Мелодия работы

‎Четыре полных года я находилась в Аду. Шёл пятый. Казалось, это время длилось вечность. Особенно за рутиной в виде экспериментов и сборов необходимых для них материалов. Но были и свои новинки. Например, укрепление родительских отношений с близнецами. Они на полном серьёзе относились ко мне, как к своей матери. В теории, в мои годы у меня и могли быть дети их возраста, но я предпочла быть полезной обществу, работая детективом. Да и я бы не сказала, что у нас были очень тёплые отношения. По контракту я обеспечивала их всеми удобствами для жизни: едой, одеждой, защитой, развитием и тому подобное. Они в обмен рассказывали мне об устройстве академии, что им глаголят наставники и другие ученики. Сплетни даже среди детей нужно слушать. Мало кто из грешников будет видеть в них опасность, так что могут давать слабину и не стесняться скрывать что-либо. К слову, сведения от Эдварда и Эммы были полезными. В основном по той причине, что с ними учиться сама принцесса Ада. Мои дети относятся к ней с холодной осторожностью, ведь от представителя Морнингстаров может исходить как угроза, так и выгода. Они не подпускают Чарли близко к себе ещё и потому, что не доверяют практически никому в Аду. Мои ценные уроки не прошли даром. Шарлотта, в свою очередь, всеми силами старается сдружиться с ними, ведь грешники и так редко учаться в академии, а тут ещё и близнецы. В основном на учëбу принимают демонов высшего сословия, рождённых в Аду. Грешников было крайне мало, ведь несовершеннолетние попадают в Преисподнюю отнюдь не часто. Сама академия выглядит мрачной, но зато директор довольно-таки приветливый. Перед подачей документов он начал рассказывать, какие предметы преподают адские учителя. Это были география Семи Колец, история Ада, история о славе Люцифера и Лилит Морнингстарах, история Семи Смертных Грехов и семьи Гоэтии, спорт, демонические языки, а также обучение владения магией и боевыми навыками. Эдвард и Эмма без проблем поступили в адскую среднюю школу, больше напоминавшую колледж. Я была рада тому, что учебное заведение предоставляло общежитие, поэтому я могла не тащить постоянно с собой детей. Эмма и Эдвард на данный момент учаться лишь второй год, но по их рассказам я поняла, что «Адская академия» является уж очень жестоким местом. Как мне докладывали ребята, в первый год учёбы над ними частенько подшучивали демонические ученики, которые не могли принять тот факт, что и грешники могут получать образование. Я не вмешивалась, ведь хотела, чтобы близнецы начали сами справляться со своими проблемами. Да, это было жестоко с моей стороны, ну а как иначе приучить их к нелёгкой жизни в Круге Гордыни? В учреждении образования разрешено подписывать контракты и решать конфликты грубой силой. Здесь действует выражение «выживает сильнейший», поэтому дети всегда держаться вместе: не разделяются ни на секунду. Эмма училась драться, чтобы защитить себя и своего брата, а Эдвард, в свою очередь, обучался договариваться и заключать контракты. Я решила всё же научить их манипуляциям, чтобы им было хоть чуточку легче выживать среди всей этой жестокости в виде школы демонов. Чарли является очень добрым демоническим существом, поэтому помогает близнецам преодолевать различные трудности в виде травли. К принцессе все ученики относятся уважительно, из-за чего лишний раз не трогают её «друзей». Для Эммы и Эдварда она лишь источник полезной информации о королевской семье и других сильных Повелителях. Мои дети тоже не остаются в минусе: они открывают Шарлотте глаза на реальность академии. Принцесса знает, что тут жестоко, но близнецы показывают ей на своём примере, насколько. Это укрепляет её желание создать место, где не нужно выживать через насилие. Также она учится у них практичности. Чарли наивна, но не глупа. Она видит, как дети заключают сделки, как просчитывают шаги, как выживают. Она перенимает их осторожность и чуткость. Совсем скоро близнецы научились стоять за себя. Их взгляды стали жёстче и сканировали собеседника на предмет угрозы. А ведь совсем недавно смотрели на всё с детским невинным любопытством. Эдвард и Эмма