Глава 12. После красных клинков

Флинт видел раны хуже. Глубже. Грязнее. Такие, после которых броню снимают не по креплениям, а режут медицинским резаком, потому что иначе вместе с пластиной можно потянуть то, что уже не должно двигаться. Видел прожженные бластером бока, треснувшие ребра, выбитые суставы, кровь на белой броне, слишком яркую, чтобы притвориться машинным маслом или чужой проблемой. Видел братьев, которые разговаривали до самого входа в медотсек, а потом вдруг замолкали на середине слова, потому что тело выбирало за них. Полоса от красного клинка на руке генерала Тала не была худшей раной в его жизни. Именно поэтому она бесила сильнее. Повязка лежала ровно. Керн наложил ее качественно, не хуже полевого медика, насколько позволял набор «Шороха». Ожог прошел по внешней стороне левого предплечья, неглубоко, но достаточно близко к тому, что Флинт не хотел представлять. Чуть ниже - и удар зацепил бы мышцы серьезнее. Чуть глубже - и Кайрен не держал бы меч до конца отхода. Еще доля секунды не туда - и Вентресс показала бы не то, что может достать, а то, что может отсечь. А Кайрен сидел на скамье в общем отсеке, положив руку на медицинскую подставку, и спокойно отвечал на вопросы Керна так, будто речь шла о неудачно закрытой панели на корабле. - Головокружение? - спросил Керн. - Нет. - Тошнота после удара о колонну? - Нет. - Боль при глубоком вдохе? Кайрен сделал вдох. Не нарочито, не в доказательство стойкости - просто проверил. - Есть. Слева под ребрами. Терпимая. Флинт поднял взгляд от повязки к его лицу. - «Терпимая» - не медицинский термин. Кайрен посмотрел на него. - Умеренная. - Уже лучше. Керн провел медицинским сенсором вдоль грудной клетки. Малый прибор выдал слабый сигнал, над ним сформировались несколько зеленых и желтых линий. - Ушиб. Без трещин, насколько видит полевой диагностический модуль. На ближайшей точке связи запросим полноценный контроль. До тех пор резких силовых рывков корпусом избегать. Свитч из кабины, не оборачиваясь от пилотских панелей, отозвался: - Генерал, если вдруг захотите снова принимать удар ногой от Вентресс, отложите до медицинского одобрения. - Постараюсь, - сказал Кайрен. - Формулировка не внушает доверия, - заметил Свитч. - Она означает, что я не планирую повторять намеренно. - Становится лучше. Флинт не улыбнулся. Обычно он оценил бы попытку Свитча вернуть отсек к нормальному звучанию. Сейчас она почти не работала. Слишком свежо перед глазами стояла Вентресс, слишком уверенно двигавшаяся по залу станции, как будто все вокруг уже заранее принадлежало ей. Слишком близко красный клинок прошел по руке Кайрена. Слишком легко она нашла, куда ударить словами, хотя Флинт не знал, что именно сказала. Он видел момент. До этого генерал держался. Не побеждал, конечно. Флинт не был идиотом и понимал разницу между «сдерживать» и «быть равным». Но держался. Вентресс давила, меняла угол, пробовала пройти к Свитчу и футляру, пыталась сбить его внимание на других, а Кайрен не давал ей свободной линии. Потом она что-то сказала почти вплотную, когда клинки скрестились у его лица. И на долю вдоха Кайрен замер. Этой доли хватило, чтобы бой изменился. Флинт это видел. И не мог перестать видеть. Керн завершил осмотр и убрал сенсор обратно в медицинский набор. - До подтвержденной точки осмотра вы не участвуете в тренировке и не берете на себя тяжелую работу по кораблю. Кайрен чуть поднял бровь. - Я не планировал тяжелую работу по кораблю. - Отлично, - сказал Свитч. - Еще один человек на борту признает, что она существует. - Я признаю, - ответил Кайрен. - Просто не все, что ты называешь тяжелой работой, выглядит так со стороны. - Потому что ты видишь только благородный итог, а не час моего духовного единоборства с проводкой. Флинт закрыл медицинский набор раньше, чем Свитч развернул шутку дальше, и поставил его