Она не «другая», а такая же, как и все.

Нина прибыла в департамент ровно в половину восьмого утра. То самое время, когда фойе ещё не заполонили сотрудники и граждане, когда можно было пройти к лифту свободно и ни с кем не столкнувшись. Приложив свой пропуск к турникету, девушка прошмыгнула сквозь него и быстрым шагом направилась к кнопкам вызова кабины. Ожидание заняло всего несколько секунд, но шатенка нервничала — хотела поскорее прибыть в отдел и спрятаться в своей маленькой «крепости». Как только раздвижные двери отворились, она в два широких шага заняла место в углу. Лифт почти закрылся, как вдруг за ними показался силуэт, а затем и руки, препятствующие закрытию. Это был лейтенант Диркес. — О, Нина, доброе утро, — с улыбкой поздоровался Мэтт, нажимая кнопку нужного этажа. — Здравствуйте, — тихо произнесла Грэм, пряча глаза в пол. Мужчина занял место в противоположном углу, сохраняя дистанцию, которая так была нужна девушке. — Как ты? Всё в порядке? Николас доложил мне об инциденте, произошедшем вчера, — учтиво поинтересовался лейтенант. — Да, я в норме, — в привычной манере ответила шатенка. — Поговорим у меня в кабинете? Нина еле заметно вздрогнула и разволновалась. — Не переживай, я не буду отчитывать тебя, как это сделал сержант Дэвис. Просто пообщаемся, расскажешь мне о своих буднях здесь. Мне важно знать, как чувствуют себя новенькие ребята в коллективе, — мягко пояснил Диркес. Та замешкалась, кусая губы изнутри. Сидеть один на один в замкнутом пространстве с человеком, которого она знала не так хорошо, как того же Николаса, было тревожно. Однако идти наперекор начальству Нина не посмела, никогда этого не делала и не начнёт. Не волнуйся, всё будет хорошо, — успокаивала она себя. — Хорошо, — кивнула Грэм, когда лифт прибыл на этаж убойного отдела. — Следуй за мной. Мэтт шёл не торопясь, чтобы Нина поспевала за ним. Попутно она осматривала огромное помещение, уставленное столами детективов и офицеров. Было тихо: никакого галдежа, никаких разрывающихся от звонков телефонов — только спокойствие. Диркес тоже обратил внимание на безмятежную атмосферу. Второй день тишина, как-то подозрительно для Лос-Анджелеса. Представ перед своим кабинетом, он открыл его ключом и пропустил девушку вперёд, приглашая сесть на свободное кресло перед столом, в котором буквально вчера восседал Ноа. — Итак, — заняв своё место, доброжелательно начал лейтенант, — расскажи мне, как тебе у нас? Нравится? Николас поручает тебе интересные дела? — Я… я только набираюсь опыта, поэтому мистер Руффило не даёт мне сильную нагрузку, — застенчиво ответила Нина. — Если он берётся за сложное дело, то я сижу рядом и наблюдаю. — Однако ты всё равно делаешь успехи. Коллеги передавали мне информацию о закрытых делах, в которых помогли твои навыки. Я читал твои отчёты и хочу сказать, что ты большая молодец для той, кто только недавно окончила университет. Николас очень хвалит тебя, и я его в этом поддерживаю, — улыбнулся Мэтт. — Дела были нетрудные, да и мистер Руффило помогал мне, — засмущалась шатенка. — И всё равно молодец. Рад, что отдел пополнился грамотным специалистом, — продолжал лейтенант. Эмоция радости на его лице практически сошла на нет, когда он задал следующий вопрос: — Скажи, пожалуйста, ситуация с сержантом Дэвисом произошла впервые? Он не задирал тебя раньше? — Н-нет, — разволновалась Грэм, услышав фамилию своего персонального кошмара. — Сержант Фолио не позволял себе подобного поведения в твою сторону? Шатенка отрицательно мотнула головой. — Другие сотрудники не обижают? — продолжал допытываться Диркес. — Я… стараюсь не выходить за пределы своего кабинета и не попадаться кому-либо на глаза, даже когда остаюсь здесь на ночь. Нина вдруг вздрогнула, понимая, что выдала то, чего не следовало. Её испуганный взгляд