Часть 7

Глава 7 Жюли проснулась под вечер. Не открывая глаз, девушка повернулась на бок, привычным жестом стараясь нащупать лежащего рядом Леона. Однако на этот раз, подушка была пустой и холодной. Откинувшись обратно на свою половину, Жюли нахмурилась, вспоминая события вчерашнего дня. Или уже сегодняшнего? Из-за задернутых занавесок, лениво пробивалась полоска желтого фонарного света. Из гостиной были слышны приглушённые голоса. Прислушавшись, она разобрала низкий, хриплый голос Леона и чей-то ещё. Тоже мужской. На мгновение по спине пробежал холодок, однако разум всё же взял верх над эмоциями. Если бы этот человек представлял опасность, Леон не вёл бы с ним светских бесед. Наспех приведя себя в порядок, Жюли хотела уже выйти к ним, как что-то внутри заставило её замедлиться и прислушаться к разговору. Прислонившись ухом к двери, она старалась разобрать сказанные полушёпотом слова. — И речи быть не может. Она улетит первым же рейсом. — Голос Леона был тихим, но твёрдым. Словно решение было принято давно и в одобрении не нуждалось. — Это при условии, что самолёт взлетит, — второй голос тоже был низким, но более насмешливым. — Опять шантаж? — Называй как хочешь, — повисла пауза. Живот сжался в тугой узел. Они обсуждают её. Буквально прижавшись к дверному косяку, Жюли прислушалась, стараясь ничего не пропустить. — Ты же не глупый человек. Она нужна ему. И мы можем это использовать. Если ты думаешь, что в Вашингтоне она будет в безопасности, то глубоко заблуждаешься. Жюли старалась дышать через раз. — В ней больше нет вируса. Зачем ему обычный человек? — И тут-то ты и ошибаешься. Ада мне кое-что рассказала. Антидот, который она вколола, был, скажем так... неполным. Маскирующим симптомы — да. Но не выводящим вирус до конца. Сам патоген никуда не делся. И если бы кто-то не забрал образец вируса, ему твоя девк..., — мужчина запнулся, — девушка была бы ни к чему. Так что тебе повезло, что это я нашёл вас первым. — Её исследовали в DSO. Ни следа вируса, — Леон говорил спокойно. — А ты так уверен в ваших специалистах? На моей-то памяти их прогнозы работали через раз. Адам до сих пор работает? Как вернёшься, обязательно передай от меня привет. — Скажи, что мне мешает пристрелить тебя прямо сейчас? — Абсолютно ничего. Пистолет заряжен, я перед тобой. Но если выстрелишь — никогда не узнаешь, вру я или нет. Вернее, узнаешь. Когда будет уже поздно. Разве тебя не учили действовать на опережение? Это я тебе и предлагаю. Разговор начинал накаляться. Жюли подавила в себе глупое желание вернуться в кровать и с головой укрыться под одеялом. Словно если она притворится, что спит, незнакомец исчезнет. Глубоко вдохнув, она решила больше не тянуть. Три коротких стука по двери спальни, чтобы предупредить о себе. Собравшись с духом, она вышла в смежный с гостиной коридор. Две пары глаз молниеносно обернулись в её сторону. Мужчины сидели за столом, друг напротив друга. — О, вы проснулись. — Лицо незваного гостя расплылось в улыбке. — Мы не хотели вас будить. Проходите, присаживайтесь. Его тон был любезным до границ невозможности. Леон тут же поднялся со своего места. Подойдя к Жюли вплотную, он загородил собой единственный источник света — небольшую настольную лампу. — Сколько ты слышала? — одними губами спросил он. Взгляд его был обеспокоенным. — Пару минут, — также едва слышно прошептала она, испуганно смотря на него. Незаметно кивнув, словно принимая её ответ, Леон скривился, когда из-за его спины послышался голос гостя: — Ну что же вы к столу не идёте? В ногах правды нет, как любят говорить в Европе. Очень правдиво, как по мне. Присев рядом с Леоном, Жюли наконец-то могла рассмотреть гостя. Первое впечатление — интеллигент. Чёрный под