Часть 2

      Эта ночь не смогла принести мне отдыха. Кошмарные образы не давали покоя — словно слайд-шоу: изуродованные Чумой тела погибших, реки крови, что давно смешались с грязью. Смерть, призывающая свою армию, сменяли друг друга перед глазами. Я зажмурилась ещё сильнее, надеясь, что это поможет избавиться от них. Но, потерпев неудачу, решительно отбросила попытки уснуть.       Я побрела в душ, желая смыть с себя остатки вчерашнего дня. Встала под струю тёплой воды, смывая пот и грязь. Злость сменилась сомнением. Ни за что не поверю, что Эрагон откажется от добровольной помощи. Раньше его не беспокоило отсутствие моих сил — так что изменилось? Почему не хочет подпускать к делам? Погружённая в мысли, я закрыла кран и, обернув вокруг тела полотенце, поплелась к двери. Открыв дверь, моё сердце на мгновенье остановилось, и, прижав руку к груди, я испуганно вскрикнула. — Чёрт! — выдохнула я. — Я не слышала, как ты вернулся. — Я думал, что успею вернуться до того, как ты проснёшься. Люцифер выглядел бодро. Со временем усталость если и появлялась, то не отражалась на нём, поэтому я инстинктивно пыталась научить себя этому приёму. Я даже не могу вспомнить, когда последний раз видела его в плохом настроении. — Кстати, об этом. Чем ты был занят? — Ничего интересного, так… обычные проблемы демонов, — небрежно бросил он. Его тёплые пальцы нежно коснулись моей влажной шеи, он провёл большим пальцем по моим губам и мягко прильнул к ним. Отстранившись, он развернулся и направился к шкафу. Открывая его, спросил: — А что случилось вчера с тобой? — Что именно тебя интересует? Дружественный разговор с Эрагоном или мой внешний вид? — Меня интересует всё. — Да… так ничего интересного, — специально процитировала его я. — Занялась садоводством. Люцифер, отойдя от шкафа и не успев полностью застегнуть рубашку, поднял бровь, показывая свою неудовлетворённость моим ответом. Он медленно зашагал к столу, облокотившись бедром о который я стояла. — Что у вас произошло? Ты так взъелась на него из-за собрания? Спешу тебя обрадовать: ты не пропустила ничего интересного. У меня не было желания говорить об этом, пока не соберу достаточно информации. Зато у меня есть идея, как избавить нас обоих от этого разговора. Шагнув навстречу ему, я подняла голову и с улыбкой коснулась его груди. — Мы повздорили. Так бывает. — Аккуратно сжав ворот рубашки, я плавно потянула его на себя и, пятясь спиной, стала отходить обратно к столу. Я упёрлась в него, что заставило меня обернуться, оценивая необходимость очистить стол от хлама. Обоими руками я обвила его шею и припала к его губам. — Ты переводишь тему, — нежно прикусив мою нижнюю губу, отстранившись, заметил он. — Да, ровно так же, как и ты. Но, заметь, у меня это выходит куда лучше. — Я наклонила голову набок и медленно стянула с себя полотенце. Он прищурился, будто размышляя, чего ему хочется больше: продолжать расспрашивать меня или поддаться на моё искушение. Люцифер обозначил своё решение, протянувшись к моим губам. Я покорно притянулась в ответ и прислонилась своим влажным телом к нему. Его поцелуй был настойчив, этого было достаточно чтобы стиреть из моей памяти все гнетущие мысли. Головокружение смешалось с дрожью в ногах — моё тело кричало о возбуждении. Люцифер рывком подхватил меня за бёдра и осторожно усадил на стол. Он принялся ласкать мою шею, медленно опускаясь ниже к груди, губами ловил стекающие капли воды. Его едва ощутимые укусы оставляли волну мурашек после себя. Волна усилилась, когда его руки коснулись внутренней части моего бедра. Грубые ладони ощущались так мягко, почти невесомо. Он развёл мои ноги и, освободившись от остатков одежды, встал между ними. Я задержала дыхание, предвкушая долгожданное ощущение близости. Сжимая моё бедро, он мягко вошёл в меня. Я позволила себе выдохнуть, издав громкий стон. Обвила ногами его торс и выгнулась ему навстречу, желая ощутить его ещё ближе, глубже. Ногтями впилась в его кожу на спине, опрокинула голову назад, прикрывая глаза, наслаждаясь грубыми размашистыми толчками. Тело становилось ватным, предвещая готовность достичь вершины моего наслаждения. Я опустилась спиной на столешницу, его ладонь легла мне на живот, изучая взглядом каждый миллиметр моего тела. Мой протяжный стон обозначил завершение нашей пламенной близости. Приведя себя в порядок, я готовилась отправиться в школу, но Люцифер придержал меня за запястье. — Как освободишься, зайди ко мне в ад. Я хочу кое-что показать. — Идёт. — Чмокнув его в щёку, я вышла из комнаты.