тут же устремился на Мэтта, по привычке начиная анализировать эмоции. Не хмурится. Поза открытая, дыхание размеренное, брови приподняты. Не злится. — Всё в порядке, Нина. Я знаю об этом, как знаю и о том, что ты боишься ездить по ночам. Николас многое рассказал мне о тебе, поэтому я хотел выяснить, как ты себя чувствуешь в новой обстановке. Как руководителю, мне необходимо знать об этом, — почти ласково сказал Диркес. — Но… взаимодействовать с другими тебе, к сожалению, придётся. Нельзя вечно прятаться от всех… Грэм напряглась, а лейтенант заметил, как она покраснела от волнения. — Понимаю, тебе страшно, поэтому давай начнём с малого? Приходи на утренние брифинги, слушай отчёты полицейских, знакомься с ними так, как ты умеешь. Думаю, если у тебя будет примерное описание и понимание поведения каждого из них, то тебе станет спокойнее. Будет легче взаимодействовать в будущем, а там и дело интересное возьмёшь. Сама. Не под крылом Николаса. Никто тебя не обидит, будь уверена. Что касается неразлучной парочки сержантов, то они уже получили выговор и предупреждение. Пока этим отделом руковожу я — не позволю, чтобы кто-то из них посмел тебе нагрубить. Ты под моей защитой, помни. Чуть что не так — сразу ко мне. Напрямую. Лейтенант говорил так уверенно, что Нина ощутила ранее неведомое ей чувство — безопасность. Всю жизнь она жила как загнанный в угол зверь, который научился адаптироваться под опасные ситуации и обстоятельства. Но сейчас, почувствовав протекцию со стороны начальства, она наконец смогла почувствовать себя хоть чуточку увереннее. — Я… попробую, — нерешительно ответила Грэм. — Может, сегодня и начнём? Если тебе так будет спокойнее, то приходи вместе с Николасом. В последнее время он что-то перестал радовать меня своими визитами, — улыбнулся Мэтт. — У него много дел, — ответив ему робкой улыбкой, пояснила Нина. — Знаю, даже на обед через раз вылезает, бедолага. Ты вся в него, — хохотнул лейтенант. — Я, если что, не приветствую чрезмерный трудоголизм, поэтому постарайся не перенимать его дурные привычки. Перерыв очень важен в нашей работе. Жду вас обоих сегодня. Не волнуйся и не бойся, никаких вопросов я задавать тебе не буду и привлекать к тебе внимание тоже. Просто слушай и вливайся, ладно? — Да, лейтенант, — тихо ответила Грэм. — Договорились, — с нескрываемой радостью произнёс Мэтт. — Всё, беги к себе. Начало в половину десятого, поэтому пока выпей кофе, настройся на рабочий день. Нина поднимается и на ватных ногах идёт к выходу. Настраиваться на рабочий день ей было не нужно, а вот чтобы собраться с мыслями, набраться храбрости, чтобы войти в конференц-зал, кишащий множеством людей, среди которых большинство мужчин, ей потребуется куда больше времени.

***

9:15. — Я к Карлссону принимать дежурство, а ты загляни к Руффило. Не хочу с ним видеться после вчерашнего, — презрительно фыркнул Ноа, когда они с Ником поднялись на свой этаж. — Описание Наоми забрать? — уточнил сержант, идя с другом в ногу. — Нет, блядь, реверанс отвесить. Чё бесишь меня с самого утра, Фолио? — ворчит Себастьян, сбавляя шаг, чтобы завернуть в кабинет Йоакима Карлссона. — Не проснулся я ещё, — буркнул Ник в ответ. — Ты, падла, храпел как трактор всю ночь, спать не давал. Между прочим, глаз я сомкнул только под утро. Хер ты у меня больше с ночёвкой останешься. — Вали давай, — шикнул Дэвис напоследок. Сволочь ты, Ноа. И как я до сих пор дружу с тобой… Голова всё ещё была «тяжёлой» от недосыпа. Ник пару раз чуть не сдвинул столы офицеров по пути, находясь в полусонном состоянии. Мозг совершенно не соображал и реагировал довольно медленно. Даже приветствующих его коллег он одаривал приветствием только спустя пару секунд. Миновав длинный коридор, ведущий прямиком в царство Николаса Руффило, Ник вошёл в кабинет. Психолог