, оборки, рюши, блёстки, воздушная органза, тяжёлый бархат, свитые из ткани цветы и бутоны, волны гипюра, просто океан всех на свете существующих вариаций, подходящих под само определение платья. Энди стоял посреди всего этого модного безумия, сунув руки в карманы пиджака, и рассматривал длинный ряд нарядов так пристально, будто что-то искал. Он был старше, чем Фуко его знала. Возрастом, наверное, как Виктор сейчас, чуть за тридцать. Волосы аккуратно зачёсаны ото лба, только пара непослушных прядей всё равно выбиваются. Костюм чёрный, рубашка белая, но рукава почему-то закатаны, обнажая предплечья. Он был как будто бы крупнее, чем должен бы, и мускулы даже на расслабленном теле выделялись куда как более явственно. - Ну? - он повернулся к ней, нетерпеливо вздёрнув подбородок. - Покажешь, наконец?.. Или опять всё... слишком? Голос у него тоже был как будто бы ниже, чем обычно. И глаза совсем другие. Пожалуй, похожий взгляд у него был только в Японии. Потом он совсем иначе начал на неё смотреть. Фуко продрало холодом, но он улыбнулся - и льдистые холодные искры из его глаз совсем исчезли, будто он их специально погасил. Она понятия не имела, куда занёс её этот сон. Может быть, в будущее. Может быть, в прошлое. Или в фантазию. Какая такая фантазия может быть, если прошло лет десять, Энди в костюме, а она явно подбирает платье?.. О чём этот сон вообще?.. - Ты в галстуке, - отметила она, и он моргнул. - Ну ясен красен, в галстуке. А как без него? Давай показывай уже. Два часа тут торчим. Фуко хотела спросить, что ему нужно показать, но, глянув на себя за занавеской, с удивлением отметила, что одета совершенно странным образом. Платье на ней было светло-кремовое, пришедшее как будто бы из шестидесятых. Пышная юбка складками расходилась от талии. Вырез декольте облегал грудь деликатным полукругом. Полупрозрачные укороченные рукава до локтя и тонкое, золотящееся на свету кружево поверх основной ткани. Фуко глянула в зеркало позади себя. Платье было чертовски красивым, и чертовски напоминало чуть менее официальный вариант свадебного. Вот оно что. Он же ляпнул в самолёте «а потом я на тебе женюсь». Подсознание живо подсунуло ей эту мысль, переработало и выдало вот такую вот картинку. Где Энди сливается с образом из чёрных, карминовых, синих и серебристых искр. Где он в костюме и галстуке - а насколько она успела его узнать, костюм он согласится надеть только по очень, очень весомому поводу. Например, по такому же, зачем ей понадобилось светлое платье, прелестное, нежное и непрактичное. Неудивительно, что на это понадобилось лет десять. Она отдёрнула занавеску, и он критически уставился на неё. Чуточку сощурился и вроде даже расстроено поджал губы. - Не то, - сказал он как-то слишком уж задумчиво. - Но, должен признать, тебе чертовски идёт. Он подошёл поближе, чуть сузил глаза. - Повернись-ка. Она шагнула на свет и медленно покружилась. Юбка чуть приподнялась, обнажая кружевной подъюбник и каскад из семи слоёв молочного фатина. - ...Красотка, - шепнул Энди совсем рядом. Фуко почувствовала, как виска касается что-то шершавое и тёплое. Яркий искусственный свет, который ей снился, сменился мягким и золотистым отблеском заката под веками. Она приоткрыла глаза. Энди - живой и материальный, целовал её висок и лоб, и улыбался так нежно, что вкупе с его исцарапанным лицом это казалось совершенно несовместимым. - Ты выиграла, - шепнул он, лениво поглаживая её спину. - Я уже час как проснулся и всё жду, когда ты, наконец, проснёшься тоже. Ты так сладко сопела, что я до последнего тебя не хотел будить. Она протёрла глаза, поёрзала на подушке, зевнула, прикрывая ладонью рот. В постели рядом с ним было тепло, уютно и очень спокойно. Наверное, если бы она спала одна, было бы по-другому. Вместе веселее, ну конечно. Он-то явно повеселился, глядя, как Фуко «сладко сопит». И чёрт с ним. - Я тебе снова снился? - лукаво спросил Энди, поглядывая на неё. Фуко уставилась ему в глаза, будто бы ставшие ярче из-за скачущих в них смешливых искорок. - С чего ты взял? - Ты что-то бормотала про галстук, - рассмеялся он. - Очень удивлялась, что кто-то в галстуке. Я посмел предположить, что ты это про меня. Ошибся? Фуко очень не хотелось рассказывать, что он ей действительно снился. И что они в этом сне делали, хотя вроде бы ничего особенного и не происходило. Но он и так всё, кажется, знал. - Ну-ну, - сказал он понимающим тоном Виктора и поцеловал её уже по-настоящему. Она чувствовала, какие сухие и шершавые у него губы, и вкус его крови из раны на нижней губе, которая снова разошлась. Он будто бы этого и не заметил, и целовал её долго, будто не желал прерываться вовсе. Пока у обоих не сорвалось дыхание, и им пришлось-таки отстраниться, чтобы глотнуть воздуха. Фуко поняла, что комкает в ладонях футболку на его груди, и отпустила, неловко разглаживая смятую ткань. - Это мы зря, конечно, - шепнул Энди, всё так же лениво поглаживая её между лопаток. Она чувствовала тепло его ладони и щекотные прикосновения на коже и поняла, что совсем не заметила, когда это он успел подлезть под её одежду. - Ну и как теперь функционировать?.. А нас ждут, между прочим. Семейный ужин, все дела. И я дико голодный. - Ну так пойдём, - шепнула Фуко. - Ага, - согласился Энди и снова её поцеловал зачем-то. Долго, солоно от крови, чуточку печально. Руку с её спины так и не убрал, наоборот, широко огладил вдоль позвоночника, остановился у лопаток, не давая отстраниться. Фуко почувствовала, как по коже разбегаются мурашки, и чувствительность с