Глава 20. То, что нужно привезти

На тридцать первый день после «Морского савана» Кайрен впервые прошел через весь восстановительный коридор Храма без трости. Медленно. Достаточно медленно, чтобы младший целитель, сопровождавший его на расстоянии двух шагов, не пытался делать вид, будто оказался здесь случайно. Достаточно уверенно, чтобы сам Кайрен не чувствовал себя пациентом, которого переводят из одной палаты в другую под невидимым конвоем осторожности. Бок еще тянул при слишком глубоком вдохе. Нога отзывалась глухой усталостью, если шаг становился длиннее привычного. На груди под светлой свободной туникой оставался тонкий фиксирующий слой, который целительница Лисса Мори разрешила снять только «когда тело перестанет спорить с движением раньше разума». Формулировка звучала настолько по-храмовому спокойно, что возражать ей было почти неприлично. Кайрен не возражал. Он вообще за последние недели научился возражать реже, если речь шла о медицинских ограничениях. Не потому, что стал смиреннее. Просто дважды попробовал убедить Лиссу, что уже вполне способен дойти до читального сектора один, а на третий день получил от нее короткое: - Рыцарь Тал, вы выжили не для того, чтобы теперь доказывать врачам, что операция была лишней. После этого разговор закончился. Сегодня его не вели в читальный сектор. Его ждали Йода и Пло Кун. Не в зале Совета. Не в большой комнате с кругом кресел, где любое слово становилось частью решения раньше, чем говорящий успевал почувствовать его вес. В одной из малых беседных комнат рядом с внутренними садами Храма. Это Кайрен отметил еще по маршруту, когда младший целитель свернул не к лифтам Совета, а в коридор, где свет падал мягче и в воздухе едва ощущалась влажная свежесть живых растений. Значит, разговор хотели провести не как формальное заслушивание. От этой мысли легче не стало. Кайрен знал, что решение по его возвращению к «Нулевому» уже должно быть близко. Знал из осторожных ответов Лиссы, из коротких сообщений командования, из того, как Пло Кун вчера передал через целителей просьбу быть готовым к личной беседе. Совет не стал бы тянуть только ради того, чтобы оставить его в неизвестности. Но и обещать заранее никто ничего не обещал. Он помнил слова, которые сам произнес перед отбытием с фрегата: «Если меня вернут... что вам привезти?» Тогда вопрос дался почти сам. Он хотел сказать нечто простое. Бытовое. Такое, за что можно было ухватиться, чтобы не превращать разлуку в прощание. Но после в палате остались их ответы, и каждый стал тяжелее, чем казался в моменте. Керн попросил вернуться. Флинт - нормальной еды. Свитч - переходники «Аурек-четыре». Шейд сказал, что ничего не нужно. Только вернуться достаточно. Кайрен помнил все. И чем ближе подходил к беседной комнате, тем отчетливее понимал: прежде чем он сможет исполнить хотя бы одно из этих обещаний, ему придется сказать Йоде и Пло Куну правду не о выполненной задаче, а о себе. У поворота к внутреннему саду из бокового медицинского коридора донеслись голоса. Кайрен не собирался прислушиваться. Разговор был не для него. Но имя, прозвучавшее первым, само выдернуло внимание. - После истории с Файвзом я больше не списываю такие случаи на обычную фронтовую перегрузку, - сказала женщина. Голос он узнал: одна из помощниц Лиссы, работавшая с возвращавшимися из боевых зон рыцарями. Кайрен замедлил шаг на долю секунды. Второй голос был мужским, незнакомым. - Заключение закрыто. Каминоанцы признали случай единичным. - Закрыто - не значит исчерпано, - возразила женщина. - Если дело в чипах, выборочной проверки недостаточно. Голоса ушли дальше по коридору. Кайрен продолжил идти, но два слова остались. Файвз. Чипы. Имя он слышал раньше. Обрывком, почти шумом среди военных сводок: ARC-трупер, громкий инцидент на Корусанте, нападение на канцлера, гибель. История была закрыта слишком быстро и слишком официально, чтобы Кайрен, занятый сначала потерей мастера, затем службой с «Нулевым», вникал в подробности. Слово «чипы» он просто отметил. Без вывода. Без