Серия 8: "Самый Ежиный дебош в городе э"

Сезон 2, Серия 8: «Самый Ежиный дебош в городе» — Ну всё, Кошмарный, — сказал Ёжик, играя своими усами как саблями. Он стоял посреди разрушенной улицы, поправляя восьмиклинку. Его глаза горели праведным гневом. Его туфли блестели. — Щас я тебе эбало начищу. Кошмарный Крош, всё ещё с золотым стендом-водолазом за спиной, ухмыльнулся своей криво прифотошопленной улыбкой. — Ну, ведь у меня есть личная армия Крошей. Тебе меня не победить. Он обернулся к своей команде. Совет Злых Крошей стоял позади него. Вильтрумин. Омни. Ирокез. Шар. Ватсап. Даже Киборг, которого наконец собрали (правда, руки ему прикрутили задом наперёд, но он не жаловался). — Извините, босс, но мы тут ещё Смешариков не разнесли, так что... можете сами? — сказал Ирокез, почесывая свой помятый ирокез. Кошмарный моргнул. Его глючный глаз показал загрузочный экран. — В смысле? — Ну, мне просто нужно показать кое-какому любителю мёда, что нельзя меня брать за шею и портить мой причесон, — ответил Ирокез, указывая на Копатыча. — Укуси меня пчела! — возмутился Копатыч. — Я не пью мёд, петух! — Так, все замолчите! — рявкнул Кошмарный. — Автору нужна моя битва с Ёжиком. Просто у него уже пальцы отсохли придумывать экшен на десятки персонажей! — Но... — начал было Вильтрумин. Омни-Крош прикрыл ему рот лапой. — Не боись, бро. У автора ещё в запасе три серии, если эту не считать. Так что пофиг. — Ну, тогда давайте пока чаю попьём? — предложила Совунья. Она уже успела снять шлем и достала откуда-то термос. — Только без футбола! — мгновенно отреагировал Шар-Крош, сверкая своими очками-баскетбольными мячами. — Ну, тогда хоккей, — предложил Паук-Крош. Шар задумался. — Хоккей... шайба — это шар. Шар — это священно. Хоккей приемлем. — Отлично, — кивнула Совунья. — У меня есть печенье. И они пошли пить чай. Прямо посреди поля боя. Злые Кроши и Смешарики. Вместе. С печеньем. --- Карыч тем временем достал новую гитару. Потому что в порыве творчества он прошлую сломал об голову Кроша-Лоха (который всё ещё лежал в отключке, бормоча про плоскую Землю). Он встал на рояль, занёс руку и начал играть жёсткий риф. — Ну всё, Ёжик, музон готов, и камера направлена на нас, — сказал Кошмарный, выпуская когти. — The World Over Heaven! — крикнул Ёжик. Белый золотой водолаз с ластами возник за его спиной. Сияние. Мощь. Ласты. — Ха, лох! — усмехнулся Кошмарный. — The World! Его золотой водолаз (краденый) вылетел вперёд. Время остановилось. Весь город замер. Совунья застыла с чашкой в руке. Шар замер, не донеся печенье до рта. Карыч застыл с поднятой гитарой. — Нет, это ты лох, — сказал Ёжик. Кошмарный замер. Не от остановки времени — от шока. — Что?! Как ты двигаешься в моём остановленном времени?! — Это не всё, — Ёжик поправил очки. — Я ещё могу остановить твоё остановленное время. Стоп время. И время остановилось. Поверх уже остановленного времени. Двойная остановка. Такого не видел даже ДИО. The World Over Heaven замахнулся. Его ласта сияла. И он вписал Кошмарному такую смачную маслину, что тот описал дугу от такого мужа и отлетел в здание. Да, предметы не могут двигаться в остановленном времени. Но тебе пофиг. И это прекрасно. Время снова возобновилось. Все заморгали. Кошмарный вылетел из обломков здания, шатаясь, будто после сильного бодуна. — Ёжик, бей его не в остановленном времени, пожалуйста! — закричал Бараш, который понял, что зря сделал свой боевой раскрас. — Это будто смотришь ютуб без ВПН! — Но ебашишь ты знатно, — прохрипел Кошмарный, вытирая EXE-гной с подбородка. — Но тебе всё равно не достичь моей сюжетной брони! Стенд Ёжика уже прижал Кошмарного к стене. Ласта держала его за горло. Да, не смущайтесь, это реально битва. Тут яоя не будет. — Всё, сдавайся, Крош, — сказал Ёжик. — В смысле?! — заорал Ирокез, отрываясь от чая. — Нет, неужели футбол победил?! — в ужасе крикнул Шар, роняя печенье. — Да я уже! — крикнул Киборг, которого до сих пор собирали. Его голова лежала на коленях у Омни-Кроша, пока тот прикручивал ему ногу. — Нет, я сражаюсь во имя Вильтрума! — заявил Вильтрумин. — Ватсап вечен! — выкрикнул Ватсап-Крош, но его кувалда с надписью БАН всё ещё лежала под обломками. — Моё паучье чутьё говорит, что нет, — заметил Паук-Крош. — Я не Крош, но я тоже возмущён! — добавил Лосяш. — Да успокойтесь вы! — рявкнул Ёжик. — Я Кошмарному говорю! Пауза. — А, понятно, — хором сказали Кроши и Лосяш. Они вернулись к чаю. --- — За, — прохрипел Кошмарный, прижатый к стене. — Но ты не знал одного. — А чем? — Ёжик наклонил голову. — О способности, которая появилась у меня из ниоткуда! — заорал Кошмарный. — БЕНЗОПИЛЫ ИЗ УШЕЙ! — Чта?! — крикнул Ёжик. Но было поздно. Из ушей Кошмарного с рёвом вылетели две бензопилы. Острые. Вращающиеся. С логотипом «EXE» на лезвиях. Они полоснули Ёжика прямо в грудь. — WRYYYYY! — закричал Ёжик, падая на асфальт. Но он упал на асфальт так эпично, что отскочил от него. Как мяч. Как легенда. И снова встал на ноги. Его туфли даже не запылились. Восьмиклинка чуть съехала набок, но он поправил её одним движением. Кошмарный заулыбался ещё сильнее. Его улыбка-каньон стала буквально улыбкой-Гранд-Каньон. — Za Warudo! Toki wo Tomare! Время остановилось. В третий раз за эту битву. Совунья застыла, наливая чай Омни-Крошу. Шар замер, пытаясь стащить печенье у Паука. Карыч застыл в позе рок-бога. Но Ёжик поднялся. И встал в боевую стойку. Его белый стенд сиял. — MUDA MUDA MUDA! — заорал Кошмарный, и его золотой водолаз начал дубасить Ежа кулаками как из пулемёта. Удары сыпались градом. Каждый — как выстрел из AWP. Но Ёжик не был просто. Он пошёл в контратаку. — MUDA MUDA MUDA! — заорал Ёжик в ответ, и его белый водолаз заработал ластами как пропеллерами. Два стенда. Два водолаза. Золотой и Белый. Они сражались посреди остановленного времени. Это была битва, достойная кисти Араки. Карыч, даже застывший во времени, каким-то чудом взял аккорд.