Глава 11

Ана не помнила, как зашла в свою квартиру. Дорога домой пролетела как в тумане — такси, огни вечернего Токио за окном, стук сердца в ушах. Она действовала на автомате. Закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и несколько секунд просто стояла, пытаясь отдышаться. Сердце колотилось так, будто она пробежала марафон. Губы всё ещё горели от его поцелуя. Она чувствовала вкус Аомине на своём языке. Руки дрожали. — Что я наделала… — прошептала она в пустоту. Не включая свет, Ана стянула с себя свитер и джинсы прямо в коридоре. Ткань упала на пол с тихим шорохом. Она осталась полностью обнажённой. Прохладный воздух квартиры коснулся кожи, вызвав лёгкую дрожь. Грудь тяжело поднималась и опускалась, соски затвердели от холода и возбуждения, которое всё ещё пульсировало внизу живота. Она прошла на кухню, налила себе стакан холодной воды и выпила залпом, вода стекала по подбородку на грудь. Ана закрыла глаза, пытаясь успокоиться, но перед глазами снова стоял Аомине — его тёмный взгляд, горячая ладонь на её скуле, жадные губы… — Чёрт… — выдохнула она. Поставив стакан, она пошла в ванную. Набрала воду — очень холодную, почти ледяную. Когда ванна наполнилась, Ана осторожно опустилась в неё. Холод обжёг кожу, заставив резко вдохнуть, но именно этого ей сейчас и было нужно — остудить то пламя, которое разгорелось внутри после поцелуя. Она откинулась назад, закрыла глаза. Вода ласкала тело, но мысли были только об одном. Ана потянулась за телефоном, который лежал на краю ванны, открыла чат с Аомине. Пальцы дрожали. Ана: Привет, это Ана. Стереть. Ана: Аомине, ещё раз прости, этот поцелуй был ошибкой. Стереть. Ана: Дайки, я не могу забыть этот поцелуй… хочу ещё. Приезжай. Стереть. — Боже, я совсем идиотка? — Ана со злостью швырнула телефон на коврик у ванны. Он упал с глухим стуком. — О каком поцелуе вообще идёт речь? Он поцеловал бы так любую девушку, которая оказалась рядом. Это же Аомине. Нежность и он — несовместимые вещи… Она замолчала, вода в ванной тихо плескалась. Ана неосознанно повторила его движение — подняла руку и медленно провела пальцами по своей скуле, точно так же, как он это сделал. Прикосновение было лёгким, но тело сразу отреагировало. Внизу живота туго завязался горячий узел. Она тяжело выдохнула, чувствуя, как соски снова напряглись от воспоминаний. — Дайки… я хочу т… — она не закончила фразу. Голос сорвался. В этот момент телефон завибрировал. Ана вздрогнула, потянулась за ним и случайно пролила воду на пол. — Чёрт! — выругалась она, вытирая руку о полотенце. На экране было три пропущенных сообщения от Кисе, она открыла чат. Кисе: Ана, приезжай к нам, мы здесь отдыхаем после матча. Кисе: Ана! Саори ужасно напилась, я не могу её контролировать. Она требует тебя. Кисе: Умоляю, приезжай и забери её. Она уже начала танцевать на столе. Ана закатила глаза. — Вы издеваетесь? Она что, маленькая? — пробормотала она в пустоту. Ана: Какой адрес? Кисе: Слава богу ты не спишь! Это тот клуб, в который мы собирались сегодня — «Midnight Velvet», недалеко от станции Синдзюку. Ана: Я смогу приехать только через час. Она выключила телефон и откинулась назад в холодной воде. Последнее сообщение от Кисе она так и не увидела. Кисе: Кстати, Аомине тоже тут. Ана вышла из ванны через двадцать минут. Кожа была покрыта мурашками, но внутри всё ещё горело. Она быстро вытерлась, сделала лёгкую укладку, чуть подкрасила глаза и губы. Надела чёрное короткое платье, которое идеально облепляло фигуру, подчёркивая грудь, талию и длинные ноги – посмотрела на себя в зеркало. Она выглядела чертовски красиво.  — Что я делаю… — прошептала она своему отражению. Вызвала такси и поехала в клуб. Всю дорогу она думала только об одном — о поцелуе Аомине. О том, как его губы были жёсткими и горячими. О том, как его рука держала её за затылок. О том, как сильно она хотела продолжения. Клуб гремел тяжёлыми басами так, что пол под ногами слегка вибрировал. Воздух был густым от запаха парфюма, алкоголя, и сладковатого дыма от вейпов. Неоновые огни — глубокий фиолетовый, электрик-блю и кроваво-красный — пульсировали в такт музыке, превращая танцпол в живое, дышащее существо. Люди двигались плотно, тела тёрлись друг о друга, смех и крики тонули в грохоте. Ана пробиралась сквозь толпу, чувствуя на себе десятки взглядов, она шла уверенно, но внутри всё