Часть 28

Апрель оказался тяжелее, чем я ожидал. Каждый вечер был расписан. Сначала занятия со Снейпом. Потом кабинет директора. Омут памяти. Чужие воспоминания. Чужая жизнь. Чужие ошибки. С каждым новым воспоминанием Волан-де-Морт переставал быть просто чудовищем. Я видел мальчика. Потом подростка. Потом человека, который шаг за шагом сам выбрал путь, с которого уже не смог свернуть. Это пугало сильнее всего. Иногда мне казалось, что директор хочет не научить меня победить его. А научить понять. Я устал. Не от занятий. От ожиданий. Все чего-то ждали от меня. Рон. Гермиона. Орден. Учителя. Весь волшебный мир. Будто я уже должен знать ответы на все вопросы. Будто я не обычный семнадцатилетний парень. Я тяжело вздохнул. Даже Малфой… Я все чаще замечал его. Он изменился. Осунулся. Побледнел. Передвигался по школе словно тень. Мы с Роном были уверены, что он что-то замышляет. И все же… Каждый раз, когда я смотрел на него, внутри что-то мешало назвать его чудовищем. Нет. Он определенно что-то скрывал. Но почему-то мне казалось, что боится он не меньше нашего. Странное чувство. Я никак не мог от него избавиться. И, наверное… Именно поэтому каждый вечер я все равно шел в библиотеку. В наше место. Я сам однажды назвал его так. Совершенно случайно. И Тео тогда лишь улыбнулся. Он уже ждал меня. Как всегда. Сидел у окна, окруженный книгами, будто проводил здесь всю жизнь. — Опаздываешь, Поттер. Я улыбнулся. — Всего на две минуты. — Для тебя это уже подвиг. Я тихо рассмеялся. Рядом с ним смеяться почему-то было легко. Мы почти никогда не говорили о войне. О Волан-де-Морте. О пророчестве. О моих уроках. Тео никогда не задавал вопросов, на которые мне не хотелось отвечать. Вместо этого он рассказывал о книгах. О музыке. О созвездиях, которые любил разглядывать по ночам. О том, почему старые скрипки звучат иначе новых. О каком-то редком дереве, из которого их делают. Я слушал. Иногда задавал вопросы. Иногда просто молчал. И этого было достаточно. Наверное, впервые за долгое время рядом с кем-то я чувствовал себя не Избранным. Не тем, кто должен всех спасти. А просто… Гарри. Я поймал себя на мысли, что улыбаюсь. Тео как раз увлеченно рассказывал, почему одна и та же мелодия никогда не звучит одинаково дважды. Я почти не вслушивался в слова. Я слушал его голос. Спокойный. Теплый. Удивительно живой. Наверное, именно его мне и не хватало весь этот год. Я вдруг понял одну простую вещь. Мне больше не нужны были причины искать встречи с Тео. Мне просто хотелось, чтобы он был рядом. ******** Я с силой захлопнула книгу. Бесполезно. Все было бесполезно. Слухи умерли. Так же быстро, как и появились. Несколько недель назад весь Хогвартс только и говорил о Никсе Фобос. Теперь… Будто ничего и не было. Она все так же спокойно ходила по замку. Улыбалась. Отвечала на уроках. Словно никто и никогда не пытался втоптать ее в грязь. Как вообще можно быть такой… Невозмутимой? Я раздраженно постучала ногтем по столу. Даже Крис изменился. Да, он больше не бегал за ней по коридорам. Но теперь стало только хуже. Он смотрел на нее совсем иначе. Не как влюбленный мальчишка. Как человек, который пытается разгадать самую сложную загадку в своей жизни. И мне было ненавистно это видеть. Почему? Почему он смотрит на нее так? Что в ней такого особенного? Фобос… Фобос… Фобос… Все только о ней и говорят. Я резко поднялась. Нет. Так больше продолжаться не может. Если слова не смогли ее сломать… Значит, нужно ударить по-другому. Медленнее. Точнее. Так, чтобы после этого ей самой стало стыдно выходить в Большой зал. Мой взгляд остановился на колдографе, лежавшем на тумбе. Колдографии… Я задумчиво улыбнулась. А что, если весь Хогвартс увидит не слухи… А “доказательства”? Не подделку. Нет. Это слишком опасно. Настоящие снимки. Только сделанные в нужный момент. Когда Фобос будет выглядеть смешно. Нелепо. Унизительно. Падает. Переодевается за ширмой перед тренировкой. Испачкается. Окажется в самой неудобной ситуации. Достаточно одного удачного кадра. А дальше Хогвартс сделает все сам. Я медленно улыбнулась. Вот теперь… Это уже похоже на план. Фобос еще не знает. Но очень скоро ей станет не до спокойных прогулок по коридорам. ******** После разговора с Яровитом на душе стало удивительно спокойно. Старый ворчун. Он всегда ругался одинаково. Будто хотел отчитать меня за все столетия разом. И каждый раз заканчивал одинаково. Тем, что переживал. Я невольно улыбнулась. Как же все-таки приятно знать, что где-то есть те, кто волнуется за тебя не потому, что ты нужна. А просто потому, что ты есть. Май был уже совсем близко. А вместе с ним… И конец игры. Я сидела в библиотеке. Передо мной лежал учебник по трансфигурации. Открытый. Совершенно бесполезный. Я уже минут