Часть 2

II На следующий день, разделавшись с основной массой дел, я спешу к Фердинду. Я планирую скопировать хороший кусок Грутрисхайта, кто бы там что не планировал. Я в одежде для смешивания, Фердинанд предупредил, что то лучше надеть что-то максимально простое и без украшений, тк это может мешать. Корнелиус был на смене с утра, он в курсе, куда я иду, но более-менее спокоен, видимо, этой простой душе в голову не приходит, что в мастерской можно заниматься чем-то кроме смешивания. Сейчас же день, на смене у двери снаружи комнаты стоит Ангелика, и для неё Фердинанд приемлем на любом расстоянии от меня. Остальные последователи тоже вышли. Мы садимся рядом и вызываем книги, находим нужный раздел. У Фердинанда он заполнен полностью, у меня полно пробелов. -Ты позволишь мне копировать самой или сделаешь это сам? - Как показал опыт, ты довольно груба и напориста в этом. Поэтому позволь я начну, - улыбаясь говорит он. Однако сначала поднимает руку и гладит меня по голове, выпуская множество тонких потоков маны, будто расчёсывает волосы массажной щёткой, - не волнуйся, я буду нежным. Не понимая, что он имеет ввиду, я наблюдаю, как он копирует большой кусок текста и переносит в мой Грутрисхайт. Вдруг дыхание перехватывает, я чувствую, как меня будто облили теплой водой, но изнутри прорастает удовольствие и четкая мысль: - М... Хочу ещё!!! - Оу.. Продолжаем. Я каждым куском текста я будто бы ем кусок торта, набивая от души им рот. Мне хочется облизываться от удовольствия, и мне кажется (а может и не кажется), что рот полон слюной я будто утоляю возникший голод, мне хочется смеяться и немного пищать, и подпрыгивать на месте от удовольствия. Мы уже скопировали далеко не несколько страниц, я уже чувствую себя "сытой", но всё же что-то не хватает, как будто на прекрасный обед забыли подать десерт. А вот Фердинанд устал, он пьёт флакон с лекарством для восстановления. - А ты довольна ненасытная, впрочем, это и следовало ожидать. - Это очень, очень.. вкусно. Я, пожалуй, не совсем понимаю, чего ты так опасался? И почему ты сам так морщился, когда книгу копировала я? -Ты помнишь, что носила перед этим? Ожерелье королевской семьи. Оно нужно было не только как знак одобрения твоих действий, но и как инструмент ухаживания, то есть приближения твоего цвета к цветам Сигизвальда. И оно немного изменило твой оттенок. Поэтому вкус маны, о котором ты говоришь, был эм.. несколько испорчен, да и вывалила ты всё на меня довольно быстро. Представь себе, что ты была голодна и приготовилась съесть большую порцию любимой рыбы, а она оказалась с массой острых Аренбахских приправ, и заставили тебя съесть шесть тарелок разом. Как бы ты не любила рыбу, ты будешь чувствовать себя не отвратительно. - Вот как. Прости меня за эту грубость. - Я был готов к такому, от такой нахалки не стоило ожидать другого, но в итоге я всё переварил , хоть меня и одолела лихорадка. - А ещё ты говоришь, что это вкус маны. Выходит, с копированием я забираю и часть твоей магической силы? -Ты идиотка? Из чего, по твоему, сделан созданный из штапа Грутрисхайта? Ты забрала её уже немало. Ты уже сияешь, предполагаю, скоро из тебя может политься через край. Не распылай понапрасну благословления: мешочек с камнями у тебя под правой рукой. - Значит, ты на вкус как сливочный торт с печеными раффелями! Ну, то есть твоя магической сила такая.. Фердинанд вспыхнул. Видимо это была очень неприличная фраза. Я продолжила: - Но, знаешь, с одной стороны, я чувствую что-то типа сытости, но с другой - как будто что-то не хватает. Такого-то последнего аккорда, как ягодки на торте , или чая.. -Отдай мне излишки назад, ты просто объелась и переполнена. -Я ведь не должна при этом убрать копированное? -Нет конечно. Просто отдай мне ману, ты почувствуешь, когда надо будет остановиться. Я