каждой их волной нарастает. - Ну вот что ты со мной делаешь, а? - пожаловался Энди, наконец, её отпуская. - Ну как так можно вообще? Искусительница. - Чего?.. - неразборчиво пробормотала Фуко. - Это я-то искусительница?.. - А зачем ты так уютно спишь? - сказал он грустно. - Про галстуки бормочешь. Невозможно же на это смотреть спокойно. Ладно... Пойдём. Он перекатился и встал с постели, потягиваясь. Если бы не ссадины, выглядел он вполне здоровым. Будто бы и отёки на лице прошли, и суставы больше не беспокоили. - Целительная сила сна, - ухмыльнулся он, поглядывая на неё сверху вниз. - И две горсти таблеток от всего тут совершенно не при чём. Говорил же, на мне всё быстро заживает. Давай вылезай уже из постели. А то я сейчас лягу обратно и мы до завтрашнего утра из спальни не выйдем. И я помру с голоду, но до одури счастливый. Смерти моей хочешь?.. То-то же. Он протянул ей ладонь, Фуко взяла его за руку, и он запросто вытянул её из кровати. Сила к нему тоже вернулась почти полностью, судя по всему. - А мне даже начинает нравиться, - сказал Виктор, когда они покончили с нехитрым ужином и устроились кто где, разморённые от спокойствия и сытной еды. Он, запрокинув голову, изучал потолочные балки, и ухмыльнулся, наткнувшись взглядом на чучело белки. - Особенно грызун хорош. Мементо мори, так сказать. Неожиданное во всех смыслах напоминание о том, что жизнь конечна. - Это тебя от токая так развезло, или ты втихаря чем-то усугубил? - поинтересовалась Джуйс. Они оба устроились на диване, Виктор - полулёжа, опираясь спиной о груду разноцветных подушек у подлокотника, а она - прижимаясь к нему, будто расплавившись между его боком и спинкой. - Усугублять не пришлось, - сказал он, прикрывая глаза. - Токай справился на ура. Намного спокойнее себя чувствую. Даже не по себе. Так и спиться недалеко. - Ты один бокал выпил, - прыснул Энди. - Нефиг жаловаться. Он сидел в кресле-качалке, которое под его весом слегка поскрипывало, стоило ему слегка повернуться или оттолкнуться от пола, и, кажется, всерьёз пытался наскрипеть какую-то простенькую мелодию. - Ну, - сказал он, выждав, пока кто-то продолжит разговор, но все умиротворённо молчали. - У нас и тут работает правило про никакой работы в доме? Или как?.. Виктор шумно вздохнул. Джуйс покосилась на Энди с таким видом, будто он сказал что-то крайне оскорбительное. Она хотела было ему ответить, но Виктор поймал её за руку, коротко поцеловал тыльную сторону ладони. - Правило не работает, - сказал он. - Но давайте, что ли... Не сегодня. Хорошо же. Зачем вечер портить? - Ночь, - подсказал Энди. - Сейчас глубокая ночь. У нас к чертям сбилось восприятие времени. И почему не сегодня? Я хочу знать, где тот мудак, который обещал мне уйму веселья наедине. Что ты с ним сделал?.. Виктор слегка наморщил лоб. - Пугало, - сказал он и вздохнул совсем уж горестно. - Ну я попросил же. Не сегодня. Джуйс зашипела, как рассерженная кошка, и он виновато погладил её по волосам. Энди вроде как ухмыльнулся понимающе. - О как, - сказал он мягко. - Даже сочувствую. Не совсем искренне. Ладно, извините, ребята, мне этот вопрос покоя не давал. Так какой у нас план на ближайшие пару дней? Отпуск, и пусть весь мир подождёт?.. Джуйс поглядела на него, щуря яркие глаза. - Не знаю, как вы, - сказала она. - А я ужасно хочу прокатиться по некоторым знакомым местам. Погулять в виноградниках, например. Скататься в купальни. Или в Будапешт. Обожаю Будапешт. Мой любимый город. Столько воспоминаний. Да, любимый? Виктор отчётливо, хотя и почти неслышно, простонал «ну твою ж...». Воспоминания, видимо, у него тоже всё-таки были, не смотря на его явное отрицание самого факта их существования. - Не смей, - сказал он негромко и, приподнявшись, обхватил Джуйс рукой поперёк тела. - Никаких городов и людных мест. Слишком опасно. Но они всё-таки уехали на следующий день, судя по виду Виктора, совершенно точно именно в Будапешт. Фуко проследила за ними, пока машина с почти незаметным логотипом местной арендной компании, не скрылась за поворотом. - Это точно нормально? - спросила она у Энди, возвращаясь в дом. Он сидел, почти утонув в мягком диване, и бездумно глядел в стену перед собой - на картину в вычурной раме и оленьи рога по обе стороны от неё. - В смысле, Виктор же сказал, что это опасно. - Да нет, - отозвался он задумчиво. - Вроде пока нет. Спасибо большое Билли, у нас хоть есть возможность поузнавать новости даже из этой дыры. Расклад пока неплохой. Шэнь благополучно перегнал самолёт до конечного пункта. Он же нас просто высадил по дороге, и дальше поскакал. Билли говорит, что в Венеции жуткий переполох. Все на ушах стоят. Виданное ли дело - обнаружили международного преступника, которого полмира ищет. Убитого с особой жестокостью. Интерпол возбудился не на шутку. Спецслужбы Таиланда празднуют второй новый год. Виктору вчера звонил его знакомый из местной полиции и страшно ругался. Хотя я не понял, с чего вдруг, потому как мир без ублюдка Руина стал гораздо более приятным местом. Видимо, его не устроила сохранность тела. Или его целостность. Не знаю, в общем. Вильям сказал, что всё чисто и хвостов за нами не наблюдается. Мы пропали с радаров на время. Пока сидим тут и не высовываем нос дальше границы - нас найти будет крайне затруднительно. Тем более, что Джуйс вовсю пользуется услугами своих многочисленных подружек. А легенды у неё - загляденье. Ни один нормальный мужик в жизни не догадается, что в болтовне про наряды, косметику и ворохе сплетен есть хоть какое-то здравое зерно. Я на третьей