Часть 8

— Нам нужны доказательства, — голос Лиама Чена в наушнике Кирилла звучал глухо, словно из-под земли. — Простых слов о «дестабилизации поля» никто не услышит. Габриэль Морган — неприкосновенная фигура. У него связи везде, от стюардов до совета директоров FIA. Кирилл стоял на балконе моторхоума, глядя на ночной Рио. Огни города отражались в тёмной воде океана, создавая иллюзию второго, перевёрнутого мира. Мира, где всё было не тем, чем казалось. — У нас есть телеметрия, — возразил Кирилл. — Графики искажений. Это не может быть совпадением. — Это могут назвать «непредвиденными атмосферными флуктуациями» или «влиянием солнечной активности», — отрезал Лиам. — Нам нужно что-то весомее. Бумага с подписью. Или запись разговора. В наушнике щёлкнуло, и раздался другой голос — тихий, но твёрдый. — Я могу это достать. Это была Ева. Она связалась с ними по защищённому каналу. Кирилл почувствовал, как напряжение в груди немного отпускает. Её присутствие в этом безумии придавало ему странную, иррациональную уверенность. — Ты уверена? — спросил Кирилл. — Если твой отец узнает... — Он уже знает, что я больше не его марионетка, — перебила она. — После Рио всё изменилось. Я еду в отель «Skyline» в Дубае прямо сейчас. У отца там встреча с советом директоров «ГеоДайн». Я скопирую всё, что смогу найти. — Будь осторожна, — сказал Кирилл. — Осторожность — это роскошь, которую мы больше не можем себе позволить, — ответила она, и связь оборвалась. Гонка в Дубае превратилась в театр абсурда. Трасса «Горизонт» была окутана невидимой паутиной опасности. Механики «Aether Dynamics» работали в режиме повышенной готовности, но их лица были мрачны. Все понимали: это не просто соревнование. Это русская рулетка на скорости звука. Перед самым стартом Кирилл поймал Еву у боксов. Она была в своём золотом комбинезоне, но её взгляд был холоднее льда. — У меня есть то, что нам нужно, — шепнула она, делая вид, что поправляет его перчатку. — Флешка. Данные о протоколах изменения поля. Но передать я её смогу только после финиша. — Будь осторожна, — снова повторил он. — Я буду не одна, — её губы дрогнули в намёке на улыбку. — Ты ведь прикроешь меня на трассе? — Всегда. Загорелись огни. Старт был дан в атмосфере гнетущего напряжения. Кирилл и Ева ушли со старта чисто, сразу взяв высокий темп. Габриэль Морган добился своего: гонка превратилась в выживание. Пилоты нервничали, совершали ошибки. Один из болидов на втором круге потерял управление в зоне торможения и рухнул с высоты пятидесяти метров на защитный барьер. К счастью, пилот выжил. Кирилл и Ева лидировали, но их дуэт теперь был не просто тактическим преимуществом. Это была необходимость. Они прикрывали друг друга от агрессивных атак других гонщиков, которые пытались воспользоваться общей паникой. На 20-м круге Кирилл заметил странное поведение своего болида. «Грав», у нас падение мощности левого АГД на 15%», — раздался голос Лиама. «Принято», — ответил Кирилл, чувствуя, как машина становится тяжелее. Это было оно. «ГеоДайн» активировал протокол дестабилизации в их секторе трассы. Магнитное поле «проседало», заставляя двигатели работать на износ. — Ева, — позвал он по открытому каналу. — Вижу, — её голос был спокоен. — Я возьму удар на себя. Иди по моей траектории. Она сместилась чуть левее, принимая на себя основную нагрузку искажённого поля. Кирилл пристроился в её воздушный мешок, чувствуя, как болид стабилизируется. Это был момент абсолютного доверия. В мире, где каждый сам за себя, они действовали как единый организм. Финишную черту они пересекли первыми и вторыми соответственно. Кирилл тут же свернул к боксам «Skyline», игнорируя крики своей команды. Ева уже ждала его у края пит-уолла. Быстрый обмен взглядами. Короткий кивок. В паддоке их уже ждали люди в строгих костюмах службы безопасности FIA и представители медиа-департамента. Кирилл Ветров и Ева Морган остановились перед микрофонами. Толпа репортёров затихла. — Сегодня мы стали свидетелями не просто гонки, — начал Кирилл, и его голос разлетелся по всему паддоку через громкоговорители Bose L1 Model II. — Мы стали свидетелями попытки убийства под видом спортивного соревнования. По толпе пробежал ропот. Ева шагнула вперёд и подняла руку с маленьким чёрным устройством — флешкой Виктора и данными её отца. — У нас есть доказательства того, что корпорация «Skyline» и консорциум «ГеоДайн» намеренно дестабилизировали магнитное поле трасс для устранения конкурентов и создания монополии на инфраструктуру антигравитационных гонок. Она бросила флешку представителю FIA. — Это война закончилась не взрывом и не всхлипом, господа. Она закончилась здесь и сейчас.