перестали сутулиться и всегда держат ровную осанку, чтобы не казаться напуганными зверьками. Их голоса стали спокойнее, тон — медленнее, чтобы их слушались другие. Чем-то они стали напоминать меня, ведь видели во мне объект для подражания. Именно по этой причине детей стали называть «лисьими хвостами». Близнецы являются одними из самых лучших по успеваемости в академии. Они быстро схватывают всё на лету не только потому, что я заставляла их с самого детства погружаться в учёбу, но и потому, что у них у самих есть желание познавать новое. Больше тянется к знаниям Эдвард, нежели Эмма. Грешница предпочитает уделять время спорту и обучению боевыми навыками. Она всё время твердит, что хочет стать такой же, как «мамочка Маргарет». Нашла с кого брать пример. ‎Нежностей между мной и детьми никаких не было. Я старалась держаться от них подальше, чтобы они не привязались ко мне слишком сильно. Но все мои усилия шли напрасно. С того самого момента, как я спасла их от власти Бернарда, они стали видеть во мне покровителя. Я, конечно, была рада, что мне настолько сильно верят и готовы за меня чуть ли не свои жизни отдать, но к такому отношению я относилась очень скептически. Я никогда не могла поверить в то, что можно полагаться на кого-то так сильно. ‎ С учёными отношения я тоже налаживала. Правда, они с головой были погружены в свои научные эксперименты. Бакстер полностью увлёкся изобретением новых препаратов на основе моих показателей, а потом продавал их, но сначала несколько месяцев тестировал их на насекомых и улучшал формулу. Дел у него было невпроворот. Сэр Пентиус, в свою очередь, стал создавать дирижабль для захвата Ада. С плавником они практически не взаимодействовали. Только я работала на две стороны, принося обоим необходимые ресурсы. Платить стали больше, так что я могла ни в чём себе не отказывать. ‎Элис раз в месяц, а иногда и чаще, рассказывал мне новые сведения, которые узнавал либо в казино, либо в барах. Я продолжала тренировать свои боевые навыки с ним. Результаты стали превосходными. Грешник не раз хвалил меня за успехи. Я также не забывала и о стрельбе, которой научилась ещё при жизни, работая детективом. Со своих револьверов я могла быстрее и качественнее обездвижить цель. ‎ Технологии в Аду развивались с такой же скоростью, что и на Земле. Я даже купила себе в комнату чёрно-белый телевизор. Пентиус был против этого, ведь всей душой ненавидел современные технологии, но я всё же решила не отходить от новой эпохи. Было и цветное вещание с 1953 года, когда я ещё жила, но для меня это было пока что непривычным, да и денег бы ни на что другое не хватило. Кстати говоря, телевизоры от VoxTek очень даже неплохие. ‎Радио не переставало терять свою популярность. Я по нему нередко слушала музыку. В основном играли рок-н-ролл и поп-музыка. Когда была возможность, я переключала на джаз. Проблема была только в том, что каждый день радиочастоты подстраивал под себя Аластор. Спустя столько лет меня стали раздражать эти каждодневные перерывы на «Фирменное шоу от Радио-демона». В живую публичные казни грешников звучат куда лучше. ‎В один из дней у меня совершенно не было работы. Эмма и Эдвард учились, Бакстер и Сэр Пентиус работали над уже найденными мною материалами. Я просто лежала на своей кровати без дела и смотрела в потолок. Все свои книги я давно перечитала, рисовать не было желания. Спустя несколько минут бездействия я пришла к двум учёным. ‎ — Нужна какая-нибудь помощь? — спросила я, подходя к Бакстеру. Его рабочее место находилось ближе ко мне. ‎ — Нет, сссовсссем нет, — ответил Пентиус, не поднимая на меня взгляд. Он был слишком увлечён своей постройкой. ‎— А тебе? — наклонилась я над маленьким грешником, медленно виляя пушистым хвостом. ‎— Нет, и не мешай, — ворчливо ответил тот. ‎ Я оглянула его рабочий стол, увидела полную чашку чёрного холодного чая и взяла в руки. Бакстер не обратил на это внимание. Я приготовила ему горячий зелёный чай, который совсем недавно купила в магазине напротив. ‎— Вот, угощайся, — по-доброму сказала я, подавая грешнику напиток. ‎ — Благодарю, но не стоило так себя утруждать. ‎ — Ой, да брось, — я слегка погладила рыбку по голове. До сегодняшнего дня вспоминаю, как Сэр Пентиус успокаивал меня таким образом. Пусть и его напарник тоже ощутит это чувство прикосновения к своей голове. К тому же я прекрасно знала, что маленькому учёному не нравится, когда его трогают. ‎ — Эй! — возмутился Бакстер. Я убрала руку и направилась к выходу из лаборатории. ‎ — Я гулять! — крикнула я, открывая дверь. — У вас обоих замечательные результаты. Продолжайте в том же духе! —не выходя из помещения, промолвила я своим приятелям. Мне удалось краем глаза увидеть, как оба смутились. Такой реакции я и хотела. Люблю втираться в доверие к каждому, кого посчитаю полезным. Редкие комплименты как раз укрепляют взаимоотношения, ведь если делать их часто, то потеряется всякий смысл. ‎ Бродить по улицам Пентаграмм Сити было не так уж и занимательно. Зато в это время устроила концерт королева Лилит. На всех каналах показывали и по радио включили. Некоторые грешники останавливались, чтобы послушать её пение. Я в это время просто шла, куда глаза глядят. Оправдывала своё звание рыжей плутовки. Вокруг были лишь одни клубы, бары и казино. Совершенно ничего интересного. Даже выйдя из своего района в другой, ничего дельного я не обнаружила. ‎Прошло несколько долгих и мучительных часов. Я окончательно потеряла веру в Ад, как бы забавно это не звучало. В какой-то момент я просто села на лавочку и стала смотреть на кровавое небо. Мой взгляд был прикован к Раю. Находится он рядом с сатанинской звездой Луной. Небеса выглядели такими яркими и чистыми на фоне адского неба. Я протянула к ним руку. ‎— А ведь там сейчас находятся мои мама и папа... — с лёгкой грустью произнесла я. — Больше нам не суждено встретиться, увы. ‎Я встала с лавочки и собиралась возвращаться обратно в лабораторию, как вдруг мой взгляд привлекла одна маленькая постройка. На ней висела табличка с надписью «Библиотека». Мои глаза тотчас загорелись и я направилась внутрь. ‎ Читальня была двухэтажной и казалась внутри в разы больше, чем снаружи. Атмосфера напоминала 1920-е годы. Было чисто и уютно, а книги аккуратно располагались на полках. Я не могла налюбоваться такой красотой. Только спустя короткий промежуток времени я заметила старенького грешника в коротком пиджаке тёмного цвета, незаправленной белой рубашке и коротких тёмных брюках длиной до щиколотки, из-за чего было видно светлые носки. Он был одет тоже в стиле 20-х годов. Руки его находились за спиной, глаза приоткрыты. Два больших чёрных рога гармонично смотрелись с его серыми волосами, зачёсанными назад. ‎— Добро пожаловать, сударыня, — хриплым голосом произнёс старик. Видимо, он здесь библиотекарь. ‎ — Здравствуйте, мистер, — я подошла ближе к нему, продолжая осматривать стеллажи с книгами. Большинство из них были с Земли. ‎— Вам что-нибудь подсказать? ‎— Да, я хотела бы ознакомиться с произведениями, написанными грешниками. Есть такие у Вас? ‎— Конечно, сейчас принесу самые популярные. ‎ Старик направился вглубь библиотеки. Попросила я эти книги для того, чтобы получше узнать культуру Круга Гордыни. Да и земные произведения моих любимых авторов слегка наскучило перечитывать. ‎Библиотекарь вернулся быстро и подал мне пять толстых книг. Я аккуратно взяла их и пошла к ближайшему столику. — Мне нужно записать эти издания на Вас. Как Ваше имя, сударыня? ‎ — Маргарет Кроули. А как мне к Вам обращаться, мистер? ‎— Роберт Хилтон. Можно просто Роберт. ‎Я одобрительно кивнула и стала читать первую книгу. Это был короткий любовный роман. Прочитала я это произведение относительно быстро в основном из-за того, что пропускала страницы с описанием непотребств. А их, к сожалению, было полно. Сама любовная история была типичной, так что высоко эту книгу я оценить не могу. К тому же над сюжетом в некоторых местах нужно было поработать получше. ‎ Было уже поздно, так что я решила оставить эти книги в библиотеке, чтобы вернуться сюда вновь. Здесь была очень приятная для чтения обстановка, не хотелось из-за этого брать издания с собой в лабораторию с двумя безумными учёными. ‎ С этого дня я стала пропадать в читальне