немного вливаю в пальцы, отдаю его рукам.. Но это не то, меня тянет сделать кое-что другое. - Закрой глаза. Фердинанд вздыхает, но убирает книгу и повинуется. Я пододвигаюсь вплотную, становлюсь на коленях на поверхность скамьи рядом с ним, отодвигаю его воротник и долго целую ему в шею, потом короткими поцелуями перемещаюсь на заднюю поверхность шеи и вливаю туда с поцелуем всё, что переливается через край. Фердинанд резко вздыхает и из его груди вырывается протяжный стон, по телу проходит судороги, он сжимает кулаки и морщится. Я переборщила! -Розмайн! Ты.. Ты идиотка. Нет, ты прекрасна, и твоя мана без капли горечи, но таким количеством можно и убить. И вообще, где ты нашла это способ передачи? - Господин Фердинанд, если этого много- можете отдать назад, а способ передачи я придумала, сделав выводы из информации Грутрисхайта. У вас она тоже есть: это раздел про зоны передачи, приема маны и её потока внутри тела. Он трет пальцами виски. - Этот способ практикуют только супруги. Я опять оплошала. - Впрочем, если мы уже на этом этапе, давай я отдам тебе излишки в такой же манере. Фердинанд усаживает меня к себе на колени и целует в темя. В моём старом мире так целовали маленьких детей и это довольно забавно. Однако сейчас мне не до шуток. Мана Фердинанда медленными толчками льется в моё тело, чувство наполненности, жара и какой-то невообразимой щекотки во всём теле заставляет меня дрожать и постанывать в такт его пульсациям. Это восхитительно! Моя кожа горит и я рада, что надела простое платье для смешивания, лишние кружева раздражали бы ставшую невероятно чувствительной кожу. Фердинанд ускоряется и моё дыхание совсем сбивается. Наконец, он останавливается на секунду, оценивает мою дрожь и раскрасневшееся лицо и посылает в губами в меня последний, большой сгусток магической энергии, от чего у меня внутри будто сжимается, а потом распрямляется огромная пружина. Я на грани плача, но совершенно счастлива. Фердинанд выглядит несколько утомлённым, но довольным. -Очень хорошо. Я думаю, на сегодня мы закончим. Скопирован внушительный объем, я полагаю, тебе будет интересно его почитать. Вы довесок к большому куску книги и сладкой щекотке он ещё и похвалил меня! Я чувствую себя необычайно счастливой. Однако наслаждение неминуемо сменяется усталостью, хоть и приятной. У меня тяжелеют веки, мне нужно полколокола сна. Сейчас. И я никуда не хочу уходить. -И, госпожа ауб, будьте любезны, освободите мои колени! - Нет, господин Фердинанд, - я удобно располагаюсь головой на его коленях, лёжа на боку, утыкаюсь носом в его живот и засыпаю,-четверть колокола, не больше, и я буду в форме. Открыв глаза, я понимаю, что нахожусь в своей комнате. За окнами ранее утро. Кларисса тут подбегает ко мне - Доброе утро! Как ваше самочувствие, госпожа Розмайн? - Кажется, я полностью восстановилась и полна сил. Но как я тут оказалась? -Господин Фердинанд сказал, что вы сильно истощили себя при работе с Книгой и злоупотребили лекарствами восстановления. Он сам вынес вас из комнаты, о, Корнелиус был в ярости, мы еле его удержали, но потом он понял, что вы просто спите и успокоился. -Понятно, в следующий раз надо заранее подготовить всё ко сну. Рассчитываю в этом на тебя. - Следующий раз? - Да, мы не закончили, полагаю, я потребуется ещё раз десять. Сколько мы пробыли там, прежде чем Фердинанд вышел? - Около колокола. - Я думаю, надо запланировать несколько свободных вечеров, с разницей дня в три между каждым, чтобы после каждого сеанса я сразу могла спать. Полагаю, если Фердинанд будет внимательнее, он сможет вывести меня из комнаты ещё до того, как меня благословит Шлафтраум. Согласуйте планы с его последователями. Да! Скоро я получу ещё один недостающий фрагмент книги Местионоры, думаю, до конца сезона я заполню её. А сейчас я