Часть 25 Контрзаклятие

Выходные в Хогвартсе всегда дарили долгожданную передышку после первых напряжённых недель учёбы. Новички ещё путались в коридорах, старшекурсники уже строили дерзкие планы на год. Солнце заливало территорию тёплым светом, озеро искрилось, словно огромный сапфир, а ученики разбрелись кто куда: кто-то гонял квиддич на импровизированном поле, кто-то устроился с книгами в тени древних деревьев, кто-то просто болтал у фонтана, наслаждаясь редким покоем. Драко Малфой шёл по тропинке к озеру один. Без привычной свиты, в простой чёрной мантии, без привычной надменной маски. Уже третью ночь он почти не спал. Урок у профессора Кириак оставил тяжёлый осадок — её низкий, чуть хрипловатый голос, странные истории о духах и умерших матерях, смутные ощущения, которые теперь не давали покоя. В груди тихо, но настойчиво пульсировал какой-то зов, словно далёкий шёпот, который невозможно заглушить. Он должен был разобраться. Медленно шагая, он вдруг он увидел ту, кого искал. Гермиона Грейнджер сидела на старой скамейке у самого берега озера, с книгой в руках. Ветер играл с её чуть укороченными локонамии, а лицо было задумчивым и отстранённым. Вокруг — ни души. Идеальный момент. Драко подошёл медленно, руки в карманах мантии, без обычной агрессии. — Грейнджер, — произнёс он с тихой насмешкой, почти мягко. — Опять одна? Друзья бросили тебя наедине с книгами? Гермиона резко подняла взгляд. Книга захлопнулась с негромким хлопком. — Малфой, — ответила она настороженно, но ровно. — Что тебе нужно? Появились новые вопросы, на которые ты вдруг решил услышать моё мнение? Он сел на самый край скамейки — не слишком близко, но и не на расстоянии. Несколько секунд молча смотрел на сверкающую воду. — Я был на том уроке у профессора Кириак, — наконец сказал он. — Как ты и советовала. Красивые истории… Но ничего конкретного. Только ещё больше вопросов. Гермиона молчала, внимательно изучая его лицо. Драко повернулся к ней. Взгляд был прямой, без привычного вызова. — Что ты видела на распределении? — спросил он чуть ниже. — Что тебя так напугало? Как это связано с этой профессоршей? Я не уйду, пока не расскажешь. Она тяжело вздохнула, откинулась на спинку скамейки и посмотрела на озеро. — Зачем тебе это, Малфой? Ты никогда не интересовался ничем, кроме собственной персоны. Почему вдруг тебя так задел этот мальчишка? Драко помолчал. Его взгляд невольно скользнул по её лицу. После войны она изменилась — стала жёстче, увереннее. В ней появилась сила, которая когда-то раздражала, а теперь… притягивала. — Не знаю, — честно ответил он. — Просто… что-то не даёт покоя. Как будто это касается меня лично. Я не могу объяснить. Но я должен понять. Гермиона долго смотрела на него — словно пыталась увидеть ложь. Но в его голосе не было ни злобы, ни насмешки. Только растерянность. — Хорошо, — наконец сдалась она. — На нём чары. Отвлекающие внимание. Если хочешь увидеть правду — примени «Revelio Aspectum», когда он будет один. И… будь осторожен. То, что увидишь, сильно шокирует. Драко медленно кивнул. В глазах мелькнуло облегчение, смешанное с ещё большим беспокойством. — Спасибо, Грейнджер. Она поднялась, прижимая книги к груди. — Не за что, Малфой. Просто… не наделай глупостей. Гермиона ушла лёгкой, уверенной походкой, не оборачиваясь. Драко остался сидеть у озера, глядя на воду. Вопросов стало только больше. Они множились, как круги на воде после брошенного камня. Несколько следующих дней Драко жил словно в тумане. Уроки проходили мимо него: зельеварение, трансфигурация, заклинания — всё