Часть 8 18+

Глава 8 — Так значит, мы теперь команда? Жюли сидела на диване, когда Леон закончил разговор со штабом. Было немного за полночь, но из-за напрочь сбитого режима дня и адреналина последних часов спать совершенно не хотелось. — Можно и так назвать, — Леон грустно улыбнулся. Тот расклад, который получился, ему совершенно не нравился. Одно дело — рисковать только собой, и совершенно иное — идти на задание, зная, что рядом с тобой любимый человек, который находится в ещё большей опасности, чем ты. Переговорив с Шерри, Леон попросил сделать ещё несколько независимых анализов. По возможности тайно, без лишнего шума. Он всё ещё сомневался в словах Симона насчёт вируса в её крови. Да и судя по реакции, сама Жюли или тоже не верила, или просто до конца не осознавала происходящего. В любом случае, Леон решил пока что не трогать эту тему. Оставив все обязательные дела позади, он поднялся из-за стола. Присев рядом, Леон облокотился на подлокотник и, обняв Жюли за плечи, мягко притянул её к себе. Растянувшись на мягких подушках, он упирался одной ногой в пол, позволяя девушке удобнее устроиться у него на груди. — Ты знаешь, что будь мы реальными напарниками, меня бы уже давно отстранили от этого дела? — Вам нельзя заводить отношения на работе? — Жюли никогда об этом не думала. — Официально нет. Но на практике всякое бывает. Он методично водил пальцами по её спине, постепенно чувствуя, как уходит напряжение. Не в состоянии и минуты полежать спокойно, Жюли начала вертеться, переворачиваясь на живот. Оперев подбородок о собственные ладони, она хитро прищурилась. — Значит, были прецеденты, говоришь? — Жюли... — потянул Леон, с улыбкой закатывая глаза. Наверное, за это он её и любит. Вернее, не только за это, но, во всяком случае, её умение заострять внимание на таких незначительных для него вещах было тем, ради чего он был готов на многое. — Ну что? — Она притворно поджала губы. — Интересно же. — Какая ты сплетница, — Леон и правда на секунду задумался, — ну, например, Люси непродолжительное время была с одним оперативником. Естественно, это всё тщательно скрывалось. — Да ты что? — Жюли аж привстала. — А почему расстались? «Член был маленький», — хотел было пошутить Леон, но всё же передумал. — Тяжело вынести, когда твоей девушке по работе приходится спать... много с кем. Она проблемы в этом не видела, а он старался смириться, но всё же не смог. После их расставания нам пришлось решать, кого переводить в другой отдел. Как ты понимаешь, умения Люси оказались более полезными. Наблюдая за сменой выражения её лица, Леон подсознательно боялся следующего вопроса. — А ты... На работе... Леон специально не помогал подобрать нужные слова. В какой-то степени ему доставляло удовольствие видеть, как она смущается, стараясь деликатно выведать подробности его жизни до неё. — Я на работе... — Он выгнул бровь, ожидая продолжения. — Ну, ты сам знаешь что... — Жюли опустила голову, ладонями чувствуя жар, исходящий от собственных щёк. — Ни с кем из коллег я не спал. К тому же у нас в штате большинство — это мужчины. А в своей ориентации я уверен. Словно подтверждая собственные слова, он позволил рукам соскользнуть немного ниже её талии, несильно сжимая ягодицы. — А как же Ада? Не поддаваясь на провокацию, Жюли под видом затянувшейся шутки задала вопрос, в значимости которого боялась признаться даже самой себе. — Дорогая... — Притянув девушку повыше, Леон вынудил её поднять взгляд. — Если мне не изменяет память, я уже рассказывал про неё, и поверь, с тех пор абсолютно ничего не изменилось. Во-первых, мы не коллеги, а во-вторых, она — прошлое, с которым я распрощался и совершенно не желаю туда возвращаться. — Даже если кто-то очень сильно попросит? — Кто попросит? — Леон свёл брови, совершенно не понимая, к чему она клонит, и лишь заметив в её глазах проблески игривости, облегчённо выдохнул. Не дожидаясь ответа, он резким движением перевернул их на бок, вжимая Жюли в спинку дивана. — Эй! Она вполсилы старалась вырваться из захвата, но крепкие руки, словно тиски, сковывали движения, а колено, протиснутое между её бёдер, не оставляло и шанса на отступление. Наклонившись ниже, Леон прошептал, выдыхая ей в губы горячий воздух: — Ты же помнишь, что бандажи уже сняли? — он с контролируемой силой на секунду прижался к её губам. — А знаешь, что это значит? Жюли наивно захлопала глазами. — Что у меня наконец-то срослись рёбра? Вжимая девушку в мягкую обивку дивана, Леон зарылся лицом в её шею. Один глубокий вдох, и его губы прикоснулись к чувствительной ямочке за ухом. — Что я наконец-то могу не сдерживаться. Без прелюдий он жадно впился в её губы, проникая языком внутрь. Мокро, долго, до потери пульса приятно. Практически не давая передышек, он из раза в раз заявлял права на каждую частичку её рта. Жюли вначале ещё хотела что-то сказать, но его умелые движения выбили из головы все связные мысли, оставляя только тянущее внизу живота желание. Твёрдые руки властно скользили по заученному напамять телу. Леону начинало казаться, что он может по памяти нарисовать каждую родинку, каждый изгиб. Изначально он планировал только подразнить. Отвлечь её и себя от наплывающих мыслей, потом заказать ночную доставку и лишь после очень позднего ужина отправиться в спальню. Может быть спать, а