***

             Всё честно: я помогла Ривелиусу, значит, заслужила полететь на Землю вместе с Мими. И плевать, если Эрагон изменил своё мнение после нашей перепалки. Опустившись на порог школы, я открыла тяжёлые двери. Школа — одно из самых важных зданий на небесах, поэтому брошенных сил на её восстановление было немало. И несмотря на то что мы пока не принимаем непризнанных, учеников хватало. Торопливо проходя по коридору, я то и дело всматривалась в маленькие окошки дверей кабинетов. Резко остановилась и сделала пару шагов назад, повернула голову — я поняла, что не обозналась. Аккуратно опустила ручку и, потянув дверь на себя, прошла вглубь помещения. — Я удивлена видеть тебя тут. — Не сомневаюсь, — почти безучастно ответил Мальбонте. — Я помогаю Мими в школьных делах. — Как ты на это согласился? — У меня не вышло скрыть удивления. Кажется, я его плохо знаю, потому что считала, что он никогда не пойдёт по доброй воле взаимодействовать сразу с таким количеством бессмертных. — Я предложил сам. Я слышал, ты вчера опоздала на собрание? — Астарот… — мне не нужно было спрашивать, я знала, кто был источником информации. — Ну, тебя там тоже не было. — Это было моё решение. — Я даже рада тебя видеть. Хотела попросить. Я достала заранее приготовленный лист бумаги, на котором небрежным почерком вывела пару слов, что смогла запомнить. Придвинула к нему и спросила: — Сможешь перевести? Он долго вглядывался в четыре слова, написанные мной, что заставило меня сомневаться в его способностях или в моём почерке. — Обряд исцеления, кровь и видение. Я указала на слово, которое в книге было написано от руки на полях. — Это какое? — Видение, — чуть позже добавил: — Но я не уверен. — Почему? Мне нужно знать точно. — Если бы тут было написано аккуратнее, я бы смог сказать тебе точно. Откуда ты их взяла? — Из книги. Старая такая, с тёмно-синей обложкой, но название стёрто. Кажется, это стихотворение. — А где нашла её? Я помялась в раздумьях над ответом. После войны Эрагон не отправил его под суд за помощь всадникам — может, потому что тогда пришлось бы судить сотни бессмертных, или потому что решил дать ему шанс. И пусть никто не решался сказать Мальбонте это в лицо, но некоторые ненавидели его и не спешили доверять. Что до меня, у меня никогда не выходило прочитать его мысли. Он всегда выглядит невозмутимо и равнодушно, но в голове могли прорастать идеи плана по свержению власти или чьего-то убийства. Я не спешила ему доверять, но однозначно я его больше не боялась. — Не важно.