минуте плыть начинаю. Виктор на пятой. Так что всё спокойно, если только за нами не отправят отряд боевых гомосексуалистов. Таких разговорами о туфлях не запугаешь. Фуко с сомнением покачала головой, и Энди улыбнулся. - Короче, раньше вечера возвращения братца с женой можно не ждать, - сказал он лукаво. - У нас целый день. А ты не хочешь присоединиться?.. Фуко поглядела на него и улыбнулась в ответ. - К созерцанию рогов?.. - Надеюсь, нет, - отозвался он. - Можем кино посмотреть. Или включить и не смотреть. Как пожелаешь. Я лично за второй вариант. Он так недвусмысленно щурился, что Фуко почувствовала себя неловко. - Ты же только-только в себя приходить начал, - сказала она, но всё же подошла. Энди ухватил её за бёдра и притянул к себе, и она упёрлась ладонями в его плечи. Тёплые и жёсткие, как всегда. - Ну да, - согласился он. - Но уже вполне поправился. И мы наконец-то одни. Без обязательного сопровождения. Можно не соблюдать приличия. И вообще ничего не соблюдать. - Не уверена, что это хорошая идея, - пробормотала она, почувствовав, как он ловко подбирается под край её футболки и щекотно гладит её бока над поясом джинсов. - Это отличная идея, - возразил Энди. - Просто великолепная. Моя лучшая идея за последние двадцать лет. Поверь мне. Фуко глянула на окна, которые закрывали только полупрозрачные кружевные шторы. С улицы наверняка будет видно всё, что происходит внутри, а заглянуть в окно - проще простого. Было слишком светло, и никакого спасительного полумрака, в котором можно было бы укрыться, в ближайшие несколько часов не предвиделось. Раздеться в такой обстановке Фуко бы ни за что не смогла. - День на дворе, - пробормотала она, перехватывая его ладони, которые играючи скользили вверх по её рёбрам. - Ты с ума сошёл. Энди подтянул её ближе к себе, легко перебарывая сопротивление. - Ага, - согласился он. - Как только тебя поцеловал. Сразу - вжух - и сошёл, только сам не понял. А потом ка-ак понял. Фуко легонько шлёпнула его по ладони, которая чертила волны и зигзаги по её боку, но он только фыркнул весело и поцеловал её, чуть потянувшись вперёд и вверх. Она почувствовала, как наливаются жаром скулы, попробовала отстраниться, но Энди придержал её за спину и отпустил только когда она возмущённо пискнула ему в губы. - В чём дело? - поинтересовался он совершенно другим тоном. Никаких лукавых смешков и соблазнительного бархата в его голосе теперь не было. И многообещающий маслянистый блеск из глаз пропал. Фуко тяжело дышала, осознав вдруг, что вся сжалась и отталкивала его от себя всё это время, пока он её целовал. - Ни в чём, - соврала она. - Ага, тогда всё ясно, - сказал Энди сердито. - А поподробнее можно?.. Для не очень догадливых. Что не так? - Всё не так, - она пихнула его от себя. - Ты весь израненный. - Пара синяков, - фыркнул он. - Ерунда. Этак если ждать, когда у меня синяков вовсе не будет... Не в этом же проблема. Говори, что не так. Быстро. А то я начинаю думать, что неправильно истолковал нашу ситуацию. И в самом начале был прав. Когда говорил, что не стоит начинать вот это вот всё. Фуко почувствовала, что багровеет так, что аж слёзы на глазах выступили. Он смотрел на неё так пристально, будто пытался прочитать её мысли - и впервые не мог этого сделать. - Фуко, - сказал он как-то совсем уж тихо. - Я всё-таки был прав?.. Живо отвечай. Она поглядела на него, чувствуя, что ещё немного - и вокруг неё начнёт колебаться воздух, как около горящего пламени. И совершенно не знала, куда деться от стыда, от этого пристального взгляда, и как донести до Энди суть проблемы. - Да не в этом дело, - сказала Фуко сдавленно. - Просто... Светло. Окна не зашторены. А если кто-то заглянет?.. - Бля, - выдохнул он с явным облегчением. - Да кто заглянет? Корова?.. Ты стесняешься, что ли?.. С чего вдруг?.. - С того, - буркнула Фуко. - Ты совсем не понимаешь?.. Энди покачал головой, улыбаясь. - Вообще нет. Ты прекрасна. В чём бы ты ни была, и в платье, и в пижаме. И без всего наверняка тоже. Ты хоть представляешь, насколько ты хороша?.. - Уж точно не лучше, чем Джина, - сказала Фуко, не успев вовремя прикусить язык. Энди поглядел на неё так обескуражено, что у него из взгляда вдруг пропала вся осмысленность. Как будто она упоминанием о Джине активировала в его голове маленькую чёрную дыру и его способность соображать со свистом исчезла за горизонтом событий. - Чего? - сказал он сипло. - Она тут вообще при чём?.. Фуко на фоне всего происходящего совсем позабыла про свои переживания. Но пара дней спокойствия вытеснили мысли о смерти, крови и опасности, взамен окунув её с головой в самокопание. Фуко немного наблюдала за Джиной. Та была красива, стройна, с точёной талией, длинными волосами, и удивительно похожа на Джуйс внешне. Как будто бы младшая сестра. Младшая сестра и младший брат - оба нахрапистые, решительные, дурашливые, шумные, смелые. Отличная пара, если подумать. Фуко чувствовала, что Джина рядом с Энди вписывается идеально. И в его жизнь вписывается тоже без каких либо трудностей. Она была из стаи, из своих, а не пришлой девчонкой из наивного мира нормальности. Она была лучше, красивее, храбрее и не допустила бы того, чтобы, защищая её, Энди рисковал расстаться с жизнью. Она справилась бы куда лучше, чем Фуко. И сама Фуко теперь думала, что она просто появилась в момент незначительного разлада. И если бы не это - они к этому дню снова сошлись бы. Слишком уж красивая рисовалась картинка, та, где Джина и Энди вместе. - Почему вы расстались? - спросила Фуко напряжённо. - Отвечай. И