вопроса. Пока лишь как то, что почему-то не захотело сразу уйти из памяти. - Рыцарь Тал, - тихо напомнил сопровождающий целитель. Кайрен понял, что остановился у двери беседной комнаты. - Простите. - Не мне. Тон был спокойным, без укора. Целитель приложил ладонь к сенсору, створка отошла в сторону. - Вас ждут. Кайрен вошел. *** Йода сидел у низкого круглого стола рядом с окном, за которым открывался небольшой внутренний сад Храма. Невысокие деревья с серебристой листвой стояли среди каменных дорожек, вода тонко стекала по рельефной стене, и этот звук был едва слышен даже через открытый проем. Пло Кун стоял чуть дальше, у книжной ниши, но повернулся сразу, как Кайрен вошел. - Рыцарь Тал, - сказал он. Голос мастера был тихим, глубоким, знакомым по редким общим встречам до войны и по тем рассказам, которые среди джедаев не называли слухами только из уважения. Пло Кун был одним из тех, о ком говорили просто: он видит бойцов. Не строй. Не подразделение. Людей. После разговора Йоды с «Нулевым» Кайрену казалось почти неизбежным, что именно он окажется здесь вторым. - Мастер Пло. Мастер Йода. Кайрен наклонил голову. Не слишком низко: бок все еще не любил резких сгибов. Йода, конечно, заметил. - Лучше стало тебе, - сказал он. - Да, мастер. - Правдиво отвечаешь? Кайрен остановился на вдохе. Пло Кун чуть повернул голову, и даже за маской угадывалось мягкое внимание. - Лучше, чем было, - уточнил Кайрен. - Достаточно, чтобы ходить самому и спорить с целителями реже. - Реже - уже мудрость, - сказал Йода. Пло Кун указал на свободное кресло рядом со столом. - Сядь. Этот разговор не требует, чтобы ты доказывал устойчивость ног. Кайрен подчинился. Сел осторожно, выбирая положение, в котором бок не натягивался. Йода некоторое время просто смотрел на него, будто давая устроиться не только телом. - Разговор с Советом уже был? - спросил Кайрен. - Частично, - ответил Пло Кун. - Доклад врачей получен. Отчет по «Морскому савану» изучен. Мнение командования разведки известно. Но прежде чем решение станет окончательным, мы хотели услышать тебя не как приложение к рапорту. Кайрен опустил взгляд на собственные руки. На правой ладони еще оставалась почти незаметная светлая линия там, где кожа содралась о пол у двери. Самая малая из всех ран. Почему-то именно она иногда вспоминалась первой. - О чем вы хотите спросить? Пло Кун не спешил. - О двери. Кайрен поднял глаза. Йода молчал. Значит, вопрос принадлежал обоим. - Ты закрыл ее, понимая, что отряд не уйдет добровольно, если останется возможность вернуться за тобой сразу, - сказал Пло. - Верно? - Да. - И понимая, что окажешься один против Гривуса? - Да. - Считал, что иного способа дать им завершить выгрузку нет? Кайрен подумал. Не потому, что не знал. Потому что теперь, после недель восстановления, ответ требовал честности не только перед мастерами, но и перед собой. - В тот момент - да. Дверь уже открывалась. Гривус вышел в коридор раньше, чем мы рассчитывали. Центральный ключ не был снят. Если бы все начали отходить вместе, он мог войти в проход до закрытия створок. Если бы они бросили выгрузку и попытались вывести меня, данные могли уйти. Если бы я просто приказал им продолжать и остался без блокировки двери, они бы не подчинились. Йода едва заметно наклонил голову. - Уверен был? - Да. - Почему? Кайрен задержал дыхание. Ответ пришел сразу, слишком личный, чтобы произнести его первым движением. Вместо этого он выбрал точность. - Потому что уже знал их достаточно, - сказал он. - Керн принял бы задачу, но не оставил бы открытый проход ко мне, если мог физически этого не делать. Флинт попытался бы вернуться даже под прямой запрет. Свитч бросил бы выгрузку, если бы счел, что мои минуты покупаются ценой, которую я не имею права назначать за них. Шейд держал бы коридор, а не ушел за дверь первым. Они не оставили бы меня по приказу. Пло Кун слушал очень внимательно. - Поэтому ты выбрал решение за них. Кайрен не отвел взгляда. - Да. - Считаешь его верным? Теперь пауза стала дольше. - С точки зрения задачи - да. Ключ был извлечен, сведения переданы, Республика получила шанс вернуться на объект подготовленной, а не вслепую. С точки зрения того, что произошло со мной... - Он чуть опустил глаза. - Я знал, что риск велик. - Не ответил ты, - сказал Йода. Кайрен посмотрел на него. - Верным ли считаю для себя? - Для себя. Для них. Не только для отчета. Кайрен почувствовал, как привычная стройность аргументов начинает расходиться по краям. Он много раз прокручивал тот коридор в памяти. Иногда во сне. Иногда в минуты между упражнениями и визитами целителей, когда тело уже устало, а разум еще не отпускал. Если бы он не закрыл дверь, что случилось бы? Если бы Керн силой увел его внутрь? Если бы Свитч не закончил выгрузку? Если бы Флинт прорвался обратно раньше, чем Гривус успел ударить в грудь? Каждый вариант был неполным. Каждый пытался забрать страшное из одного места и положить в другое. - Я не жалею, что дал им время, - сказал Кайрен медленно. - И не жалею, что данные были завершены. Но понимаю, что отнял у них выбор в ту секунду. Понимаю теперь лучше, чем тогда. Пло Кун чуть кивнул. - Это важная часть ответа. Кайрен смотрел на него внимательно. - Вы считаете, что я поступил неправильно? - Я считаю, что ты поступил так, как позволяла ситуация, увиденная тобой в моменте, - сказал Пло. - И что твое решение спасло не только данные. Возможно, и весь отряд. Но всякое решение, принятое за других людей, даже ради их жизни, имеет цену не только для того, кто принимает удар. Кайрен вспомнил Флинта у больничной койки. «Мы открыли ее, потому что это все еще правда». - Они сказали мне, что я не должен делать так снова, - произнес он. - И ты что ответил? - спросил Пло. - Что если будет тот же выбор... Он замолчал. Пло Кун не перебивал. - Я не договорил, - сказал Кайрен. - Флинт остановил. - Хорошо сделал он, - сказал Йода. Кайрен поднял взгляд. - Мастер? - Щитом быть иногда нужно. Щитом быть всегда - забыть, что и ты живой. Слова прозвучали очень тихо. И потому дошли глубже. Кайрен не ответил сразу. Йода продолжил: - Не впереди всего мира место твое, Кайрен Тал. Рядом с теми, кого ведешь. За открытым окном вода стекала по камню все так же ровно. Где-то в саду едва колыхнулась серебристая листва. Храм жил вокруг, не подчеркивая каждое сказанное слово, и, возможно, именно поэтому Кайрен почувствовал, как фраза Йоды находит внутри место, где до этого стояло совсем другое: если видишь угрозу первым, первым и должен под нее встать. Он всегда знал, что джедай не обязан искать смерть. Сайра говорила об этом не раз. Но одно дело понимать правило в учении. Другое - оказаться рядом с теми, чью жизнь внезапно начинаешь ставить выше собственной так естественно, что даже не замечаешь момент выбора. - Я не хотел умереть, - сказал Кайрен. Йода смотрел на него спокойно. - Верю. - Я хотел, чтобы они успели. - Тоже верю. - Но если бы дверь осталась открыта, они бы не ушли. - Потому что рядом стояли бы, - сказал Пло. - Потому что их решение было бы защищать тебя. Так же, как твое - защищать их. Кайрен повернул к нему голову. Пло Кун опустился в кресло напротив, чтобы говорить с ним не сверху. - Ты увидел в них людей. Это правильно. Далеко не все в Республике успевают сделать это, прежде чем начинают требовать от клонов невозможного как от механизма, который не устает. Ты увидел их раньше. Поэтому заставил лечиться. Поэтому добивался отдыха. Поэтому на «Морском саване» не думал о них как о приемлемой потере. Это говорит о тебе хорошо. Он сделал короткую паузу. - Но теперь нужно увидеть и другое. Они не только те, кого следует беречь. Они сами выбрали беречь тебя. Кайрен молчал. - Если ты каждый раз будешь закрывать дверь, когда они пытаются остаться рядом, однажды забота станет способом лишить их права стоять с тобой, - продолжил Пло. - Не потому, что ты хочешь их унизить. Именно потому, что боишься потерять. Кайрен медленно вдохнул. Бок отозвался слабой тянущей болью, но он заметил ее не сразу. - Я не думал об этом так. - Теперь подумал, - сказал