Глава 5. Затишье

Три дня патрулей пролетели как один долгий, выматывающий день. Токио не стал ближе, но перестал казаться чужим. Кас ловил себя на том, что уже узнаёт улицы, запоминает запахи и даже начинает различать интонации в японской речи - не всегда смысл, конечно, но хотя бы эмоции. Район Асакуса встретил их толпами. Кас шёл чуть позади Шото, пробегаясь взглядом по толпе и сканируя пространство на наличие угроз. Шум, запахи уличной еды, крики промоутеров. Всё сливалось в один сплошной поток. Пьяного он заметил за секунду до того, как тот замахнулся на витрину. Руки мужчины покрылись чешуёй и пальцы вытянулись в подобие когтей. Кас двинулся первым - три шага, захват руки, подсечка. Мужчина рухнул на колени, даже не поняв, что произошло. Шото подошёл с другой стороны, достал наручники и сковал ими хулигана. Антей заметил, что Шото не использовал причуду. Вообще. Дал ему пространство для манёвра и не мешал. На лице растянулась довольная улыбка. На следующий день. В Уэно было тихо. Парк, пруд с карпами, редкие посетители. Кас чувствовал себя не в своей тарелке - слишком спокойно, слишком нормально после всего, что случилось. Они шли по аллее, и Шото спросил: — Тяжело привыкать к чужой стране? Кас не ответил сразу. Смотрел на воду, на то, как карпы открывают рты, выпрашивая еду у старушки на скамейке. — Да скорее не к стране, — сказал он наконец. — К тому, что дома тебя не ждут каждую минуту. Я привык быть среди своих. А здесь... — он повёл рукой, обводя парк, город, всё сразу. — Здесь доступны только редкие звонки и то, чаще всего по работе. — Мой брат говорил то же самое, когда уезжал в Англию по обмену, — сказал он. — Жаловался на еду и на то, что никто не понимает его шуток. — И что, привык? — Привык. Ещё и нашёл невесту там, щас они недалеко от родительского дома обосновались. Шото посмотрел на Каса, что спойокно и прямо шёл рядом. На лице Антея была хрупкая улыбка. — Мы шесть лет с Бэссу вместе работаем, Джанет таскала меня в прямом смысле этого слова, когда у меня суставы выли от перенапряжения. Я не был один ни дня, а теперь я здесь, и каждый раз, когда я просыпаюсь в номере, мне кажется, что я что-то забыл. Отвратительное ощущение. Шото слушал, не перебивая. — Ты ничего не забыл, — сказал он. — Просто те, кто были рядом, остались в другой часовой зоне. Это ведь другое. Кас усмехнулся. — Ты когда-нибудь был один? Шото замер. Всего на секунду, но Кас заметил, взгляд у того стал стеклянным, будто напарник ушёл куда-то глубоко в себя. — Был, — сказал Шото тихо. — Очень долго, даже когда вокруг были люди. Повисла пауза. Карпы продолжали плескаться, где-то закричала птица. Антей невольно задержал дыхание, осознавая, что напарник только что открылся ему. Не из вежливости, не по делу, а просто так. Шото, с которым он всегда держал дистанцию, вдруг сказал что-то личное. Кас, признаться, не ожидал подобного. И от этого стало почти неловко, в хорошем смысле. — А потом? — спросил Кас. Шото двинулся дальше по аллее, и Кас пошёл за ним. — А потом я перестал отказываться от помощи. Нашёл тех, кто готов прикрыть спину. Оказалось, это не так сложно, как кажется. Нужно просто... не молчать. Он бросил короткий взгляд через плечо. — Ты сильнее, чем думаешь. Но если станет совсем тяжело - скажи. Кас не нашёлся, что ответить. Третий день в Синагаве встретил их холодным ветром с залива. Промышленная зона, серое небо, серые стены, редкие рабочие, которые не поднимали голов. Кас продрог за первые пятнадцать минут. Они шли молча, но двигались синхронно. Кас замечал, куда Шото повернёт, ещё до того, как тот делал шаг. Шото чувствовал, когда Кас готовится к прыжку или удару, и отходил в сторону. Напарники шаг за шагом привыкали к работе с друг другом.