не ври. Энди моргнул пару раз, оторопело глядя на неё. - А при чём тут... - начал было он и вздохнул, поймав её взгляд. - Да ну что ж такое. Расстались, потому что расстались. Я понял, что это... не мой человек. На самом деле давно понял, но обижать её не хотел. Вот и растянулось всё на лишний год. Это не так уж сложно, когда встречаешься лично от силы раз в пару месяцев. Иногда реже. - Джина тебе больше подходит, чем я, - сказала Фуко негромко. Он от этих слов так разъярился, что встряхнул её, точно тряпичную куклу. - Ты нормальная вообще? - прорычал Энди ей в лицо. - Ты серьёзно?! Мы в кое то веки остались вдвоём, всё спокойно, и ты хочешь о моей бывшей поговорить? Объяснить мне, что она мне больше подходит?! Я тебе прямым текстом сказал, что при любом раскладе выберу тебя, почти признался, что в тебя влюбился, а ты такая «тебе больше подходит Джина»! Тебе, конечно, виднее, спору нет. Всем почему-то виднее, чем мне самому. Да блядь!.. Фуко поймала его лицо в ладони, и Энди дёрнул головой, высвобождаясь. - Ты меня щас лучше не трогай, - прорычал он. - Умеешь же до белого каления доводить. Просто влёт. - Ты не говорил, что влюбился, - растерянно перебила она, и не думая отпускать, как бы он сокрушительно ни злился. - Почти влюбился, - рявкнул он. - Теперь, можешь считать, сказал. Пусти, блин. Ты просто... крушитель моментов какой-то. - Это ты крушитель моментов, - сердито проворчала Фуко, чувствуя себя очень, очень виноватой. Она придвинулась поближе, потому что, как бы он не рычал, придерживать её за талию не перестал. - А нормально сказать нельзя было? Я думала... - Думала она, - буркнул он. - Сделай одолжение, больше не думай. Я опять из-за тебя на тебя наорал. Энди выглядел таким расстроенным и в то же время злился, как подросток, что Фуко почему-то стало смешно. Он взрывался мгновенно, так же быстро остывал, и всё из-за каких-то неосторожных слов. Его не могли вывести из себя катастрофы, перестрелки и погони, он феноменально контролировал рассудок и эмоции, но с ней наедине у него как будто бы терялась способность не то, что к контролю - к осмыслению собственных реакций. И он неизменно удивлялся каждый раз, когда его плотину невозмутимости с грохотом прорывало. - Ладно, - сказала она виновато. - Прости. Я просто... Просто мне показалось... - Что ты типа утешительный приз? - хмуро сказал он и отпустил её. - Епт, да это я Джину бросил, а не она меня. Если ты была не в курсе. Фуко почему-то думала, что всё было совсем наоборот. Это его обтекаемое «не сошлись характерами» она могла интерпретировать, как угодно, но выбрала совершенно не то. - Я не знала, - сказала она негромко. - Ну, теперь знаешь. Поздравляю. В тишине было отчётливо слышно, как тикают огромные напольные часы в тяжёлом деревянном корпусе. Отмеряют минуты напряжённого молчания. Фуко раздумывала, сказать ему или всё-таки не говорить о разговоре с Джиной. Наверное, говорить всё-таки не следовало. Но, в конце концов, он дал ей слово, что дальше - без недомолвок и лжи, и неукоснительно его исполнял, даже когда стоило бы о чём-то умолчать. Это правило должно работать в обе стороны. Иначе о каком доверии вообще может идти речь?.. - Слушай, - проговорила Фуко. Энди глядел куда-то мимо неё, то ли на уродливых фарфоровых ангелочков, то ли на очередную картину. - Просто Джина... Позвала меня поговорить. Сказала, чтобы я не слишком обольщалась на твой счёт. Что это просто роман... Из жалости. Что у тебя синдром спасателя. И что бы между нами ни было - это ненадолго. Что такое уже было. И ты всегда возвращаешься к ней. Так что, сказала она, «наслаждайся, пока можешь». Энди покосился на неё и снова отвёл взгляд, сердито щурясь. - Вот же стерва, - буркнул он негромко. - А ты спрашиваешь, почему мы расстались. Вот поэтому. Вот именно поэтому. Интриганка и манипуляторша. Злостная и неисправимая. - Но такое уже было? Он фыркнул, прочесал пятерней волосы, поморщился, случайно потянув кожу на лбу. - Было, - признался он. - Мы разругались в пух и прах. Решили взять перерыв друг от друга. Ну то есть, Джина сказала, чтоб я шёл нахер и... Развлекался, в общем. А меня так достали эти качели - от люблю, не могу, до ненавижу, что я решил - почему бы и нет. Вдруг что-то получится. Ну и... Не горжусь этим. Но, знаешь, три месяца покоя, прогулки, кафешки, болтовня ни о чём, флирт и секс без особой фантазии, зато в кое веки не после скандала. Я ту девушку не любил и она меня тоже, даже не вспомню, как её звали, но мы вполне приятно проводили время. Обоюдное удовольствие и никаких перспектив. Но потом Джина дёрнула за поводок и - оп! - я вернулся. Сам не понимаю, зачем. Это года два назад было. Я был всё ещё немного в неё влюблён и решил попробовать ещё раз. Потому что все вокруг, вот как ты сейчас, твердили, что мы офигеть какая красивая пара и страшно друг другу подходим. Но, как ты понимаешь, ничего особенно не изменилось, так что я просто... Решил всё это прекратить. Мы и так в последнее время были на ножах. А после Пекина, где нам пришлось играть Виктора и Джуйс, всё стало совсем плохо. Так что вот. Ну а потом я встретил тебя и снова здорово. Но ты хотя бы не пытаешься бросаться в меня посудой и мебелью. Пока, я так понимаю. Но всё впереди, а?.. - Я никогда в жизни такого не сделаю, - очень серьёзно сказала Фуко. - Ты... Прости. Ну прости меня, я не хотела тебя обижать. И злить не хотела. Просто Джина так уверенно говорила. Она-то тебя лучше знает, чем я. Сказала, что... Ты повёлся на большую грудь. И расовое разнообразие. А я на