Глава 9

      Лукас всё ещё держал пулю между пальцами, его глаза напоминали фонари, освещающие глубины океана. Его молчание, казалось, заполнило всю каюту, заставляя нас невольно замереть. Наконец, я не выдержал, подавшись вперёд.       — Постой, подожди, — я махнул рукой, будто этим мог сбить пелену с его удивлённого взгляда. — Ты сказал «кайросеки»? Что это вообще такое?       Далтон поднял бровь и скрестил руки на груди, пробормотав себе под нос:       — Если бы я знал во что мы ввязались, то ни за что не принял в этом участия. Это прекрасно объясняет по какой причине Дозор задействовал столько сил на жалкого двумиллионника.       Но прежде чем Лукас мог что-то добавить, Мэриэн, которая всё это время молча наблюдала за происходящим, решительно откашлялась. Её лицо выражало смесь удивления и снисходительности.       — Ох, видимо, вечер откровений только начинается, — заявила она, усаживаясь на край стола, рядом с где лежала открытая сумка с пулями. Её взгляд упал на одну из них, и после короткой паузы она кивнула Лукасу, словно подтверждая его мысль. — Лукас, ты прав. Это и правда кайросеки.       — Это-то я уже понял, — ответил я, почти раздраженно. — Но что это значит?       Мэриэн игриво закатила глаза, но в её голосе во время объяснения мелькнула нотка подлинного уважения к находке.       — Кайросеки, — начала она, мягко подталкивая сумку с пулями ближе к Лукасу, — это минерал, который олицетворяет природу морей. Его ещё называют «морским камнем», поскольку он буквально содержит часть силы моря. Иными словами, их воздействие на фруктовиков аналогично тому, если бы они оказались где-то на глубине. В мире, где люди пожирают фрукты, что превращают в монстров, кайросеки — идеальное противодействие. Если пользователь дьявольского фрукта попадет под воздействие кайросеки, он будет полностью нейтрализован. Обычно Морской Дозор использует кайросеки в кандалах либо для оружия ближнего боя. Но пули из кайросеки? Это серьёзное оружие против любого, у кого есть силы фрукта. Даже логии.       — То есть… этот материал буквально блокирует дьявольские фрукты? — переспросил я.       На самом деле эта информация довольно сильно охладила мой пыл в отношении дьявольских фруктов. Ладно невозможность плавать, в конце концов душ никто не отменял, но я считал, что взамен за эту слабость фруктовик оказывался невообразимой силой на поле боя. А тут, оказывается, просто заряжаешь мушкет нужной пулей, и всё. Был фруктовик и не стало. Прямо криптонит какой-то.       — Не просто блокирует, — мягко поправила меня Мэриэн, склонив голову набок. Они с Лукасом сговорились, что ли? — Он поглощает вообще все силы. Действие полностью аналогично морю.       Мэриэн продолжила лекцию, объясняя, что вторым основным использованием этого металла было в покрытии им днища корабля. На мой уточняющие вопросы вся компания дружно тяжело вздохнула. Ну что сказать, я совсем не просвещен в происходящее, я и полгода не пробыл в этом мире. Неожиданно, мне пришлось услышать совсем уж отвлеченную лекцию касательно местной географии.       Вот есть пять морей, по два на каждую сторону «бублика» Ред Лайна и между этими морями находилась линия разграничения в виде моря Гранд Лайн. Как я думал? Я думал, что разделение скорее условное, отражающее скорее разделение власти между морями. Но оказалось, причина разделения морей на самом деле несла за собой… Скажем, «гидрогеологическое» основание. Если бы мне захотелось просто пересечь Гранд Лайн поперек с целью проникнуть из одного главного моря в другое, то у меня, в лучшем случае, ничего бы не получилось. Между каждым из морей и Гранд Лайн была относительно непродолжительная, но крайне любопытная прослойка. Она называется Калм Белт. Эта прослойка обладает несколькими особенностями: во-первых, там никогда нет ветра. Ни попутного, никакого. Течения там тоже нет, там буквально сталая вода. А во-вторых… по какой-то причине эти воды крайне полюбились морским королям.       