Экстра II «Гроза»

Гроза началась ближе к ночи. Сильная. Настоящая. Такая, от которой дрожат окна и на несколько секунд гаснет свет во всём районе. Шумская сидела в штабе уже четвёртый час подряд, разбирая накопившиеся дела. После последнего дела, управление завалило кипой бумажной работы. Высоков должен был уехать ещё вечером. По крайней мере, таков был план. Но в десять часов дождь превратился в ливень, трассу частично перекрыли из-за оползня, и он снова оказался в штабе. Мокрый. Раздражённый. И уставший. Корешков, увидев его на пороге, философски заметил: - Судьба. - Нет, - мрачно ответила Шумская. - Просто плохая логистика. Высоков снял промокшее пальто. - Ты звучишь разочарованно. - Тебе послышалось. Олеся тихо пробормотала Мальцеву: - Они когда-нибудь научатся разговаривать нормально? - Не при нашей жизни. Гром ударил так сильно, что в здании мигнул свет. Шумская вздрогнула. Совсем немного. Но Высоков заметил. Конечно заметил. - Ты боишься грозы. Не вопрос. Она раздражённо подняла голову. - Нет. - Ирина. - Это просто неожиданно. В этот момент снова громыхнуло. На этот раз ближе. И свет погас окончательно. В штабе кто-то выругался. Мальцев где-то в коридоре едва не снёс стул. Корешков буркнул: - Отлично. Просто отлично. Аварийное освещение включилось только через минуту. Тусклое. Жёлтое. Почти интимное. Шумская стояла возле окна слишком неподвижно. Высоков подошёл ближе. - Ты правда боишься. Она долго молчала. Потом тихо сказала: - В детстве у нас однажды выбило свет во время грозы. Мне было лет семь. Мать задерживалась на работе, отец в командировке. Я сидела одна несколько часов. Высоков слушал молча. Очень внимательно. - С тех пор не люблю грозы. Ещё один удар грома. Ирина едва заметно напряглась. Высоков осторожно коснулся её руки. Очень спокойно. Без давления. И почему-то именно это окончательно разрушило её остатки самообладания. Она устало прикрыла глаза. - Не смотри на меня так. - Как? - Будто сейчас начнёте жалеть. - Я не жалею тебя. Шумская нахмурилась. - Тогда что? Он ответил почти шёпотом: - Берегу. У неё внутри всё мгновенно стало слишком тихо. Именно тихо. Не громко, не тревожно. Наоборот. Как будто после бесконечного внутреннего шума кто-то наконец убрал звук. Снаружи снова сверкнула молния. Но на этот раз Шумская почти не вздрогнула. Потому что Высоков всё ещё держал её за руку.

***

Позже, когда большая часть сотрудников разъехалась, гроза только усилилась. Дороги окончательно затопило. Пришлось остаться в штабе до утра. - Романтика, - мрачно сообщил Мальцев, укладываясь спать прямо на диване в соседнем кабинете. - Антон, - устало предупредила Ирина. - Всё-всё, молчу. Высоков сидел возле окна с кружкой чая. Шумская смотрела на него поверх документов. - Ты ведь специально не уехал. Он поднял глаза. - Почему ты так решила? - Потому что трассу перекрыли только час назад. Несколько секунд он молчал. Потом спокойно ответил: - Да. Ирина тихо выдохнула. - Господи… - Я хотел побыть рядом. Слишком честно. Опять. Она медленно отложила папку. Подошла ближе. Гроза шумела за окном так сильно, будто море пыталось добраться до самого здания управления. Высоков посмотрел на неё снизу-вверх. Усталый. Тёплый. Совсем не похожий на человека, которого она когда-то встретила в этом небольшом кабинете. - Ты понимаешь, что я теперь совершенно не умею без тебя нормально работать? — тихо спросила она. Он улыбнулся. Очень мягко. - Это сейчас признание? - Это сейчас катастрофа. Высоков осторожно притянул её к себе. Ирина села рядом, прижавшись плечом к его плечу. Снаружи снова ударил гром. Но впервые за много лет ей не хотелось сжиматься от этого звука. Потому что рядом был человек, рядом с которым даже самая сильная гроза переставала казаться страшной.