сливалось в серую массу. Мысли постоянно возвращались к Николасу Кириаку. Тот тихий зов в груди не отпускал, становясь всё настойчивее. Он начал наблюдать. Сначала издалека — в Большом зале, где мальчик сидел за столом Рейвенкло, смеялся с новыми друзьями. Потом — в коридорах. Николас часто ходил один: то в библиотеку, то к озеру с белым котом на плече. Драко ждал удобного момента. Он наступил на третий день. Третий этаж, старый коридор, пропитанный запахом пыльных книг. Косые лучи солнца падали сквозь высокие окна, рисуя длинные тени на каменном полу. Николас шёл медленно, читая на ходу, мантия тихо колыхалась в такт его шагам. Драко вышел из ниши бесшумно, как тень. Поднял палочку. — Revelio Aspectum, — прошептал он. Заклинание коснулось спины мальчика лёгким ветерком. Николас остановился. Медленно повернулся. И мир для Драко остановился тоже. Перед ним стоял не просто первокурсник. Платиновые волосы, аристократические скулы, холодноватый блеск серых глаз. Точная, уменьшенная копия Люциуса Малфоя. Даже лёгкая манера держать голову — та же. Мальчик посмотрел на него спокойно и спросил детским, но уже с характерной малфоевской интонацией голосом: — Ты кто? Почему ты следишь за мной уже несколько дней? Что тебе нужно? Драко не мог выговорить ни слова. Шок сковал горло. Отец. Это лицо. Его лицо. «Это… мой брат?» Сердце заколотилось так, будто хотело проломить грудную клетку. Зов в груди взорвался с новой силой — кровный, древний, неоспоримый. Николас нахмурился, и в его лице вдруг проступили мягкие черты его матери, профессора Кириак. Тот же мудрый, чуть встревоженный, взгляд. — Что с тобой? — спросил он, делая шаг ближе. — Тебе плохо? Драко резко отступил, делая шаг назад. Мир сузился до этого лица. Он развернулся и побежал. Коридоры мелькали перед глазами, ступени, повороты, тени. Ноги сами несли его в дальний конец замка — в заброшенный туалет на втором этаже, где всегда капала вода и пахло сыростью. Туалет Плаксы Миртл. Дверь хлопнула за его спиной. Драко сполз по стене на холодный пол у раковины, тяжело дыша. Руки дрожали. Миртл выплыла из кабинки, её прозрачные глаза округлились. — Ой… Малфой? — проплакала она. — Ты выглядишь так, будто увидел привидение. Хотя… я и есть привидение. Что случилось? Драко поднял на неё разбитый взгляд. — Миртл… Этот мальчик, первокурсник. Николас Кириак. Рейвенкло. Ты знаешь, кто он? Призрачная школьница замерла. Потом медленно приблизилась и её холодное дыхание коснулось его щеки. — О да… — прошептала она почти торжественно. — Призраки давно догадывались. Он — Малфой. Твой младший брат. Полукровка, бастард… но кровь — та же самая. Драко закрыл глаза. Слова ударили сильнее любого проклятия. Брат. Младший брат. Сын отца. Как? Когда? Отец всегда был так осторожен. После Первой Магической Войны — особенно. Драко помнил то время. Ни одного пятна на имени Малфоев. Ни одного риска. А теперь… этот ребёнок. От женщины из другой страны, с другой магией. Невозможно. И всё же — правда. — Что же мне теперь делать? — едва слышно прошептал он, голос сорвался. Миртл посмотрела на него с грустной нежностью. — Что хочешь, — ответила она тихо. — Пока ты жив, у тебя есть выбор. Можно плакать, как я. Можно бороться. Можно притворяться, что ничего не знаешь. Выбор за тобой. Драко долго сидел в тишине, глядя в потрескавшийся пол. Вопросы не исчезли. Их стало только больше. Рассказать отцу? Подойти к мальчику? Или попытаться забыть? Но забыть было уже невозможно. В груди теперь ясно пульсировало осознание. У него есть брат. И с этим нужно было что-то делать.