Глава 18

Наступил день матча. Это был тёплый и солнечный день. Небо над Токио сияло чистой, яркой голубизной, без единого облачка. Солнечные лучи мягко заливали улицы, отражаясь от стёкол высотных зданий и создавая ощущение лёгкости и праздника. На улице было сухо, а иногда налетал приятный, свежий ветерок, который приносил с собой запах цветущих деревьев и городской зелени. У входа в большую спортивную арену академии уже с самого утра начинали собираться люди — студенты в ярких шарфах и футболках с символикой команд, болельщики, журналисты с камерами, семьи игроков. Атмосфера вокруг была оживлённой, гудящей, полной предвкушения. От этой игры ждали очень многого. Обе команды были сильными, амбициозными, а их противостояние обещало стать крайне зрелищным и полным неожиданных поворотов. Команда Поколения Чудес уже собралась в просторной раздевалке. Парни переодевались в свою фирменную форму. — Надеюсь, мы сегодня выиграем, — сказал Кисе, натягивая майку через голову и широко, по-детски улыбаясь. — Малыш Мидорима, что сегодня в гороскопе? Скажи, что мы всех порвём и будем купаться в славе! Мидорима, как всегда серьёзный и сосредоточенный, поправил очки на носу и покрутил в руках маленький розовый дротик — сегодняшний талисман на удачу. — Благодаря правильному расположению звёзд и этому талисману, вероятность благоприятного исхода крайне высока, — ответил он своим привычным, немного нравоучительным тоном. — Главное — не нарушать баланс. Особенно тебе, Кисе, не стоит слишком много улыбаться сопернику. Это может привлечь негативную энергию. Кисе рассмеялся звонко и театрально прижал руки к груди. Кагами громко фыркнул, завязывая шнурки, а Мурасакибара лениво жевал что-то сладкое в углу. Атмосфера в раздевалке была напряжённой. Никто не хотел этого признавать вслух, но все чувствовали — воздух буквально звенел от скрытого волнения и предвкушения. Особенно выделялся Аомине. Он уже полностью переоделся и сидел чуть в стороне на скамейке. Локти упёрты в колени, голова опущена, взгляд прикован к полу, челюсть была крепко сжата. Он не участвовал в общем разговоре, не реагировал на шутки Кисе, не поднимал головы. Просто сидел молча, глубоко задумавшись. Время от времени его кулаки слегка сжимались, а мышцы на руках заметно напрягались. Казалось, он мысленно уже находился не в раздевалке, а на площадке — и готовился не просто к игре, а к чему-то гораздо более личному. Кисе бросил на него быстрый взгляд и тихо толкнул Кагами локтем. — Аомине сегодня какой-то… слишком тихий даже для него, — прошептал он. Кагами только кивнул, но ничего не сказал. Все понимали, что дело не только в предстоящей игре. Ана приехала к спортивной академии ближе к началу матча, внутри неё царила лёгкая тревога. Она не была здесь уже достаточно давно — с тех самых пор, как прервалась её тесная связь с командой. Стоянка была забита машинами, а у главного входа толпились болельщики. Ана немного неуверенно вошла внутрь. Толпа людей сразу подхватила её, как сильное течение. Она пробиралась сквозь главный холл, воздух был наполнен гулом голосов и смехом. Энергия вокруг была почти осязаемой — все ждали зрелищного противостояния. Билет она получила от Макото утром — удобное место на трибунах, довольно близко к площадке. Оставалось только пройти контроль и подняться наверх. Однако из-за большого наплыва людей у турникетов образовалась длинная очередь. Ана встала в хвост, переминаясь с ноги на ногу. Погрузившись в свои мысли, она даже не сразу услышала, что её зовут. — Ана! Привет! — раздался знакомый звонкий голос. Она обернулась