Пло. - Этого достаточно для сегодняшнего разговора. Йода тихо постучал пальцами по трости. - Легко человеку молодому принять на себя весь удар. Особенно если рядом те, кого дорогими считать начал. Труднее позволить им сделать то же для тебя. Учиться этому тоже нужно. Кайрен опустил глаза. Он видел перед собой не беседную комнату, а «Шорох» после первой медитации тишины. Шейд, который задержался в общем отсеке дольше остальных. Свитч, оставивший у фильтра чашку не только для себя. Флинт, споривший на Кадрисе из-за готовности стать ценой. Керн, который смотрел на него сначала как на сложную переменную в боевой схеме, а потом однажды сказал не при всех: «Если чувствуете, что отряду нужен отдых, говорите мне напрямую. Не ищите обходных формулировок». Он учился быть их генералом. Они, кажется, все это время учили его быть не только генералом. - Мастер Йода, - сказал Кайрен, - вы говорили с ними? Йода улыбнулся почти незаметно. - Говорил. - О возвращении? - О страхе их. О тебе. О том, что людьми являются они, даже если системе удобнее другое видеть. Кайрен вскинул взгляд. Что-то теплое и одновременно болезненное прошло через него. - Что вы им сказали? - Правду. - Это широкий ответ. - Но точный. Пло Кун слегка наклонил голову, и Кайрен почти уверен был, что за маской тот улыбается. Йода продолжил: - Сказал, что готовы быть должны они и к возвращению, и к ожиданию. Кайрен сразу понял, почему Флинт в последней палате смотрел так, будто слово «если» уже успело ударить по нему до произнесения. Почему Керн ответил на его просьбу привезти что-нибудь не предметом. Почему Шейд сказал, что возвращения достаточно. Они уже слышали неопределенность. От Йоды. Вслух. - И теперь вы спрашиваете меня, - сказал Кайрен. - Да, - ответил Йода. - Вернуться к ним хочешь? Ответ должен был быть простым. И все же Кайрен почти начал не с него. - Если Совет сочтет... - О Совете не спросил я, - мягко остановил Йода. Кайрен закрыл рот. Пло Кун молчал. Не помогал. Не подталкивал. Оставлял ответ его собственным. Тогда Кайрен сказал: - Хочу. Слово прозвучало тише, чем он ожидал. Но после него внутри стало яснее, не тяжелее. Йода ждал. Значит, одного слова недостаточно. И правильно. Кайрен провел пальцами по ткани светлой туники на колене, собирая мысль не для отчета, а так, как действительно чувствовал. - Они справлялись до меня, - сказал он. - Если бы меня никогда не назначили к ним, «Нулевой» все равно оставался бы «Нулевым». И я хочу вернуться не из долга и не потому, что так удобнее разведке, хотя мы уже научились работать вместе, и это имеет значение. Он поднял взгляд. - Я хочу вернуться, потому что «Шорох» стал для меня домом. А Керн, Флинт, Шейд и Свитч - людьми, к которым я хочу вернуться. Сказав это, он не почувствовал стыда. Удивился этому. Наверное, еще два месяца назад такая фраза показалась бы ему слишком личной для разговора с мастерами Совета. Сайра учила быть честным перед собой и окружающими, но одно дело помнить ее слова, другое - произнести в Храме, что маленький разведывательный корабль клонов-коммандос стал домом быстрее, чем он сам понял. Йода кивнул так, будто ждал именно этого ответа. - Истинным был он. Пло Кун сложил руки на коленях. - А нужно ли тебе вернуться? Кайрен посмотрел на него. Вопрос оказался другим. Не дублирующим. Жестче. Хочу ли - он уже сказал. Нужно ли - требовало понять, не путает ли он исцеление с бегством назад к тому, что дорого. Он долго молчал. Пло не торопил. - Да, - сказал Кайрен наконец. - Думаю, нужно. - Почему? - Рядом с ними я не остаюсь только учеником Сайры, который слишком поздно понял, что потерял мастера. И не превращаюсь только в рыцаря, который должен делать все правильно, потому что теперь рядом нет старшего, на кого можно опереться. С ними я... Он запнулся, пытаясь найти точнее. - Я все еще джедай. Все еще отвечаю за решения. Но не только этим существую. Йода смотрел на него очень внимательно. - Продолжай. - Они замечают, когда я пытаюсь спрятаться за формулировкой. Спорят, если считают, что я