Здесь я разумно, решил не уточнять, что это за короли такие. Иначе, чую, рисковал натолкнутся на серьезные подозрения в свой адрес. Но было очевидно, что речь идет о неких больших подводных существах, вроде наших китов.       — И какого размера там эти морские короли?       — Представь себе существо, чей глаз в пару раз превосходит размером этот корабль, — вполне конкретно описала это существо Мэриэн. — Но бывают, конечно, и покрупнее. В целом, именно в Калм Белт самые крупные особи.       Надо сказать, я оказался под впечатлением. Лекция закончилась на том факте, что если отсутствие ветра и течений всегда представляли собой решаемую проблему, то вот морские короли долгое время делали эти воды неприступными. Пока в какой-то момент не оказалось, что если обшить кайросеки днище, то морские короли не обращают на корабль внимание. Единственные, у кого достаточно средств и ресурсов для подобных кораблей, это Морской Дозор и Мировое Правительство.       Я был в глубокой задумчивости, медленно бродя взглядом по каюте. Лукас же продолжал крутить блестящую пулю в руках. Когда он, наконец, оторвался от своего увлеченного изучения, он медленно перевёл взгляд на меня.       — Теперь понимаешь? Это не просто редкость. Это редкость, стоящая целое состояние. Эти пули… Они превосходят по стоимости весь ваш улов где-то на порядок — а я, между прочим, очень хорошего мнения о вашем улове. Это оружие, которое целенаправленно изготовлено либо для восстания против сильных игроков, либо для Морского Дозора, охотящегося за особо опасными пиратами.       Далтон нахмурился, его лицо стало серьёзным.       — Получается, тот, кто владеет таким оружием, планировал нечто большее, чем просто грабежи?       Лукас кивнул, задумчиво вращая пулю в руках.       — Безусловно. Как я уже говорил, такие боеприпасы используют либо в войне с пиратами, либо… — он усмехнулся, — для устранения конкурентов среди едоков фруктов. А иногда и того, и другого одновременно.       Я на мгновение замолчал, осознавая масштаб проблем, которые выглядели как небольшие металлические кругляшки. Затем я тихо произнёс:       — И вы хотите сказать, что это просто лежало на борту у малоизвестных пиратов? Что же там вообще произошло?       Мэриэн скрестила руки, задумчиво покачав головой.       — Это стоило бы узнать. Но вот вам мой совет: если вы собираетесь всё-таки реализовать эту находку, то делать это вам стоит в режиме максимальной осторожности, мелкими партиями. Потому что, поверьте мне, те, кто это произвёл или потерял, захотят вернуть своё… или никому не позволят это использовать.       После её слов комната снова погрузилась в тишину. Лукас, положив пулю обратно в мешок, вдруг расслабился и усмехнулся.       — Ну, что ж, похоже, мы загнали себя в интересную авантюру.       Далтон скрестил руки на груди, слегка нахмурившись. Он, видимо, всё ещё переваривал всю эту историю. Или, скорее, продолжал прикидывать риски. Всё-таки не для него вся эта лекция проводилась, он то уже всё и так знал. Лукаш же задал новый вопрос:       — Послушай, Далтон… ты уже упоминал долг, но не сказал конкретной суммы. Насколько всё серьёзно?       Далтон выдохнул, как будто не хотел об этом говорить, но всё же заговорил:       — Пять миллионов белли.       — Пять миллионов? — Лукас аж поперхнулся и недоверчиво уставился на Далтона. — Чтобы купить логию? Дружище, да фрукты логии стартуют с пятидесяти миллионов, если не сотни! Ты правда думал уложиться в такую сумму?       Далтон пожал плечами и отвел взгляд. Что-то мне не нравится его молчание, если честно. Скрывает от нас что-то бычок.       — Мне показали фрукт, заверили, что это логия. Продавец был достаточно убедителен. Да и честно говоря, не было времени торговаться.       