кипело. После поцелуя с Аомине прошло меньше трех часов, а тело всё ещё помнило его. Низ живота тянуло сладкой, ноющей болью, между ног было влажно и горячо — она чувствовала это при каждом шаге, трусики слегка намокли. Она злилась на себя за это. Злилась на него. Злилась на весь мир. Один парень, высокий, в белой рубашке, с уверенной улыбкой, шагнул к ней, преграждая путь. — Эй, красотка, ты одна? Давай познакомимся, я угощу тебя коктейлем, — сказал он, пытаясь перекричать музыку. Ана даже не остановилась. Она просто помотала головой, холодно глядя ему в глаза. — Не сегодня. Парень что-то ещё крикнул ей вслед, но она уже прошла дальше. У барной стойки она наконец увидела их. Кисе стоял, обнимая Саори одной рукой за талию — по-хозяйски, почти интимно. Саори смеялась, запрокидывая голову, и обе её ладони лежали у него на груди, они выглядели так естественно вместе. Она подошла ближе, скрестив руки на груди. — Кисе, по-моему, ты прекрасно контролируешь Саори, — сказала Ана резко, голос был пропитан раздражением. — Зачем весь этот цирк? Ты написал, что она «ужасно напилась» и ты «не можешь её контролировать». А на деле вы тут обжимаетесь у бара. Кисе повернулся к ней. На его лице мелькнуло виноватое выражение, но он быстро надел свою фирменную улыбку. — Анааа! — протянул он, уже довольно пьяный. — Прости меня, пожалуйста! Это Саори заставила меня написать тебе. Я не хотел тебя беспокоить, честно. Но она сказала, что без тебя праздник не праздник. — Ты предатель, Кисе! — воскликнула она, тыкая его пальцем в грудь. — Ты ведь тоже сказал, что Ану нужно вытащить из дома, что она слишком мрачная. Мы просто хотели, чтобы ты повеселилась! — Саори, заметно выпившая, хихикнула и прижалась к Кисе сильнее. Ана стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на них испепеляющим взглядом. Внутри всё кипело. Поцелуй с Аомине всё ещё горел на губах. Тело было напряжено, соски тёрлись о ткань платья, а между ног пульсировала влажная, горячая тяжесть. Ей хотелось одновременно кричать и кого-нибудь поцеловать. — Что это за грязные манипуляции? — процедила она. — Я хотела провести вечер дома, спокойно. А вы двое что тут устроили? Я думала, тебе плохо, Саори! Я переживала! А тебе просто скучно и ты решила меня вытащить, чтобы было веселее? — Ну простиии… Я правда немного перебрала, но не настолько. Просто хотела, чтобы ты была с нами. Ты всегда такая серьёзная в последнее время. — Саори виновато улыбнулась, но глаза её блестели от алкоголя. — Малышка Ана, прости нас, пожалуйста. Мы просто очень хотели тебя увидеть и сделать так, чтобы ты повеселилась. Ты была такая мрачная после игры. Здесь вся команда, мы сидим в VIP-зоне на втором этаже. Пойдём с нами, выпьем, потанцуем. Я угощаю. — Кисе потянул Ану за руку, пытаясь смягчить ситуацию. Ана выдернула руку, но всё же пошла за ними. Она была на пике раздражения. Каждое прикосновение ткани платья к коже вызывало мурашки. Они поднялись по лестнице на второй этаж. VIP-зона была отделена от общего зала стеклянной перегородкой, но музыка проникала и сюда. Мягкие диваны, низкие столики, приглушённый фиолетовый свет. Вся команда уже была там. Кагами первым заметил её и хищно улыбнулся, поднимая стакан с виски. — Кого я вижу? Ана! Не ждали тебя сегодня. Давай, садись рядом, выпей и пойдём танцевать. Ты в этом платье выглядишь… даже не знаю как сказать…очень красиво.  Ана закатила глаза, но всё же села чуть в стороне от всех. Она заказала себе виски и сделала большой глоток. Алкоголь обжёг горло, но не принёс облегчения. Кисе сел рядом, наклонился к её уху и тихо сказал: — Ты правда злишься? Я не хотел тебя обманывать. Просто… после матча все были на подъёме, а ты ушла такая грустная. Я подумал, что тебе нужно развеяться. Ана повернулась к нему. Её глаза всё ещё горели. — Рёта, я не маленькая девочка, которую нужно вытаскивать на вечеринку. Я взрослая. И у меня есть свои причины, почему я не хотела никуда идти сегодня, — и тут ее осенило. — Стоп, Кисе, ты сказал тут вся команда? — Ана немного побелела. — Ну да, мы все сюда поехали после игры. Позже и малыш Аомине пришел, я же тебе писал, — невзначай сказал Кисе. Ане стало немного плохо. Бросило в жар, потом резкий озноб. Алкоголь уже успел ударить ей в голову и ее чувства обострились, она начала искать его взглядом, но не нашла. Через пол часа так и не найдя Аомине, Ана начала расслабляться и уже включилась в диалог со всеми, они обсуждали прошедшую игру и всем было очень весело. Она допила свой алкоголь и встала, чтобы подойти ближе к танцполу. Музыка была громкой, ритмичной, она просто хотела подвигаться, снять напряжение.  