и увидела, как к ней сквозь толпу пробирается Кисе с широкой, искренней улыбкой. Его светлые волосы слегка растрепались, а глаза блестели от радости. — Мы так давно не виделись и не разговаривали! — продолжил он, наконец подойдя ближе. — Пришла поболеть за меня? Из-за спины Кисе тут же появился Кагами с характерной широкой улыбкой. — И за меня тоже, — добавил он, слегка приподняв руку в приветствии. Ана невольно улыбнулась, хотя внутри всё ещё было неспокойно. — Привет! Рада вас видеть, — искренне сказала она. — Как вы? Готовы к игре? — Прекрасно! — Кисе энергично кивнул. — Хотя тренер нас загонял до полусмерти. Кстати, я не знал, что ты сегодня придёшь. Как достала билеты?  Ана на секунду замешкалась, но ответила спокойно: — Мне знакомый дал билет. Вот и решила сходить и посмотреть игру. Кисе и Кагами одновременно приподняли брови. — Хм… что за знакомый? — с любопытством спросил Кагами, скрестив руки на груди. Его взгляд стал чуть более пристальным. Кисе тоже наклонил голову, улыбка стала чуть хитрее. — Да-да, расскажи. Мы же все свои. Кто этот щедрый человек, который отдал тебе билет на такой матч? Ана почувствовала лёгкое напряжение, но постаралась сохранить нейтральное выражение лица. Бросив взгляд в шумную толпу, она внезапно заметила его. Сердце мгновенно сжалось, словно кто-то крепко схватил его в кулак. Аомине шёл прямо в их сторону по коридору, рядом с ним шел Акаши и что-то объяснял ему. Лицо Аомине было абсолютно непроницаемым — привычная маска равнодушия, тяжёлый взгляд, направленный вперёд. Он ещё не успел заметить её, но когда их глаза всё-таки встретились, он на секунду замер на месте. Его шаг слегка сбился. Ана робко, почти неуверенно махнула им рукой в знак приветствия, Акаши радушно ответил на ее жест, а Аомине просто сделал короткий, едва заметный кивок. Напряжение между ними было таким густым, что, казалось, воздух потрескивал. Они успели перекинуться всего парой фраз после того, как Акаши и Аомине подошли к Ане и остальным из команды. — Сей-чан, представляешь, у нашей Аны появился какой-то знакомый, который достал ей билет, а она не рассказывает, кто именно, — протянул Кисе. — Невежливо с твоей стороны допрашивать ее. Уверен, Ана сама расскажет, если захочет, — спокойно ответил Акаши. Аомине стоял чуть в стороне от всей группы и прожигал взглядом дыру в Ане. Его тёмные, почти чёрные глаза были прикованы к ней с такой силой, что казалось, он мог видеть всё, что происходит у неё внутри. Ана чувствовала этот взгляд каждой клеткой своего тела. Он был тяжёлым, горячим, почти физически ощутимым — словно невидимая рука касалась её кожи, плеч, шеи. Она старалась не задерживать на нём взгляд: смотрела на Кисе, на Кагами, на пол, на стены коридора, на свою сумку — куда угодно, только не на него. Но каждый раз, когда она случайно поднимала глаза, их взгляды неизбежно встречались. В эти короткие мгновения между ними словно вспыхивала искра. Ана быстро отводила взгляд, но сердце уже колотилось чаще, а в груди появлялось знакомое, болезненное сжатие. В этот момент в коридоре появился Макото Ханамия. Он шёл уверенной, почти хищной походкой в своей чёрно-красной форме Кирисаки. Тёмная чёлка падала на лоб, а на лице играла привычная, слегка надменная улыбка. Увидев Ану, его глаза загорелись довольным блеском, но еще больше его порадовало то, в чьей компании она находилась. Без малейших колебаний он подошёл, уверенно обнял её за талию одной рукой и поцеловал в щёку — медленно, демонстративно.  — Привет, милая, — сказал он бархатным, низким голосом, полным собственнической нежности. — Рад, что ты пришла. Все  замерли. Кисе широко раскрыл глаза, рот приоткрылся от шока. Кагами чуть не подавился водой из бутылки, которую только что поднёс ко рту. Даже обычно невозмутимый Акаши, приподнял бровь, а его взгляд стал острым и холодным. А Аомине… Аомине стоял как вкопанный. Его челюсть сжалась так сильно, что на скулах выступили желваки. Глаза потемнели до почти чёрного цвета. Он не отводил взгляда от руки Макото, которая всё ещё лежала на талии Аны. В его взгляде смешались ярость, боль и тяжёлая, обжигающая ревность. Макото, конечно, заметил. Его улыбка стала ещё шире, почти торжествующей. Он специально держал  руку на талии Аны, прежде чем нехотя отпустить. — Ана, это твои друзья? — спросил он саркастично, переводя взгляд на Поколение Чудес. — Представишь меня? — Ублюдок… — прошипел Кагами, сжимая кулаки. — Ты что, издеваешься? Или практикуешь своё убогое чувство юмора? Макото лишь усмехнулся, явно наслаждаясь реакцией. — Ну что ты… Это маленькая шутка, Кагами. Остынь. Не стоит так кипятиться перед игрой. — Удачи тебе сегодня. И вам тоже ребята, — спокойно сказала Ана, стараясь разрядить атмосферу, которая накалялась с бешеной скоростью. — Играй хорошо. — Для тебя — обязательно, — ответил Макото, снова наклоняясь и поцеловав её в щёку. Потом крепко обнял, прижав к себе на пару секунд. — И обязательно дождись меня после матча, красавица. Он отстранился, бросил на Аомине и остальных последний, откровенно провоцирующий взгляд и добавил: — Увидимся на площадке. Надеюсь, там вы будете вести себя более… радушно. Он развернулся и пошёл в сторону раздевалки своей команды, не оглядываясь. Повисла тяжёлая, удушающая тишина. — Это… что сейчас было? — первым не выдержал Кисе, голос у него был высоким от шока. — Ана… ты и Макото? Вы что… встречаетесь? Ана пожала плечами, стараясь выглядеть спокойной, хотя щёки слегка покраснели. — Мы встречаемся. Уже пару недель. Аомине резко отвернулся, не сказав ни слова. Его спина была напряжена до предела. Он молча ушёл в сторону своей раздевалки, шаги были тяжёлыми и быстрыми. — Ладно, Ана… мы тоже пойдём, — сказал Акаши спокойно, но в его голосе чувствовалось напряжение. Он махнул рукой остальным. — Пошли, надо разогреться. Кисе и Кагами последовали за ним молча, даже не оборачиваясь. Напряжение в воздухе было таким густым, что казалось, его можно было резать ножом. Ком подступал к горлу. Пройдя всю длинную очередь и наконец оказавшись на своём месте на трибунах, Ана села и глубоко вздохнула. Место было хорошим — достаточно близко к площадке, чтобы видеть каждую деталь. Зал постепенно заполнялся до отказа. Гул голосов нарастал, смешивался с громкой музыкой и возбуждёнными криками болельщиков. Атмосфера была наэлектризованной, полной предвкушения настоящего зрелища. На площадке обе команды уже активно разогревались. Поколение Чудес выглядело слаженно. Аомине бил по кольцу с яростной силой, Кисе отрабатывал быстрые проходы, Кагами мощно забивал сверху. Команда Кирисаки тоже не отставала, двигаясь резко и уверенно. Когда прозвучал стартовый свисток, зал взорвался рёвом. С первых же минут стало ясно — это не просто игра. Это было личное противостояние. Особенно напряжённо всё выглядело между Аомине и Ханамией. Они постоянно сталкивались плечами, толкались под кольцом, обменивались тяжёлыми взглядами. Однако, все, что сказал ей Аомине тем вечером в ее квартире — не подтвердилось. Макото играл чисто. Очень чисто. Ни одной подножки, ни одного толчка. Он действовал жёстко, но в рамках правил — мощно, технично, с холодной расчётливостью. Это создавало странный диссонанс для Поколения Чудес. Они-то знали, на что он способен на самом деле. — Что за цирк он тут устроил? — тихо процедил Кагами во время тайм-аута, вытирая пот со лба. — Он же никогда так чисто не играет. — Это действительно странно. Но все равно не расслабляйтесь, кто знает, что они выкинут, — ответил Акаши прищурившись.  