***

После обеда четвёртого дня они поехали в Тибу. Дом стоял в конце узкой улицы, прижатый к таким же невысоким, чуть обшарпанным соседям. Когда-то белые стены, стали серыми от времени и дождей. Маленький палисадник с живыми цветами - единственное, что выглядело ухоженным. Дверь открыла женщина лет сорока. Уставшая, с глубокими тенями под глазами, но держалась ровно. Слишком ровно, как будто уже пережила всё, что могла. Внутри было чисто. Бедно, но чисто. На стенах - несколько фотографий. Девочка-подросток, та же женщина моложе, мужчина с непослушными волосами. Герой №297 «Зоркий». Кас узнал его по улыбке - такой же, как на геройских фото, только без маски из перьев. — Мы хотим задать несколько вопросов, — начал Шото. — О вашем муже и отце. О том, что происходило до его исчезновения. Рина сцепила пальцы. — Ну, мы с ним развелись шесть лет назад. Он сам ушёл и сказал, что не может больше быть слабым мужем для нашей семьи. — Как часто он вас навещал? — Да не навещал он! Просто переводил алименты исправно, а потом начал задерживать. Иногда передавал через знакомых. Деньги приходили, но не вовремя, а порой вообще не поступали. Она замолчала и Шото задал вопрос. — Вы не знаете, была ли у него ещё семья или близкие родственники? — Нет, не было. Вся его семья давным давно погибла, ещё до рождения нашей дочки. — Женщина ковырялась ногтях и задумчиво кусала нижнюю губу. — Но в последние разы, когда он приносил деньги… он упоминал про девочку. Говорил, что она ждёт его дома и нужно поскорее вернуться к ней. — Вы думали, у него новая семья? — Да, но он был один. Я чувствовала. Он говорил о девочке, но... Ну, не ощущалась на нем женская рука, слишком неухоженный был! Кас слушал и переводил взгляд с Рины на Миюки. Девушка сидела рядом с матерью, сложив руки на коленях. Глаза опущены. — Миюки-сан, — обратился к ней Шото. — Вы говорили с отцом перед его исчезновением? — Не говорила, но мы созванивались раз в несколько месяцев. Спрашивал только бытовые вопросы, да и всё на этом... — Она подняла глаза. — Но да, он и мне говорил про девочку. За пару месяцев до того, как пропал. Сказал: «У меня теперь есть дочь! Маленькая, она меня не бросит». Я тогда очень разозлилась и сбросила трубку, так и не дослушав его. Глаза девочки заслизились и она вновь опустила лицо вниз. — Он не удочерял никого официально, — вставила Рина. — Я проверяла. Мне нужно было знать, не появятся ли наследники. Никаких документов я не нашла. Кас отложил телефон с открытым переводчиком, посмотрел на Рину, медленно подбирая слова, сказал на своём корявом японском, коверкая окончания: — А… он… описывал эту девочку? Как она выглядит? Имя? Рина посмотрела на ранее молчаливого героя с удивлением. — Только то, что она маленькая, светленькая. И зовут… кажется, Хотару. Или Хару? Я не помню, давно разговор был. Кас кивнул. Через десять минут они вышли. Антей выдохнул, как после долгого ныряния. — Имя, я думаю, ненастоящее. Светленькая? Как-то тоже не отличительная черта, пол Японии светленькие. — Но она есть, — сказал Шото. — Кто-то стал его названной дочерью и использовал как рычаг давления.