Ана стояла у края танцпола, слегка покачиваясь в ритме. Чёрное короткое платье плотно облепляло её тело, подчёркивая каждый изгиб — грудь, тонкую талию, бёдра. Алкоголь уже ударил в голову, делая движения лёгкими, а настроение — игривым и одновременно раздражённым. Один парень — высокий, лет двадцати пяти, с тёмными волосами и уверенной улыбкой — подошёл к ней. Дорогая рубашка была расстёгнута на две пуговицы, открывая загорелую кожу. — Привет, — сказал он, перекрикивая музыку и наклоняясь ближе. — Ты сегодня с командой? Не видел такой красивой девушки на трибунах. Потанцуем? Ана кокетливо улыбнулась. Алкоголь сделал её смелее. Она слегка наклонила голову, глядя на него снизу вверх. — Спасибо за комплимент… но я, наверное, пас. Сегодня не в настроении для новых знакомств. Парень не отступал. Он шагнул ближе, его рука почти коснулась её талии. — Да ладно, один танец. Ты слишком горячая, чтобы стоять тут одна. Я угощу тебя коктейлем, и мы просто… Он не успел договорить. Рядом внезапно возник Аомине. Он встал между ней и парнем, нависая всей своей внушительной фигурой. Тёмно-синие волосы были слегка растрёпаны, глаза — тёмные. От него пахло виски и его собственным, знакомым запахом, от которого у Аны сразу закружилась голова. — Она не свободна, — сказал Аомине низким, жёстким голосом, почти рычанием. — Ищи себе другую. Парень поднял брови, оценил рост и взгляд Аомине и решил не связываться. — Понял. Без проблем, — он поднял руки и быстро растворился в толпе. Ана повернулась к Аомине. Внутри всё кипело — злость, смущение, странное, предательское тепло, которое разливалось по телу. Сердце колотилось так, что отдавалось в ушах. — Что это было? — спросила она, стараясь перекричать музыку. Голос был резким, агрессивным. — Я не просила тебя вмешиваться. Я сама могу сказать «нет». Аомине смотрел на неё сверху вниз. Неоновый свет падал на его лицо, подчёркивая резкие скулы. Он был слегка выпившим — это было заметно по тому, как блестели его глаза, — но всё ещё полностью контролировал себя. Его взгляд медленно скользнул по её телу — по губам, по шее, по груди, по бёдрам — и вернулся к глазам. — Не просила? — переспросил он с лёгкой, опасной ухмылкой. — А этот тип явно собирался не просто потанцевать. Я видел, как он на тебя смотрел. Как будто уже представлял, как снимет с тебя это платье. Ана почувствовала, как щёки вспыхнули. Она скрестила руки на груди, пытаясь скрыть, как тяжело дышит. — И что? Это не твоё дело, Аомине. Я не твоя собственность. Так почему вдруг решил играть в защитника? Аомине сделал шаг ближе. Теперь между ними было меньше полуметра. Его тело излучало жар. — Может, и не моё, — проговорил он медленно, низко, почти в самое ухо. — Но сегодня ты здесь. И я не позволю какому-то случайному придурку лапать тебя на танцполе. Особенно когда ты выглядишь вот так. Его взгляд снова скользнул по её телу — медленно, откровенно. Ана почувствовала, как низ живота сжался от этого взгляда. — Вот так? — переспросила она, стараясь звучать дерзко, хотя голос слегка дрожал. — И как же я выгляжу, по-твоему? Аомине наклонился ещё ближе. Его губы почти касались её уха. — Как будто просишь, чтобы тебя трахнули прямо здесь, — прошептал он грубо, — Это платье… твои ноги… Ты думаешь, я не вижу, как ты дрожишь? Ана резко вдохнула. Её тело предательски отреагировало — между ног стало ещё влажнее. Она ненавидела себя за это. — Ты невыносим, — прошептала она, но не отодвинулась. Аомине протянул руку и слегка коснулся её талии — пальцы были горячими даже через ткань платья. — Потанцуй со мной, — сказал он. Это не было просьбой. Это было почти приказом. Его голос звучал грубо, но в глазах мелькнуло что-то более глубокое — вызов, раздражение и жгучее желание, которое он явно не хотел показывать. Ана посмотрела ему в глаза. Сердце билось так сильно, что казалось, он тоже это слышит. — А если я скажу «нет»? — спросила она тихо, почти провокационно. Аомине усмехнулся — медленно, опасно. — Тогда я всё равно тебя заберу. Потому что сегодня ты не будешь танцевать ни с кем, кроме меня.