Лукас покачал головой, в его взгляде читалась смесь сочувствия и недоумения.       — Далтон, ты либо невероятно наивный, либо просто очень отчаянный. Без обид, но тебя тупо развели. Это прямо-таки абсурд.       Я же слабо улыбнулся, пытаясь разрядить атмосферу:       — Ну, в любом случае, теперь у нас есть кое-что, что поможет тебе выкарабкаться из этой ситуации быстрее, чем ты думал.       Лукас поставил кружку на стол, коротко кивнув.       — Именно. Реализовывать пули, слава всем морским королям, нет необходимости. Эти мушкеты уже сами по себе стоят целое состояние. Даже если взять только «обычные», из потертых, вы покроете долг с лихвой. А если продать те, что особого качества, то получите денег на все нужды на годы вперёд.       Он снова поднял один из блестящих мушкетов, осматривая его так, как будто это было произведение искусства, достойное музейной витрины.       — Если хотите, могу всё это взять на себя. Скуплю всё оружие сразу. Вам не придётся самому искать покупателей, а я смогу выгодно сбыть это через свои каналы. За хороший товар я всегда готов хорошо заплатить. Что скажете?       Мэриэн в сторонке молча наблюдала за разговором, но по её выражению лица я мог сказать, что она тоже оценивает предложение Лукаса как вполне разумное. Видимо, они действительно занимались продажей оружия на постоянной основе.       Я задумчиво почесал подбородок, разглядывая ружьё, которое Лукас всё ещё держал в руках. Мысли путались, но один вопрос особенно сверлил голову:       — Послушай, Лукас… Это, конечно, всё очень впечатляет, но разве реализация такого товара… ну, знаешь, — я осторожно махнул рукой в сторону рассыпанных мушкетов, — незаконна?       Лукас посмотрел на меня с удивлением, но быстро переключился на свою обычную беззаботную полуухмылку. Он вернул мушкет на стол и слегка наклонился вперед.       — Ну и с чего ты это взял? — начал он с легкой насмешкой в голосе, но затем резко сбавил тон. — Нет, частично ты прав. На Рифтоне это действительно незаконно. Но только потому, что местные власти хотят держать рынок оружия под контролем. Это они устанавливают законы и правила, и им не нравится свободный оборот подобного товара, при тотальном наводнении острова пиратами и преступниками. Но Мировое правительство на самом деле никак на это не регулирует. Ни словом, ни бумажкой. Продажа оружия — это нечто вроде серой зоны. Прямого запрета нет, потому что сами посудите… Оружие — это не только инструмент войны, но и, очевидно, защиты. Как иначе сопротивляться вооруженному нападению обычным жителям? Пиратам то всё равно на запреты. Вообще-то, вам, как «охотникам за головами», — здесь его ухмылка стала шире, — полагается это знать. Я не очень представляю как вообще эта деятельность могла существовать без разрешенного оружия.       Он пожал плечами, словно объяснял что-то настолько обыденное, что только ребёнка можно удивить.       Я обратил свой взгляд на Далтона. Наши глаза встретились, и я передал ему безмолвно: «Это что же, мы могли бы сразу вернутся на Драм, пока оставался бюджет?»       Взамен в его взгляд был полон искренности и невинности, что так свойственны тупым тюленям.       Балбес.       — Удивлены? — спросил Лукас, заметив наше переглядывание. — Добро пожаловать в реальный мир. Мировому правительству плевать, пока оружие не направлено против них самих. Иногда даже кажется, что они это поощряют из тени…       — В любом случае, я не вижу смысла отказываться от твоего предложения, — произнес я. — Вообще-то, изначально я тебя нашел именно с целью продать оружие. Другое дело, что прямо сейчас нам деньги ни к чему. Вы с Далтоном способны рассчитаться друг с другом когда всё прояснится, а мне многого и не надо. Но у нас однозначно есть к вам другая просьба: не подбросите до острова Драм? Хотелось бы наконец завершить эту историю.       — А вот это за счет фирмы! — откликнулся Лукас. — Проводим с ветерком. Между прочим, я тоже соскучился по родине. Да и старика бы повидать, это ж сколько времени его не видел! Такой хороший повод.       Лукас дружелюбно хлопнул по столу, словно подводя итог нашему разговору. Его улыбка стала шире, теперь в ней ощущалась некое облегчение после завершения обсуждений.       — Ну, что ж, дела обсудили, капитан своё слово дал. Остальное — дело времени. А сейчас, господа, предлагаю вам отдохнуть. Завтра будет долгий день, а судя по вашему виду, поспать вам не мешало бы. Мэриэн, будь добра, покажи нашим новым попутчикам, где они смогут устроиться.       Мэриэн поднялась со своего места с характерной грацией, аккуратно смахнув невидимую пылинку со своего пояса.       — Вот уж точно, пора вам расслабиться, — сказал она, направляясь к двери и жестом указывая нам следовать за ней. — Я покажу вам каюту для гостей. Гамаки уже натянуты — специально для тех, кто решит воспользоваться добротой капитана Лукаса, — В её голосе прозвучали нотки лёгкой иронии.       Мы с Далтоном переглянулись, пожали плечами и без возражений пошли следом.       Мэриэн провела нас через люк на палубе в узкий коридор, где деревянные балки тянулись над головой, а слабое освещение усиливало запах морской соли и дерева. Почти в самом конце пути она остановилась перед простой деревянной дверью.       — Вот ваше пристанище на последующие ночи, — обронила она. — Каюта небольшая, простая: четыре гамака, минимальная обстановка. Впрочем, каким-то особым уютом этот корабль никогда не славился, — она приоткрыла дверь, оставив её слегка распахнутой.       Мы заглянули внутрь. Помещение было, мягко говоря, лаконичным: четыре гамака были подвешены между стойками прямо под потолком, не оставляя много свободного пространства. Рядом стояла маленькая полка, где можно было разместить личные вещи, а в углу добродушно скрипел старый деревянный ящик.       — Ну, это, конечно, не роскошный номер, но для путешественников вроде вас должно быть достаточно, — добавила она, закинув руки на бёдра. — Попрощайтесь с мечтами об удобных кроватях.       — У нас случались ночевки и похуже, — заметил я, с улыбкой глядя на Далтона, который в очередной раз лишь тяжело вздохнул.       Мэриэн покачала головой, тон её стал чуть мягче.       — Если что-то понадобится, я буду в своей каюте, напротив. А теперь отдыхайте вы двое. Завтра обсудите всё остальное с капитаном. И да, попутный совет: не надейтесь, что пирс на Драме встретит вас с фанфарами. Люди с оружием всегда вызывают подозрения.       С этими словами она развернулась и неспешно удалилась по коридору, оставив нас с Далтоном на пороге каюты. Мы оба молча осмотрели своё временное убежище, а затем без слов зашли внутрь.       — Ну что, — произнес я, забрасывая рюкзак на один из ящиков и оценивающе поглядывая на ближайший гамак. — В этот раз наше путешествие и вправду выдастся полегче.       Устроиться в гамак оказалось проще, чем я ожидал. Жестяные петли приятно поскрипывали, когда я осторожно улегся. Далтон устроился напротив, недовольно ворча на тесноту каюты. Но даже с его габаритами гамак, казалось, принимал его, как ребёнка.       — Знаешь, — произнес я в полусонном тоне, качнувшись в гамаке, — Могли бы и не экономить на билетах на остров, это су-у-упер удобно.       Далтон лишь хмыкнул:       — Зато приключений отхватили как следует, по-мужски. Завтра, я уверен, начнутся мелкие хлопоты. Спи.       Я закрыл глаза, особо не споря, и погрузился в сон под тихий звук качки корабля.       На следующее утро пробуждение оказалось более резким, чем я ожидал. Кто-то громко звал экипаж на палубу, и это резко прервало моё уютное полусонное состояние. Пришлось быстро подниматься и готовиться: намек был однозначным — день обещал быть активным.       