***

Номер 1408. Тишина. Кас сидел на кровати, телефон в руке. На экране Бэссу и Джанет. Бэссу с кружкой, отхлебывает что-то тёмное и явно противное. Джанет рядом с ней, поджала ноги, обнимает колени и что-то печатает в ноутбуке, пальцы летают над клавиатурой, серые глаза устремлены в экран. Бэссу первой замечает, что он уже на линии. — О, выполз! И живой, судя по всему. Докладывай, пока Джанет зависла над отчётом. — Живой, — усмешка слетела с губ и Кас коротко пересказал допрос. — В общем, ниточка есть, но она рвётся и у нас вновь ноль информации. Джанет отрывается от ноутбука, смотрит в камеру. — Ты выглядишь уставшим. Спал вообще? — Нормально спал. Выгляжу, как обычно... — Ужасно выглядишь, — резюмирует Бэссу. — Ладно, не отвлекайтесь. Она ставит кружку, пододвигается ближе. — Я перерыла базы. Европейские, азиатские, даже в южноамериканские залезла через знакомых. По твоему «Змею со снами» - глухо. — Совсем ничего не нашли? — герой устало потёр переносицу. — Ну, причуды со снами есть: несколько в Европе, один в Южной Америке. Но они либо в тюрьме, либо под землей, либо же обычные гражданские. Жёлтых глаз нет ни у кого. — А по взрывам что-то нашли? — Кас подался вперёд. — А вот тут интереснее. — Бэссу вытащила из кармана мятую бумажку, расправила её на столе. — Нашла троих, кто может взрывать башки на расстоянии. Первый из Бразилии, причуда «Детонатор». Взорвать может что угодно, но только если видит цель. Сидит уже десять лет, так что не вариант. Второй - Германия, с причудой «Импульс». Тоже способный, но мёртв - застрелили при задержании пять лет назад. И третий... — Она сделала паузу, постучала пальцем по бумажке. — Третий из России. Причуда «Тихий хлопок». Работает на расстоянии до километра, нужен только образ цели в голове. Пропал без вести три года назад. — Россиянин? Живой? — Кас встрепенулся и ближе наклонился к камере. Беатрис удовлетворительно промычала. — Теоретически. Если Фронт его подобрал, то вполне. Жёлтых глаз у него нет. Но причуды могут ведь комбинировать? К примеру, один влезает в голову, внушает страхи и ложные воспоминания, второй просто хлопает в ладоши и... Бабах - и нет свидетеля. Джанет отодвинула ноутбук, подсела ближе к камере. Голос тише, мягче. — Слушай, Кас. Если они работают в паре... ты можешь и не понять, что уже в ловушке. Тот, кто работает со снами, не обязательно может быть рядом. Он может сидеть за три квартала и копаться в твоей голове, пока ты спишь. Будь осторожен. — Я понял, — сказал Кас. — Спасибо вам обеим, правда. Бэссу фыркнула и отмахнулась - её обычное «не благодари». — Скажешь спасибо, когда вернёшься и приготовишь мне королевский завтрак в постель. — Ого, вот это пожелания. Что-то ещё, ваше величество Бестрис? — Я подумаю, жалкий слуга. Антей не нашёлся, что ответить. Джанет улыбнулась на их дурачество, покачала головой. На минуту все замолчали, было слышно как в головах у ребят крутятся шестерёнки. Кас вспомнил Серебрянку, что уже закрыла первый очаг Фронта. Но полезной информации никто так и не получил. — Как у других? — спросил Кас, меняя тему. — Алмаз, Воробей, остальные? Бэссу откинулась на спинку стула, закинула ноги на стол. — Алмаз в России нормально. Ноет, что холодно, но работу делает. Вышли на след Фронта, копают потихоньку. А вот Серебрянка... — она нахмурилась. — Её не слышно четвёртый день. Нет в рекламе, нет в новостях, подружки молчат. Никто не знает, где она. — Может, секретная миссия? — предположила Джанет. — Может. А может, нет. Комиссия отмалчивается, когда я спрашиваю. Это странно. Кас нахмурился и сделал пометку у себя в голове, что стоит позже узнать подробности. — Воробей? — Ох, бедный парень. — Бэссу покачала головой и запустила руку в волосы. — В Австралии он просто в агонии. Боится насекомых, а вокруг их полно. Спит по три часа, ест через раз. Дела не двигаются. Я ему сказала найти напарника, но он боится, что кто-то из своих сдаст Фронту. Не знаю, чем помочь