потягиваюсь, разгоняя по телу магическую силу. После вчерашнего обмена мана будто вибрирует и поёт во мне. Я вспоминаю эти блаженные толчки маны внутри меня, и от мыслей о том, как это было приятно, энергия начинает выплёскиваться и тонким слоем покрывать кожу. - Госпожа Розмайн! Вы светитесь! Я в панике шарю в поисках пустых камней или инструментов, заполняя их, и начинаю медленно сжимать ману. Удовольствие удовольствием, но сегодня надо славно поработать. Но надо будет попробовать развернуть вибрирующую ману во время передачи основанию, но не повредит ли это ему? Крупные камни заполнились без осложнений, так и тут проблем быть не должно. После завтрака я разбираюсь с бумагами, утверждаю бюджеты ведомств и слушаю доклады. Хартмут обрабатывает львиную долю первичных документов, но ключевые решения и утверждения приказов за мной. Как я и предполагала, информация от простолюдинов значительно отличается от приведённой в книге Местионоры, тк в последнюю вносятся только знания сильных дворян уровня не ниже высших. Новые продукты (и информация об их обработке) будут собраны согласно рекомендациям и отправлены на кухню. Также удалось найти прядильчиков, заинтересованных в нитях или веревках из вассерклитов. В Аренсбахе ткань делали из шерсти и растения, семена которых располагаются шариках, похожих пушистые помпоны. Эренфест севернее, там "помпонов" не растёт и ткань прядильщики-простолюдины делали из растений типа льна, используя стебли, а не соцветия. Так что технология будет отличаться. Я пишу в "Плантен" , чтобы они связались с гильдией торговцев Эренфеста и нашли там прядильщиков, которых можно послать к нам для обучения местных специалистов и развития технологий. Ближе к обеду приходит Фердинанд со своими служащими, с утра он был мастерской, но заранее оговоренное время пополнять основание оторвало его от исследований. - Я вижу, вы, ауб, отлично всё перенесли. - А вы, господин Фердинанд наоборот, выглядите уставшим, видимо всю ночь провели в комнате для смешивания. Вскоре в кабинете остается минимум людей, я открываю вход, Фердинанд берет меня за руку и мы вдвоём проходим в зал основания. Сегодня на смене Ангелика и пыхтение Корнелиуса не сопровождает нас. В комнате восполнения основания мы молимся и накладываем руки на узор круга. Вливая ману я опять задумываюсь о вчерашнем. Я вспоминаю о той прекрасно-сладкой мане и приносящих удовольствие толчках магической энергии внутри себя и невольно облизываю губы. Видимо подсознательно я начинаю имитировать тот ритм и сияние вливаемой в основание энергии начинает быть не равномерным. Меня это не задевает, а вот Фердинанд в панике поднимает голову. - Розмайн! - Простите, я задумалась. Мы молча продолжаем. Для успокоения я бормочу молитву, вливая теперь спокойный, контролируемый поток. Фердинанд странно напряжён. Так проходит некоторое время и мы заканчиваем. Фердинанд вскакивает, подходит, силой поднимает меня и тресет за плечи: - Ты раздумала быть аубом?! И решила разрушить Александрию? Моё вчерашнее отношение так травмировало тебя, что ты решила пожертвовать всем герцогством? - Я... - Чем ты думаешь? Даже если ты зла на меня, не круши всё вокруг, думай о том, что тут живёт твоя семья и Гуттенберги! Если всё надоело, ты можешь просто приказать и я организую твоё исчезновение, а потом умру. - Я не понимаю о чем ты говоришь... Он смотрит на меня молча, отпускает мои плечи и обессиленный садится на пол. Вдох-выдох. Фердинанд смотрит в сторону от меня и потирает пальцами виски. - Розмайн. Что. Ты. Только что. Делала. С потоком. Маны. - Я сказала же. Я задумалась и оно само так получилось. - Идиотка. Это совершенно нелепо.. Ты не читала этого? Так разрушают основания! Пульсация и сильные потоки маны вызывают сильные волны внутри камня основания, эти волны накладываются