неправ. Злятся, если я решаю за них то, что они считают своим выбором. И при этом слушают меня, когда я говорю, что им нужен отдых или лечение. Рядом с ними я не исчезаю в обязанности. Я учусь быть собой в этой обязанности. Пло Кун медленно кивнул. - Хороший ответ. Кайрен чуть улыбнулся. - Не безошибочный. - Безошибочных ответов не требовали, - сказал Пло. - Требовали честных. Йода стукнул тростью о пол один раз, негромко. - Решение Совета и командования принято. Кайрен выпрямился так быстро, как позволило тело. Бок напомнил о себе, и он тут же сбавил движение. Йода, конечно, заметил, но не прокомментировал. - Рыцаря Кайрена Тала возвращают к отряду «Нулевой», - сказал Пло Кун. - С ограничением на полевые операции до полного медицинского допуска Храма. Ты можешь вернуться на «Шорох» и продолжать восстановление рядом с отрядом, участвовать в анализе, планировании и работе, не требующей боевой нагрузки. Прямые выходы - только после повторной оценки целителей. Несколько секунд Кайрен не сказал ничего. Он был готов услышать иное. Готовился к тому, что его попросят остаться в Храме дольше, что командование разведки сочтет назначение слишком рискованным, что Совет решит: после такого боя молодой рыцарь должен получить более осторожную службу. Он убеждал себя, что примет это. Вероятно, принял бы. Но сейчас внутри что-то, сжатое все эти недели, отпустило так резко, что он едва не опустил голову, скрывая это движение. - Благодарю, мастера. Йода смотрел на него с мягкой строгостью. - Благодарить делом станешь. - Да, мастер. - С ограничениями не спорить. - Не буду. Пло Кун едва заметно склонил голову. - Это обещание перед двумя членами Совета. Постарайся помнить его дольше первого неудобного момента на корабле. Кайрен чуть улыбнулся. - Буду. - Еще одно, - сказал Пло. Кайрен поднял взгляд. - Возвращают тебя к ним не потому, что без тебя они не справятся. И не потому, что ты обязан искупить ранением собственное решение. Возвращают, потому что связь уже стала частью вашей службы, и ни Совет, ни командование не нашли оснований ломать то, что работает и что обе стороны называют своим выбором. Он сделал паузу. - Не забывай это, когда снова появится соблазн доказать ценность ценой себя. Кайрен принял слова молча. Они были слишком точными, чтобы отвечать сразу. Йода поднялся с кресла, опираясь на трость. - В путь собираться тебе пора. Долго ждать уже умеют они. Не испытывай больше нужного. Кайрен поднялся тоже, медленнее. Не скрывая, что движение требует внимания. Наверное, именно этого от него сейчас и хотели. - Мастер Йода. - Да? Кайрен на мгновение задержался. Вопросов было много. О том, что мастера сказали «Нулевому». О том, как выглядел Керн, когда слушал. О Флинте, который наверняка спорил с каждым словом, пока не понял, что спорить не с чем. О Свитче и Шейде, молчавших по-своему. Но вслух он сказал только: - Спасибо, что поговорили с ними. Йода чуть улыбнулся. - Нужным был разговор. Пло Кун подошел ближе. - И нужен будет еще. Но не сегодня. Сегодня тебе следует собрать вещи. Кайрен кивнул. Сегодня - собрать вещи. И то, что нужно привезти. *** Переходники «Аурек-четыре» нашлись в храмовом техническом архиве не сразу. Вернее, по словам старшего смотрителя, они были «где-то в разделе устаревших соединительных узлов малых служебных платформ, если их не перевели в ремонтный резерв еще до начала войны». Кайрен, не привыкший воспринимать фразу из трех уточнений как конкретный адрес, уже готовился попросить помощи, когда Пло Кун, проводивший его до архивного крыла, спокойно сказал: - Проверьте сектор узлов для малых платформ. Я встречал там эту серию раньше. Смотритель посмотрел на него с уважением, смешанным с легкой обреченностью, и через несколько минут принес небольшую металлическую коробку. Внутри, обернутые в старую антистатическую ткань, лежали четыре компактных переходника с маркировкой нужной серии. - Четыре? - уточнил смотритель. - Четыре, - сказал Кайрен. Свитч сказал: пару. Или три. Лучше четыре. Четыре надежнее. Эта фраза всплыла