только пришёл и снимал куртку, вешая её на крючок. Завидев сержанта, Николас смерил его не шибко довольным взглядом. — Утро, — вяло поздоровался Фолио. — Я за портретом Наоми Уайт. Готов? — Ещё вчера. Дэвис же поставил условие, только вот так и не забрал его, — отрезал мужчина. — Возьми со стола и брысь отсюда. Резкое поведение психолога, который всегда отличался хладнокровием, удивило сержанта. Подойдя к столу, он взял одиноко лежащий лист бумаги и пробежался по нему глазами. — Мне повторить? — грозно переспросил Николас. — Эй-эй, — немного испуганно отозвался Фолио, — я в курсе, что у вас с Ноа что-то там произошло, но я-то здесь причём? Между прочим, я его поведения не одобряю. — Слабо верится, — хмыкнул психолог, усаживаясь на своё рабочее место. — Вы же две подружки. — Ну, я уже начинаю в этом сомневаться, — усмехнулся Ник. — Что так? — ухмыльнулся Руффило. — Неужто в вашем тандеме хоть у кого-то проснулась совесть? — У него — точно нет, а за собой вину не чувствую. Я ведь ничего плохого не сделал. Так-то оно так, но ты у меня тоже доверия не вызываешь, Фолио. — Слушай, а как… ну, как там Нина? — уже тише спросил сержант. — Не твоё собачье дело. Проваливай к себе, Ник, — процедил психолог. — Да я просто спросил! — возразил он. — Я тебя услышал ещё в первый раз! Не буду я к ней лезть, а просто хочу узнать, как она себя чувствует после визита этого придурка! И снова Руффило глядит на него с подозрением, снова анализирует, снова наблюдает. Хоть он и знает сержанта как облупленного, но не исключает, что тот может выкинуть что-нибудь неожиданное. Прямо как Ноа. — Нормально она, — коротко ответил мужчина. — Всё? Удовлетворил любопытство? Иди к себе. — Можно… я зайду к ней? — неуверенно поинтересовался Ник. Лицо Руффило тут же приняло возмущённое выражение. — Так, спокойно, — выставив ладони вперёд, продолжил Фолио. — Я хочу извиниться перед ней за этого мудака. Сам он этого не сделает, так хотя бы я попытаюсь. — Ей это не нужно. Нина об этом не переживает. Просто отстаньте от неё и не трогайте, — отрезал тот. — Мужик, ну дай ты душу отпустить. Мне стыдно за него. Нина ведь действительно круто поработала, а этот придурок взъелся на неё без причины. Неправильно это, — с сожалением произнёс сержант. Николас долго сверлил его взглядом, под которым тому было некомфортно. Не уловив на лице Ника ни единого намёка на ложь, психолог поднялся с кресла. — Только в моём присутствии, — отчеканил он, сделав шаг в сторону кабинета Грэм. — Конечно, — кивнул Фолио. Руффило негромко стучит в дверь, выжидает секунду и входит. Ник следует за ним, встав за спиной и выглянув из-за его плеча. Нина сидела за столом, прижав руку к груди, в которой был карандаш. Она снова рисовала, пытаясь успокоиться перед предстоящим брифингом. Появление её наставника и сержанта было ожидаемо, ведь она слышала их разговор, но всё равно немного испугалась их появления. Такая миловидная… — подумал Ник, с улыбкой глядя на девушку. — Нина, сержант хочет сказать тебе кое-что, — мягко сказал психолог. Карие глаза скользнули с подбородка Николаса на Фолио. Тот вышел из-за спины Руффило и хотел было сделать шаг навстречу Грэм, но мужчина остановил его, схватив за локоть. — Стой на месте, — прошипел Николас. Мимолётное удивление от жеста психолога испарилось, и Ник заговорил: — Привет, — доброжелательно улыбнулся он. — Я бы хотел принести извинения за своего друга, сержанта Дэвиса. Он повёл себя непрофессионально и грубо по отношению к тебе. Оправданий ему нет и быть не может. Не держи на него зла, пожалуйста. Ты очень классно поработала, кстати. Надеюсь, я ещё увижу твой талант снова. Слова парня смутили Грэм, но на лице отобразилось только её волнение. Она смогла лишь кивнуть в ответ, и сразу после этого Николас спешно вывел сержанта из