Глава 26

Последние полторы недели перед началом операции превратились для класса 1-А в филиал ада на земле. Если раньше Айзава давал им хоть какую-то передышку, то теперь, когда в расписание официально включили совместные тренировки с агентом Мираж, студентов выжимали досуха. Мими не жалела никого. Используя свою причуду, она меняла плотность воздуха прямо во время их тренировочных боев, заставляя ребят двигаться в атмосфере, которая по вязкости напоминала густой кисель, или внезапно разжижала бетон под ногами Бакуго в тот самый момент, когда он собирался оттолкнуться для взрыва. Она учила их выживать в условиях, когда сама физика пространства оборачивается против них. Кацуки злился, покрывал её матами на весь полигон, но пахал больше всех, до крови стирая ладони и пытаясь адаптироваться к её безумной причуде. Каждый из них понимал: это не просто муштра, их готовят к бойне. И вот этот день настал. Утро 30 марта выдалось обманчиво тихим, ясным и серым. Город у подножия холма, на котором возвышался огромный больничный комплекс Джаку, спал. Отряд эвакуации, состоящий из студентов Юэй и нескольких про-героев, рассредоточился по улицам. Официальный приказ Бюро гласил: эвакуировать гражданское население под предлогом «плановых учений и угрозы теракта». Фува стояла на центральном перекрестке, закинув руки в карманы своей новой тактической формы Бюро. На её плече хрипела рация, транслируя сухие, напряженные отчеты штурмовой группы из подземной лаборатории. Старатель и Мирко уже вошли внутрь. Где-то там, глубоко под землей, в стеклянной капсуле дозревал кошмар всего человечества, и герои должны были разбить его до того, как он откроет глаза. Атмосфера на улице была нервной. Мидория то и дело сверял списки жильцов, Иида координировал направление движения автобусов. Между ребятами и Мими всё еще витал шлейф недавнего раскрытия её тайны, но времени на обиды не осталось. Бакуго сидел на капоте патрульной машины неподалеку, демонстративно не глядя на неё, но Фува кожей чувствовала его тяжелый, контролирующий взгляд. Он караулил её. Внезапно рация на её плече захлебнулась истошным, оглушительным криком координатора авангарда: — Всем отрядам на поверхности! Капсула Шигараки уничтожена, но цель… цель жива! Повторяю, Шигараки Томура проснулся! Код «Красный»! Немедленная эвакуа… — связь оборвалась страшным, мертвым треском. В ту же секунду земля под ногами резко ушла вниз. Раздался гул, от которого заложило уши. Пожилая женщина, которую Урарака вела к автобусу, упала на колени, закрыв голову руками. — Смотрите на холм! — рявкнул Каминари, указывая пальцем вверх. Огромное, монументальное многоэтажное здание больницы Джаку на вершине холма вдруг начало ломаться пополам, словно было сделано из хрупкого сухого печенья. Бетонные стены складывались внутрь себя, металлоконструкции лопались с пушечным звуком. Но ужас заключался в другом: здание не просто рушилось — оно растворялось. Огромная, неоглядная стена ослепительно белой пыли, похожая на сошедшую с гор лавину, с бешеной скоростью устремилась вниз по склону, пожирая деревья, асфальт, столбы и жилые дома. Всё, чего касался этот белый туман Распада, мгновенно переставало существовать. Времени на размышления не осталось вообще — волна Распада двигалась со скоростью гоночного болида, цепной реакцией сжирая квартал за квартал. До перекрестка, где стоял класс 1-А, ей оставалось лететь меньше двадцати секунд. — Бегите! Назад, к шоссе! — закричал Мидория, врубая Один за всех на предельный доступный процент, подхватывая на руки двоих детей и бросаясь прочь. — Мы не успеем! Тыл накроет прямо сейчас! — в панике выкрикнул Минета, цепляясь за плечо Серо. Любая материя, любой лед Тодороки или барьеры про-героев просто сгнили бы, коснись их эта волна. Распад Шигараки уничтожал всё, у чего была физическая форма. Вся улица превратилась в бурлящий хаос: кричали испуганные гражданские, ревели сирены, а сзади них с грохотом рушился мир. Мими резко вылетела вперед, на самый центр перекрестка, прямо лицом к надвигающемуся Апокалипсису. На её лице не дрогнул ни один мускул. Вся её шпионская выучка, все годы суровых тренировок в Бюро сошлись в этой одной точке. Если дети побегут — их спины превратятся в прах. Значит, никто никуда не бежит. — Класс 1-А, стоять на месте! Всем пригнуться к земле! — её чистый, звенящий голос, переполненный властью оперативника, мгновенно заставил паникующих студентов замереть. Бакуго, который уже активировал взрывы на ладонях, собираясь взмыть в воздух и силой реактивной тяги уносить отставших, резко затормозил в трех шагах от нее. Его алые глаза встретились с её абсолютно спокойным, сосредоточенным взглядом. Он всё понял. Фува вскинула правую руку навстречу несущейся стене белой мертвечины, которая была уже в каких-то пятнадцати мертax, обдавая их лицо едким облаком извести, и с сухим, хлестким звуком щелкнула пальцами. Пространство перед Мими в ту же миллисекунду пошло сильными, искажающимися оптическими волнами, словно воздух треснул, как лобовое стекло машины. Плотность газов в атмосфере по её воле взлетела до немыслимых, фантастических показателей. Между бегущим классом и всепожирающим Распадом вырос невидимый, монолитный, абсолютно непробиваемый щит шириной во всю улицу и высотой до самого неба. ГРОХОТ. Гигантское цунами Распада с размаху врезалось в невидимый барьер Искажения. Белая пыль с жутким воем разбивалась о воздух, уходя свечой высоко вверх, но не