цвет волос костюм, очки в широкой оправе, аккуратно подстриженная борода и выразительная родинка у самого носа. Если бы кто-то сказал, что перед ней сидит профессор престижного университета, Жюли без сомнения бы поверила. — Простите, что не представился. — Мужчина поднялся со своего места, протягивая руку: — Симон Гардос. Отвечая на рукопожатие, Жюли надеялась, что он не заметил, как подрагивала её ладонь. — Ж-жюли. Стараясь скрыть нервозность, она как можно скорее присела обратно, плотно сжимая ладони между колен. — Мы уже косвенно знакомы. Извините, конечно, что пришлось таким образом всё организовать. — В его голосе не было ни капли раскаяния. — Но сами понимаете. На войне все средства хороши. Леон не даст соврать. Скрестив руки на груди, Леон не сводил взгляда с Симона. — Ближе к делу. Хотя слова к ней и не относились, Жюли инстинктивно выпрямила спину. Неловкость — это самое малое описание чувств, которые она испытывала в тот момент. Страх, непонимание и какой-то иррациональный интерес вынуждали сидеть здесь, за одним столом с человеком, готовым убить любого для достижения своей цели. В том числе и её. — Раз уж все в сборе, — Симон переложил себе на тарелку кусочек торта, принесённого с собой. — Скажите, Жюли, вы давно были в замке Иф? Услышав своё имя, девушка невольно вздрогнула. — В раннем детстве, кажется. Раньше там была тюрьма, и год или два остров был открыт для посетителей как музей. Но сейчас он уже много лет как закрыт. Говорили вроде как, что на какого-то туриста упала каменная плита, и в связи с этим начали ремонтные работы. Звонко ударяя ложкой о блюдце, мужчина внимательно слушал, наслаждаясь десертом. — А вы знаете, почему ремонт идёт так долго? Нет. Не предполагайте. Я сам скажу. — Он сделал паузу, тщательно пережёвывая кусочек. — Это одна из старых лабораторий Umbrella. Много лет как заброшена, но до сих пор правительство её тщательно скрывает. — Правительство? И ничего не предпринимает? — выпалила Жюли и тут же пожалела. Тёмные глаза посмотрели на неё словно на неразумного ребёнка. Взгляд был полон разочарования. — Им невыгодно признавать деятельность корпорации на своей территории, — вмешался Леон. — Уничтожить привычным методом не могут — какой-никакой, но символ страны. Хотя подозреваю, вопрос стоит не настолько остро, чтобы этим заниматься сейчас. Чуть что, и весь остров пойдёт ко дну, а ответственность за теракт возьмёт одна из организаций на Ближнем Востоке. Или за деньги, или за нечто большее. — Правильно. Я же предлагаю ускорить этот процесс. Предварительно пригласив с визитом нашего общего знакомого. А причина, по которой он может соизволить приехать, удачно сидит сейчас с нами. На мгновение Жюли показалось, что Леон сейчас взорвётся. Исходящая из него злость была почти осязаемой. Однако он не двинулся ни на сантиметр, лишь глазами внимательно следя за Симоном. — Думаю, твоя подруга слышала достаточно, чтобы осознавать масштаб сложившейся ситуации. Он знал, что она подслушивала? — Исключено. Придумай, как заманить Тревора другим способом. Я останусь в Марселе с тобой сколько нужно, но она вернётся в Америку. — Поверь мне. Из всех планов, которые я разрабатывал, этот — самый безобидный. И к тому же это не тебе решать. Думаю, мадемуазель сама в состоянии принять решение. Повисла пауза. Жюли чувствовала себя мышкой, загнанной в угол. Казалось, решение уже давно принято кем-то другим, и её согласие — лишь пустая формальность. — Только если вы гарантируете безопасность... — Она старалась игнорировать пристальный, тяжелый взгляд Леона. — С моей стороны проблем не будет. Вы живая намного ценнее, чем мёртвая. Что же касается остального, то это вопросы не ко мне. Симон обменялся с Леоном