на несколько часов. Все книги грешных авторов я прочитала. Одна из них мне даже понравилась. Она была в жанре психологического детектива. Мне такое очень симпатизирует. ‎ С Робертом мы довольно-таки сдружились. В основном обсуждали с ним различные жанры произведений, земных авторов, сюжеты моих любимых книг и так далее. Этот старый библиотекарь оказался очень дружелюбным и интересным грешником. Он ни разу не заговорил со мной о сделке на душу. Этому я была несказанно рада. ‎Кроме меня в библиотеку заходили и другие жители Ада, но их было настолько мало, что я забывала на мгновение о том, что это место нужно кому-то, кроме Роберта и меня. ‎Некоторые книги я приносила близнецам, чтобы и они познавали всю красоту земных авторов. Правда, читал только Эдвард. Эмме больше нравилось слушать его чтение. Это выглядело очень мило со стороны. ‎Миновало полгода. Я продолжала ходить к Роберту в читальню и проводить в ней весь свой досуг. Правда, на этот раз спокойно почитать не удалось. К старику зашёл какой-то через чур вспыльчивый пожилой грешник. Он был одет в костюм-тройку в полоску, галстук с виндзорским узлом, замшевые туфли и шляпу-трилби. Похож был на типичного джазового музыканта. Этот клиент меня заинтересовал, так что я отложила книгу и выпрямила свои лисьи ушки — знак полного внимания. ‎ — Всё, я больше не могу этого терпеть! — прокричал вошедший, поправляя свои короткие чёрные волосы с жёлтыми локонами. — Никто из этих гнусных грешников не хочет слушать музыку, а играть на музыкальных инструментах и подавно!! Раздражает, — грешник скрестил руки на груди и стал смотреть на Роберта. ‎Я поднялась со своего места и стала медленно подходить к пожилому. ‎ — Вам нужна помощь, мистер? — спросила я, виляя пушистым хвостом. ‎ — Пф, даже у тебя, Роберт, есть посетитель, — окинув меня взглядом, усмехнулся грешник. Он повернулся ко мне. — Помощь, говоришь? В обмен на мою душу? Нет уж, спасибо. ‎— Джейми, успокойся, — промолвил библиотекарь. — Я могу смело сказать, что эта грешница не гонится за душами, как все остальные. ‎— Вот именно. Я искренне хочу Вам помочь, — сказала я и изобразила серьёзный вид. Конечно же, мне нужно было гораздо больше связей и, возможно, лишние деньги. Но свои истинные мотивы я не планирую раскрывать. ‎— Ладно, так уж и быть, — сдался грешник, несколько минут сверля меня своими жёлтыми глазами, — но если ты что-нибудь посмеешь выкинуть, моя рука не дрогнет, чтобы убить тебя. ‎— Как грубо, мистер, — наигранно огорчилась я и пошла за Джейми, попрощавшись с библиотекарем. ‎Как оказалось, помощь старику нужна была в музыкальном клубе. Он был в ужасном состоянии: сцена разрушена, кругом царила лишь одна пыль, у всех стульев и столов сломаны ножки, бар пуст. Я стала уже заранее помечать у себя в голове по пунктикам, что нужно для ремонта. А необходимо было поменять обои, мебель, ассортимент в баре, музыкальные инструменты и много чего остального. Денег у меня на всё это не хватит, да и только мы вдвоём с этим не справимся. Именно поэтому я решила заключить сделки с безработными грешниками. На удивление, у меня это даже получилось. ‎Было не проблемой найти жителей Ада, которые не знали, куда податься. В основном они ошивались на углу каких-то зданий и рылись в мусорных баках в надежде найти себе пропитание. А я, как будто спустившийся с небес ангел, пришла им предлагать сделку на душу в обмен на заработок и защиту. Таким образом, под моим контролем находилось ещё семь душ. Две из них, Эйприл Бауэрс и Теона Рокфеллер, были уборщицами. Они так старательно всё драили и чистили, что мне хотелось начать платить им больше. Только вот, они сами отговаривали меня от этого, вспоминая, как я спасла их от очень сильного и нахального грешника. Да, та битва была действительно выдающейся. Лисичка против огромного грешника, напоминавшего разъярённого быка. Казалось, он мог тут же вывести меня из равновесия, но я с помощью своих манипуляций и хитростей смогла с лёгкостью обойти его. Благодаря тому, что во мне частично текла кровь крота, я могла чувствовать колебания земли и быстро ориентироваться в обстановке