***

      Я встретила демоницу на лестнице и вдохнула — хоть сегодня я не опоздала. — Мими, я везде тебя ищу. — Вики, я рада тебя видеть, — заключив меня в объятия, сказала она. — Ты тут откуда? — Я отправлюсь на Землю с тобой, хочу помочь. — Оу, детка, я боюсь, Эрагон взбесится, если узнает, — расстроенно протянула она. — Нет, нет, нет, — активно замахав руками, я принялась успокаивать её. — Он знает, мы с ним договорились об этом. — Супер! Тогда сможем повеселиться вдво… вчетвером. Кажется, от радости она совсем позабыла о наличии ещё двух звеньев в нашей цепи. — Кристофер и Астарот, да? — Да, знаю, как ты их не любишь, но не могу оставить их тут. К тому же они не принесут нам проблем, считай их своим брелоком к сумочке, — посмеиваясь, сказала она. — Вообще, я не люблю только одного из них. Мы приземлились у бара, которому, если судить по внешнему виду, пришлось несладко после нескольких лет разрушений. Бессмертные не спешили раскрывать перед людьми свои крылья, пока не убедимся, что они лояльно настроены к нам. Мы знали, что у них осталось орудие против нас. — Кто нам нужен? — осматривая окрестности, поинтересовалась я. — Его зовут Остин, работает на складе. Мы забирали оттуда горн.– Мими замялась. — В прошлый раз мне удалось наладить с ним контакт, хотелось бы продолжить. Он посещает это место каждую субботу в 9 вечера. Кристофер открыл дверь, пуская нас с Мими вперёд, а сам направился к компании трёх слегка пьяных мужчин, надеясь разговорить их. Мими осматривала каждый уголок этого пристанища несчастных и разбитых людей. Найдя свою цель и кивнув в его сторону, она игривой походкой направилась к Остину. Я же решила занять место за барной стойкой. Бородатый мужчина, заглянув хмуро, спросил: — Чего вам налить? — Просто воды, спасибо. — А вам? — спросил он, глядя мне за спину. — Водки, пожалуйста, — голос Астарота раздался у меня под ухом, от чего я вздрогнула. — Водки? На хрена? Ты не опьянеешь всё равно, — скучающе бросила я. — Никогда не пробовал, но слышал, очень крутая штука. Хочу убедиться в этом лично. Бармен поставил перед нами стаканы с напитками. — Вас давно не видно с Люцифером вместе, вы ненароком не расстались? — обводя пальцем горлышко стакана с лёгкой улыбкой, произнёс Астарот. — Воу, — протянула я. — Знаю, ты любишь копаться в чужом белье, но даже для тебя это слишком мелко. На твоё несчастье, у меня всё хорошо в отношениях. — Жаль. Но когда он бросит тебя, приходи ко мне… — он вскинул бровями, а после продолжил: — я утешу. От абсурдности сказанного я залилась смехом и, отпив из стакана воды, ответила: — Даже если я каким-то хреном расстанусь с Люцифером, ты, — я указала на него пальцем, — будешь последним, к кому я приду за поддержкой. Я обернулась в сторону Мими: она уже вовсю использовала своё обоняние, водила пальцем по его ладони, пока он, не отводя от неё взгляда, что-то рассказывал. Крис, видимо, смог найти общие темы, раз его ещё не выставили за дверь. Через короткое время Мими и Крис встали из-за своих мест и направились в нашу сторону. Я вернулась к своему стакану. Глотнув прозрачной жидкости, я осознала, что оставлять без присмотра стакан было моей ошибкой. Я ощутила неприятный обжигающий вкус водки и тут же вернула содержимое обратно в стакан. Уже слышала, как заливается смехом виновник глупой шутки. — И правда крутая штука. — Ну ты и ребёнок. Подошедший Кристофер спросил: — Веселитесь? Кстати, если у вас не завалялось пары купюр, то советую линять быстрее, пока этот мужик не смотрит, — кивнув на отвернувшегося бармена, сказал он. Мы последовали его совету, торопливо покидая бар. — Удалось что-нибудь выяснить? — Астарот положил руку на плечо брата. — Остин проболтался, что сегодня склад пуст и всё оружие было направлено в отдалённый город Ротков. И по сути, охранять ему больше нечего. — В чём причина? В этом городе особые проблемы с бессмертными? — Кто-то из главных приказал, говорит, хотят изучить и попробовать сделать что-то вроде аналога. — Как думаешь, это возможно? — слегка взволнованно поинтересовалась я. — Нет, хотя я не уверена. — А у меня тоже есть новости, — вклинился в наш диалог Крис. — Эти мужики рассказали, что тут церковь появилась, одна очень интересная. — И чем же она интересна? — Астарот, кажется, подверг сомнению эти слова. — Святой отец этой церкви на проповедях утверждает о скором рождении бога. — Чёрт, очередные