способная продвинуться вперед ни на единый миллиметр. Пробужденная причуда Шигараки Томуры, уничтожающая любую осязаемую материю, просто физически не могла зацепиться за уплотненный воздух — у нее не было точки опоры. Распад бессильно гнил, упираясь в пустоту пространства, которую Фува сделала тверже алмаза. За её спиной повисла шокированная тишина. Мидория, тяжело дыша с детьми на руках, ошарашенно уставился на невидимую стену, перед которой клубился смертоносный туман. Каминари тупо моргнул, едва не выронив челюсть: — Она… она остановила Шигараки? Воздухом?! — Чего застыли, придурки?! — не оборачиваясь, рявкнула Фува. — Мой барьер не пропустит Распад, но город вокруг продолжает рушиться! Живо тащите оставшихся людей к автобусам, пока я не сделала этот чертов асфальт жидким и вы все здесь не утонули! Назад! — Не командуй тут, карга! — сорванным от адреналина голосом заорал Бакуго, но в его глазах, подсвеченных отблесками его собственных микровзрывов, вспыхнула такая бешеная, безумная гордость за свою девчонку, что у него перехватило дыхание. Кацуки первым сорвался с места, бросаясь в боковой переулок, где обломки здания едва не погребли под собой напуганную семью. Он снес препятствие мощным направленным взрывом, подхватил людей и буквально швырнул их в сторону Ииды. Тодороки, сориентировавшись, мгновенно начал создавать широкие ледяные рампы, позволяя ребятам на полной скорости переправлять раненых и испуганных жителей в безопасную зону, подальше от эпицентра эвакуации. Деку и Серо работали на пределе сил, выдергивая людей из окон подрагивающих домов. Волна Распада за невидимой стеной Мими продолжала яростно давить, туман бесновался, пытаясь нащупать хоть малейшую брешь в её причуде. Но Фува стояла посреди этого кромешного ада — сосредоточенная, с блеском в глазах. До неё и до её класса сейчас физически невозможно было дотронуться, потому что правила игры на этом перекрестке устанавливала агент Мираж. Стена Распада за барьером Фувы продолжала бесноваться с утроенной силой, но невидимый щит из уплотненного воздуха держал удар железно. Этот низкочастотный рокот от давления миллионов тонн каменного праха отдавался прямо в костях, но оперативник Бюро даже не шелохнулась. Мими стояла в самом центре перекрестка, как несокрушимая скала, ледяным взглядом анализируя масштабы катастрофы через призму многолетнего опыта полевой работы. HPSC не зря растили из неё абсолютное оружие — контроль пространства под её руками подчинялся физике без малейших сбоев. Позади неё Бакуго тяжело приземлился на асфальт. Его геройский костюм был покрыт слоем серой пыли, а из ладоней валил густой, едкий дым после серии детонаций. Он только что завершил зачистку флангов, выдернув последних гражданских из полуразрушенных зданий. — Мими! Тыл чист! Четырехглазый и Деку замкнули колонну, автобусы ушли на безопасное расстояние! — оглушительно рявкнул он, пристраиваясь к ней спиной к спине и моментально вскидывая ладони, чтобы контролировать периметр. — Но этот туман обходит нас по параллельным улицам! Мы в кольце, карга! Кацуки был прав. Распад Шигараки Томуры распространялся во все стороны цепной реакцией, и сейчас соседние двухэтажные дома слева и справа уже оседали, превращаясь в белые песчаные дюны. Зона безопасности сжималась. — Я знаю, — отозвалась Фува. На её лице не было ни капли пота, ни тени усталости — её тело было идеально адаптировано к нагрузкам причуды. — Бег отменяется. Мы прорвем этот фронт напрямую. Кацуки, прикрой верхний сектор. Я убираю барьер. — Понял! — Бакуго даже не подумал спорить. В этот момент, среди грохота уничтожаемого города, он видел перед собой не просто девчонку, а элитного спецагента, чья боевая мощь заставляла его эго трещать от чистого восторга. Мими резко вскинула руку и скомандовала: — Искажение: Встречное смещение! Она не просто сняла щит — она взглядом закрутила уплотненный воздух перед собой, превращая его в гигантский невидимый таран, и с силой швырнула его вперед, навстречу лавине Распада. Произошел мощнейший пространственный хлопок. Белую стену пыли Шигараки буквально разрезало надвое, отбросив на десятки метров назад и расчистив им прямую дорогу через уничтоженный перекресток. — Взлетай! — скомандовала Фува. Бакуго моментально среагировал, врубая взрывы на максимум. Но Мими даже не требовалось цепляться за него, как за спасательный круг. Одновременно со взрывом Кацуки она активировала причуду, сделав пустоту под своими ногами тверже бетона, и мощным, отточенным в Бюро прыжком взмыла в воздух вслед за ним. Навыки рукопашного боя и безупречная координация позволяли ей маневрировать на огромной высоте без всякой сторонней помощи. На развороте она перехватила огромный кусок летящей арматуры, уплотнила воздух вокруг него, превращая в идеальное копье, и точным броском разнесла в щепки выскочившего из облака пыли мелкого Ному, который пытался атаковать Бакуго со спины. — Чисто! — крикнула она, приземляясь на соседнюю воздушную плиту рядом с ним. Они зависли над разрушенным городом на высоте птичьего полета, полностью синхронизировав свои движения. Сверху открывался жуткий, строго каноничный вид: половина района Джаку превратилась в идеально ровное, белое море пыли, посреди которого одинокими скалами высились недоеденные каркасы высоток. На горизонте виднелись уезжающие автобусы Юэй — отряд эвакуации благодаря действиям Мими успел вовремя. Но битва на этом не заканчивалась. Спустя секунду рация на плече