чрезвычайной опасности. Мой пушистый хвост помогал мне запутывать врага. К тому же в этой битве впервые показала себя моя живая тень. Она запугивала грешника так сильно, что тот под конец едва стоял на ногах от страха. Обычно мой силуэт не проявлял себя, только в единичных случаях, а сейчас вошëл в азарт и стал появляться как можно чаще. ‎Другие две души, Дан Миллер и Лука Уильямс, были поставщиками напитков в наш бар. Я приказала им доставлять не дешёвый алкоголь, а очень даже приличный. Последний справлялся со своей задачей отлично, ведь при жизни состоял в Сербской мафии, которая занималась поставками кокаина в Европу. Про первого, к сожалению, нельзя было сказать также. Английский солдат Второй мировой войны мог только убивать нацистов. С поставками у него было туго, так что Лука помогал белокурому грешнику с работой. В ассортимент бара входили: «Lucky Lager», «Sea Breeze», «Sazerak», «Tom Collins», «Cutty Bangs», «Martini» и другие. Их было очень тяжело находить, но зато наш музыкальный клуб был чуть ли не единственным с таким широким выбором алкоголя. У нас также можно было выпить различные виды чая и кофе. В общем, напитки на любой вкус. ‎ Ещё две души, Мэрри Брукс и Донна Лоран, работали официантками. В их обязанности входило не только разносить клиентам напитки, но и слушать чужие разговоры. Я ведь принялась помогать музыкальному клубу не только ради лишних денег, но и ради получения информации. В 1956 году Лоран работала наëмной убийцей, поэтому ей не составляло большого труда узнавать свежие сплетни от посетителей. К сожалению, преступная деятельность француженки была прекращена через два года казнью на гильотине. Уборщицы тоже докладывали мне услышанные от гостей сведения. В основном этим занималась Теона, ведь при жизни в 1941 она состояла в группе шпионов, которые передавали Советскому Союзу секретные данные о создании атомного оружия. Правда, деятельность группировки ускорила разработку ядерного оружия в СССР, что стало одним из факторов начала холодной войны. За причастность к этому белобрысая уборщица была казнена на электрическом стуле. ‎Эйприл тоже докладывала мне сплетни, которые слышала от клиентов. В 1934 году она работала дилером, так что информация ей была просто-напросто необходима. Нужно ведь было как-то узнавать, кому сбавлять наркотические вещества. ‎ Джейми Смит был единственным музыкантом на отреставрированной сцене. Играл на контрабасе. Из его увлекательных рассказов о жизни на Земле я узнала, что он состоял в джазовой труппе. Его убили прямо на сцене из-за того, что он решил избавиться от своего конкурента, который играл свинг-джаз. Другие грешники не хотели присоединяться к нашей музыкальной группе. Из джазовых инструментов у нас были контрабас, рояль и труба. Остальные я решила купить позже, к тому же поблизости нет магазинов с музыкальными принадлежностями. Порадовало меня только то, что я смогла приобрести себе лиру. При жизни я любила разбавлять свой досуг игрой на этом удивительном инструменте. Частенько дарила свою музыку прохожим, которые кидали мне монетки в шляпу. Это вдохновляло меня продолжать придерживаться статуса уличного барда, будучи серьёзным детективом. И сейчас, в музыкальном клубе Джейми, я могла сольно играть на своей лире, пока он отходил настраивать контрабас. Иногда, когда мы оба не играли на своих музыкальных инструментах, включали виниловый проигрываталь с джазом и рок-н-роллом. ‎ Большую часть времени я работала барменом. Платили неплохо, ведь приходить в наш клуб стали не из-за музыки, а из-за уникального ассортимента алкогольных напитков. Иногда меня сменяла на посту бармена ещё одна душа — Леонтий Джеймс. Раньше он был одним из наших клиентов, а потом и вовсе решил работать здесь, ведь думал, что будет пить намного больше. Но я запретила персоналу выпивать в рабочее время. Сделка уже была заключена, так что Леонтию оставалось ждать конца смены ради любимой бутылки. ‎Вообще, в клубе я установила правила, которые согласовала с Джейми, ведь он тут глава. Первое правило и самое главное: «Никакого насилия на территории музыкального клуба. Разрешение споров