бедолаге. — Комиссия его живьём съест, пусть возьмёт себя в руки. — Антею было жаль парня, но если так пойдёт дальше, от крылатого знакомого живого места не останется. Он поверить не мог, что у кого-то может быть такая сильная паника из-за насекомых. — Инвизы в Германии как? — Одна из них списывалась с Джанет, буквально позавчера. Говорит, всё нормально. Тоже двигаются, без шума и пыли. Завидно, если честно. — Бразилия? Бэссу поставила ноги на пол, потянулась за кружкой. — Затишье. Русских туда отправили в помощь местным. Расследование стоит на месте, но и трупов нет. Тишина, которая не нравится никому. — Слишком спокойно, — сказал Кас. — Слишком, — согласилась Бэссу. Повисла пауза. Джанет переглянулась с Бэссу, потом посмотрела в камеру. — Ты там ешь нормально? Мазь не забывай. Суставы не железные. — Хорошо, мам. Умеешь тему менять, молодец. Джанет закатила глаза, но уголок губ дёрнулся в улыбке. — Всё, отключаюсь, — сказала Бэссу. — А то ты сейчас начнёшь жаловаться, и мы до утра не закончим. Работай, лентяй. — Ага, кто бы говорил. Ладно, удачи вам. — Пока! — В унисон сказали девушки. Экран погас. Кас откинулся на подушку, уставился в потолок. Едва заметные трещины, белая краска, тусклая люстра. В голове крутилось страны и знакомые герои. Слишком много стран, слишком много фронтов. И где-то среди всего этого хаоса тот, кто дал начало этому кошмару.

***

Разведку назначили через несколько дней. Кас за это время успел привыкнуть к тому, что Шото всегда рядом. К его шагам, кофе в нужное время, паузам в разговорах, которые не надо заполнять словами. Они становились командой, что не могло не радовать. Кабинет Накамуры на двадцать третьем этаже. За окном яркие огни Токио, которые только начинали зажигаться. На стене висела карта портового района. — Вы идёте как преступники, ищущие лёгких денег. Никаких геройских костюмов, никаких опознавательных знаков, никаких причуд без крайней необходимости. — Поняли. — Шото стоял в сторонке и с интересом рассматривая карту. — Кто третий, по итогу? — спросил Кас. Накамура кивнула в сторону двери. Она открылась, и вошёл парень, которого Кас ни разу не видел. Чёрная кожа - не темнокожий, именно чёрная, с лёгким сероватым отливом в некоторых местах. Странноватая улыбка и раскосые чёрные глаза. Невысокий, но плотный. Одет в чёрную водолазку, тактические штаны и лёгкую куртку. Взъерошенные белые волосы падали на лоб крупными прядями. Он не выглядел как герой с обложки. Скорее, как человек, который привык работать в тени. На поясе маленькие металлические шарики, несколько метательных ножей, баллончик с чем-то. Ничего лишнего. — Это Коварный герой: Вантаблэк, — сказала Накамура. — Специалист по скрытному проникновению и маскировке. Он будет работать с вами. Парень кивнул. — Можно просто Шихай Куроиро — он назвался, протягивая руку. Кас пожал её, ладонь оказалась влажной. — Приятно познакомиться! «Переволновался что-ли?» — Антей кивнул. — Взаимно. Шото и Шихай обменялись короткой улыбкой и крепкими рукопожатиями, так как знали друг друга и были рады встрече. Накамура возвращается к карте. — Шихай войдёт внутрь вместе с вами. Его задача - оставаться незамеченным, следить за обстановкой и прикрывать вас со стороны. Всё в комнате присмотрелись к карте получше. — Щас вы пойдёте и разведаете обстановку в порту, придерживаясь образа злодеев. — Хорошо. — Кас отступил от карты на шаг, ещё раз пробежавшись глазами по отмеченным точкам. — Тогда чего стоим? Пойдём, посмотрим, что там есть. — Машина внизу. Через полчаса будем на месте. — Шото стоял рядом и поправлял воротник геройского костюма. — От порта остановимся далековато, чтоб не вызвать лишних подозрений. Шихай кивнул, поправил пояс с метательными ножами. Накамура посмотрела на них троих: — Никаких причуд без необходимости. Вы просто трое подозрительные личности, которые гуляют по порту. Вопросы? — Нет, — ответил Кас за всех. — Тогда работайте. Они вышли из кабинета. Дверь закрылась.