Мими снова ожила, и сквозь помехи прорвался жесткий голос Старателя: — Всем выжившим про-героям! Шигараки Томура движется в сторону эвакуированных гражданских! Его цель — Деку! Всем боевым единицам — перехватить цель! Фува переглянулась с Кацуки. — Слышала, агент? — Бакуго оскалился, выставив ладони вперед, готовый в любую секунду сорваться с места. — Этот ублюдок идет за Деку. Я не позволю этой мелкой твари забрать всю славу себе. Мими спокойно поправила тактические перчатки, и вокруг её пальцев снова пошли сильные пространственные волны. В её взгляде горела абсолютная, уверенная мощь профессионала, готового вступить в бой с главным монстром этого века. — Я координирую траекторию, Кацуки. Мы перехватим Шигараки до того, как он доберется до Мидории. Двигаемся. Они сорвались с места одновременно. Бакуго заложил крутой вираж в воздухе, используя направленные микровзрывы, а Мими стремительно скользила следом, мгновенно штампуя под своими берцами невидимые воздушные платформы. Скорость была бешеной. Ветер бил в лицо, донося гарь, копоть и едкий ошметок известковой пыли, но взгляд спецагента HPSC оставался сфокусированным. Внизу, среди руин превращенного в труху города, уже разворачивался каноничный кошмар. Шигараки Томура, окутанный черной аурой и парящий за счет активированных причуд, стремительно сокращал дистанцию до отряда эвакуации. Земля под его ногами продолжала разлетаться в белый прах. — Корректирую курс! — крикнула Фува, на ходу активируя тактическую рацию. — Мидория! Бакуго и я на подходе. Не смей останавливаться, уводи его в безлюдную зону, к заброшенному каньону! Старатель уже заходит с фланга! — Понял! — сквозь грохот и помехи прорвался задыхающийся голос Деку. Он уже активировал причуду с черным хлыстом, используя себя как приманку, чтобы утянуть монстра подальше от автобусов с гражданскими. Шигараки двигался подобно чуме. В какой-то момент он резко вскинул голову, почуяв силу Деку, и собирался совершить колоссальный рывок вперед, но Мими сработала на опережение. — Гравитационный колодец! — жестко выкрикнула она, резко опустив раскрытую ладонь вниз. Пространство в радиусе двадцати метров вокруг Шигараки мгновенно сжалось, а гравитация внутри этого невидимого куба взлетела до таких масштабов, что многотонные обломки бетона вокруг него с грохотом впечатались в землю. Самого Томуру мощным давлением прижало к полуразрушенному асфальту. Он издал яростный хрип, его костлявые пальцы впились в крошево, а причуда Распада под ним дико детонировала, пытаясь уничтожить саму гравитационную аномалию. Этого мгновения Бакуго хватило с головой. — Сдохни, ублюдо-о-ок! — взревел Кацуки, падая на Шигараки сверху, как метеорит. Он закрутил корпус, собирая всю центробежную силу, и выдал колоссальный, оглушительный взрыв прямо в затылок Томуре. Огненная вспышка на секунду озарила разрушенный квартал, подняв колоссальную ударную волну. Но Шигараки, прошедший модификации доктора, уже обладал регенерацией и физической силой, сопоставимой со Всемогущим. Даже под прессом Искажения Мими и после прямого удара Бакуго, он резко вывернул шею. Из его плеч вырвались жуткие черные штыри — активированная причуда принудительной активации, направленная прямо в грудь Кацуки. — Кацуки, назад! — Фува среагировала за долю секунды. Она не стала прыгать под удар, как безрассудный подросток. Вместо этого она применила рукопашную тактику Бюро в сочетании с пространством: щелчок пальцев — и воздух перед штырями Шигараки уплотнился до состояния танковой брони. Черные отростки с металлическим скрежетом врезались в невидимый щит, пустив по пространству паутину оптических трещин. Одновременно с этим Мими скользнула вниз, оказавшись прямо между Бакуго и врагом. С безупречной координацией профессионала она перехватила Кацуки за плечо, гася его инерцию, и резко крутанула корпус. — Пространственный сдвиг! Воздух вокруг них двоих закружился спиралью. Прежде чем Шигараки успел выпустить вторую волну штырей или коснуться их Распадом, Мими буквально вырезала их координаты и переставила их обоих на триста метров назад, на вершину уцелевшей водонапорной башни. Бакуго тяжело задышал, его ладони дымились, а алые глаза бешено горели от адреналина. Он перевел взгляд на Фуву, которая опустила руки, контролируя взглядом поднимающегося из пыли Шигараки. Ни единой царапины. — Черт, а ты хороша, карга, — выплюнул Кацуки, безумно оскалившись. Его эго ликовало от того, насколько идеально они сработались. — Скорость реакции — топ. — Это моя работа, Кацуки, — ответила Мими, внутри её боевой азарт агента требовал продолжения. — Но расслабляться рано. Физические атаки его почти не берут, у него регенерация доктора. Смотри туда. Сверху, со стороны водонапорной башни, битва про-героев с Шигараки выглядела как настоящий конец света. Старатель, окутанный яростным, слепящим пламенем, с размаху врезался в Томуру, впечатывая его в руины очередного здания. Воздух содрогнулся от колоссальной тепловой волны. Следом за номером один, координируя действия по рации, на перехват шли Гран-торино и Рок-Лок. Но даже этой объединенной мощи было мало. Модифицированное тело Шигараки адаптировалось ко всему: его ожоги затягивались за секунды, а физическая прочность позволяла игнорировать прямые попадания. — Кацуки, Деку и Шото уже внизу, — холодно зафиксировала Фува, её взгляд шпиона мгновенно выцепил зелёные и красно-белые вспышки причуд в паре кварталов от них. — Мидория использует Чёрный