Глава I

      За десять лет на Тисовой улице почти ничего не изменилось. Газоны всё так же были идеально подстрижены. Соседи всё так же подглядывали друг за другом из-за занавесок. Мистер Дурсль всё так же каждое утро уходил на работу в свою фирму по производству дрелей с выражением важности на лице, будто управлял как минимум министерством. И только в доме номер четыре существовало одно постоянное раздражение, о котором старались не говорить вслух.       Петуния терпеть не могла, когда кто-то напоминал ей, что у неё есть племянник и племянница. Даже слово «родственники» она произносила так, словно речь шла о тяжёлой болезни. Гарри и его сестра жили в маленькой кладовке под лестницей, где едва помещались две узкие раскладушки, старый шкафчик и коробка с вещами, оставшимися от неизвестно кого. По ночам трубы над их головами гудели так громко, что иногда казалось — дом сейчас развалится.       Но хуже всего были не теснота и не холод. Хуже было чувство, что ты здесь никто.       Сестру Гарри звали Эвелин Поттер. Она была всего на восемь минут младше брата, но с самого детства вела себя так, будто обязана была защищать его от всего мира. Даже когда им было по пять, она вставала перед Дадли, если тот пытался отобрать у Гарри игрушку. Даже когда ей самой было страшно, она всё равно делала вид, что ничего не боится.       У Эвелин были длинные тёмные волосы, постоянно выбивавшиеся из старой резинки, и глаза матери — ярко-зелёные, внимательные, будто замечающие больше, чем должны. И именно это особенно раздражало Петунию. Иногда, когда Эвелин смотрела на неё слишком долго, Петунии казалось, будто на неё снова смотрит Лили. Поэтому чаще всего доставалось именно девочке. — Эвелин! — раздался утром пронзительный голос тёти Петунии. — Немедленно поднимайся! Завтрак уже должен быть готов!       Эвелин открыла глаза раньше Гарри. В кладовке было душно. За дверью слышались тяжёлые шаги Дадли. — Вставай, — тихо сказала она брату. — Иначе опять начнут орать. Гарри сонно сел на кровати и поморщился. — Мне приснилось, будто я лечу… — Опять? — Эвелин улыбнулась уголками губ. — Ага. На чём-то большом. — Может, это был дракон. — Или летающий осёл Дадли. Они оба прыснули со смеху, но быстро замолчали, услышав шаги наверху. Когда они вошли на кухню, Дадли уже сидел за столом и пересчитывал подарки. — Тридцать шесть! — заорал он. — ТРИДЦАТЬ ШЕСТЬ! В прошлом году было тридцать семь! — Ну малыш, мы купим тебе ещё два подарка в зоопарке, — тут же засуетилась Петуния. — Тогда будет тридцать восемь, — буркнул Дадли, немного успокаиваясь.       Вернон Дурсль громко откашлялся и ткнул пальцем в Гарри. — И ты. Постарайся сегодня ничего не испортить. — Я никогда ничего не порчу специально, — тихо ответил Гарри. — Не разговаривай с дядей таким тоном, — резко сказала Петуния. Эвелин молча поставила перед Дадли тарелку с беконом. Тот даже не поблагодарил. — Почему они вообще едут с нами? — протянул он, указывая на Гарри и Эвелин жирным пальцем. Эвелин закатила глаза.       Зоопарк оказался шумным, переполненным детьми и запахом сладкой ваты. Дадли носился от вольера к вольеру, толкая людей и вопя так громко, что некоторые посетители оборачивались. Гарри и Эвелин держались чуть позади. — Как думаешь, если Дадли случайно оставить здесь, его примут за редкий вид гориллы? — шепнул Гарри. Эвелин фыркнула. — Нет. Гориллы умнее.       Они остановились возле террариума. Внутри огромная змея лежала, свернувшись кольцами под стеклом. Табличка сообщала, что это удав из Бразилии. — Спит, — разочарованно протянул Гарри.       Эвелин подошла ближе к стеклу. И вдруг тихо сказала: — Наверное, здесь ужасно скучно.       Змея медленно подняла голову. Гарри замер. — Ты это видела?...       Удав посмотрел прямо на них. А потом моргнул. Эвелин осторожно наклонилась ближе. — Ты понимаешь нас?       Змея кивнула. На секунду у Гарри перехватило дыхание. — Эвелин…       Но сестра уже улыбалась змее так, будто это было совершенно нормально. — Ты никогда не был в Бразилии, да?       Удав снова качнул головой и ткнулся носом в стекло. Гарри нервно оглянулся. — Мне кажется, что это какое-то волшебство... — А мне кажется, — тихо сказала Эвелин, — что с нами вообще много странного происходит.       Позади внезапно раздался визг Дадли. — ЭЙ! ДАЙТЕ ПОСМОТРЕТЬ! Он растолкал их локтями и прижался к стеклу. — Почему она не шевелится?! Сделайте что-нибудь!       И в тот же момент стекло исчезло. Всё произошло мгновенно. Дадли с воплем рухнул прямо в вольер. Петуния закричала. А удав, медленно проползая мимо Гарри и Эвелин, тихо прошипел: — Спасибо…       После чего исчез. В зоопарке началась паника. — КАК ВЫ ЭТО СДЕЛАЛИ?! — орал Вернон уже на парковке. — Мы ничего не делали! — одновременно ответили Гарри и Эвелин. — Стекло просто исчезло! - сказал Гарри — Исчезло?! — Вернон побагровел. — Стёкла не исчезают сами по себе!       Петуния прижимала к себе мокрого и рыдающего Дадли. — Я всегда говорила… всегда! Эти дети ненормальные!       Эвелин опустила взгляд. К этому она привыкла, но Гарри вдруг тихо сказал: — А если мы правда… ненормальные?       Она посмотрела на него. И впервые за долгое время в его голосе прозвучал не страх, а надежда, что скоро всё изменится.