***

Все трое переоделись в гражданское, Кас достал из рюкзака небольшое устройство, которое Накамура выдала перед выходом. Техника работала просто: пара секунд и черты лица поплыли, меняясь. Теперь он был блондином с россыпью веснушек на переносице и розовыми глазами. Бандану герой снял только после того, как лицо тоже деформировалось. Выглядело странновато, но в зеркале он сам себя не узнал. Всё работало суперски. Шото воспользовался тем же устройством - волосы потемнели до оливкового оттенка, шрам исчез, а глаза стали красными. Шихай настраивался дольше всех. Его чёрная кожа посветлела до обычного человеческого оттенка, волосы стали ярко-жёлтыми. — Я похож на персонажа аниме, — буркнул Кас, разглядывая своё отражение в стекле микроавтобуса. — Скорее на героя из дешёвого фильма про влюблённых подростков. — ответил Шихай. Шото ничего не сказал, но улыбка с его стороны уже обо всём говорила. Порт встретил их запахом соли, ржавчины и мазута. Поздний вечер, фонари горчат жёлтым светом, редкие рабочие тащат тележки с грузами, не глядя по сторонам. Кас, Шото и Шихай шли медленно, как будто гуляли. Говорили тихо, почти шёпотом. Кас старался говорить на японском, но большую часть прогулки просто молчал. Японцы обсуждали Юэй. Оказывается, Шихай учился на параллельном геройском факультете от Шото. Они то вспоминали кого-то, то тихо делились новыми событиями в жизни. Кас не вникал. Но он был рад тоже окунуться в воспоминания со времен академии. Первый курс. Он сидел на скамейке в тренировочном зале, выжимая из бутылки последние капли воды. Пот тек по спине, руки дрожали после разминки. Он тогда был страшно худым, такой высокий, угловатый, локти торчат в разные стороны, плечи как вешалка, рёбра можно пересчитать сквозь мокрую футболку. Причуда жрала всё, что он съедал, и требовала ещё. Калории уходили в связки, в эластичность, в бесконечные растяжки и сгибы, но не в мышцы. Он выглядел как одуванчик на длинном стебле, что вот-вот сломается от любого ветра. Помимо геройства, он мечтал ещё, чтобы на него посмотрела она. Девушка сидела через три скамейки от него. Лорел - так её звали. Волосы зелёные, как молодая листва, глаза серые, почти прозрачные. Когда она злилась, а злилась она часто, из уголков её рта сыпались розовые лепестки. Лепестки падали на пол, на её кулаки, на учебники. Многие её боялись, она казалась довольно устрашающей. Антей же засматривался до боли в шее. Он ловил каждое её движение. Как она заплетает волосы в косу перед спаррингом, как хмурится, когда что-то не получается, как лепестки вылетают из её рта, когда преподаватель ставит тройку за технику. Он вздыхал томно, как тот самый влюблённый волк, который уже давно не хищник, а так, дворняжка с поджатым хвостом. Лорел не замечала его. Вообще. Для неё он был «Кроуч». Тот долговязый парень, который постоянно пялится и с которым ей приходится учиться. А потом была тренировка. Два на два. Каса поставили с ней в пару, противниками выступали какой-то молчаливый парень и её лучшая подруга. «Работайте в связке» — сказал преподаватель. Кас кивнул, весь подобравшись. «Вот сейчас, — подумал он. — Вот сейчас она увидит, какой я на самом деле». Он начал неплохо. Вытянулся, сделал подсечку противнику Лорел, освобождая ей пространство для атаки. Обернулся, чтобы поймать её взгляд. Мол, ну как я? Получилось? Взгляд был тяжёлым. «Кроуч, ты чей