помещения. — Исповедался, теперь иди, — строго произнёс Руффило, закрывая дверь. И Ник пошёл, но остановился в дверях, когда психолог уже уселся за работу. — Скажи… — Иди работай, Фолио, не зли меня, — сквозь зубы приказал мужчина, поднимая на него гневный взгляд. — Слушай, мне правда интересно… что с ней? Почему она не разговаривает? — осторожно спросил парень. — С вами не разговаривает. Зачем тебе это знать? — Просто хочу понять. Николас, рано или поздно ей придётся сотрудничать с любым из нас. Если так случится, что мы будем вести расследование вместе, то мне нужно понимать, как себя вести, как общаться с ней. Я же вижу, что она… другая. Клянусь тебе, что не собираюсь делать ей ничего плохого. В ответ Руффило лишь тяжело вздохнул и закатил глаза. — Ты находишься здесь пять минут, а уже достал меня, — прошипел он. — Ну, пойдём выйдем, любопытный ты мой. Психолог снова покидает своё кресло и направляется к сержанту, выводя его в коридор. Объясняться сразу он не стал, подбирая нужные слова, чтобы не прозвучать как-то грубо или непрофессионально в отношении Нины. — Она не «другая», а такая же, как и все. У неё есть некоторые особенности поведения и реакции, полученные вследствие прошлого. Я не собираюсь выкладывать тебе все подробности, потому что это касается только её и меня, как её персонального психолога. Не знаю, что должно произойти, чтобы она в будущем согласилась на сотрудничество с тобой, но скажу тебе вот что: держи дистанцию, в прямом смысле этого слова. Не нарушай её личное пространство, не отпускай шуточки в её адрес и не задавай неудобные вопросы. Старайся говорить только по делу. Не делай резких движений, контролируй громкость своего голоса — она испугается, если ты сделаешь обратное. Только мягкий подход и никакого другого. — Судя по внушительному списку правил поведения, я полагаю, что у неё посттравматическое стрессовое расстройство, — задумчиво сказал Ник. — Что, уже сталкивался с таким? — выгнув бровь, поинтересовался Николас. — Было дело. Дядя им страдал, когда с Афганистана вернулся. — Значит, ты в курсе, как это проявляется. Фолио замолчал, но всего лишь на пару-тройку секунд, пытаясь собраться с духом и задать ещё несколько вопросов, один из которых психологу явно не понравится. — Теперь ты помогаешь с делом Уайт, раз составил её портрет? — аккуратно спросил Ник. — В десятку, Фолио, — подтвердил Руффило, взглянув на него с прищуром и уловив намёк в его голосе. — Не имею ничего против тебя, но может, подумаешь над тем, чтобы Нина продолжала оказывать содействие? Ты не волнуйся, Дэвису я ничего не скажу. Просто она действительно круто справилась, так точно разобрала подозреваемого. Хочется как-то помочь ей не растерять свой потенциал. — Как благородно, — презрительно фыркнул Николас. — Да погоди ты, — прервал его сержант. — Пусть подписывается твоим именем и всё. Если Ноа не увидит её фамилии, то и придираться не станет. Я правда хочу, чтобы она поучаствовала в расследовании. Мужчина не спешит соглашаться, обдумывая его предложение. С одной стороны — он хотел, чтобы его ученица начала реализовывать себя, а с другой — жутко боялся за неё. — Не дай бог что-то пойдёт не так, Фолио, — пригрозил Николас. — Если Дэвис заявится ко мне на порог с претензиями о лжи, то оба у меня попляшете. Обещаю. — Понял, — кивнул сержант. — Иди уже. Время тикает. В пути до своего отдела Фолио уже придумал, что предоставить Нине на анализ — видеозапись с камер наблюдения кофейни. Они с Ноа просматривали её несколько раз прошлым вечером. На ней был замечен неизвестный мужчина, подсевший к Наоми, но ушедший раньше неё. Ничего необычного и интересного, но интуиция Ника всё же подсказывала, что что-то тут не чисто. Именно поэтому он и хотел, чтобы на неё взглянула Грэм своим профессиональным взглядом.