хлыст, чтобы удерживать Томуру в воздухе, не давая ему коснуться земли и запустить Распад заново. Старатель готовит крупный калибр. Наша задача — не дать Шигараки перехватить инициативу и заблокировать его причуды. — Сам знаю! Не смей отставать! — рявкнул Бакуго. Он рванул с места, закладывая крутую дугу в небе с помощью непрерывных взрывов. Его целью был правый фланг Шигараки, который как раз пытался вырваться из огненного захвата Старателя. Мими двинулась следом, активируя Искажение под своими ногами с такой скоростью, что её перемещение в воздухе казалось непрерывным неоновым росчерком. Навыки рукопашного боя, вбитые в неё инструкторами Бюро с самого детства, сейчас работали на автомате — тело двигалось экономно, точно, без единого лишнего взмаха. Внизу Шигараки, озлобленный постоянными атаками, резко выкинул руку в сторону подлетающего Мидории, собираясь высвободить волну принудительной активации причуд. — Не в мою смену, — ледяным тоном произнесла Фува. Она оказалась прямо над Томурой. Взглядом зафиксировав траекторию его удара, она сделала резкий рубящий жест ладонью. Воздух вокруг вытянутой руки Шигараки мгновенно изменил свои свойства, уплотнившись до такой степени, что превратился в невидимый вакуумный кокон. Чёрные штыри, готовые пронзить Деку, со страшным металлическим скрежетом врезались во внутренние стенки этого пространственного кармана и сдетонировали внутри него, не причинив вреда никому снаружи. Оптическое искажение вокруг руки Томуры пошло глубокими трещинами, но барьер агента HPSC выдержал. — Кацуки, сейчас! — скомандовала она, координируя атаку. — Получай, кусок дерьма! — взревел Бакуго, заходя со слепой зоны Шигараки. Используя накопленный в наплечниках пот, он выдал сокрушительный залп прямо в открытый бок монстра, совмещая удар с мощным пинком, усиленным реактивной тягой. Взрывная волна швырнула Томуру прямо на ледяные шипы, которые в ту же секунду воздвиг подоспевший Тодороки. Шигараки хрипел от ярости. В его безумных алых глазах, наполовину подвластных воле Все за Одного, промелькнуло отчетливое раздражение. Он понял, что девчорка в форме Правительства полностью ломает его тактику, лишая возможности атаковать по площади и защищая ключевые цели. — Грёбаная… муха… — прорычал Шигараки, резко разворачивая корпус в сторону Фувы. Его скорость была сопоставима со Всемогущим в его лучшие годы. Он оттолкнулся от ледяного массива так, что тот разлетелся на миллионы осколков, и коршуном бросился прямо на неё, выставив вперед раскрытую ладонь с пятью пальцами, готовыми обратить её в пыль. — Мими, назад! — яростно заорал Мидория, выбрасывая Чёрный хлыст, чтобы перехватить врага. — Уйди с траектории! — крикнул Тодороки, посылая вдогонку Шигараки столб пламени. Но Фува даже не дрогнула. Бежать от врага, когда ты — абсолютная мощь пространственного контроля? Смешно. Она дождалась, пока Шигараки приблизится на расстояние двух метров — туда, где уже можно было разглядеть безумный оскал на его потрескавшихся губах. В самый последний момент, когда его пальцы почти коснулись её лица, Фува мягко сместила центр тяжести, уходя с линии атаки с безупречной грацией профессионального бойца, и резко щелкнула пальцами левой руки прямо у его уха. Плотность воздуха вокруг самого тела Шигараки взлетела до максимума, превращая атмосферу в монолитные тиски. Монстр буквально застрял в пространстве, потеряв всю свою колоссальную инерцию и застыв в воздухе, как муха в янтаре. Его пальцы судорожно скребли невидимую твердь в паре сантиметров от её плеча, но пробить абсолютную защиту HPSC он не мог. Одновременно с этим Фува сделала резкий шаг вперед, заходя в его слепую зону, и нанесла сокрушительный, хлесткий удар локтем, подкрепленный локальным изменением гравитации, прямо в челюсть Томуре. Звук удара вышел глухим и тяжелым — Шигараки отшвырнуло вниз, на землю, где его уже ждал Старатель с активированным на максимум Прометеевым огнем. Фува плавно опустилась на созданную воздушную платформу рядом с Бакуго, который тяжело дышал, удерживая позицию. На её лице по-прежнему царило спокойствие спецагента. — Мы удерживаем его, Кацуки, — коротко бросила она, не спуская глаз с бушующего внизу пламени Старателя. — Но будь наготове. Он еще не показал всё, на что способен. Пламя Старателя бушевало внизу колоссальным огненным смерчем, выжигая кислород в радиусе нескольких кварталов. Температура поднялась настолько, что даже на высоте воздушных платформ Фувы лицо обжигало нестерпимым жаром. Бакуго прикрыл глаза локтем, сквозь зубы материя адское пекло, но его взгляд оставался намертво прикован к эпицентру. Они оба знали: Шигараки Томуру этим не убить. И предчувствие спецагента оправдалось через секунду. Из самого сердца прометеева огня вырвался жуткий, нечеловеческий рев, в котором мешались голоса Томуры и Все за Одного. Пламя резко разорвало мощнейшей ударной волной — Шигараки активировал причуду воздушной пушки, буквально сдувая с себя элитный огонь Номера Один. Он выглядел жутко: обгоревший, с клочьями восстанавливающейся прямо на глазах плоти, но его физическая сила и регенерация продолжали работать на полную мощность. Его безумный взгляд сфокусировался на Мидории. — Де-е-еку-у-у! — прохрипел Шигараки, совершая такой колоссальный рывок с земли, что под ним образовался гигантский кратер. Он шел на таран, игнорируя Старателя и Тодороки. Скорость была запредельной — даже Один за всех Мидории на сорока процентах едва позволял ему уклоняться от этих диких, прямолинейных выпадов. Каноничная фаза боя достигла своего пика: герои работали на износ, и любая ошибка стоила жизни. — Кацуки, работаем по схеме ножницы! — скомандовала Мими, её голос по рации прозвучал тревожно, разрезая панику в эфире. — Я режу его скорость, ты бьешь на поражение! — Заткнись и координируй! Я его в порошок сотру! — взревел Бакуго, срываясь с платформы вниз. Кацуки заложил безумную траекторию, влетая в слепую зону Шигараки, пока тот пытался достать Деку. Мими действовала как идеальный тактический компьютер Бюро. Навыки рукопашного боя, совмещенные с её пространственным даром, делали её самым опасным саппортом на этом поле боя. Она прыгнула следом, на лету оценивая векторы движения.   