Аомине ничего не сказал. Он только сильнее сжал челюсть и бросил тяжёлый взгляд в сторону трибуны, где сидела Ана. Он понимал, как теперь будет выглядеть в ее глазах… Игра шла тяжело, на высоких скоростях и с огромным напряжением. Поколение Чудес постепенно брало верх за счёт лучшей командной игры и индивидуального мастерства. Макото сражался достойно, но его команда всё равно уступала. Финальный счёт — 98:91 в пользу Поколения Чудес. Зал взорвался громкими овациями, но атмосфера оставалась тяжёлой и накалённой. После финального свистка Ана медленно спустилась вниз по лестнице трибун. Ноги были немного ватными от долгого сидения и напряжения всего матча. Толпа болельщиков шумно двигалась вокруг, но она шла словно в отдельном, тихом пространстве. Макото вышел одним из первых. Несмотря на поражение, на его лице играла спокойная, довольная улыбка. Его план удался. Он выиграл. Не в счёте — в другом, гораздо более важном. Макото уверенно прошёл сквозь толпу прямо к ней. — Как тебе игра? — тихо сказал он ей на ухо тёплым, бархатным голосом, от которого по коже пробежали мурашки. — Я очень рад, что ты пришла посмотреть. Ана слегка улыбнулась, чувствуя его тепло и уверенную руку на своей талии. — Жаль, что не выиграли, — спокойно ответила она, глядя на Макото. В её голосе не было особой грусти, скорее лёгкое сожаление. Макото хищно улыбнулся, но улыбка вышла тёплой и уверенной. Он всё ещё обнимал её за талию, слегка прижимая к себе, словно не хотел отпускать ни на секунду. — Ничего, — сказал он бархатным голосом, проводя большим пальцем по её боку. — Мы обязательно отыграемся в следующий раз. Главное, что ты была здесь, это уже победа для меня, — его пальцы сильнее сжали ее. — Хочешь провести вечер вместе? У меня дома есть отличное вино, которое я приберёг специально для такого случая. Ана слегка смутилась. Он сказал это почти интимно, низким голосом, специально для неё. Она почувствовала, как щёки теплеют. Улыбнулась и положила руки ему на грудь, чувствуя под ладонями твёрдые мышцы. — Хорошо, — тихо ответила она. — Переодевайся и поедем. Макото пришлось приложить немало усилий, чтобы не показать, как сильно он доволен её ответом. Внутри него всё ликовало. Он победил. Аомине видел это, вся команда видела. А Ана… Ана была рядом с ним. Он улыбнулся шире: — Я быстро. Жди меня здесь, милая. Они стояли и мило болтали, как настоящая влюблённая пара — он гладил её по спине, она улыбалась его шуткам, слегка наклоняя голову. Со стороны всё выглядело идеально и естественно. Но Макото прекрасно знал, что где-то неподалёку стоит Аомине и смотрит на них. И это знание доставляло ему особое удовольствие. Аомине вышел из коридора чуть позже остальных. Его форма была полностью мокрой от пота, тёмно-синие волосы прилипли ко лбу, а на лице застыло мрачное, напряжённое выражение, словно он только что прошёл через настоящую войну. Он увидел их вместе — Макото, уверенно обнимающего Ану, — и резко остановился посреди коридора. На секунду его глаза расширились от неожиданности и боли, а потом на лице медленно проступила презрительная, горькая ухмылка, полная яда и едва сдерживаемой ярости. Он направился прямо к ним тяжёлой, решительной походкой, словно каждый шаг давался ему с