Когда мы выбрались на палубу, первые лучи света осветили расцвеченные белоснежными парусами мачты. Лукас с Мэриэн уже давали какие-то указания, готовясь к отплытию. Экипаж кипел активностью: кто-то подтягивал верёвки, кто-то загружал ящики с провизией.       К слову, за день, который прошёл до окончательного отплытия, мы успели перезнакомиться с основной командой корабля. Мэриэн представила всех с лаконичным комментарием, частенько не сдерживая сарказм.       Первым к нам подошёл юркий мужчина средних лет с короткими седыми волосами. Его поразительная ловкость сразу бросалась в глаза.       — Дан, — коротко представился он, вытирая руки о тряпку после работы с канатами. — Штурман. Держу курс, всегда знаю, где мы находимся. Ну… или почти всегда, — с лукавой усмешкой добавил он.       Затем подошел крепкий парень, улыбаясь. По какой-то причине глядя на него у меня возникали ассоциации скорее с кузнецом, чем с моряком.       — Это мой племянник, — пояснила Мэриэн, кивнув на него. — Звать его Вито. Он хоть и молод, но в своём деле понимает. Если что-нибудь из снастей или оружия пострадает в бою, он заставит их снова заработать. Мастер на все руки.       Дальше оказался долговязый мужчина с длинной косой и спокойными глазами, которые словно видели больше, чем окружающие.       — Нартамон, наш врач, — коротко представила его Мэриэн. — Хотя граница его знаний скорее алхимия, чем медицина. Но всё равно спасет быстрее, чем кто-либо, если будет нужно.       — Можно просто Нарт, к вашим услугам, — коротко поклонился он.       Пожалуй, самым ярким персонажем оказался невысокий, но крайне громкий и жизнерадостный повар по имени Жакко. Его командный голос был слышен, наверное, даже морским королям под водой. Он дважды напомнил всем о правилах работы на кухне, прежде чем начать готовить завтрак, который доносил аппетитные запахи по всей палубе.       Команда, надо сказать, показалась довольно разношерстной, но хорошо сработанной. Они смотрели друг на друга с каким-то доверием, хотя с нашим появлением явно держали дистанцию. Впрочем, теплота шуток и намеки Лукаса на то, что этим гостям рады, немного смягчали этот холодок.       Пока мы помогали по мелочи — то узлы подтянуть, то коробку перенести, — на корабль, казалось, пришло ощущение спокойной морской рутины, несмотря на раннее утро. Я, честно говоря, чувствовал себя в нашей ситуации немного неуместно, но это прошло, стоило кому-то из команды кинуть в наш адрес пару дружелюбных фраз.       — Эй, только не роняй это, — прикрикнул Вито, указывая на ящик, который я нёс.       — Если потребуется ещё пара рук, позовите, — громко предложил Далтон штурману Дану, который распорядился спустить лишние паруса.       К полудню мы с Далтоном уже смогли нормально общаться с экипажем, даже обмениваться шутками. Готовясь к отплытию, казалось, что команде даже в радость немного похохмить перед серьезной работой.       Лукас, подойдя ближе к концу дня, осмотрел дело своих рук, все собранные ящики с провизией и снаряжением.       — Всё готово, капитан? — спросил я, стараясь никому не мешать.       — Почти. Отправляемся через час.       Пока команда сверяла последние детали перед отплытием, я остался стоять у поручня палубы, размышляя о происходящем. Мой взгляд остановился на Мэриэн, которая, казалось, случайно задержалась поблизости от Далтона. Но стоило мне чуть внимательнее присмотреться, как я заметил неприкрытый интерес в её взгляде. Не просто интерес — что-то, будто бы узнавание, но с ноткой недоверия. Она изучала Далтона так, словно раньше что-то ускользало от её внимания.       Я нахмурился. Далтон, как всегда, не замечал таких вещей — он был полностью погружен в переноску ящика с провизией. Но то, как Мэриэн прищурилась, принципиально не отводя глаз, показалось мне странным.       