может... Когда тонкие пальцы сами скользнули под его футболку, очерчивая рельефные мышцы на животе, Леон понял, что планы придётся немного перестроить. Отстранившись лишь на мгновение, он одной рукой стянул с себя футболку. Прильнув обратно к губам, Леон по-хозяйски запустил руки под домашнее платье. Почему домашнее? Потому что под любое другое она всегда надевала небольшие шорты. Положив ладонь на тонкую полоску ткани, мужчина не смог сдержать лёгкой улыбки. Чувствуя исходящий от неё жар вперемешку с влагой, Леон прошептал: — Кто-то, кажется, возбудился. — Н-нет... — вразрез собственным словам Жюли задвигала бёдрами. — Жаль, потому что я — очень. Напоследок совсем небольно оттянув нижнюю губу, Леон отстранился, резким движением переворачивая её на живот. Не давая опомниться, он притянул ближе округлые бёдра, вынуждая Жюли встать на колени. Девушка покорно оперлась руками о подлокотник. — Умница, — он остановился на секунду, словно заворожённый тем, как из-под задравшегося подола платья виднелся скрытый потемневшей тканью мягкий бугорок. Больше сдерживаться он не мог. Одной рукой Леон резко стянул до колен нежно-розовое кружево. Так ему нравилось намного больше. Пока одна рука неторопливо поглаживала бёдра, вторая расстегивала пряжку ремня. Он вошёл резко. Одним уверенным движением, выбивая из девичьей груди пошлый и до безумия опьяняющий стон. Облегчение. Вот как можно было описать их состояние. Словно весь мир, вся их история существовала ради этого момента. «Наконец-то он во мне». «Наконец-то я в ней». Длинные, размашистые движения то ускорялись, то замедлялись почти до исступления, заставляя Жюли самой двигаться, насаживаясь глубже. В такие моменты Леон несильно шлёпал её по ягодицам, оставляя розовые следы, и шептал до чёртиков пошлые слова. — Я сейчас... Ммм... — Жюли хотела опустить руку книзу живота, не в силах противиться желаниям собственного тела. — Рано, — отрезал Леон, перехватывая её запястья. Не меняя ритма, он вытащил из штанов собственный ремень. Наспех перевязав за спиной тонкие запястья, он не затягивал узел. При желании Жюли спокойно могла высвободиться сама. Соглашаясь на новые правила, девушка вжалась щекой в обивку, прогибая спину ещё больше. — Сильнее, — сбивчиво прошептала она, не уверенная, что он услышит. Однако Леон вслушивался в каждый звук, доносящийся из её рта. Сжав бёдра в стальные тиски, он входил жёстко. До упора. До крика. У них было своё „стоп-слово“. Но пока что Жюли ни разу его не использовала. Сжалившись над девушкой, он наклонился, проводя языком дорожку по влажной спине. В комнате было до одури душно, или это ему так казалось? Огрубевшие пальцы сжали грудь, прошлись вдоль живота, пока не нащупали то самое место, которое заставило Жюли вскрикнуть ещё громче. — Хочешь кончить? — его хриплый голос вторил ритмичным звукам. Она могла лишь бормотать что-то несвязное. Его пальцы кружили, подстраиваясь под движения члена. Надавив чуть сильнее, как она любит, Леон повторил: — Я не услышал ответа. Специально замедлившись, он чуть не кончил сам, когда Жюли отчаянно сжалась, стараясь удержать его внутри. „Боги, быстрее”. — Я... ммм... Очень хочу... Пожалуйста... Жюли повернула к нему умоляющее лицо, и Леон пропал. Красные щёки, прилипшие ко лбу светлые пряди и совершенно безумный, возбуждённый до предела, просящий взгляд. Он был бы последним уродом, если бы в ту же секунду не дал то, что она хочет. Еще несколько точных, выверенных движений, и её тело сотряслось от накатившей волны удовольствия. Связанные руки со всей силы сжались в кулаки, обхватывая свисающий кончик ремня. Обхватив руками её пульсирующие бёдра, Леон сделал ещё пару размашистых движений, растворяясь в ней окончательно. Целый мир, казалось, замер вместе с ними на следующие несколько минут. Ватными руками распутывая ремень, Леон нежно провёл по оставшимся на запястьях красным полоскам. Он должен быть осторожнее. — Иди ко мне, — устроившись на спине, Жюли с довольной улыбкой протянула к нему руки. Вжимаясь в горячее тело, Леон поцеловал грудь, частично скрытую под тканью платья. Её пальцы запутались в его волосах, медленно перебирая слипшиеся пряди. Он никогда в этом не признается, но в такие моменты она могла бы попросить у него всё что угодно, и он бы согласился. — Ты голодная? — он потёрся носом о впадинку на шее. — Немного. Больше пить хочется. — Мне тоже, — нехотя оторвавшись, он поднялся с дивана. Взяв из холодильника две бутылки воды, Леон вернулся обратно. — Может, закажем что-то? — он первым сделал несколько глотков. Жюли же за раз опустошила почти всю бутылку. Мужчина едва сдержался, чтобы как-то глупо не прокомментировать это. — Только договоримся, что я выбираю, — тяжело дыша, потребовала она. — Без проблем. Я всё равно ничего не понимаю по-вашему. Только умоляю — без лука. — Как скажете, капитан, — чмокнув его в щёку, она поспешила к компьютеру. Вполуха слушая её терзания по поводу доставки, Леон думал о завтрашнем дне. Неопределённость ему не нравилась намного больше, чем самый плохой, но хотя бы известный план. Анализы должны прийти только через неделю, и до того момента он был вынужден слушаться Симона. Что именно придумает бывший коллега, он не знал. Зато знал определённо точно, что сделает всё, чтобы спасти их шанс на будущее.