самом деле... До сих пор не понимаю, что тебя во мне привлекло. Энди фыркнул, но куда как более благосклонно. - Нифига не повёлся, - сказал он, коснулся её бока поверх футболки и ущипнул, будто в отместку. - Видал и побольше. Но я, пока тебя не встретил, даже не подозревал, что большая грудь - это настолько привлекательно. Может, дело просто в том, что эту пресловутую грудь гордо носишь ты? Такая мысль тебе в голову не приходила?.. Что дело в тебе. И только в тебе. Всей целиком. С грудью, глазами твоими невозможными, уютным сопением, привычкой спать в гнезде и всем прочим. Фуко промолчала. Энди вздохнул тяжело и встряхнул головой, как будто от воды отряхивался. - Ладно, - проворчал он. - Проехали. Давай хоть кино посмотрим, что ли. Но выбирать буду я. Потому что ты жутко меня обидела своими предположениями на мой счёт. И я всё ещё на тебя злюсь. Фуко, повинуясь его движению, упала на диван - рядом, но на некотором расстоянии от него. Энди задумчиво щёлкал пультом, пролистывая каналы один за другим. А говорил, его не так-то просто обидеть. Видимо, всё-таки, легче, чем они оба привыкли считать. Но через некоторое время он вроде бы немного смилостивился. Даже приобнял Фуко за плечи, притиснул к жёсткому боку и вполне мирно посмеивался над тем, как она вздрагивала, когда звук спецэффектов грохотал так, что уши закладывало. Фильм был красочный, эпичный и довольно красивый, какая-то хорошо сделанная фантастика, но Фуко за своими мыслями совершенно не могла уследить за сюжетом. У неё, не смотря на то, что Энди вроде бы вёл себя как обычно, оставалось ощущение, будто он от неё отстранился. И она оказалась права. - Я там неподалёку видел целую кучу поленьев, - сказал он, когда по экрану побежали титры. - Пойду разомнусь. На, - он вручил ей пульт. - Пользуйся моментом. Теперь ты в компании самая младшая, так что кино выбрать тебе светит примерно никогда. Поверь, я знаю, о чём говорю. И улыбнулся как будто на прощанье. Фуко не стала его останавливать. Только глянула в окно, как Энди удаляется в сторону от дома. Джуйс и Виктор вернулись раньше, чем он. Уже стемнело, и Фуко успела просмотреть, не концентрируясь на происходящем на экране, какую-то комедию и что-то вроде триллера, сделанного так плохо, что на середине она просто выключила экран и бездумно пялилась на стену с оленьими рогами. Прямо как Энди днём. - Мы дома! - провозгласила Джуйс, входя в дом. - Если кто-то не одет - сами виноваты!.. О. Привет, Фуко. Ты одна?.. - Одна, - подтвердила она. - Энди где-то на улице. Виктор поглядел в окно, слегка нахмурился и опустил на выпиленный, кажется, из цельного куска дерева, стол, груду пакетов. - А почему мой брат колет дрова с таким лицом, будто они его собаку пристрелили? - поинтересовался он. Фуко пожала плечами. - Сказал, хочет размяться. Виктор поглядел на неё, в окно и снова на неё. - Понятно, - произнёс он таким тоном, что всем сразу стало ясно, что ему ровным счётом ничего не понятно. Джуйс закатила глаза. - Мы привезли вам ужин, - сказала она Фуко. - Я сейчас подогрею. Виктор, иди, позови этого железного дровосека сюда. Я боюсь к нему подходить, когда он в раж входит. Слишком похож на тебя в молодости. - Моя молодость всё ещё со мной, - ухмыльнулся Виктор, но послушался. Он вышел из дома, прикрыл дверь и направился за невысокий хозяйственный корпус, из-за которого разносился ритмичные удары и треск. Поглядел на Энди, футболка на котором промокла насквозь от пота, на топор, впивающийся в дерево так, что щепки брызгали в стороны. - Надо хозяевам счёт выставить, - сказал он негромко. Энди повернулся к нему, утёр мокрый лоб предплечьем и ухмыльнулся. - Ну, на качалку ни времени, ни возможностей нет, - сказал он, как будто извинялся. - Так что пользуюсь тем, что в наличии. Поддерживаю форму. Пригодится. - И недавно вывихнутые суставы тебе за это будут страшно благодарны, - процедил Виктор сквозь зубы. - Не мог поберечься хоть немного?.. - Да почти не больно уже, - легкомысленно объявил Энди. - Ну-ну, - Виктор перевернул толстенную колоду и уселся на неё. - Что случилось? Ты в последние несколько раз так хреначил несчастные поленья, когда вы с Джиной разбегались. Это, на моей памяти, было раза четыре. Энди скривился. - Не поминай всуе, а?.. Ничего не случилось. Просто небольшое недоразумение, вот и всё. Так-то полёт нормальный. Я что, не могу просто так дрова поколоть? Для здоровья?.. Виктор глубоко вздохнул. - Можешь, - сказал он. - А ещё можешь пойти слопать фантастический гуляш, потом сесть со мной во-он в той фантастической беседке под липой и распить на двоих бутылку фантастического вискаря с не менее фантастическим льдом. - Звучит, как план, - бодро согласился Энди. Он вогнал топор в колоду почти по обух, стянул перчатки и растёр покрасневшие ладони одну о другую. - Меня вполне устраивает. Но есть я не хочу совсем. Так что предлагаю сразу разместиться в фантастической беседке под липой. Сбежим от девчонок. Пусть болтают о своём спокойно. Виктор только плечами пожал. Ему пришлось подождать около получаса, зато Энди явился в чистой одежде, пахнущий мылом и как будто почти довольный жизнью. - За что пьем? - поинтересовался он, устраиваясь на жёсткой скамейке. - За вечный покой одного неприятного парня, - неторопливо проговорил Виктор, разливая по стаканам янтарный, пахнущий торфом, напиток. - Пусть наслаждается личным котлом, - фыркнул Энди. - И чтоб мы с ним подольше не встретились по ту сторону. Виктор одобрительно кивнул и чуть пригубил виски. Энди высадил стакан залпом и