Фува резко сжала кулак. Прямо перед летящим Шигараки воздух мгновенно разредился до абсолютного нуля, создавая зону отрицательного давления. Томура, не встретив сопротивления атмосферы, на секунду потерял баланс и провалился вперед, нарушив траекторию своего смертоносного выпада. Его левая рука, потянувшаяся к шее Мидории, ушла в сторону. — Получи, тварь! — Бакуго оказался прямо над ним. Кацуки выжал из своих ладоней максимум, активируя Гаубичный удар. Огненный вихрь сжатого взрыва накрыл голову и плечи Шигараки, вколачивая его обратно в руины бетона. Земля снова содрогнулась. Но Томура, даже ослепленный взрывом, среагировал на автомате. Из его спины веером вырвались десятки черных штырей принудительной активации, бьющих во все стороны без разбора, чтобы расчистить пространство вокруг себя. Один из штырей на огромной скорости летел прямо в незащищенный бок Бакуго, который еще не успел восстановить баланс после сверхмощного залпа. — Кацуки! — Деку рванулся на помощь, но был слишком далеко. Фува оказалась ближе всех. Скользнув по воздушной платформе вниз, она в воздухе перехватила Бакуго за воротник геройского костюма, резко дергая его на себя и уводя с линии огня. Ее движения были отточены тысячами спаррингов в тренировочных залах HPSC — никакой суеты, только чистая биомеханика. В ту же секунду правой рукой она сделала хлесткий отмашистый жест. Атмосфера перед ними уплотнилась под острым углом, превращаясь в идеальное невидимое зеркало из сверхсжатых молекул газа. Черный штырь Шигараки с оглушительным металлическим звоном врезался в этот барьер и, не сумев пробить абсолютную защиту Фувы, срикошетил обратно вниз, прошив плечо собственного создателя. Бакуго тяжело задышал, восстанавливая равновесие на новой воздушной плите, которую Мими мгновенно создала под его ногами. Его алые глаза яростно блестели, а на губах играл безумный, хищный оскал. Профессионализм этой двадцатилетней карги из Бюро заставлял его кровь закипать от дикого драйва. — Отличный блок, агент, — прорычал он, активируя новые искры на ладонях. — Этот ублюдок начинает выдыхаться! Его регенерация замедляется! — Не расслабляйся. Айзава-сенсей держит его причуды взглядом с крыши, поэтому Шигараки сейчас полагается только на физическую силу Всемогущего, — скоординировала Мими, вглядываясь в оседающее облако пыли, где Старатель уже заходил на третий круг для финального удара. — Но если сенсей моргнет хотя бы на долю секунды, Распад накроет нас всех. Наша задача — держать Томуру в воздухе и не подпускать к Айзаве. Она встала в боевую стойку, и пространство вокруг её кулаков снова пошло тяжелыми, преломляющимися волнами. Шигараки Томура, пробитый собственным штырем, рухнул на землю, но тут же поднялся, издав глухой, утробный рык. Пламя Старателя оставило на нем глубокие обугленные раны, которые теперь затягивались со скрипом и явным трудом. Причуда стирания Айзавы, работающая с дальнего холма, лишала монстра его главного оружия — Распада и Воздушной пушки, но физическая мощь, подаренная доктором Гараки, всё еще делала его практически неуязвимым. — Он слабеет! Сенсей держит его! — крикнул Мидория, зависнув в воздухе на Черном хлысте и тяжело дыша. На его костюме уже не было живого места. — Не расслабляться! — приказ Мими отрезвил Изуку. — Он адаптируется к урону. Кацуки, Тодороки — перекрестный огонь по ногам! Не давайте ему оттолкнуться от земли! — Будешь еще мне указывать! — огрызнулся Бакуго, но его тело сработало синхронно с её командой. Кацуки рванул по левому флангу, а Шото, мгновенно сориентировавшись, выбросил колоссальную волну льда справа. Два мощнейших удара сошлись в одной точке, сковывая движения Томуры. Шигараки яростно дернул корпусом, ломая лед и на ходу перехватывая летящие в него микровзрывы Бакуго голыми руками. В его воспаленном, безумном мозгу, где вовсю гремел приказ Все За Одного, на первое место вышла новая, куда более опасная цель. Он понял, что девчонка из правительства — это идеальный щит и диспетчер всей группы. Без её пространственных барьеров и гравитационных колодцев эти дети давно превратились бы в пепел. — Мешаешь… Тварь правительственная… — прохрипел Шигараки, и его алые глаза намертво сфокусировались на Фуве. В следующую долю секунды он совершил то, чего никто не ожидал: проигнорировав летящего на него Старателя, Томура на чистой физической силе рванул вертикально вверх, целясь прямо в её воздушную платформу. Скорость была такой, что воздух вокруг него взорвался звуковой волной. — Мими, уходи! — истошно заорал Тодороки, посылая вверх стену пламени, но Шигараки просто прошил её насквозь. — Сдохни! — Бакуго в панике выжал максимальный взрыв из левой ладони, пытаясь сбить траекторию Томуры, но