***

Предложение Мэтта, озвученное Ниной, удивило Руффило. Не то чтобы он сопротивлялся этому, но отнёсся настороженно — переживал, что девушка может сильно переволноваться в обществе коллег. Однако с лейтенантом всё же был согласен — нужно потихоньку интегрировать её в общество, вечно она прятаться не сможет. В конференц-зал они зашли одними из последних. Встав в уголке рядом с Николасом, она снова вцепилась в браслет, перебирая бусины. — Спокойно, Нина, всё хорошо, — шёпотом произнёс Руффило, чуть склонившись в её сторону. — Сконцентрируйся. Взгляни на окружающих и дай оценку каждого. Помнишь, как мы делали это на занятиях? Сглотнув ком в горле, шатенка кивнула. — Давай начнем с первого ряда, — указав взглядом в противоположный угол, сказал он. — Кого ты видишь? Три слова, описывающие их. Взгляд карих глаз скользнул по парочке офицеров, сидевших рядом друг с другом. — Нерешительный, внимательный, добросовестный, — озвучила она свой первый вердикт. Николас кивнул. Девушка была права. Каждого из сотрудников Руффило оценивал на профпригодность, когда те заступали на службу, и примерно помнил, какие качества присвоил им. — Так, а его сосед? Молодой офицер сидел в профиль, прочитать мимику и проанализировать её было затруднительно, поэтому Нина прибегла к запасному варианту — поза. — Дисциплинированный, сдержанный, уверенный, — продолжила она. — Хорошо, следующий… Постепенно девушка дала описание каждому сотруднику. Иногда Николас её поправлял, но в большинстве случаев соглашался с ней. Нина начала чувствовать себя чуть спокойнее, когда заочно «познакомилась» почти с каждым офицером и детективом. Но когда очередь дошла до Ника и Ноа, сидевших рядом, как и всегда… Нина сразу увела взгляд в пол. — Не волнуйся. Этих двоих тебе тоже не помешает проанализировать. Скажи, что ты видишь, глядя на сержанта Фолио? Грэм боязливо подняла глаза на парня, опасаясь встретиться с ним взглядом, но тот был полностью погружён в собрание и не обращал внимание ни на кого из окружающих. — Самоуверенный… коммуникабельный… ответственный… — Так, что ещё? Давай чуть подробнее, не стесняйся, — подбодрил её Руффило. Нина замешкалась, наблюдая пристальнее: за поведением, за манерой разговаривать, за эмоциями. Она молчала около минуты, прежде чем заговорить снова: — Бескорыстный… вежливый… отзывчивый и… дружелюбный. — Ты сделала вывод о последнем, исходя из его извинений? — уточнил психолог. — Отчасти, — честно ответила девушка. — Что ж, ты права. Он и правда славный малый, только вот в друзья выбрал не того, — пробурчал Николас себе под нос. — Ну, а теперь перейдём к сержанту Дэвису. Грэм в одно мгновение стушевалась. Она боялась не то что взглянуть на него, но и слышать о нём. — Тихо, тихо, — сразу успокоил её мужчина. — Что ты сейчас чувствуешь, Нина? — Угрозу, — чётко произнесла шатенка. — Я понимаю, — мягко ответил Николас. — Но тебе нужно узнать о нём всё что сможешь. Зная врага, с ним проще бороться. Смелее, как ты его охарактеризуешь? От волнения девушка часто заморгала, взгляд упорно не хотел фокусироваться на парне, но Руффило ждал, поэтому пришлось. — Эгоцентричный, самовлюблённый, агрессивный, педантичный, дисциплинированный, хитрый, бестактный, — протараторила Грэм на одном дыхании. — Слабое место? — довольный своей ученицей, спросил психолог. — Эго. — Молодчина, — широко улыбнулся он. — Уже не так страшно? Теперь ты знаешь, куда бить в случае его нападок. Нина криво улыбнулась, и в этот момент Ноа вдруг метнул ленивый взгляд в ту сторону, где и стояла парочка. Он будто чувствовал, что его сейчас обсуждают. Встретившись глазами с Грэм, он смерил её презрительной ухмылкой, говорящей: «Мы ещё не закончили. Я с тобой разберусь». Николас поймал его взгляд, всматриваясь в лицо сержанта. Ты что-то задумал, Дэвис, я это точно знаю. Но не пыхти зазря — Нину не дам в обиду ни я, ни Мэтт. Только посмей хоть одно грубое слово в её сторону сказать — сильно пожалеешь. Выпорхнула из своего гнёздышка, Грэм? С чего бы? Раньше я тебя здесь не видел, что ты тут забыла? Ты