так ясно, что Кайрен почти услышал его голос. - Для чего они тебе? - спросил Пло, когда коробку внесли в регистрационный лист передачи. - Обещал привезти. - Значит, важная задача. - Очень. Пло Кун не улыбался заметно, но Кайрен все равно почувствовал: мастер понимает больше, чем сам вопрос допускает. С едой оказалось проще и сложнее одновременно. Проще - потому что храмовая кухня не требовала специального допуска, если молодой рыцарь с еще не до конца зажившими ранами говорит, что ему нужно взять несколько хорошо упакованных блюд в дорогу. Сложнее - потому что Флинт сказал «нормальной еды», а это оставляло пространство для сомнений. Кайрен долго смотрел на варианты, пока пожилой повар, который явно давно научился не задавать джедаям лишних вопросов, не сказал: - Для того, кто устал от пайков? - Очень. - Тогда возьми это. Он поставил перед Кайреном два плотно закрытых термоконтейнера и один сухой пакет меньшего размера. - В первом горячее мясо с пряными зернами. Во втором овощи и лепешки, чтобы не решил, что мы только утяжеляем людей перед рейсами. А в пакете - сладкие полоски из вяленых фруктов. Хорошо переживут дорогу. Кайрен посмотрел на контейнеры. - Спасибо. - Не мне. Тому, кто попросил нормальной еды. Важный человек, если о нем так помнят. Кайрен чуть задержал пальцы на ручке контейнера. - Да. Для Керна он ничего не искал. Не потому, что забыл. Наоборот. Именно потому, что помнил дословно. «Вернитесь сами». Это было единственное пожелание, которое нельзя упаковать, проверить на герметичность и положить в дорожную сумку. Его можно было только исполнить. Шейд тоже попросил ничего. Кайрен несколько раз думал, не будет ли слишком сухо вернуться с подарками для двоих и без отдельной вещи для него. Но каждый раз вспоминал взгляд Шейда в палате и его спокойное: «Вернуться достаточно». Игнорировать это, придумывая предмет поверх его ответа, означало бы услышать не до конца. Значит, для Шейда он действительно не возьмет ничего. Кроме того, что обещал всем. В день отъезда Лисса Мори лично проверила его сумку, словно подозревала, что под контейнерами с едой он пытается скрыть тренировочный меч или комплект грузовых строп. - Медикаменты? - В боковом отсеке. - Датапад с ограничением времени работы? - Там же. - Заключение по физическим нагрузкам? - У вас в руках. - У Керна копия? - Передана по закрытому каналу. - У Флинта? Кайрен моргнул. - У Флинта? - Значит, нет. Передадите. Он выглядит как человек, который будет следить не менее внимательно, чем командир, но гораздо менее дипломатично. Кайрен попытался скрыть улыбку. Не получилось. Лисса отметила это и, кажется, осталась довольна. - Вот и хорошо. Улыбаться можно. Поднимать тяжести нельзя. - Я помню. - Будете помнить и через три часа, когда захотите сами нести сумку до шлюза? Кайрен посмотрел на сумку. Она действительно не была тяжелой. Но после этой недели он уже слишком хорошо знал, что фраза «не тяжелая» в медицинском споре не всегда приводит к победе. - Попрошу помочь. - Прогресс. Она протянула ему служебный датапад с последними разрешениями. - Возвращайтесь, рыцарь Тал. И сделайте так, чтобы следующий раз я увидела вас не в хирургическом отчете. - Постараюсь. Лисса посмотрела на него. Кайрен вздохнул. - Сделаю все, что смогу. - Лучше. Транспорт Храма уже ждал в закрытом ангаре. Дроид-переносчик взял дорожную сумку раньше, чем Кайрен успел даже подумать, нести ли ее самому. Похоже, Лисса решила закрыть и этот возможный спор заранее. Он не стал возражать. Переходники лежали в металлической коробке. Термоконтейнеры надежно закрепили в дорожном отсеке. Медицинские разрешения были переданы на борт. Путь до «Риелл-Восемь» занимал не так много времени, чтобы Храм успел снова стать привычным фоном, и достаточно, чтобы мысль о возвращении перестала быть решением Совета и снова стала чем-то почти невыносимо личным. Кайрен остановился у трапа на один вдох. Храм оставался за спиной - знакомый, нужный, его. Но не единственный дом. Он поднялся на борт. Теперь нужно было вернуться.