монстр лишь слегка пошатнулся, продолжая лететь на Фуву с раскрытой пятерней. Любой другой про-герой на её месте уже начал бы отступать, но спецагент HPSC не знала слова «паника». Ее тренировали выдерживать натиск тяжелых штурмовиков с десяти лет. В её голове со свистом просчитались траектория, скорость и масса врага. Когда Шигараки был в трех метрах от нее, готовый раздавить её своей чудовищной хваткой, Мими резко сделала шаг назад по невидимой плите, уклоняясь от прямого тарана с точностью матадора. Пальцы Томуры прорезали воздух в миллиметре от её тактической куртки. В ту же секунду она с разворота нанесла мощнейший удар левой ногой снизу вверх, прямо в подбородок Шигараки, одновременно активировав причуду. В точке удара её берца о челюсть монстра гравитационное поле мгновенно выросло в сотни раз, но в противоположном направлении. Произошел пространственный микровзрыв, который с оглушительным треском отшвырнул голову Шигараки назад, ломая его траекторию и заставляя его тело перевернуться в воздухе. Не давая ему прийти в себя, Фува мгновенно сцепила пальцы в замок и с размаху обрушила оба кулака на его незащищенную спину. Воздух над Шигараки уплотнился до веса многотонной бетонной плиты. С жутким свистом Томура полетел обратно к земле, пробивая остатки асфальта и поднимая гигантское облако крошева. Мими плавно опустилась на новую воздушную платформу, даже не сбив дыхания, хотя её кулаки мелко дрожали от столкновения с его неестественно прочным телом. Из её правого уха по шее поползла тонкая струйка крови — плата за такое резкое и мощное использование Искажения подряд. Бакуго приземлился рядом, его ладони дымились, а сам он тяжело и часто дышал. Он посмотрел вниз, в кратер, где зашевелился поверженный Шигараки, а затем перевел дикий, восхищенный взгляд на Мими. — Ты… ты реально вломила ему в рукопашную?! — в его голосе смешались ярость, адреналин и чистый, незамутненный восторг. — Ну ты и монстр! — Не расслабляйся, — холодно оборвала его Фува, вытирая кровь с уха тыльной стороной перчатки. — Мой удар лишь выиграл нам время. Айзава-сенсей на пределе. Я чувствую, как пространство вокруг начинает вибрировать — Шигараки пытается вернуть Распад. Если мы не добьем его вместе со Старателем прямо сейчас, этот раунд будет последним для всех нас. Она вытянула руку вперед, готовя причуду, пока из кратера снова поднимался обгоревший, но все еще смертоносный Шигараки Томура. Из кратера внизу вырвалась не просто пыль — во все стороны ударила концентрированная, удушливая волна чистой злобы. Шигараки поднимался, и кости в его теле со щелканьем вставали на место. Его левый глаз полностью заплыл от сокрушительного удара Мими, а челюсть была свернута набок, но регенерация, пусть и со скрипом, продолжала возвращать монстра в строй. — Правительство… Юэй… Вы все сдохнете, — прохрипел Томура, и его голос раздвоился, пуская эхо Все за Одного. В ту же секунду на дальнем холме Айзава-сенсей, который уже несколько минут не моргал, удерживая причуды Шигараки под замком, до крови прикусил губу. Силы Шоты были на исходе, глаза горели адским огнем. Из последних сил его прикрывал Рок-Лок, но из дыма на холме внезапно выскочили сразу несколько мелких Ному, которых Шигараки призвал еще до блокировки. Пространство вокруг Мими затрещало. Как спецагент HPSC, она кожей ощутила изменение структуры воздуха. — Внимание всем! — скомандовала Мими в рацию. — Айзаву-сенсея атакуют на холме! Защитное поле Шигараки восстанавливается, блокировка причуд падает через пять секунд! — Черт! — Деку рванулся было в сторону холма, но Томура уже читал их шаги. Шигараки прыгнул. Без Распада, на одной лишь физике Всемогущего, он преодолел расстояние до Фувы и Бакуго за сотую долю секунды. Его обгорелая, костлявая рука целилась прямо в горло оперативницы, чтобы одним рывком вырвать ей кадык. Но Мираж была абсолютной мощью рукопашного боя не просто на бумаге. Она не стала тратить драгоценные миллисекунды на щелчок пальцами. Уйдя корпусом влево по канонам жесткого армейского спарринга HPSC, она пропустила выпад Шигараки над плечом. Перехватив его предплечье обеими руками, Фува закрутила свои координаты через причуду и, используя колоссальную инерцию самого Томуры, с размаху перебросила его через себя. Монстр с грохотом влетел спиной в созданную ею жесткую воздушную платформу. Плита пошла трещинами, но выдержала. — Кацуки, левый сектор! Максимальный калибр, сейчас! — выкрикнула Фува, наступая ногой прямо на грудь прижатого к платформе Шигараки и мгновенно врубая причуду чтобы намертво зафиксировать его тело. — Сдохни-и-и-и! — Бакуго ждал этого приказа как заведенная бомба. Он оказался прямо перед лицом Шигараки. Кацуки вытянул обе руки вперед, сжимая ладони в кольцо и аккумулируя весь пот, скопившийся в его перчатках-гранатах за время этой сумасшедшей погони. Это был удар на уничтожение, в который он вложил всю свою ярость и гордость. — Удар Гаубицы! Колоссальная огненная вспышка озарила разрушенный город, подняв на высоту птичьего полета гигантский гриб из дыма и пламени. Ударная волна была такой силы, что воздушную платформу под ними разнесло в щепки. Мими, контролируя падение, плавно переставила их с Кацуки координаты на тридцать метров назад, на крышу уцелевшего бетонного дока, пока внизу, в эпицентре взрыва, выло и догорало пламя. Бакуго тяжело дышал, его руки мелко дрожали от отдачи, а с ладоней капал раскаленный пот. — Попал… Я точно попал, карга! — тяжело