в стеновую нишу. Движение получилось резче, чем требовалось. Керн заметил, но ничего не сказал. Курьер графа Дуку сидел в дальнем углу общего отсека на закрепленном складном сиденье. Руки стянуты магнитными фиксаторами впереди, один дополнительный ремень проходил через корпус. Не мучительно, но без вариантов. Шейд стоял неподалеку у боковой переборки, не глядя на пленного напрямую и все равно видя каждое его движение. Сам курьер молчал с того момента, как «Шорох» ушел в гиперпространство. Не потому, что хранил героическую верность Дуку с величием оратора из агитационной голозаписи. Он был слишком умен для такой театральности. Просто закрылся. Ответил на вопрос о боли в запястье отрицательно. На вопрос, нужна ли вода, сказал «нет». На остальные - ничего. Даже когда Свитч сообщил, что внутренний слой футляра уже снимается, лицо его почти не изменилось. Почти. Флинт видел: изменилось. Когда футляр перестал быть частью тела курьера, тот впервые за все время по-настоящему испугался не Вентресс, не коммандос, не допроса, а того, что миссия окончательно сорвана. Керн подошел к голостолу. - Свитч, состояние носителя? - Внешний уровень снят полностью. Внутри три секции. Первая - маршрутные метки. Вторая - шифрованный обмен, часть уже читается после сопоставления с кодами с астероида. Третья закрыта так, будто тот, кто ее упаковывал, очень не хотел, чтобы ее вскрывали в пути. - Возможность вскрыть? - Есть. Желательно не на колене и не в минуту, когда я параллельно веду корабль через маршрут, который должен убедить любую возможную слежку, что мы растворились в неудачно выбранной торговой ветке. - Когда? - Двадцать минут до выхода на устойчивую маскировочную траекторию. После этого передам управление автопилотному контуру и займусь. Керн кивнул. - Курьер? Флинт посмотрел на пленного. Тот сидел, опустив глаза, но не расслаблялся. Человек, который умеет ждать, умел и молчать. Скорее всего, действительно обучен. Не обязательно солдат. Возможно, бывший чиновник, бухгалтер, посредник высокого уровня - кто-то, кому объяснили цену ошибок, а потом выдали капсулу с тем, за что будут убивать не только противника, но и своих. - Пока держит линию отказа, - сказал Шейд. Керн перевел взгляд на Кайрена. - Состояние? По тому, как Кайрен сразу посмотрел на пленного, Флинт понял: Керн спрашивал не о его руке. Генерал вслушался. Мягко, но не рассеянно. - Он боится последствий больше, чем нас, - сказал Кайрен. - Вентресс для него была не только угрозой. Возможно, гарантией, что после передачи его маршрут завершится правильно. Теперь он не знает, что с ним сделают, если его вернут или если о провале узнают раньше. Курьер поднял глаза. Лишь на мгновение. Но поднял. Свитч тихо сказал из кабины: - Значит, говорить он умеет. Хорошая новость. Керн не стал давить сразу. Только зафиксировал взгляд курьера. - Мы передадим вас разведке Республики. У вас будет возможность дать показания. То, что вы выберете сейчас, может повлиять на то, как они оценят степень вашей добровольности в работе на Дуку. Мужчина молчал. - Вам не предлагают поверить в доброту противника, - добавил Керн. - Вам предлагают оценить собственные перспективы трезво. Курьер снова опустил взгляд. Флинт не ожидал немедленного ответа. Керн тоже. Такие люди редко ломаются одной фразой, особенно пока считают, что их молчание еще способно что-то спасти. Но теперь в него посеяли не угрозу - расчет. Иногда это работало лучше. Кайрен попытался встать со скамьи. Флинт повернулся к нему резко. - Куда? Кайрен остановился. - За чистой туникой. Эта испорчена. Флинт посмотрел на его левый рукав. Ткань там была разрезана почти до локтя, край подпален, темная кровь уже подсохла ближе к повязке. Судя по тому, как спокойно он дождался конца осмотра, ткань раздражала его уже не первую минуту. - Сидите, - сказал Флинт. Кайрен