не отчиталась, Мэтт к тебе не обращался, какого хуя ты сюда припёрлась? — не унимался Ноа в своей голове. Собрание завершилось, и полицейские разбрелись по своим местам. Николас и Нина вышли одними из первых, а вот сержант Фолио и Дэвис оказались почти в конце. — Портрет Наоми закинул тебе в кабинет, — сказал Ник, прежде чем уйти восвояси. — Э, куда пошёл? А кто работать со мной будет? — негодовал Ноа. — Забыл, что Диркес поручил дело не только мне, но и тебе? — У меня и свои дела имеются, Дэвис, — буркнул сержант и направился к себе. На лице Себастьяна застыло неподдельное удивление. Обычно Ник всегда был рад сотрудничать с ним, готов был бросить всё и оказать помощь другу, а тут… Да и хрен с тобой, сам подумаю и посмотрю запись ещё раз. Пошёл ты, Фолио, и Руффило с Грэм с собой захвати, — думал Ноа по пути в свой кабинет. Обида душила, но пришлось с ней справиться. Никто не должен видеть его таким. Пусть все думают, что ему всё равно. Подняв лист бумаги со стола, Дэвис прочитал его. Очень внимательно прочитал. Составлял точно Руффило — его слог он узнает из тысячи. Только вот есть одна загвоздка… «И зачем же тебе описание жертвы, Ноа? Руффило ведь всегда составлял его только в том случае, если были трудности с портретом преступника, а таковой у тебя уже есть. Готовенький и подробный. Как ты любишь. Признай, Дэвис, тебе он нахер не нужен. Ты просто зацепился за это, чтобы поддеть Грэм. Тебе нужен был повод, вот и всё», — говорило подсознание. Гневно скомкав лист бумаги, Себастьян отправил его в урну. Внутренний голос был прав. Но наорать на себя самого было бы глупо. От бессилия плюхнувшись в кресло и скрипнув зубами, Ноа переключил внимание на монитор, вставил флэшку и снова приступил к просмотру записи с камер.

***

Два часа. Ты уже наверняка свалил набивать брюхо. Самое время заявиться к тебе и позаимствовать материалы. Половина отдела удалилась в кафетерий, а вторая всё ещё усердно работала над расследованиями. Ник как бы невзначай прошёл мимо кабинета Ноа, мельком заглядывая сквозь жалюзи. Дэвиса на месте не было. Отлично. Со стороны показалось, что Фолио совсем забыл заглянуть к напарнику — именно такую сценку он разыграл для окружающих, шлёпнув себя по лбу. Всё, лишь бы никто не заподозрил неладного. Развернувшись, он зарулил в царство Ноа. Запись была поставлена на паузу, а флэшка торчала из порта. Работаем быстро и чётко. Прошмыгнув на место сержанта, Ник зашёл в браузер, а там и в почту. Скопировав файл с накопителя, он отправляет его себе и удаляет письмо у Ноа, чтобы тот ничего не заподозрил. Пока шла загрузка, сержант сильно нервничал, отбивая пяткой пол. Хоть бы не зашёл, хоть бы не зашёл… Понятия не имею, как оправдываться, если он меня застукает. Как только раздался спасительный звук, сообщающий об успешной отправке, Фолио пулей вылетел из кабинета Себастьяна. К его счастью, того на горизонте не было замечено. Ник возвращается к себе и копирует видео на собственный накопитель, чтобы отнести его Грэм на оценку. Удача ему явно благоволила, потому что по пути он так и не встретился с напарником. Руффило отсутствовал на рабочем месте — ушёл на обед. Сержант впал в ступор. Если его нет, то и Нины, наверное, тоже. Хм… Она вроде нелюдимая, так что могла остаться и у себя. В кафетерии же много народу. Проверить? Рискнуть здоровьем? Если Николас застукает нас вдвоём, мне наверняка придёт пиздец. Ладно, зато погибну во благо расследования. Осторожно подойдя к двери, ведущей прямиком к Грэм, Ник негромко стучит ровно три раза. Нина тем временем пила горячий чай, сидя на небольшом диване. Она знала, что наставник ушёл на обед, поэтому сильно испугалась, когда услышала стук. Может, сделать вид, что меня здесь нет? Кто это может быть? Ник не дождался приглашения внутрь, а потому открыл себе самостоятельно, просунув голову в щель. — Эй, ещё раз привет, — улыбнулся сержант. — Могу войти? — Ч-что Вам нужно? — обеспокоенно вымолвила Нина, отсаживаясь подальше и случайно пролив на себя горячую жидкость. — У меня кое-что есть для