поморщился. - Ого, - сказал Виктор негромко. - Ты бы обороты сбавил. А то так напьешься в момент. - В этом весь смысл, - буркнул тот. - Разве нет?.. - Вроде как смысл в том, чтобы по-тихому обсудить обстановку. Энди вздохнул, болтая лёд в пустом стакане. - А что тут обсуждать? Сидим спокойно, пока Джуйс не решит, что ты достаточно остыл для того, чтобы продолжать подковёрные игры. И пока я не приду в себя - смотри-ка, я уже пришёл. Давай выкладывай карты на стол. Я, может, с тобой тоже своими соображениями поделюсь. Если плеснёшь ещё. Виктор подлил ему, но немного. - В общем, обстановка так себе, - сказал он хмуро. - Я твоего поклонника порасспрашивал, и цельной информации у него в голове не было. Всё какими-то обрывками. Не пойму, это он сам по себе такой был, или из-за наркоты своей сознание в нём просыпалось проблесками. Или я навыки растерял. Но он всё бормотал про какого-то отца. Это меня зацепило больше всего. - Небесного? - хохотнул Энди. У него чуточку ярче заблестели глаза. - Оно и понятно. Если ты за него серьёзно взялся. - Я очень серьёзно за него взялся, Андрюш, - вздохнул Виктор. - Даже слишком серьёзно. Потому что когда тебя в той бывшей больничке увидел, у меня, как ты выражается, крышку и впрямь сорвало. Не думал, что так расслаблюсь за годы спокойной жизни. Но нет, это явно не то. Он не был особенно религиозным парнем. Тем более не был католиком. Но ты же в курсе, что в океане, где мы плаваем, всегда найдётся рыба покрупнее. Даже акул кто-то ест. - Мы с тобой акулы? - уточнил Энди, улыбаясь. - Ты какой-то чрезмерно поэтичный сегодня. Что, Будапешт повлиял?.. Разбередил старые раны?.. - Да иди ты, - беззлобно отмахнулся Виктор. - Я к тому, что нашёлся игрок покрупнее, кажется. И ему кровь из носу приспичило нас прижать. Чёрт его знает, может быть, это тот же самый, который выдал нам заказ на китайский ключ. Слишком уж много косвенных совпадений. Он крайне осторожен. Не светится. По крайней мере, с Руином на прямой контакт не выходил. Оплата через подставные фирмы. Связь только текстовыми сообщениями. Буквально. На бумаге. Ты знал, кстати, что телеграф до сих пор работает? Я вот не знал. - Мхм, - кивнул Энди, подталкивая к нему опустевший стакан. - Возврат к старым технологиям, который тебе так понравился. Шифровки, конечно? - Ну, не совсем, но похоже. Письма с курьерами, всё в таком духе. Отпечатаны на машинке. Даже не на принтере. Вильям самостоятельно всё-таки потряс своё крысиное гнездо, и после одной расколотой головы вторая раскололась фигурально, но довольно охотно. И у него то же самое. Плата настолько достойная, что можно сразу по завершению работы на покой уходить, ещё внукам хватит, если правильно распорядиться. Аванс пятьдесят процентов. Вместе, правда, с копией подробного досье на исполнителя и всё его близкое окружение. Просто чтобы уведомить о степени осведомлённости нанимателя. - Мол, прокинешь - накажем, - Энди вздохнул. - Офигеть у чувака информаторов, наверное. Тьма. Побольше, чем у Марии. Он точно знает, по каким схемам мы работаем, раз так заморочился насчёт анонимности. Обычно всё несколько проще. И бабла у него тоже немеряно. Примерно как у маленькой страны или крупной нефтедобывающей компании. Это тебе к размышлению. Не так уж много злобных миллиардеров на свете. Виктор кивнул. Подлил себе ещё и бросил второй кубик льда вместо первого, который почти полностью растаял. - Данные о месте и времени, маршрутах перемещения, записи разговоров и прочее получали прямо через Николаса, - проворчал он. - Через его оборудование. - А-а-а, - протянул Энди. - Вот и наша крыска. А я сначала на Вильяма думал. Он же конкурент. Или на Джину. И даже на Джуйс немного. Виктор поглядел на него поверх бокала. - Ты что, надрался уже?.. Чушь не мели. - Да я и сам, подумав, понял, что чушь, - проворчал Энди. - Но это же она согласилась на заказ в Пекине. В последний момент же решили, что выполнять его будешь всё-таки не ты самолично. Так что если подстава началась с него... Но стреляет она в тебя с завидной меткостью. Я на это уже второй раз твоё внимание обращаю, кстати. - Джуйс была против Пекина, потому я тебя и отправил, - с долей раздражения в голосе уточнил Виктор. - Она вообще не хотела меня отпускать. Знаешь же её. И заказ принял я, а не она. Она же в спа улетела на неделю, и дела свалила на меня. Сказала, что ей нужно отдохнуть от всего. Так что это я нас подставил. Очень, видимо, хотел сам от себя избавиться. Так что на остальных тоже не наговаривай. Особенно на Нико. Он мозговитый, но не боец. Мы понятия не имеем с тобой, что там произошло на самом деле. А у него, между прочим, жена есть. И дочка маленькая. Вот ты бы что выбрал, сдать меня или пожертвовать жизнью Фуко?.. Энди мрачно поглядел на стакан. - Даже не знаю, - проговорил он. - Сам выпилился бы. Башкой об стенку. Чтобы не делать выбор без выбора. Скорее всего, не допустил бы такой ситуации в принципе. Виктор скрестил руки на груди. - Это ты сейчас так говоришь. А в моменте - оно всё иначе. - А ты? Да хрен там, можешь не отвечать. Пристрелил бы меня за милую душу. С Джуйс даже пытаться конкурировать за место в твоём нежном сердце не буду - дохлый номер. Если оно у тебя в принципе есть. Помнится, его как-то вообще с трудом нашли. А ты был на шесть лет младше, как-никак. Сейчас, наверное, оно у тебя окончательно усохло. Виктор поглядел на него с некоторой тоской. - Извини, - сказал он. - У тебя всё равно больше шансов выжить. С твоим-то везением. Энди взболтнул лёд, прогоняя его по стенкам стакана, закинул