напарник?» — её голос резанул как бритва. — «Ты должен прикрывать меня, а не бегать за мной как щенок. Сосредоточься». Он стушевался. Попытался исправиться и полез туда, куда не надо. Влез под удар, закрыл её собой от летящих шаров (но она и сама бы увернулась). Замялся, пропустил атаку. И в какой-то момент просто замер, потому что она посмотрела на него так, будто он был пустым местом. Тренировка закончилась и большинство учеников уже вышли с полигона, направляясь в класс для обсуждения техники и получения выговоров от преподавателя. Антею же выйти не дали, за ногу его оттянула лоза и швырнула в сторону матов. Она била не сильно - Лорел контролировала себя. Но шипы всё равно больно царапали и оттягивали кожу. Кас рухнул в куст, который сам же и помог вырастить ранее. Шипы впились в руки, в бока, в шею. Он лежал в розах, с разодранными щеками, с красными полосами на предплечьях, и смотрел на неё снизу вверх. Она стояла над ним. Волосы растрепались, серые глаза сузились. Из губ вылетел лепесток - розовый, почти красный. И упал ему на грудь. «Я не люблю безнадёжных, Кроуч, — сказала она, даже не наклоняясь, чтобы помочь. — Ты сегодня всё время был не на том месте, не на той позиции. Ты даже не понимаешь, что делаешь. И ты пытаешься мне понравиться?» «Я...» — начал он. «Не надо. Приведи сначала себя в порядок, а потом поговорим. На тебя смотреть тошно!». Она развернулась и ушла. Из её рта всё ещё сыпались лепестки, такие маленькие, розовые, почти невинные. Они падали на мат и оставались там, собственно, как и он. Кас лежал извазюканный в собственной крови - не смертельной, нет, но обидной, как щелчок по носу. Вокруг валялись шипы, листья, обрывки роз. Его майка была порвана, а в ушах звенело. «Безнадёжный». Он пролежал так минуту. Может, две. Потом встал, отряхнулся, вытащил шип из ладони. Кровь капала на пол. Он сжал кулак, заставив себя не морщиться. С того дня он перестал пытаться ей понравиться. Да, смотрел грустно и всё так же влюбленно. Но больше не пробовал сделать шага в её сторону. Он просто ходил на тренировки, жрал мясо пачками, пил протеиновые коктейли, которые ненавидел, таскал железо до дрожи в руках, до скрежета в суставах. Бегал, растягивался, падал, вставал и снова бежал. Результат пришёл не сразу. Только к третьему курсу плечи наконец развернулись, руки перестали быть плетьми, живот перестал быть впалым. Он больше не был безнадёжным. По крайней мере внешне. Лорел так и не взглянула на него иначе. Иногда она помогала с заданиями - молча, быстро, не глядя в глаза. Кидала на парту свои конспекты, если он просил. Один раз даже поделилась обедом, когда у него кончились деньги из-за того, что мама вновь куда-то пропала. Не сказала ни слова, а просто поставила тарелку рядом и ушла. Кас не знал, было ли это уважением или просто жалостью. Но он был благодарен. Даже если она об этом не знала. Кас моргнул. Шихай и Шото уже обсуждали какие-то рекламные интеграции. Голоса звучали приглушённо, как через вату. Он усмехнулся про себя. Розы, шипы, лепестки изо рта. Такое не забывается, даже когда проходят годы. Он потёр ладонь, где когда-то был тот шип. Остался едва заметный шрамик. И всё же, если бы не она, он до сих пор был бы тем долговязым парнем, который вздыхает по девушкам и не умеет правильно бить в ответ. Возможно, герой проявил бы себя куда позже и не добился тех высот, которых