моргнул. - Я могу пройти до каюты. - Можете. Это не значит, что сейчас нужно. Керн поднял взгляд от голостола, но не вмешался. Флинт сам услышал, как звучит. Почти как приказ. Почти слишком резко. Он добавил: - Через минуту принесу. Кайрен смотрел на него секунду дольше обычного. Потом кивнул. - Хорошо. Спасибо. Флинт развернулся и пошел к боковой каюте генерала. Дверь была закрыта не полностью. За последние недели это стало привычным. Иногда Кайрен закрывал ее до конца, когда медитировал или связывался с Храмом. Чаще оставлял просвет. Не широкий. Достаточный, чтобы в корабле не появлялась отдельная глухая граница там, где ее уже никто явно не поддерживал. Флинт постучал по косяку, хотя хозяин каюты остался в общем отсеке. Дурацкая привычка. И все же вошел только после внутренней паузы, словно помещение могло ответить. Чистые туники лежали в нижней нише шкафа, сложенные так ровно, будто их проверяют перед каждой укладкой. Флинт знал, что генерал аккуратен. Все знали. На «Шорохе» это стало отдельной бытовой силой: если Свитч оставлял на столе полураскрытую техпанель, Кайрен не трогал ее, но обязательно отодвигал рядом чашку на безопасное расстояние; если Флинт бросал перчатки на край скамьи после работы с зарядами, генерал через некоторое время просто смотрел на них достаточно выразительно, чтобы Флинт сам переложил; если Керн после ночного анализа оставлял у голостола два датапада один на другом в сомнительном равновесии, Кайрен без комментариев выравнивал стопку. Сначала это раздражало почти всех по очереди. Потом стало частью корабля. Флинт взял верхнюю тунику. Рядом, на узкой полке, лежал маленький отрез ткани, аккуратно сложенный и перевязанный тонкой нитью. Темный. Не часть одежды. Не рабочий лоскут. Флинт сразу отвел взгляд. Он не знал, что это. И именно поэтому не имел права смотреть дольше. Вышел из каюты с туникой в руке. Кайрен все еще сидел на скамье, только здоровой рукой уже осторожно расстегивал поврежденную застежку у воротника. Флинт подошел и протянул одежду. - Спасибо. - Помощь нужна? Вопрос вырвался раньше, чем Флинт решил, нужен ли он вообще. Кайрен посмотрел на повязку, на разрезанный рукав, потом на него. - Сниму сам. Но медленно. - Медленно подходит. Флинт сел напротив, не делая вид, что остается случайно. Он не собирался смотреть, как генерал переодевается, будто тот беспомощен. Но и уходить сразу почему-то не хотел. Не сейчас, когда Керн занят данными, Свитч - кораблем, Шейд - пленным, а Кайрен слишком спокойно делает вид, что красный клинок был просто пунктом миссионного отчета. Генерал осторожно снял испорченную тунику, освобождая сначала здоровую руку, потом поврежденную. На секунду лицо все-таки дрогнуло. Совсем немного. От натяжения ткани у ожога. Флинт это увидел. - Болит сильнее, чем говорили? - Нет. Просто ткань зацепилась. - Это не ответ на вопрос. Кайрен остановил движение и поднял на него взгляд. - Болит. Но не сильнее, чем допустимо после такого удара. - Вот опять. - Что? - Формулировка, из которой нельзя понять, насколько плохо. Кайрен будто хотел возразить, но передумал. Осторожно положил испорченную тунику рядом с собой. - Болит достаточно, чтобы я не хотел задевать повязку. Не настолько, чтобы не двигать рукой. Так точнее? - Да. Флинт кивнул. Кайрен взял чистую тунику. С ней оказалось проще. Он надел ее медленно, следя, чтобы рукав не сдвинул повязку. Флинт поймал себя на том, что почти протянул руку помочь, когда ткань чуть перекрутилась у локтя, и остановился. Генерал справился сам. Когда он закончил, испорченная туника осталась на скамье между ними. Кайрен посмотрел на подпаленный рукав. И впервые за весь путь после дока не выглядел спокойным. Не сломанным. Не растерянным. Просто усталым от того, что эта ткань теперь хранит слишком ясную память о красных клинках. Флинт спросил: - Она сказала