друг на друга и разбивают основу изнутри. Поэтому мы отдаём ману ровным потоком, плавно снижая мощность в конце вливания. Просто слов нет. - Это вы виноваты, господин Фердинанд. В академии об этом не рассказывают, в закрытом архиве до табличек с этой информацией я тоже не дошла, видимо информация только в вашем экземпляре Грутрисхайта. И вы до сих пор не скопировали его мне,- я говорю уверенно и спокойно, Фердинанд поднимает на меня глаза и взгляд его уже не отчаянный, - и думала я о том, как мне было хорошо вчера с вами всё копировать, о пульциях вашей маны в моём теле и о том, что я хочу это повторить. Судя по виду, он совершенно ошеломлён. На лицо конфликт усвоения информации. Э-хе-хе, давненько я ввергала его в когнитивный диссонанс. О, похоже, до него доходит. Он закрывает покрасневшее лицо руками. - Я бы назвал тебя идиоткой ещё раз, но это слово уже не кажется мне достаточно сильным... - бормочет Фердинанд. Я подхожу, сажу рядом, лицом к нему, и крепко обнимаю. Могу только предположить, какая ужасная драма разыгралась в его воображении! На основе своих знаний он решил, что я обижена на него и на всё это герцогство и хочу всё махом прикончить. - Прости меня. Я пробовала заряжать пульсацией камни и всё было как обычно, просто мигало довольно красиво, как [рождественские фонарики] из мира снов. Он отстраняется, затем одним махом укладывает меня на лопатки нависает надо мной. В его глазах молнии, а на губах -н едовольная улыбка . - Ты не учла время зарядки и мощность потока. Они совершенно не сопоставимы в этих ситуациях! Чему я тебя только учил.. Идиотка. Сегодня вечером ты скопируешь все ключевые фрагменты касаемо потоков маны. Ты примешь всё, что касается этой темы, не волнуйся, я позабочусь о том, что ты это переваришь, пусть и проспишь три дня. Это никуда не годится, ты можешь убить людей. Даже вчера ты разом влила в меня разом столько, что я чуть не захлебнулся. На его лице ухмылка, он действительно планирует на мне оторваться. Я начинаю всерьёз опасаться сегодняшнего вечера. Мы выходим, последователи интересуются, всё ли в порядке - мы провели в комнате пополнения больше времени, чем обычно, но в общем всё как обычно. Потом будет обед, вышивка, встреча с гибом Анфеля, моя учеба и ответы на письма...Мы расходимся по своим делам. - Кларисса и Лизетта. Сегодня мне надо будет снова поработать с господином Фердинандом. Потребуется много моей силы и после этого я могу проспать три дня. Сообщите Хартмуту и сопровождению, скорректируйте виды работ, расписание встреч и смены работ в соответствии с этим. - Это так срочно, госпожа Розмайн? - Кларисса была явно заинтересована и встревожена. - Да, это касается моего контроля магической энергии. Сегодня я чуть не повредила основание во время пополнения, хорошо, что господин Фердинанд это предотвратил. Мы доделываем инструмент, который поможет мне. Я полагаю, сегодня мы сделаем большую часть и потом останутся только мелкие доделки, которые можно будет растянуть во времени. Но сегодня мы можем задержаться, не волнуйтесь и старайтесь не отвлекать нас. - Понимаю. Я могу поделиться этой информацией с Хартмутом и другими? - Можете, но очень ограничено. Нельзя, чтобы кто-то усомнился в моём контроле маны. Придумайте какие-нибудь расплывчатые формулировки для дворян бывшего Аренсбаха, рыцарей и слуг. Я говорю уверенно, но внутри меня нарастает тревожность. Как сделать, чтобы Фердинанд смилостивился? От большого объёма мне не убежать, но пусть он делает всё неторопясь и максимально аккуратно! - Пусть сегодня на ужин кроме всего прочего подадут двойное консоме. И ещё панакоту с фруктовым соусом ,мы же брали из Эренфеста с собой желатин? И ещё, если успеют, кошачьи язычки с медом. Лизетта улыбается и записывает указания для кухни. До обеда я успею немного вышить плащ.