дыша, прорычал он, оскалившись в сторону дыма. Фува не ответила. Она стояла рядом с ним, выпрямившись во весь рост, её тактическая куртка развевалась от ветра, а взгляд агента пробивал завесу гари. На её лице не было торжества. Этот монстр не мог умереть так просто. Из рассеивающегося черного дыма послышался тяжелый, волочащийся шаг. Шигараки Томура выходил наружу. Его левая рука была полностью сожжена до кости, половина лица превратилась в кровавое месиво, но его алые глаза горели чистым, первобытным безумием Все За Одного. И самое страшное — взгляд Айзавы на холме окончательно прервался. Блокировка была снята. — Моя очередь, — прохрипел Шигараки, и под его уцелевшей правой ладонью, опустившейся на обломки, асфальт с диким ревом начал мгновенно превращаться в серую, всепожирающую труху Распада, которая с бешеной скоростью поползла прямо к ним. Волна Распада Шигараки окончательно превратила остатки Джаку в безжизненную пустыню из белого песка, и битва канонично переместилась в небо. Каждая секунда здесь уже была оплачена кровью. Деку, полностью ослепленный яростью после того, как Шигараки тяжело ранил Гран Торино, врубил Один за всех на безумные 100%. Он намертво связал Томуру своим Черным хлыстом в воздухе и беспрерывно уничтожал врага и свои собственные руки ужасающими ударами. Фува и Бакуго контролировали ситуацию чуть ниже, удерживая позиции на созданных пространственных платформах. К ацуки дышал со свистом, его лицо было залито грязью и кровью, а израненные предплечья подрагивали. Но его алые глаза неотрывно следили за Деку. Он видел, что Мидория уничтожает сам себя, и что Шигараки, ведомый голосом Все за Одного, готовится нанести один, финальный удар принудительной активации причуд, чтобы забрать Один за всех. — Он не выдержит, — тон Фувы с трудом скрывал предельное напряжение. Ее Искажение работало на максимуме, удерживая куски воздуха вокруг, чтобы летящие сверху ударные волны не сбили Бакуго и подоспевшего Тодороки. — Деку на пределе. Шигараки выжидает момент, чтобы прошить его штырями. — Этот чертов задрот… опять творит херню в одиночку! — прорычал Бакуго, стискивая зубы до хруста. В его голове в этот момент щелкнул тот самый каноничный перелом. Прошлые тренировки с Айзавой и Мими, осознание своей вины, долг перед Деку — всё сошлось в одной точке. Кацуки понял: если Мидорию прошьют, это конец. В следующую секунду Шигараки, поймав Деку на противоходе, резко выкинул вперед десятки черных, зазубренных штырей Все За Одного. — Двигайся, Кацуки! — скомандовала Фува, идеально прочитав его мысль. Вместо того чтобы тормозить его, она сработала как безупречный ускоритель HPSC. Щелканьем пальцев она применила причуду, убрав любое сопротивление воздуха перед Бакуго и создав позади него мощнейший вакуумный толчок. Бакуго сорвался с места со скоростью истребителя, оставив за собой оранжевый шлейф взрывов. Его скорость благодаря Мими превзошла все лимиты. Он влетел в пространство между Деку и Шигараки в самую последнюю, критическую долю секунды. Звук прошиваемой плоти. Черные штыри Шигараки с глухим стуком насквозь пробили тело Бакуго. Кровь брызнула из его рта, окрасив серый туман в багровый цвет. Кацуки жертвует собой, спасая Деку, и его тело бессильно начинает падать вниз, в белую пустоту. — Качча-а-а-ан! — истошный, сорванный крик Мидории разорвал небо. Деку окончательно потерял рассудок от горя, но Шигараки уже не мог развить успех. К нему наперерез, охваченный колоссальным синим пламенем, уже летел обезумевший Старатель, готовя свой финальный удар, а Тодороки перехватывал падающего Мидорию. Мими среагировала быстрее, чем успел сработать её шпионский прагматизм. В её глазах, где еще секунду назад плясали азартные искры, впервые за всю её жизнь в Бюро отразился настоящий, леденящий душу ужас. Куда-то в миг испарилась вся её уверенность — перед ней замертво падал парень. Её парень. Скользнув по воздуху, Мими в безумном, отчаянном прыжке поймала израненное, истекающее кровью тело Кацуки. Её руки мгновенно окрасились в ярко-красный, горячий цвет, но она намертво, до хруста в собственных суставах прижала его к своей груди, боясь выпустить хоть на миллиметр. — Кацуки! Нет-нет-нет, придурок, держись за меня! — её голос, всегда весёлый и звонкий, сорвался на хриплый, панический крик. Она щелкнула пальцами дрожащей левой руки, буквально выдирая их координаты через пространственный сдвиг, и они рухнули на безопасный уступ скалы, подальше от бушующего в небе ада. Мими бережно опустила его на камни, но рук не убрала, продолжая судорожно сжимать его плечи. Из её глаз крупными каплями брызнули слезы, мгновенно смывая въевшуюся в щеки серую известковую пыль. Она плакала навзрыд, громко и совершенно не заботясь о том, как нелепо и слабо сейчас выглядит спецагент HPSC. Ей было плевать на Бюро, плевать на правила — её всю трясло от вида расползающихся по его геройскому костюму багровых пятен. Бакуго тяжело приоткрыл глаза, сквозь пелену боли фокусируясь на её заплаканном, перепуганном лице. Он слабо, едва ощутимо пошевелил пальцами, цепляясь за ткань её тактической куртки, словно пытался удержаться на плаву. Его дыхание было рваным, свистящим, а из уголка губ струилась кровь, но на бледном лице заиграла слабая, упрямая и безумно гордая усмешка: — Я… я двигался… быстрее него… Да, карга?.. Скажи… я… успел?.. — Да, успел, успел, ты был быстрее всех, чертов ты придурок! — разрыдалась Мими еще сильнее, утыкаясь лбом в