его в рот и с хрустом разгрыз, поморщившись от того, как холод отдал болью в челюсти. Тронул пошатывающийся зуб и порадовался тому, что талая вода и алкоголь почти смыли привкус крови, донимавший его который день. - Пуля в башку прошла навылет, мозг не задет, потому что его на месте не оказалось, - проговорил он. - В дырку машут тараканы. Что делать будем? Искать таинственного заказчика? Который пекинский или который теперяшний?.. Или поедем посмотреть на нору Нико? Или просто вылезем на свет и пусть сами приходят?.. Чего зря дёргаться. На ловца, как говорится... Виктор подлил ему ещё на два пальца, кинул свежий лёд и приподнял стакан. - Сейчас мы будем пить, - сказал он. - Я тебе вбросил информацию для раздумий. Завтра доеду до ближайшей почты. Попросил Билли раскопать подробную биографию твоего тайского друга. Скучно мне, братец. Хоть будет что почитать на досуге. И, знаешь, не отпускает меня мысль о том, что на пороге смерти он отца звал. Все до него звали маму. Он один такой. Странно. - Да у него с башкой беда, - фыркнул Энди. - Он же чокнутый был бесповоротно. Ещё и под дурью своей авторской. Я его трезвым и не видел, мне кажется. Даже когда мы на его родине заскочили в китайский ресторан поболтать. Виктор согласно кивнул. - Так-то оно так, но всё равно. - Чуйка твоя зудит? Опять нос по ветру? - Чуйка, - согласился Виктор. - Пока не понимаю, почему. Но просто так она не зудит. Сам знаешь. Энди согласно кивнул и вздохнул протяжно. - Ладно, - сказал он. - Дай потом почитать эту чудную повесть о жизни мудака, который обещал мне самый офигительный сеанс БДСМ в жизни. Длиной в пару месяцев или лет. И без стоп-слова. Типа он язык тела прекрасно понимает. Хрена с два. Виктор ухмыльнулся. - Да ладно. Прям вот так?.. Мне вот только поболтать обещал. - А мне - что я стану послушным, - фыркнул Энди. - Ну ты прикинь? Сказал, что я очень сексуальный, когда не кричу. И многозначительно добавил, что, мол, кто знает, что там меня ждёт. А ещё врезал мне по яйцам так, что я аж завёлся. Он так-то симпатичный был. Хотя типаж вапще не мой. Хотя бы потому, что это был, скорее всего, мужик. Виктор тихонько рассмеялся. - Может, зря я его прикончил? - спросил он. - Немного послушания тебе бы не повредило. Где тот дисциплинированный пацан, который уроки по часам делал?.. Кто ты, дядя, и куда его дел?.. - В чемодане пацан, - мрачно проговорил Энди. - В чемодане в платяном шкафу на втором этаже кирпичного дома где-то в ебенях около Иркутска. Там он остался, Витя. А то ты не знаешь. Он отёр лицо ладонью и откинулся на спинку скамейки. Виктор медленно вытащил из кармана новенькую пачку сигарет, открыл неторопливо, выудил две. Одну бросил на стол, вторую прикурил сам. - Хрена, - негромко отозвался Энди, глядя на эту картину. - А как же вот это твоё «опять табачиной несёт, ты что, здоровье не казённое, бросай прям щас, у тебя будет рак всего Андрюшки и жопа отвалится»?.. - Ты курить будешь или нет?.. Дым вился в темноте двумя сизыми лентами и растворялся в одуряюще сладком запахе липовых листьев. - Я вот думаю, - проговорил Энди глядя на то, как растворяется кончик дымной черты где-то в метре над его головой. - С чего вдруг ты нужен живым непременно? Почему от меня нужна только голова? Что в твоей конкретно голове такого есть, из-за чего она должна обязательно поставляться в комплекте с телом, а не просто отдельно в качестве трофея?.. Может, я и правда посимпатичнее буду? Типа на стенку не стыдно повесить. Между оленьими рогами я бы вписался отлично. - Не знаю, - честно ответил Виктор. - Не представляю даже. - Может, это какой-то поклонник Марии? Ищет способ произвести впечатление и вернуть ушедшую любовь? О-о-о, я придумал. Прикинь, это тот Ганс, которого она отправила к праотцам на Мадейре пятьдесят лет назад. А он выжил, сныкавшись в пещере во время отлива. Тайно строил теневую империю, и превратился в киборга-нациста. И теперь мстит. Морщинистый, как Палпатин, и злобный, как все бывшие в мире. Ухбля. Страшно. - Боже, - рассмеялся Виктор. - Ну тебя и развезло. Ты точно надрался, дорогой мой братец. Не стыдно? - Не, - отозвался Энди легкомысленно. - Что мне терять? Нечего совершенно. Виктор внимательно на него поглядел. - Что у вас произошло? - спросил он мягко. - Ты так не бесился... Да никогда ты так не бесился. Энди затянулся так глубоко, что огонёк прямо-таки поскользил по бумаге почти до самого фильтра. - Джина произошла, - мрачно сказал он. - Нет, спасибо ей, конечно, большое за помощь. Ценю как коллегу и отличного специалиста. Но что у неё в голове творится, это для меня до сих пор загадка. Она наплела Фуко, что я так развлекаюсь. Типа лёгкий романчик на стороне. А потом мне надоест и я вернусь к своей настоящей любви, к ней, то есть. Мол, такое уже было. Это ежегодный поход налево по расписанию, ничего больше. Чтобы истинные чувства освежить. Стерва. - А я тебя предупреждал - поговори с ней. Энди фыркнул. - Я был занят, если ты не помнишь, - сказал он сердито. - Обнимался с ведром. А, когда обниматься перестал, ты её отослал. Зато с первых минут зачем-то приставил ко мне Фуко. Если считал, что мне так необходимо с Джиной поговорить, попросил бы её со мной посидеть. Вот это было бы веселье, конечно. Я бы куда душевнее блевал. С выражением. И не только от интоксикации. Глядишь, и очухался бы побыстрее. И на ноги бы встал через час, только чтоб от неё подальше убраться. Виктор глядел на него долго и очень внимательно. - Она до сих пор думает, что ты вернёшься, - сказал он наконец. - Сама мне