тебя. Это по делу Наоми Уайт. Нужен твой поведенческий анализ, — негромко, как наказал Николас, ответил Фолио. — Могу войти и показать? — Я… я думаю, Вам лучше показать это мистеру Руффило, — робко сказала шатенка. — Нина, ты очень хорошо справилась с портретом подозреваемого, и я уверен, что прекрасно справишься и с этим. На этой записи, которую я хочу тебе показать, рядом с Наоми был замечен мужчина. Мне нужно узнать, способен ли он на её убийство. Давай попробуем? Если понадобится помощь Николаса, то я обязательно к нему обращусь, как только он вернётся с обеда. Девушка поджала губы. Не хотела действовать в обход наставника, но ей самой было интересно, даже очень. Переступить через себя стоило ей колоссальных усилий, и любопытство в этом помогло. — Вы… можете войти. Сержант повторял про себя, что ему нужно двигаться плавно и медленно, без резких движений, чтобы не спугнуть Нину. Он входит и прикрывает дверь. По его мнению, это должно было помочь Грэм ощутить себя в какой-никакой безопасности — дверь не заперта, она сможет сбежать. — Могу подойти ближе? Шатенка поднялась с дивана и ушла в противоположный угол, позволяя парню беспрепятственно пройти к компьютеру и вставить накопитель в порт. — Слушай, Нина… Я понимаю, что тебе некомфортно находиться рядом с незнакомым тебе человеком, но было бы славно, если бы ты подошла ближе и взглянула. Я не обижу тебя, обещаю, — с доброжелательной улыбкой сказал Ник. Все вы так говорите… — Правда, тебе нечего опасаться. Я не Ноа и не стану кричать на тебя или критиковать, если ошибёшься, — добавил он. Она глядела на него с подозрением и страхом. Фолио терпеливо выжидал, пока шатенка решится сделать шаг ему навстречу. Та боязливо, словно пол был из хрусталя, двинулась вперёд. Что же с тобой произошло, Нина? Почему ты так боишься? Я ведь не сделаю ничего дурного. Ник подвинул её собственный стул ближе к ней, а сам встал чуть поодаль — не за спиной, а сбоку. Грэм взглянула на уже открытую видеозапись и дрожащей рукой щёлкнула мышью. Вот Наоми сидит за столиком и печатает в ноутбуке, смакуя, кажется, уже третий стаканчик кофе. Мимо неё проходят люди, но никого из них она не замечает, будучи полностью погруженной в курсовую работу. Ничего интересного не происходило ровно до тех пор, пока к Уайт не присоединился парень. Чёрная толстовка, кепка, джинсы — совершенно обычный вид. Нина замедляет запись, снизив скорость в полтора раза. Она наблюдает за каждой деталью: движение рук, смена позы, повороты головы. Наоми тоже не скрылась от пристального взора молодого психолога. Ныне покойная девушка на записи выглядела довольно радостной. — Она его знала, — вынесла первый вердикт Грэм. — Да? А мне показалось, что это просто незнакомый парнишка, который подсел к ней, — хмыкнул Ник. — То, как девушка к нему склонилась и улыбается, говорит о том, что она настроена к нему открыто. Эмоции такие, будто встретила старого знакомого, — изучая глазами происходящее, монотонно говорила Нина. А Ноа говорил, что она одиночка. — Судя по жестам, вспоминают что-то общее. Слишком активная жестикуляция и артикуляция на лице. Если бы не были знакомы, то не разговаривали бы больше пятнадцати минут. Наоми выглядит замкнутой, а такие… — Нина вдруг замолчала, узнавая в ней схожие с собой черты, — обычно не имеют большой круг общения и не пускают в личное пространство незнакомцев. Сержант перевёл взгляд на шатенку. Для него одиночество было чем-то неведомым и даже пугающим, потому что Ник всегда был окружён друзьями. Каково это — быть одной и выживать без поддержки? — Она ему определённо доверяет, значит, общаются уже довольно долго. Парень ей нравится, исходя из невербалики. Я, кажется, уже писала об этом в отчёте. — Значит, это наш убийца, — заключил Ник. — Да. Он старается избегать камер. Знает, где они расположены и прячет лицо под кепкой, когда поворачивается к ним. Полагаю, он завсегдатай этой кофейни, иначе как бы выучил их расположение. — Кофе он не заказывал, значит, появлялся только для того, чтобы изучить помещение, — задумчиво