пропагандисты своей чуши, — Мими пнула ногой небольшой камешек, вымещая на нём всю злость. — Он не первый, кто кричит о тёмном боге и новой истинной вере. — Предлагаю наведаться к этому святому и выяснить, в кого они там верят. Закончив наш разговор, я взлетела в небо, ловя лицом холодные порывы ветра и мелкую изморось. Церковь стояла на окраине города. К нашему приходу густой туман успел спрятать деревья, растущие на заднем дворе сооружения. Дождь моросил, оставляя неприятную липкую влажность на коже. Может быть, люди испытывали надежду и уверенность, но меня это место однозначно погружало в жуткое отчаяние с нотками одиночества. Пожелтевшая от старости краска сходила с каменных стен, оголяя рыжие кирпичи. На козырьке собора был натянут плотный кусок плёнки, прикрытый сверху деревянным настилом — временная заплатка на месте пробитой крыши. Хотя неизвестно, как долго это «временно» продлится. Под напором ветра плёнка противно шелестела, навязывая спешно покинуть это место. И лишь слабый золотой блеск шпиля на куполе напоминал мне о тёплом и таком далёком мире, который однажды исчез. Мими не проявила желания зайти внутрь, а Крис был рад возможности побыть с ней наедине. Мы с Астаротом осторожно переступили скрипучий порог и, приоткрыв двери, юркнули в здание. Воздух был пропитан запахом ладана и воска. Я задержала взгляд на бледном свете, падающем сквозь узкие окна. То и дело исчезая и снова появляясь, кружили мелкие частички пыли. Пламя на нескольких свечах пошатнулось от нашего прихода, но ни одна не погасла. На самой первой скамье сидел святой отец. — Извините, — начала я. — Не могли бы вы нам помочь? — Здравствуй, дитя моё. Чем я могу помочь? — Мы не местные и узнали о вашем храме и вашей вере. — Вы не верите, так зачем пришли? — Потому что вы утверждаете, что верить есть в кого. Говорите о новом боге, о его рождении. — Мои слова не верно трактовали, — он встал со скамьи, подошёл к библии, лежавшей на алтаре — Бог нас не покидал. — Не хочу вас расстраивать, но это не так. Губы его дрогнули, словно он хотел ответить на мой вопрос, но, заметив Астарота, его желание общаться явно поубавилось. Я кивнула головой, мол, уйди, и он нехотя, пропуская всё самое интересное, отошёл и сел на скамью заднего ряда. Пастырь жестом пригласил меня в кабинку, предназначенную для исповедальни. Всё ещё не понимая, что он хочет от меня, я прошла за ним. — Что тревожит твою душу? — за сетчатым окном я не видела его выражение лица и не могла понять, серьёзно ли он это. — Я… Мне не нужна исповедь. Я хочу ответов. — Обычно так говорят те, кто нуждается в исповеди больше остальных. Ты пришла сюда узнать о боге, потому что хочешь вновь его обрести. — Бог никогда не был со мной. Да и с вами вряд ли, — язвительно кинула я. — Почему ты так думаешь? — Я просто знаю. Знаю, что ему было плевать на чужие проблемы. Он может только создавать, а после молча отходить в сторону со словами «я не вмешиваюсь в дела моих детей». — Он подарил жизнь. И разрешил распоряжаться ей по собственной воле. Я усмехнулась. Шепфа этого не сделал — он только забрал веру и силу людей у брата, а после долгие годы хранил этот секрет. — Жизнь подарила мне моя мать. Которая, кстати, умерла… — я остановила себя. Умерла, сражаясь за небеса, за ошибку Шепфы. После смерти Матери Жизни остатки её силы взрывом раскидали нас по разным местам, больше месяца разбирали завалы на той пустоши в поисках её тела. Мы не нашли её. У нас не было времени испытать друг к другу тёплые семейные эмоции, мы просто оказались не в том месте и не в то время. Но я постоянно прокручиваю в голове слова, которые хотела бы ей сказать перед тем, как потеряю навсегда. — Да упокоит… Не дав договорить ему, я вскочила с места и решительно направилась к выходу из кабины.Он вышел следом. — С меня хватит. Мне нужны ответы на вопросы, которые задаю я. О каком боге вы говорите? — О том, который никогда по-настоящему не покидал нас. Он просит дождаться и найти его. — Ладно, пусть, — выдохнула я, мысленно считая до десяти. — Мы не будем вас трогать, проповедуйте и дальше ваши сказки, но только даже не пытайтесь навязать им то, что разрушит их окончательно. Я развернулась к нему спиной и твёрдым шагом отправилась на выход. Астарот, словно чувствуя моё настроение, даже не пытался вставить ни слова. Святой отец только тихо произнёс вслед: — Благословит тебя Шепфа, дитя моё.