максимум на «Камень, ножницы, бумага»». Я не хотела целыми днями наблюдать за кровопролитными бойнями пьяных грешников, да и предпочитала, чтобы клуб был тем местом, где все будут спокойно и непринуждённо проводить своё свободное время. Правда, я только и смотрела за тем, как грешники показывают друг другу жесты «камень», «ножницы», «бумага». Второе правило: «Запрещён вход грешникам в состоянии сильного алкогольного или наркотического опьянения». Обычно эти особи и нарушают первое правило, так что лучше и вовсе не впускать их в заведение. Третье правило: «Курение запрещено в помещении клуба». Запах никотина мог испортить очень приятные ароматы трав, которые я тщательно отбирала для музыкального клуба. Четвёртое: «Клиентам запрещено проявлять агрессию, создавать конфликты и мешать другим посетителям или персоналу». ‎Да, с этими всеми правилами придётся повозиться, ведь это буквально означает «перевоспитать» грешные души. Все пункты могут с лёгкостью быть не соблюдены, так что наказанием является сделка. Если грешник нарушит одно из вышеперечисленных правил, то отдаст мне свою душу. А дальше уже я сама решу, как он будет возмещать ущерб заведению. ‎ Всего на ремонт понадобился год. Мы могли бы справиться и за меньшее количество времени, но необходимо было найти качественные материалы, рабочие руки, хороший выбор товаров и прочее. К тому же я не могла видеть какую-нибудь погрешность в расстановке мебели, поэтому часто приходилось всё переделывать. Смит злился, но в конце был доволен результатом. ‎ Перед тем, как начать работать, музыкант выделил мне жильё относительно близкое к музыкальному клубу, чтобы я не бегала из одного района в другой. Нужно было и в этом маленьком домишке сделать ремонт, но сначала я решила вернуться к своим приятелям, чтобы заключить сделку. Суть её состояла в том, что я больше не вынуждена работать на них, но какие-то проценты с клуба буду посылать им каждый месяц. Они тут же согласились, к тому же больше надо мной проводить эксперименты никакие не было нужды. Всё уже давно сделано. ‎ Я принялась собирать свои вещи. Их за пять лет скопилось достаточно много. Я даже не выбросила очки с тёмными линзами, которые носила после «зелья ночного видения». Все безделушки хранили в себе какое-нибудь воспоминание, будь оно тёплым или ужасным. В какой-то момент ко мне в комнату постучали. ‎ — Входите, — произнесла я, продолжая паковать вещи по чемоданам. В комнату вполз Сэр Пентиус. Я до этого знала, что это был змей, благодаря вибрации земли и моему охотничьему слуху. ‎ — Я тут на прощание хочу тебе кое-что подарить... — тихо произнёс он. Я повернула к нему голову и встала с пола, отряхнув одежду. ‎ — Подарок? Не шутишь? ‎ — Нет, я более чем сссерьёзен. Вот, держи, — я взяла с его рук коробку, наспех замотанную старыми газетами 1880-х годов. — Откроешь, когда поссселишьссся в новом месссте. ‎— Хорошо, благодарю. Мне очень приятно, — я улыбнулась и свободной рукой похлопала Пена по плечу. Он смутился и снял свою шляпу. ‎— И, пожалуйссста, хоть иногда вссспоминай нассс добрым сссловом, — дрожащим голосом стал шипеть змей. Его глаза становились мокрыми. — Знаю, мы делали ссс тобой ужасссные вещи во имя экссспериментов, но... ‎— Не переживай по этому поводу. Всё равно я сама подписала тот контракт, вы ни в чём не должны себя винить. ‎У Сэра Пентиуса стали литься слёзы из его многочисленных глаз от моих слов, но он смог осилить себя и покинуть комнату. Я в это время продолжила собирать свои вещи. Когда сборы практически подошли к концу, в мои покои зашёл Бакстер. Он стучал, но вошёл, не дожидаясь моего ответа. Рыбка делал так, когда слишком нервничал по какому-либо поводу. ‎ — Маргарет, у меня для тебя кое-что есть, — произнёс грешник так, будто докладывал о каком-то результате в своём опыте. ‎ — М? — я приблизилась к плавнику и наклонилась. Как мать с её чадом, честное слово. ‎ — Бери, мне нужно продолжать работать, — протянул мне маленькую коробочку такой же крохотный учёный, отводя взгляд от меня. Лёгкий розоватый румянец проступил на его голубых щёках. Я приняла сюрприз. ‎ — Могу открыть