достиг уже в своём возрасте. Так что спасибо, Лорел. Даже если ты никогда этого не узнаешь. — Чисто, — сказал Шото, оглядываясь. Они обошли склад снаружи. Два входа - основной с улицы и чёрный со стороны воды. Вокруг бетонные плиты, несколько вышек с прожекторами, которые не работали, кучи мусора, старые контейнеры. Мест для засады - десятки. — Я зайду внутрь, — сказал Шихай. — Дайте немного времени, может минут десять потребуется. Он просто шагнул в тень склада и исчез. Ни звука, ни шороха, ни движения. Кас моргнул и его уже не было. — Хорошая причуда.. Шото кивнул, соглашаясь с мыслью. Они остались снаружи. Кас прислонился к контейнеру, Шото достал сигарету, но не закурил, просто держал в пальцах. Для вида. Переодически вдалеке мелькали какие-то подозрительные группы людей, но двум героям оставалось только стоять на месте и напряжённо всматриваться в их силуэты. Шихай вернулся так же бесшумно, как исчез. Вынырнул из темноты уже рядом с ними, будто и не уходил. — Пусто. Ринг в центре. Балкончики с диванами для зрителей, лавки внизу. Никакой техники. Никаких камер. Либо ловушка, либо специально так сделали. — И то и другое, — в третий раз повторил Кас. Вантаблэк кивнул. Указал на несколько мест, где можно спрятаться или отступить в случае заварушки. За тонкой стеной, за контейнером, в старой будке охранника. Кас запоминал. Ничего не произошло. Никто не напал. Никто не следил, по крайней мере заметно и открыто.

***

Кабинет Накамуры встретил их всё той же картой порта на стене. Стол координатора, казалось, дышал бумагами: папки, распечатки, стикеры на мониторе. Сама Накамура сидела с прямой спиной, пальцы сцеплены на столе. Глаза уставшие, но цепкие. Шихай закрыл дверь и встал у стены, Шото напротив карты, а Кас чуть позади, скрестив руки. — Рассказывайте, — сказала Накамура. Шихай сделал шаг вперёд. — Склад пустой. Бетонный пол, ржавые стены, в центре самодельный ринг из старых канатов и арматуры. По периметру балкончики, туда натасканы диваны и кресла. Внизу лавки для зрителей. Любая техника отсутствует. Ни камер, ни датчиков, ни даже нормального освещения. — Плохо, — сказала Накамура. — Либо ловушка, либо специально не ставят, чтобы не привлекать внимание. — Я склоняюсь ко второму. — пожал плечами Вантаблэк. — Организаторы не дураки. Кас хмыкнул. — Места для отхода? — Накамура перевела взгляд на Шото. Тодороки отлепился от стены, ткнул пальцем в карту. — Два выхода: главный и чёрный со стороны воды. Вокруг контейнеры и старая будка охраны. Если всё пойдёт не по плану - уходим через чёрный, там меньше освещения и проще затеряться. — Он помолчал. — Если нас зажмут, Шихай вытаскивает. Тёмный герой кивнул. — Я смог развить причуду, она позволит бесшумно увести парней, если они будут держатся за меня. — Только если тени есть, — уточнил Шото. — На пустыре он бесполезен. — В порту с тенями нормально, — отозвался Кас. — Проверили же. Накамура кивнула, задумалась на пару секунд. — Я выставлю группу быстрого реагирования в трёх кварталах от порта. Как только услышу сигнал, отдам приказ выдвигаться к вам. Но это крайний случай. Она посмотрела на каждого по очереди. — Тогда свободны. Отдыхайте, высыпайтесь. Это ваш последний спокойный вечер. Кас посмотрел на карту, на чёрные точки выходов, на отмеченные места для отступления. Всё. Осталось только дождаться и войти. Через два дня они пойдут на дело.