многозначительным взглядом. Несколько до невозможности долгих секунд они смотрели друг другу в глаза, ведя немой диалог. Словно придя к какому-то выводу, Симон хлопнул себя по коленям, поднимаясь со своего места. — Ну что ж. Уже поздно, да и что-то я засиделся. Отдыхайте. Наслаждайтесь отпуском, скоро всё-таки Рождество. — Какой первый этап? — не поднимаясь со своего места, глухо спросил Леон. Симон уже стоял возле выхода. Не обернувшись, он лишь кинул через плечо: — Я пришлю поздравительную открытку в честь нового знакомства. Ожидайте на днях. С этими словами он вышел. Входная дверь закрылась, и только когда едва слышно щёлкнул замок на калитке, Леон заговорил. — Ты как? — голос был сдавленным. Подняв руки перед собой, Жюли посмотрела на остаточный тремор. Пальцы ещё немного дёргались, но уже намного слабее. — Вроде нормально. Леон машинально перехватил её руки, останавливая дрожь. Он был зол. На себя, на Симона, на ситуацию, которая закрутилась слишком быстро. Все его попытки оградить её еще туже затягивали петлю на их шее. С одной стороны, возможность покончить с Тревором в ближайшие недели была словно манна небесная. Тот представлял непосредственную угрозу не только для них, но и для всего общества. Судя по всему, зализав раны, он бы начал планировать новые эксперименты, и они не могли этого допустить. Где-то на самом дне своей души Леон понимал, что план Симона рационален. Но не так же. Не с ней в роли приманки. — Леон, — Жюли, высвободив из его хватки одну руку, медленно провела ладонью перед его лицом. Вырвавшись из потока собственных мыслей, он несколько раз моргнул, переводя взгляд на неё. Она смотрела таким доверчивым взглядом, что внутри у него всё сжалось. Чёрт, он не может подвести. — Ты в порядке? Господи, в такой ситуации она спрашивает, в порядке ли он. Наверное, впервые Леон почувствовал настолько сильные угрызения совести. — Если не считать того, что мы впутались в очень опасную игру, то вполне сносно. — Могу я спросить? — Всё что угодно. — Откуда Симон знает про меня? Официально меня ведь не было на приеме. Жюли нахмурилась, как делала каждый раз, когда что-то в голове не складывалось. Совершенно не скрывая, Леон признался: — Ада рассказала ему. — Оу... Жюли свела брови ещё сильнее. Женщины... Она только что узнала о том, что, возможно, в её крови затаился остаток вируса, превращающего людей в монстров. О том, что её собираются использовать в качестве приманки для поимки опасного преступника. Но упоминание Ады, казалось, вызвало наибольший интерес. — Так она... Ты... — Я с ней не виделся, если ты об этом. Ада с Симоном старые знакомые. Не друзья, но что-то близкое к этому. Так что неудивительно, что она не смогла удержать язык за зубами. Действительно, не знай Симон про Жюли, возможно, всего этого и не было бы. Хотя, если он не врёт, ситуация была бы ещё опаснее. Только тогда они не были бы к ней подготовлены. Леон наблюдал, как Жюли теребила край скатерти. Что-то обдумывая, она задумчиво кусала внутреннюю часть губ. — И что мы теперь будем делать? «Если бы я знал». — Сначала мне нужно связаться с Шерри, — Леон поднялся со стула, привычным жестом пройдясь ладонью по её спине. — А потом предлагаю пойти поесть. Взяв со стола едва тронутый торт, Леон перевернул тарелку, отправляя десерт в мусорку. — Ты сейчас серьёзно? — Девушка округлила глаза. — Просто пойти поесть? — А ты хочешь умереть с голоду? Не спорю, идея испортить Симону планы звучит заманчиво, но не таким же способом. Жюли усмехнулась, сама не заметив, как руки перестали трястись. Не зная, каких трудов Леону стоило удерживать самообладание в этот вечер, она была просто благодарна за возможность хоть на пару часов вернуться в нормальность.