его разбитое плечо. Слезы смешивались с его кровью на грязной ткани костюма. — Ты был лучшим, Кацуки! Самым лучшим, слышишь?! Только не смей отключаться, слышишь меня, Бакуго?! Пожалуйста, дыши! Она резко вскинула правую руку, судорожно прижимая ладонь к его разорванной груди. Переламывая собственную панику, Фува заставила причуду сработать с ювелирной точностью: воздух вокруг его тела уплотнился до состояния жесткого медицинского корсета, намертво зажимая поврежденные сосуды и останавливая жуткое внутреннее кровотечение до того, как прибудут спасатели. — Я не разрешала тебе подыхать, любимый мой… — сквозь слезы, отчаянно и яростно прошептала она, бережно вытирая кровь с его губ ладонью. — Слышишь? Только попробуй закрыть глаза, и я тебя с того света достану и лично прибью. Дыши, Кацуки. Просто дыши. Внизу, в кратере, Старатель наконец впечатал Шигараки в землю, и тело Томуры, окончательно захваченное сознанием Все за Одного, начало отступать с помощью подоспевшего Спиннера и остатков Лиги Злодеев. Первая битва Паранормальной войны подошла к своему страшному, разрушительному концу. Город Джаку был стерт с лица земли, топ-герои были тяжело покалечены, а класс 1-А навсегда потерял свою детскую иллюзию безопасности. Но Фува стояла на скале, удерживая раненого Бакуго, и её взгляд, устремленный на улетающих злодеев, обещал только одно: в следующий раз Бюро и Юэй уничтожат их окончательно.

***

Спустя несколько дней Центральный госпиталь префектуры напоминал прифронтовой эвакуационный пункт. Про-герои гибли десятками, а класс 1-А, расселенный по палатам, впервые столкнулся с настоящим осознанием слова «война». В отличие от сломленных студентов, Мими была в полном порядке. Раны оперативника Бюро затянулись быстро благодаря её же «Искажению», а озорной характер не позволял провалиться в уныние. Ей нужно было поддержать этих детей, но по-своему, без соплей. Она зашла к Шото, который безмолвно смотрел в окно после правды о Даби. Фува бесцеремонно положила руку ему на плечо: — Твой отец выживет, Шото. А то, что устроил твой братец… Это общая проблема Бюро, а не твоя личная вина. Так что кончай косплеить статую, поешь батончики. Силы тебе еще понадобятся. Парень не ответил, но его плечи впервые за три дня заметно расслабились. У палаты Деку она встретила Урараку и Ииду. — Он очнется, — весело подмигнула им Мими. — Один за всех внутри него слишком упрямый, чтобы дать ему умереть. Ваша задача сейчас — не выть над ним, а организовать дежурство. Соберитесь, 1-А! Вы его опора. Но самая веселая палата была в самом конце коридора. Камера интенсивной терапии номер 4. Мими пинком ноги открыла дверь, даже не думая стучаться. В руках она тащила огромную банку ядреных острых чипсов, которую умудрилась где-то скоммуниздить, и банку газировки. На её лице сияла её фирменная озорная и абсолютно охуевшая ухмылка. Кацуки лежал на спине, бледный, обмотанный бинтами как мумия. К нему тянулись трубки капельниц, а на лице была кислородная маска. Он неподвижно смотрел в потолок, злой как черт. На появление Фувы он медленно скосил свои алые воспаленные глаза и попытался тут же сорвать маску, чтобы высказать ей всё. — О-о-о, глядите, кто тут у нас! Великий и ужасный взрывной Динамит превратился в гусеницу! — весело протянула Мими, бесцеремонно усаживаясь прямо на край его кровати и с грохотом ставя газировку на тумбочку. Кацуки глухо зарычал через пластик, его ладони тут же заискрились, грозя подорвать капельницу. — Слышь, лежи и не рыпайся, герой, — Мими со смешком шлепнула его по здоровому плечу, вообще игнорируя его злобную ауру. — Твои швы накладывал лучший хирург HPSC, так что если ты их сейчас порвешь от своей злости, я тебя лично обратно зашивать буду. Без наркоза, чисто на живую, понятненько? Бакуго наконец сорвал маску, хрипя и отплевываясь: — Ты… какого хера ты тут ржешь, карга?! Я… я был медленным! Этот чертов задрот Деку опять… — Слышь, Кацуки, ты че, совсем страх потерял? — Мими наклонилась к нему почти вплотную, задорно щелкнув его по носу. — Каким медленным? Ты летел со скоростью истребителя! Я тебе такую центробежную тягу устроила, что у меня чуть пальцы не отвалились пространство крутить. Ты принял на себя удар, который этого мелкого просто на куски бы разнес. Так что кончай ныть, ты спас ситуацию, и это было охеренно круто! Я прямо загордилась, что у меня такой парень. Бакуго замер, уставившись на неё. Её добрый тон сбил с него всю спесь. Она не жалела его, как остальные. — Серьезно? — хрипло переспросил он, алые глаза блеснули уже веселее. — Абсолютно! — Мими широко улыбнулась, открыла банку чипсов и закинула одну себе в рот. — Так что давай, жри свои таблетки, восстанавливайся. Бюро скоро начнет такую зачистку беглых злодеев, что на улицах будет весело. И если ты пропустишь всё веселье из-за того, что решил поваляться на чистых простынях, я тебе этого не прощу. Без тебя мне будет скучно этих придурков разносить. Кацуки долго смотрел на её веселое лицо, и его губы сами собой расползлись в привычную, дикую и уверенную ухмылку. Вся его депрессия испарилась. — И не подумаю тут оставаться, — прорычал он, протягивая руку и бесцеремонно отжимая у нее половину чипсов. — На задания без меня даже не суйся, поняла, карга? Я первый в очереди на разнос этой Лиги. — Вот это другой разговор! — Мими задорно подмигнула ему, устраиваясь поудобнее прямо на его кровати. Надвигалась мрачная эпоха, но они были готовы раскатать любого врага.