В какой-то момент я решил направиться в сторону Лукаса, раздумывая, как ненавязчиво напроситься в его библиотеку, если таковая имеется. Однако на ходу я случайно уловил, как Мэриэн тихо начала говорить, обращаясь к Далтону.       — Теперь я тебя вспомнила, мальчик…       Что бы она ни имела в виду, меня этот разговор заинтересовал, но вмешиваться было бы не лучшей идеей. «Не моё дело,» — успокоил я себя, хотя предпринять попытку выведать позже подробности всё же запланировал. Уж больно заинтригованным я оказался.       — Лукас! — окликнул я капитана, стараясь отвлечься и сменить ход мыслей. Тот обернулся, держа в одной руке карту.       — Ну что, Кейн? Нужно что-нибудь? — привычная легкость в его голосе была заметна даже сейчас, когда он явно был занят.       — У тебя, случайно, нет библиотеки на корабле? Или хотя бы пары книг? Хотелось бы почитать, пока не началась суматоха. Ну, ты понимаешь, на скором пути нам, кажется, предстоят долгие часы скучной качки на волнах.       Лукас слегка приподнял бровь, словно не ожидал такого запроса, но тут же кивнул.       — Библиотека, говоришь? — ответил он. — Ну, маленькой комнатки с книжными шкафами у меня нет, если на то намекаешь. Но кое-что у меня есть, обрати внимание на шкаф в каюте. Там всё, от скучных судовых журналов до ярмарочных романов с авантюристами. Открыт всем желающим, если их не смущает мой странный вкус на книги.       Я тут же ухватился за предложение:       — Можно взглянуть?       — Да ради всех морских королей, конечно. Приходи в каюту, открывай шкаф и там увидишь всё, что у меня есть. Только осторожнее, пожалуйста, в том шкафу есть вещи, которые не терпят небрежного отношения, — с намеком в голосе произнес он. Мне было неожиданно приятно услышать, что мне доверяют достаточно, чтобы свободно впустить в личные покои прямо к хранилищу очевидно важных для Лукаса вещей. Тем не менее, самостоятельно проходить в каюту я посчитал неправильным и решил дождаться, пока меня проводят.       Лукас дал себе пару минут, чтобы закончить текущую задачу, и вскоре пригласил в капитанскую. Слева, как я и запомнил, находилась кровать, а вот справа действительно стоял, видимо, книжный шкаф, разве что немного потертый. Лукас указал на него, а затем вернулся к своим делам, дав понять, что я теперь предоставлен сам себе.       Я осторожно отодвинул ткань, свисающую со шкафа, и открыл дверцу. Внутри оказался в некотором роде хаос: книги разных форматов были уложены без особого порядка, свитки и журналы лежали поверх друг друга. Однако это меня не остановило. Я пробежался глазами по названиям — какие-то из них явно принадлежали к художественной литературе, другие выглядели как путевые заметки или исторические записи.       Со словами: «Где-то тут должно быть», — я начал перебирать одну за другой. Меня привлекла мысль узнать больше о Морском Дозоре и их структуре, а также о других подобных организациях в этом мире. Я нашёл пару книг с заголовками вроде «Основы морского права» и «Руководство для новичков. Наставления от выдающихся капитанов Морского Дозора».       Перелистывая страницы, мне удалось отыскать краткое изложение градации званий Морского Дозора. Система оказалась довольно иерархичной:       Рекруты — новички: низший ранг, вспомогательный персонал или новобранцы.       Рядовые — те, кто имеет базовый опыт.       Капралы — Подчиняется сержанту, но выше рядовых.       Сержанты — опытные бойцы или мелкие полевые командиры.       Мичманы — самый младший чин офицера.       Младшие Лейтенанты и Лейтенанты — начинают уже принимать командные решения.       Капитаны — руководители на уровне одного или нескольких кораблей.       Коммодоры — связь звена между капитанами и высшими чинами.       Контр-адмиралы, вице-адмиралы и адмиралы — высококвалифицированные военные с огромным уровнем ответственности.       