Глава 3: Охота на призрака

Утро началось не с молитвы о пощаде, а с запаха гари, который, казалось, навсегда въелся в стены кабинета математики. Весть о том, что кто-то посмел испортить журнал и оставить дерзкое послание Мисс Циркуль, разнеслась по бумажной школе быстрее, чем крик очередной жертвы. Эбби шел по коридору, и толпа расступалась перед ним, как перед зачумленным. Даже Оливер, Зип и Эдвард сегодня не лезли с шутками — они стояли у стены и молча провожали его взглядами. В их глазах читался немой вопрос: «Как ты еще жив?» — Эбби! В кабинет директора. Живо! — голос Мисс Грейс прогрохотал над коридором, заставив всех втянуть головы в плечи. Эбби лишь поправил лямку рюкзака. Он не спеша двинулся к кабинету, по пути достав из кармана последнюю сигарету. Он не собирался её поджигать в здании — пока что — но сам жест говорил о многом. В кабинете директора было стерильно чисто и холодно. Мисс Грейс сидела за столом, сцепив пальцы в замок. Рядом, едва сдерживая дрожь ярости, стояла Мисс Циркуль. Её лезвие то и дело выдвигалось и задвигалось с характерным щелчком. — Ты понимаешь, что ты сделал? — голос Грейс был тихим и опасным. — Вандализм, взлом замков, угрозы учителю... В этой школе за меньшее стирают в пыль. Эбби облокотился о дверной косяк, игнорируя стул. — Я сделал то, что должен был. Журнал — это просто бумага. А угрозы... — он посмотрел прямо на Циркуль. — Это не угроза. Это прогноз погоды. В этой школе скоро станет слишком жарко для таких, как вы. Мисс Циркуль сорвалась. Она рванулась вперед, прижимая Эбби к двери, её лезвие замерло в миллиметре от его глаза. — Ты думаешь, что если у тебя нет родителей, то тебе нечего терять? Я съем твое сердце и даже не поморщусь, мелкий урод! Эбби даже не моргнул. Он смотрел в её безумный глаз с почти научным интересом. — Делайте это прямо здесь, — спокойно сказал он. — Перед директором. Нарушьте свои же правила. Ведь без правил вы просто кучка маньяков в дешевых костюмах. Ну же? Чего вы ждете? Грейс резко встала: — Хватит! Циркуль, отойди от него. Учительница нехотя отступила, её циркуль со скрежетом прочертил полосу по косяку. — Эбби, — Грейс посмотрела на него с каким-то странным прищуром. — Ты изменился. Но не думай, что это даст тебе бессмертие. Иди в класс. И молись, чтобы на следующем тесте ты не допустил ни одной ошибки. Потому что второго журнала у нас нет, а память у учителей отличная. Эбби вышел из кабинета. Он знал, что это была лишь отсрочка. На выходе из административного крыла его уже ждали. Оливер преградил ему путь, за его спиной стояли Зип и Эдвард. Оливер выглядел взбешенным — его статус «главного кошмара» школы трещал по швам. — Думаешь, ты теперь особенный? — Оливер толкнул Эбби в плечо. — Ты просто покойник, который еще ходит. Мы решили, что Циркуль слишком долго тянет. Мы сами устроим тебе выпускной... досрочно. Оливер замахнулся, но Эбби не стал уклоняться по-старому. Он резко шагнул навстречу, сокращая дистанцию, и нанес короткий, жесткий удар локтем прямо в челюсть Оливера. Послышался глухой хруст. Оливер отлетел назад, врезавшись в шкафчики. Зип и Эдвард замерли в шоке. Они никогда не видели, чтобы Эбби дрался. И уж точно не ожидали такой скорости. Эбби выплюнул застрявшую во рту спичку и посмотрел на Оливера, который пытался подняться, вытирая кровь с губы. — Слушай сюда, — голос Эбби был холоднее льда. — Мне плевать на ваши игры. Если еще раз коснешься меня — я засуну твой карандаш тебе в глотку так глубоко, что ты будешь рисовать им в желудке. Понял? Эбби прошел мимо застывших хулиганов, даже не оглянувшись. Адреналин после удара медленно остывал, оставляя после себя привычную пустоту. Ему нужно было место, где его не найдут ни учителя, ни «друзья». Он забрел в дальний угол школьной библиотеки — туда, где полки были завалены старыми подшивками газет, которые никто не читал годами. Усевшись прямо на пол между стеллажами, Эбби прислонился затылком к холодному металлу полки. Его взгляд упал на пожелтевшую газету, торчащую из папки «Местные новости за прошлый месяц». Он замер. С первой полосы на него смотрело фото их семейного автомобиля. Точнее, того, что от него осталось после столкновения. «Трагедия на шоссе: несчастный случай унес жизни двоих. Единственный выживший — подросток». Эбби медленно протянул руку и коснулся пальцами сухой бумаги. Никаких теорий, никаких тайн. Просто сухие факты: отказавшие тормоза, скользкая дорога и нелепая случайность, которая в одну секунду превратила его жизнь в пепел. Школа не была виновата в их смерти, но она была тем местом, которое теперь пытало его, напоминая о том, кем он был «до». Он смотрел на буквы, пока они не расплылись перед глазами. Его родители были инженерами, людьми логики и порядка. Они учили его, что у всего есть причина. Но у этого случая причины не было. Просто злой рок. — Значит, просто случай... — прошептал он, и в его голосе впервые за долгое время послышалась не ярость, а глубокая, выжигающая изнутри горечь. Руки Эбби непроизвольно сжались, сминая газетную полосу. Если мир настолько несправедлив, что забирает лучших просто так, то почему он должен играть по правилам этой жалкой школы? Почему он должен бояться учителей-садистов или оценок, если всё может закончиться в любой момент из-за куска неисправного железа? Он рывком поднялся, оставив измятую газету в пыли. В его глазах больше не было сомнений. Школа не была причастна к аварии, но она стала клеткой, в которой его пытались дрессировать после того, как его мир рухнул. — Вы хотите, чтобы я боялся? — обратился он к пустому залу библиотеки. — Вы опоздали. Самое страшное уже случилось. Эбби вышел из библиотеки. Теперь он не просто защищался. Теперь он собирался доказать этой школе, что бумажные монстры ничего не значат для того, кто прошел через настоящий ад.