десять смотрела на одну и ту же страницу, не прочитав ни строчки. Мысли были далеко. Краем глаза я заметила движение. Драко. Он вышел из-за двери Запретной секции. Я медленно закрыла книгу. Лицо напряжено. Плечи напряжены еще сильнее. Он шел быстро. Слишком быстро. Будто боялся, что его окликнут. Мадам Пинс нигде не было. Странно. Очень странно. Я проводила Малфоя взглядом. Значит… Он тоже начал искать ответы. И раз ему пришлось спуститься в Запретную секцию… Времени почти не осталось. Финал действительно приближался. Оставалось только ждать. Громкий хлопок заставил меня вздрогнуть. Я резко подняла голову. Передо мной стоял Крис. Он молча смотрел мне прямо в глаза. На стол между нами легла тяжелая старая книга. Я машинально опустила взгляд. И сердце пропустило удар. «Каталог запрещенных магических полотен.» Нет… Пальцы непроизвольно сжались. Только не это. Я медленно подняла глаза. Крис не улыбался. Впервые с нашей встречи на его лице не было ни привычной насмешки, ни легкости. Только спокойствие. И слишком внимательный взгляд. — Нашел интересную книгу, — негромко сказал он. Я заставила себя спокойно посмотреть на обложку. — Поздравляю. — Особенно интересной оказалась одна женщина. Внутри все сжалось. Я молчала. Он медленно открыл книгу. Перевернул несколько страниц. Остановился. И развернул ее ко мне. Со страницы на меня смотрела… Я. Только в одежде, которую не носили уже несколько столетий. Крис внимательно следил за каждым изменением моего лица. Я понимала. Одно неверное движение. Один слишком долгий взгляд. Одна неосторожная эмоция. И все, что я скрывала столько лет, начнет рассыпаться, словно карточный домик. В библиотеке было удивительно тихо. Только где-то вдалеке шелестели страницы. — Скажи мне, Никса… — Кто ты такая? *********** Я нервничал. Наверное, впервые за долгое время по-настоящему. Пока шел к библиотеке, был уверен в себе. Мне казалось, стоит показать ей книгу — и все станет ясно. Она удивится. Испугается. Выдаст себя. Хотя бы взглядом. Хотя бы одним неверным вдохом. Но сейчас… Сейчас я смотрел на Никсу и понимал, что ничего не понимаю. Она была спокойна. Слишком спокойна. Я открыл книгу на нужной странице и развернул ее к ней. — Нашел интересную вещь. Она опустила взгляд на портрет. Лишь на мгновение. Потом снова посмотрела на меня. — Поздравляю. Я нахмурился. — Не узнаешь? Никса снова перевела взгляд на рисунок. Улыбнулась. Совсем немного. — Узнаю. — И? — Моя родственница. Я молчал. — Это все? Она чуть склонила голову. — А что ты хотел услышать? Я ткнул пальцем в портрет. Потом перелистнул страницу. Еще один. Еще. Еще. — Они все похожи на тебя. Теперь она внимательно посмотрела на изображения. — Правда? Я кивнул. — Очень. Она снова перевела взгляд на меня. — А мне кажется, не очень. Я непонимающе нахмурился. Никса медленно повернула книгу обратно к себе. — Посмотри внимательнее. Я невольно подчинился. — Вот здесь нос шире. Здесь подбородок совсем другой. У этой женщины глаза крупнее. У этой скулы выше. У этой волосы гуще. Она спокойно переворачивала страницы одну за другой. И с каждым новым портретом я действительно начинал замечать различия. Раньше мне казалось, что лица одинаковые. Теперь… Нет. Они были разными. Очень похожими. Но разными. Никса закрыла книгу. — В некоторых семьях родственники действительно похожи друг на друга. Особенно если род древний. Разве это преступление? Я молчал. Потому что не находил, что ответить. Она спокойно продолжила: — Или ты никогда не замечал, что Малфои похожи между собой? Или Уизли? Или Блэки? Я сжал челюсти. Она говорила разумные вещи. Слишком разумные. — Тогда объясни, почему… — Крис. Она впервые за долгое время произнесла мое имя так спокойно. — Ты начинаешь искать тайны там, где их нет. Я хотел возразить. Но она уже поднялась. — Иногда ответ оказывается намного проще, чем нам хочется. Она взяла книгу и протянула ее мне. — Не позволяй любопытству превратиться в одержимость. Она развернулась и пошла к выходу. Я смотрел ей вслед. Нет. Что-то здесь было не так. Она ответила про портреты. Очень красиво ответила. Почти убедила меня. Почти. Но… Я снова открыл родословную. Одни женщины. Ни одного мужчины. Ни одного. И еще… Перед глазами всплыл тот вечер. Темный коридор. Никса сидит на подоконнике. Тихо отвечает кому-то. Я слышал только шипение. Она сказала: «Не могу обещать.» «Спасибо.» «Я знаю.» С кем она разговаривала? И почему это звучало так… будто она отвечала старому другу? Я медленно закрыл книги. Нет. Наш разговор еще не окончен. Она может сколько угодно уходить от ответов. Но однажды… Я все равно узнаю правду. О роде Фобос. О странной родословной. И о том, с кем Никса разговаривает тогда, когда весь остальной мир слышит лишь змеиное шипение.