Главнокомандующий — руководитель всей структуры.       Отдельной строкой было звание «Героя Морского Дозора», но там не было никакого описания причин выдачи этого звания.       Помимо непосредственно командных качеств, ко всем офицерам выдвигалось отдельное требование — иметь силы противостоять пиратам соответствующего уровня. Иными словами, адмиралы и флот-адмирал сами по себе являлись наисильнейшими боевыми единицами Морского Дозора.       — Неплохо, — пробормотал я, задумчиво изучая структуру. Теперь, по крайней мере, у меня была общая картина. В книге также были зарисовки нашивок, и мне удалось найти звание того самого офицера, что руководил штурмом «Спящего Кракена». Капитан. Что ж, теперь мне было понятно, что дозорные уровня капитана уже вызывают серьезную опаску, жаль, что я так и не увидел сражения с его участием. Закрыв книгу и вернув её обратно, я осмотрел сундук, подумывая, не взять ли ещё что-то для чтения на досуге.       Когда я закрывал книгу и уже собирался вернуть её на место, моё внимание мельком зацепилось за остальные вещи, хаотично уложенные в этом шкафу. На первый взгляд, это был просто беспорядок: древние кобуры, покрытые патиной металлические пластины, старинные ножны, какие-то странные свертки ткани, иссохшие и туго перевязанные веревками. На одной из полок лежал короткий меч с тяжёлым, явно непропорциональным клинком, покрытым незнакомыми мне письменами. Казалось, он притягивал взгляд, но в то же время вызывал непонятный внутренний холод.       Мой взгляд ненароком задержался на одной вещи — небольшом металлическом шаре, лежащем на подушке. Его покрывала темно-зелёная патина, а в центре мерцала тонкая красная линия, как будто внутри шара медленно текла огненная жилка. Простое присутствие этой вещи заставило мои пальцы замереть, хотя я даже не касался его. Что-то в нём вызывало глухую тревогу, неприятное предчувствие, будто эта вещь когда-то видела больше крови, чем мог бы представить обычный человек.       На другой полке я заметил изысканный кинжал с рукоятью, обмотанной чем-то вроде слежавшихся кусков кожи. В его кромке таился странный блеск, будто с каждым движением света он впитывал загорающийся на нём отблеск, поглощая его в глубину. Дальше — старый лук без тетивы, чьи концы украшали изгрызенные металлические когти, словно это был инструмент не для охоты, а для расчленения.       Чем больше я вглядывался, тем сильнее понимал, что это не просто старинное или редкое оружие. Всё эти вещи… они словно… Прокляты? Я не мог знать наверняка, но ощущение веской опасности спутывало мои мысли. Каждый из этих предметов источал необъяснимую мрачную ауру, будто в самом воздухе вокруг них таилось что-то, с чем не стоило иметь дело. Они будто звали, но их зов внушал отвращение и недоверие.       Лукас, похоже, интересовался не только оружием, но и специфическим типом вещей, которые люди, как правило, обходили по самому широкому кругу. Клинки, сферы, артефакты — как оружие, так и безобидные с виду мелочи. Это не коллекционирование для украшения. Эти вещи обладали слишком сильной энергетикой, чтобы просто быть «интересными».       Я почувствовал, как по спине пробежал лёгкий холодок. Достаточно, мне здесь больше нечего делать. Не став ни к чему прикасаться, я аккуратно закрыл дверь шкафа, остро желая запереть их у себя за спиной и уйти с этого места как можно быстрее.       На палубе меня встретил свежий морской ветер, и я глубоко вздохнул, ощущая, как мрачное давление, нависшее на меня в той комнате, наконец начинает отступать.       На корме уже заметно кипела суета, экипаж вовсю готовился к отплытию. Лукас, лично стоя у штурвала, отдавал последние указания, его голос был громким и уверенным. Паруса над нами раздулись под ветром, канаты скрипнули, и через минуту корабль начал плавно отходить от причала.       Корабль отправился в путь.