об этом сказала. Мне кажется, ты что-то недостаточно понятно ей объяснил. - В каком месте фразы «нам с тобой не по пути, давай разойдёмся» есть что-то непонятное? Языкового барьера у нас нет и в помине. В отличие от той же Фуко, с которой я не всегда уверен, понимает ли она меня правильно. Но она умудряется понимать. Даже если слова не все знает. Почему ей я могу один раз сказать - и до неё сразу же доходит? А Джине нужно всё по полкам разложить, и она такая «да нет, это всё ерунда, пренебречь, вальсируем»?.. Хоспаде. Энди потянулся за второй сигаретой, прикурил и шумно выдохнул облако дыма. - Вот почему ты женился так рано, - сказал он, не обращаясь непосредственно к Виктору. - Отношения это просто капец как сложно. Ты просто решил не париться, ну признайся. Виктор не мог не согласиться с этим утверждением. - Зато всю оставшуюся жизнь буду париться с одной Джуйс, - проворчал он добродушно. - С ней не соскучишься. - Да знаю я. - Ну то есть, вы всё-таки поссорились? С Фуко, я имею в виду. Энди потрогал повязку - после колки дров и наспех принятого душа она была мокрой насквозь, и на ткани расплывалось бледно-розовое пятно. - Понятия не имею, - сказал он. - Вроде нет. И вроде даже помирились. Но я так взбесился, что просто не знал, куда себя деть. Прикинь, она сказала, что Джина мне больше подходит. Чем она, в смысле. Меня в этот момент прямо перемкнуло. Не хотел ей грубить или чего похуже. Очень удачно подвернулись дрова. Иначе - я не знаю. Сложно всё. Что ты там говорил про то, что я влюбляюсь? Три ха-ха тебе, Витя. Я от неё плыву похлеще, чем от Руинового зелья. А на итальянской вилле - спасибо большое неизвестному сидельцу - мне вообще показалось, что я её люблю уже давно. С рождения, или ещё раньше. Просто откровение какое-то небесное. Так сильно, что аж больно. Я тогда так офигел, что до сих пор, как растерянный Траволта. Что вообще происходит, не имею ни малейшего понятия. Виктор молчал, покачивая в руке ополовиненную бутылку. Потянулся, налил им обоим сразу по трети стакана - в два раза больше, чем следовало. Подкинул льда. - Понимаю, - медленно сказал он. - Понимает он, - хмыкнул Энди. - Понятливый какой стал неожиданно. - Я серьёзно понимаю, - Виктор глотнул не успевший остыть виски и даже не поморщился. - Такая же фигня, братец. Такая же фигня. Джуйс мне что-то говорила по поводу вашей случайной встречи. Напомнила о том, как мы с ней в своё время случайно встретились. Я же сам не особо в курсе, почему её тогда увёз. Должен был застрелить - и не стал. И до сих пор иногда вспоминаю этот день и удивляюсь. Как растерянный Траволта, говоришь? Ну да. Оно и есть. - Угу, - Энди кивнул, щуря глаза от дыма. - Ты Джуйс забрал, потому что иначе за ней пришёл бы кто-то другой. Прямо под копирку, если детали не учитывать. Спасаем красоток и оставляем их себе. Потом они пытаются нас убить. Потом мы на них женимся и попытки убить становятся немного реже, но более эффективными. Потом что?.. Счастливый финал, все рыдают от радости. Они жили несчастливо, хорошо, что недолго. Виктор прыснул. - Какой ты пессимистичный, - проворил он, посмеиваясь. - Что, думал, в сказку попал? Ворвался весь такой на гребне волны, подхватил девушку на руки и утащил в наш акулий мир? И она с радостью и восторгом тебе отдаться должна?.. Энди только сузил глаза. Виктор поглядел на него и моментально перестал улыбаться. - Ага, - сказал он. - Значит, вот оно как. На вилле, говоришь, показалось тебе. Это после того, как мы все чуть не разбились? Дважды. Ну ты просто молодец. Поймал момент или как?.. - Вот оно как-то так, - проворчал Энди. - Нечего меня взглядом сверлить. Ничего я не ловил, так просто получилось. Сам уже сто раз пожалел. Всё было бы намного проще, если бы... Да что теперь. А тут ещё Джина со своими разговорами. Про роман и синдром спасателя. Про то, что я на грудь повёлся. И на расовое разнообразие. Некстати, как всегда. - Ага, - повторил Виктор. - И по этому поводу ты решил напиться. - Именно, - сердито отозвался Энди. - Чтобы чуточку убавить один градус, нужно прибавить другой. И, давай начистоту, с одной бутылки ни ты, ни я, не надерёмся так, как того хотелось бы. Да и нельзя. Так что давай эту тему закроем. А то у меня уже руки чешутся доколоть недоколотое. - Ладно, дело твоё, - проворчал Виктор. Они допили и он совершенно поровну разлил остаток из бутылки, аккуратно закрутил пробку. - Что, никакого напутствия от мудрого старшего брата? - ухмыльнулся Энди. - Никакого тайного знания от человека, умудрившегося прожить в браке не с кем-нибудь, а с Джуйс, аж четырнадцать лет?.. Совет бы не помешал. Это я так, намекаю просто. Виктор поразмыслил, поглядывая на то, как он гасит окурок о подошву. - Если ты собрался ложиться сегодня на диване, - сказал он, слегка понизив голос. - Даже не вздумай. Энди, который явно и именно так и собирался поступить, удивлённо вздёрнул бровь. - Будет только хуже, - пояснил Виктор. - Поверь. Вот тебе мудрость старшего брата, который как-то пару раз накололся. Что угодно может происходить - ссорьтесь, миритесь, Джуйс вон в меня периодически стреляет даже. Только, пока вы ночуете вместе, всё будет нормально. Но стоит один раз демонстративно лечь отдельно... Поверь, тебе очень не понравится дальнейшее развитие событий. Энди подумал, осмыслил, кивнул и одним глотком прикончил остатки виски. Лёд тоже разгрыз по обыкновению и проглотил. - Девчонки, - проворчал он. - Никогда их не пойму. - Даже и не пытайся, - весело отозвался Виктор. - У меня-то не получилось. Куда уж тебе.