трудом, но отступать он не собирался. — Поздравляю, Ана, — сказал Аомине низким, полным сарказма и горечи голосом. — Ты нашла себе достойного парня. Прямо сказка. Как трогательно он тебя обнимает после поражения, аж слёзы наворачиваются. Ана повернулась к нему. Её глаза были холодными, почти ледяными, хотя внутри всё сжималось от напряжения. — Спасибо, — ответила она ровно, без эмоций, стараясь держать голос твёрдым. — Я не ошиблась в выборе. Макото стоял рядом и молча наслаждался моментом. Его губы растянулись в довольной, почти торжествующей улыбке. Глаза блестели от удовольствия — он явно смаковал каждую секунду этой сцены и реакцию Аомине. Он слегка прижал Ану к себе. Аомине смотрел на них с презрением, которое едва скрывал за язвительной ухмылкой. — О да, — протянул он саркастично, глядя прямо на Ану. — Он просто идеал. Макото тихо рассмеялся, но в смехе слышалась ответная колкость. — Ревнуешь, Дайки? — спросил он спокойно, но с явным вызовом. — Не переживай. Она в очень надёжных руках. Я, в отличие от некоторых, умею ценить то, что имею. Ана почувствовала, как напряжение между ними становится почти невыносимым. Она слегка отстранилась от Макото, но не отошла полностью, стараясь сохранить лицо. Аомине стоял и смотрел на них несколько долгих, тяжёлых секунд. Его челюсть была сжата так сильно, что на скулах проступили резкие желваки. Кулаки незаметно сжимались по бокам, костяшки побелели. — Не забывай о том, что я сказал тебе, — наконец бросил он Ане, глядя прямо в глаза. Голос был низким, хриплым, полным предупреждения и скрытой, глубокой боли. — Он не тот, за кого себя выдаёт. Ана ничего не ответила. Просто смотрела на него холодно, с лёгким вызовом. Это только сильнее разожгло огонь внутри Аомине. После этих слов он резко развернулся и ушёл, не дожидаясь ответа. Его шаги были тяжёлыми и быстрыми, спина напряжённой, плечи ссутулены, словно он еле сдерживал себя, чтобы не вернуться и не сделать что-то, о чём потом пожалеет. В раздевалке Аомине сорвался. Как только дверь за ним закрылась, он с размаху ударил кулаком по металлическому шкафчику. Раздался громкий, гулкий удар. Металл заметно прогнулся, оставив глубокую вмятину. Команда мгновенно замерла. Все повернулись в его сторону, разговоры оборвались. — Аомине… — начал Кисе осторожно, его глаза были широко раскрыты. — Ты шкафчик-то пожалей, он же не виноват… — Ублюдок… — рычал Аомине, тяжело дыша, грудь вздымалась. Он ударил ещё раз, и металл жалобно заскрипел. — Ханамия специально это сделал. Всё это шоу… специально.  — Да, никто не ожидал, что Кирисаки будут так играть сегодня, — задумчиво произнёс Акаши, прищурившись и сохраняя привычное спокойствие. — Единственное, что мне не понятно — их мотивы. Зачем им так резко менять тактику? Это не в их стиле. — Ублюдок… — повторил Аомине сквозь зубы и ударил в третий раз, уже не так сильно, но всё равно с яростью. — Эй, Аомине? — спросил Кагами, хмурясь и делая шаг ближе. — Что так злиться из-за их игры? Мы же победили. — Всё нормально, — рыкнул Аомине, резко снимая мокрую форму резкими, раздражёнными движениями. Футболка полетела в сторону, мышцы на спине и руках были напряжены до предела. Кисе тяжело вздохнул и сел рядом на скамейку. Он прекрасно понимал, почему его товарищ так взвинчен. Дело было вовсе не в игре и не в Ханамии. — Если она тебе нравится… — начал он тихо, почти осторожно. — Заткнись, Кисе, — глухо оборвал его Аомине, не глядя в его сторону. Он швырнул форму в сумку и сел на скамейку, упёршись локтями в колени и обхватив голову руками. — Она мне не нравится. Просто… бесит.