выдал сержант. — Что-нибудь ещё можешь сказать? — Есть ли записи снаружи? Он ушёл раньше, но я полагаю, что мог дождаться её. Когда он засобирался, они ещё что-то обсуждали. Возможно, договаривались о следующей встрече, или он предложил подвезти её. — Она живёт совсем недалеко, поэтому вполне могла добраться и пешком. — Не думаю, что девушка будет ходить вечером одна. Это небезопасно, — с нотками беспокойства ответила Грэм. По себе судит. — Вряд ли договаривались о следующей встрече, — усмехнулся Ник. — Наверняка предложил подвезти её. — Если верить времени, то после его ухода Наоми просидела ещё два часа, до самого закрытия. — За это время он мог тщательно подготовиться, — хмыкнул сержант. — Что ж, она его знала, это была их последняя встреча, после которой погибла Наоми. Я знаю, куда копать дальше. Спасибо тебе, Нина. Огромное спасибо. И только Фолио одаряет девушку лучезарной улыбкой, которую она даже не видит, глядя ему в грудь, как в кабинет со стуком входит Николас. Завидев нежеланного гостя, Руффило вспыхнул: — Какого чёрта ты здесь делаешь, Фолио? — сквозь зубы спросил психолог. Тот не ответил. — Нина, он что-то сделал? Что-то сказал? Обидел тебя? — Нет, сержант только попросил помощи, — взволнованно ответила девушка. Ник отчётливо чувствовал, как мужчина сверлит в нём дырку. Дар речи внезапно пропал, даже если бы и был при нём, то парень не смог бы составить сложноподчинённое предложение, объясняющее его присутствие здесь. — Всё… нормально, мистер… — шатенка тут же исправилась, — Николас. Психолог сканирующе осмотрел эту парочку, а затем убавил пыл, заметив, что Ник соблюдает негласные правила поведения с его подопечной. — Выяснили что-нибудь? — выгнул бровь Николас. — Да. Жертва была знакома с убийцей. — Классика, — хмыкнул тот. — В большинстве случаев все всегда знают своих насильников или убийц. На последних словах Руффило взглянул на Нину, а Фолио уловил его взгляд, но задавать никаких вопросов не стал. — Я, наверное, вернусь к себе. Аккуратно преподнесу Ноа новую информацию. Ещё раз спасибо, Нина, — мягко прощается Ник и удаляется из помещения. Николас же не спешит покидать кабинет и остаётся стоять у двери. — Всё хорошо? Как ты себя чувствуешь? — Да… Сержант был… добр и учтив, — стеснительно пояснила шатенка. — Мне было не так страшно, как… обычно. И правда… В угол не забилась, не бьёшься в истерике… Хм, а Фолио неплох. Умеет располагать к себе, мерзавец. Как у тебя вышло, а? Как ты это сделал? — И всё равно, Нина, будь с ним очень аккуратна. Поджав губы, шатенка только кивнула в ответ и устремила взгляд обратно в монитор, надеясь найти ещё хоть какие-нибудь зацепки в поведении. Был лишь один нюанс… Ник забыл флэшку в порту. Он и думать про неё забыл, шагая к себе в приподнятом настроении. Был рад, что Нина хоть как-то вышла на контакт, и чувствовал некую победу над другом, потому что ему теперь известно чуть больше. Войдя в свой уютный кабинет, сержант дёрнулся, увидев за столом Ноа. — Ну, и где ты шарахался? — Создавал вакцину от рака, спасал пингвинов от глобального потепления, а напоследок заглянул к гадалке, чтобы навела на тебя порчу, — ехидно сообщил Фолио. — Очень смешно, — фыркнул Себастьян. — Если коротко — не твоё дело, Дэвис. Чё надо? Я же сказал, у меня много дел. — То-то я вижу, что ты весь в поту и в мыле. Весь папками увешан и заставлен, — саркастично усмехнулся Ноа. — Именно. Если ты хочешь, чтобы я помогал тебе в этом деле, то попроси нормально, а не раздавай приказы. Мы на-ра-вне, не забывай, — сложив руки на груди, с укором произнёс Ник. На это Себастьян лишь закатил глаза и вздохнул. — Я жду, — настоял тот. — Ладно, помоги мне, пожалуйста, — неохотно промямлив последнее слово, просит Ноа. Фолио расплылся в довольной улыбке, а затем кивнул на выход, намекая, что им пора вернуться к расследованию. — Почти сотню раз уже пересмотрел, а в голову всё равно ничего не лезет. Честное слово, мне будто мозги выключили, — негодовал Дэвис. Зато я знаю, как помочь делу продвинуться, — с усмешкой подумал Ник.