что-то. Это не прозвучало как вопрос. Кайрен не ответил сразу. В общем отсеке Свитч сообщил Керну, что до точки выхода из гиперпространства осталось двенадцать минут. Курьер что-то едва слышно спросил, Шейд коротко ответил. Обычные корабельные звуки продолжали жить вокруг них, словно разговор на скамье не имел значения для остального мира. - Да, - сказал Кайрен. Флинт ждал. - О мастере, - добавил тот. - Она почувствовала, что потеря свежая. Флинт медленно сжал пальцы на собственном колене. Он не знал Сайру Тенн. Знал только обрывки: мастер Кайрена, погибла под массированной бомбардировкой КНС, оставила ему фразы, которые иногда появлялись в разговоре так, будто человек, ушедший из жизни, все еще удерживает рядом с ним часть порядка. Флинт не понимал джедайской связи мастера и ученика полностью. Но понимал достаточно: Вентресс сунула клинок не только в защиту, а в незажившее. - Она ударила туда, где больно, потому что иначе не получила бы разрыва, - сказал он. Кайрен посмотрел на него. - Это должно утешать? - Нет. Должно быть точным. Кайрен опустил взгляд. - Тогда, возможно, так и есть. Флинт нахмурился. Ответ не понравился. - «Возможно»? - Я сбился. - На мгновение. - В бою иногда хватает мгновения. - И все равно ты остался на ногах. Кайрен тихо выдохнул. - Вентресс была быстрее. Если бы вы не сбили контейнер, она могла бы продолжить на удобной для себя дистанции. - Если бы ты не держал ее до этого, она добралась бы до Свитча раньше, чем я вообще получил угол для выстрела. Кайрен не ответил. Флинт почувствовал раздражение. Не на него даже - на то, как генерал после любой собственной работы сразу находит чужую часть решения и ставит ее рядом, будто этим можно сделать свой вклад меньше. - Генерал. Кайрен поднял взгляд. - Да? - На доке вы не провалили бой. Пауза. - Я не сказал, что провалил. - Подумали. Это попало точнее, чем Флинт ожидал. Кайрен чуть отвернулся к испорченной тунике. - Я уступал ей почти во всем. - Она старше в опыте, уже не первый год режет людей, которые умеют держать меч. Ты должен был победить ее в грузовом зале торгового дока, между курьером и столом с водой? - Нет. - Тогда не считай поражением то, что не было задачей. Кайрен молчал. Флинт продолжил жестче: - Задача была - не дать ей взять носитель и выиграть нам время. Носитель у нас. Курьер у нас. Мы на борту. Ты тоже. Значит, задача выполнена. - Рана есть. - Раны иногда есть даже при выполненной задаче. - Я знаю. - Тогда помни. Кайрен посмотрел на него долго. Не как генерал на бойца. Не как джедай, которому читают слишком прямую лекцию. Просто как человек, который услышал и пока решает, можно ли это принять. - Спасибо, - сказал он наконец. Флинт неловко качнул плечом. - Не за что. Слова кончились. Но он не встал. Кайрен тоже. Между ними лежала испорченная туника, и Флинт неожиданно вспомнил красную полоску на ее рукаве в момент отхода. Вспомнил, как крикнул: «Тал, вниз!» Без титула. Без выбора. Просто так, потому что в ту секунду имя должности оказалось слишком длинным, а нужен был человек, который должен успеть упасть до того, как контейнер рухнет между ним и Вентресс. Кайрен, кажется, не собирался это поднимать. Флинт сам не понял, зачем поднял. - На станции, - сказал он, - я назвал тебя по фамилии. Кайрен моргнул. - Да? Значит, все-таки не заметил в бою. - Когда стрелял по креплению контейнера. - Я не услышал. - Понятно. Флинт уже мог закрыть тему. Сказать «неважно». Встать. Вернуться в общий отсек. Но если начал, пусть идет до конца. - Сорвалось. - Это проблема? Вопрос был задан спокойно, без подначки. Флинт посмотрел в сторону общего отсека, где Керн уже выводил на голостол маршрутный пакет, а Шейд на секунду перевел взгляд к их скамье и тут же обратно к пленному. - Пока не знаю, - сказал он честно. - В строю ты генерал. Это правильно. - А вне строя? - На «Шорохе» все еще разбираемся. Кайрен чуть улыбнулся. Не широко. Но живо. - Меня это устраивает. Флинт выдохнул, не понимая, почему именно от этого ответа напряжение отпустило. - Хорошо. - И если в бою снова понадобится короткое обращение, я не буду считать это нарушением субординации. - Щедро. - Я стараюсь. Флинт хмыкнул. Вот теперь стало легче. Не совсем. Красные клинки никуда не исчезли. И знание, что Вентресс запомнила Кайрена, тоже. Но разговор хотя бы убрал часть того, что сжималось внутри без формы. Свитч из кабины сказал громче: - Устойчивый участок через минуту. Керн, можешь готовить свой любимый общий анализ. Пленный, если вдруг решите заговорить до того, как я вскрою третью секцию, сейчас хороший момент произвести впечатление. Курьер не ответил. - Как жаль, - сказал Свитч. - Я почти надеялся. Керн посмотрел на Флинта и Кайрена. - Генерал, если переодевание завершено, нужен ваш взгляд на данные из первой секции. Кайрен встал. - Иду. Флинт поднялся следом, взял испорченную тунику и хотел было спросить, что с ней делать. Кайрен заметил. - Оставь пока. Я потом решу, можно ли восстановить. Флинт посмотрел на подпаленный рукав. По его мнению, восстанавливать там было уже нечего. Но Кайрен, вероятно, должен был сам прийти к этому выводу. - Хорошо. Он положил тунику на край скамьи, не бросая. Керн вывел над голостолом первую расшифрованную цепочку. Там не было прямых признаний и удобных подписей. Дуку не диктовал курьеру: «везу сведения о секретном оружии». Его люди работали тоньше. Но три связки уже читались. Кодовые подтверждения поставок. Сверка готовности нескольких производственных линий. Указание на закрытую точку, которой не должно было существовать в реестрах. Свитч вошел из кабины в тактический отсек, передав управление автопилотному контуру. - Первая секция маршрута ведет к сухому пересчету времени передачи. Вторая - интереснее. Сравнил с астероидными кодами. Те же категории деталей. Но здесь они уже не «фрагменты линии», а «поставка к узлу испытательной сборки». Керн спросил: - Координаты? - Не прямые. Но есть подтверждающий код объекта и временной ключ. Если третья секция откроет шифровальную таблицу, получим маршрут. Если нет, будем строить по тому, что уже есть. Кайрен смотрел на проекцию внимательно. - «Узел испытательной сборки» - это промежуточный объект или место, где проверяют уже соединенные элементы? - Второе вероятнее, - сказал Свитч. - Формулировка не похожа на склад. Слишком много контроля, слишком мало логистической рутины. Флинт подошел ближе. - То есть они собрали что-то достаточно большое, чтобы его уже испытывать? - Или проверяют часть, без которой большое не заработает, - ответил Свитч. - Но это уже не разбросанные детали по серым заводам. Шейд, не оставляя позиции у пленного, сказал: - Следующая ступень. - Да, - подтвердил Керн. - И после срыва передачи Дуку может понять, что мы приближаемся. В отсеке стало тише. Кайрен перевел взгляд на курьера. Тот сидел неподвижно, но пальцы в магнитных фиксаторах едва заметно напряглись. Он слышал каждое слово. Керн тоже увидел. - Вы знали, что носитель ведет к испытательному объекту? Курьер молчал. - Если не знали, ваша ценность для Дуку меньше, чем вы, возможно, надеялись, - продолжил Керн. - Если знали, молчание не вернет вас в прежнюю роль. Передача сорвана. Вентресс видела это своими глазами. На этот раз мужчина поднял взгляд. Он смотрел не на Керна. На Кайрена. Возможно, потому что именно с ним Вентресс сражалась. Возможно, потому что в его присутствии курьер ощущал собственный страх видимым. Возможно, потому что хотел понять, что джедай чувствует сейчас, после того как Вентресс ушла без данных. Кайрен не отвел глаз. - Она не вернулась за вами, - сказал он тихо. Мужчина дернулся, будто фраза оказалась физическим ударом. Флинту показалось: сейчас тот выбирал уже не