сейчас? ‎— Делай, что хочешь. Мне до этого нет никакого дела, — посмотрел на меня Бакстер и принялся выходить из комнаты. Я открыла маленькую коробочку. В ней аккуратно была сложена цепочка с эской, напоминавшей ту, которая была на голове у плавника. Она тускло светилась жёлтым цветом. После нескольких секунд осмотра я подошла к грешнику, который ещё не успел выйти из комнаты, и погладила его по голове. ‎— Это так мило, Бакстер. Благодарю за презент! — энергично сказала я и пошла складывать подарок. Учёный не знал, как реагировать, так что быстрыми шагами вышел из моей комнатки. Его глаза так и светились, а румянец стал ярче. ‎ Совсем скоро я покинула двух своих кормильцев с их яичными приспешниками и направилась прямиком в предоставленный для меня домишко. К сведению, все маленькие помощники учёных на прощание обняли меня и пожелали удачи в будущем. Они даже подарили мне венок из вечнозелёных листьев адского дерева. Это было очень мило. ‎В своём новом месте проживания я распаковала свои вещи и стала думать над ремонтом. Правда, перед этим всё же решила посмотреть, что за подарок подготовил для меня Пен в такой большой коробке. Я аккуратно размотала все слои старых газет, а затем приоткрыла крышку. Сверху содержимого лежало письмо, оформленное в стиле XVII века. Я вскрыла конверт и принялась читать: «Дорогая Маргарет! Зная тебя, ты первым делом станешь читать это письмо, так что прошу посмотреть сначала на подарок, а потом продолжить». Я так и поступила. Внутри коробки оказалось элегантное длинное чёрное пальто, похожее на то, что носили в 1940-х годах. Тщательно осматривая наряд, я заметила внутри сложную систему магических нитей. Их предназначение я не знала, так что принялась дальше читать сообщение: «Раз ты сделала, как я просил, то уже наверняка догадалась, что это пальто с очень интересным устройством внутри. Эти магические нити могут согреть тебя в холодных районах Круга Гордыни и слегка отразить пули и лезвия. К тому же, леди должна выглядеть элегантно даже в Аду! Я самостоятельно подбирал материал для ткани. Бакстер сказал, что это «чёрт знаешь что», но он просто-напросто ничего не смыслит в красоте!» Этим текст письма заканчивался, а в конце было подписано «Пендлтон». Да, я знала его настоящее имя и прошлое. В одно из вечерних чаепитий Пен принял решение излить мне всю свою душу. Рассказывал, что был замкнутым изобретателем, жившим в Лондоне, и как-то раз стал свидетелем убийства женщины, которое совершил один из его клиентов. Змей, в свою очередь, не стал предпринимать никаких действий, чтобы остановить преступника. Именно поэтому он и попал в Ад. ‎Ожерелье Бакстера я стала носить практически всё своё время, а пальто Сэра Пентиуса — на прогулки. Так я не забывала своих кормильцев в первые годы проживания в Пентаграмм Сити. ‎Ремонт моего нового места жительства решила сделать в стиле Сан-Франциско 1950-х, чтобы даже дом в Аду напоминал мне о малой родине на Земле. Мне всего лишь нужно было сделать дизайн атмосферного здания викторианского стиля. На это мне понадобилось не так уж и много времени, ведь большинство нужных мне вещей продавалось рядом. В принципе, этот район был гораздо лучше оснащён магазинами и различными достопримечательностями, чем тот, в котором находится лаборатория. ‎Мой домик выглядел скромно, но очень стильно и уютно. Ко мне в гости часто любили ходить Эмма и Эдвард, иногда даже с ночёвкой. Когда я стала жить одна, то проводить время с детьми стало проще, ведь в своём доме я могу с лёгкостью обучить их большинству новых навыков. Например, готовке, уборке, бережному отношению к вещам и так далее. Близнецы быстро учились, а их успехи в академии были прекрасными. Я гордилась ими так, будто они для меня являлись не просто грешниками, заключившими со мной сделку на душу. ‎На работу бармена в музыкальный клуб я ходила регулярно. За год ещё ни разу не брала отпуск, ведь хотела для начала продвинуться в этом деле. К слову, я стала очень искусно обслуживать клиентов. Всё же, работа бартендера мне по душе. ‎Таким образом, я и стала работать в музыкальном клубе под названием «Jamie’s Workshop».