между верностью и предательством, а между бесполезным молчанием и хоть каким-то шансом вернуть себе контроль над собственной участью. - Я... - Курьер впервые заговорил не в ответ на прямую бытовую просьбу. Голос был сухим. - Я не должен был знать координаты. Свитч сразу замер. Керн не двинулся ни на долю лишнего. - Что должны были знать? - Только код допуска. И фразу подтверждения, если приемщик спросит. Маршрут в футляре. Я не видел его целиком. - Код объекта? - спросил Керн. Мужчина закрыл глаза. - «Морской саван», - сказал курьер. - Я должен был назвать это, если возникнет сбой в автоматическом распознавании. Больше мне не сказали. Свитч уже быстро заносил фразу в поиск по перехваченным массивам. - Есть совпадение. Не по названию, по структуре. В одном из астероидных логов проходил обрезанный блок MSV. Мы решили, что это внутренний код транспортного модуля. Может быть, зря. Керн посмотрел на общую проекцию. - Достаточно для повышенного приоритета. - Если третья секция даст таблицу, - сказал Свитч, - у нас будет направление. Если не даст, будем выдирать его из «Морского савана» по кускам. Но теперь это не пустой шум. Флинт ощутил, как в отсек возвращается привычная рабочая плотность. Та, в которой есть задача, решение, следующая точка. Она не отменяла Вентресс. Не стирала кровь на рукаве Кайрена. Но давала происходящему форму, с которой они умели обращаться. Керн подвел итог: - Передаем первичный пакет разведке, но не ждем пассивно. Свитч - третья секция. Шейд - сопоставление кода с возможными зонами испытаний и скрытыми маршрутами КНС. Флинт - проверка снаряжения после дока, с учетом вероятности следующего выхода на объект с усиленной охраной. Генерал... Он на секунду задержался. - Отдых до момента, когда понадобится ваш анализ. Рука не обсуждается. Кайрен хотел что-то сказать. Флинт видел по движению лица. Но, к его удовлетворению, генерал просто кивнул. - Принято. Свитч почти ласково произнес: - Разумный приказ. Редкий, но приятный. Кайрен посмотрел на него. - Я не спорил. - Поэтому и приятный. Флинт занялся проверкой боевого комплекта прямо у оружейного шкафа, но мысли еще несколько минут возвращались не к зарядам и не к вероятному испытательному объекту. Кайрен снова сидел на скамье у голостола, слушал частичную расшифровку Свитча и держал левую руку чуть бережнее, чем обычно. Повязка была скрыта под чистым рукавом, но Флинт знал, где она. Знал и то, что Вентресс теперь знает его лицо, его стиль, его свежую боль. Возможно, она забудет. У нее хватает врагов. Возможно, нет. Шейд, не оставляя пленного вне контроля, сместился ближе к тактической зоне. Не настолько, чтобы это бросалось в глаза. Ровно настолько, чтобы Кайрен, подняв взгляд от проекции, видел его не дальним силуэтом у переборки, а рядом. Флинт заметил. Шейд ничего не сказал. Кайрен тоже. Но на секунду его плечи стали чуть менее жесткими. Флинт не любил вероятности, которые касаются своих. Он остановил мысль на слове «своих» и не стал разбирать ее дальше. Пока было рано. Но когда Свитч спустя час вытащил из третьей секции первые координатные привязки, а Керн вывел на карту безымянный сектор, где по официальным реестрам не значилось ничего крупнее полуразрушенного грузового маяка, Флинт понял: времени на спокойный разбор собственных слов им снова не дадут. - Здесь пусто, - сказал Шейд, сверяя гражданские и военные карты. - Никакого действующего объекта. - В том и смысл, - ответил Свитч. - Курьер нес путь туда, чего нет. Керн посмотрел на карту долго. Потом сказал: - Значит, туда и идем. Кайрен поднял глаза на мерцающую точку в пустом секторе. Флинт видел: усталость после Вентресс еще не ушла. Но рядом с ней уже встала новая собранность. Красные клинки не остановили линию. Они только показали, насколько близко «Нулевой» подошел к тому, что Дуку действительно хочет скрыть.