Часть 4: it suits you!

— Сегодня мы поговорим о цветах и о том, как они, возможно, работают! — объявил я в начале урока. Кто-то радостно зашумел, кто-то просто зевнул. Семиклассники, да? — Итак, есть у кого-нибудь идеи, как работают цвета? Это просто мозговой штурм, так что не бойтесь делиться мыслями, — я быстро написал слово «Цвета» прямо в центре доски. Дети тут же начали поднимать руки. — Уиллоу, что ты думаешь? — я указал на девочку в заднем ряду. — Что-то связано со светом? — неуверенно спросила она. — Со светом, отличная идея! — пробормотал я, записывая это слева от слова «Цвета». Я повернулся обратно и заметил, что некоторые дети уже начали медленно опускать руки, и с трудом сдержал улыбку — иногда они опускали их так медленно, что это выглядело почти комично. — Кто ещё? — спросил я класс. — Да, Ноа? — Отражение? — Да! А теперь: что они отражают? — Я быстро написал «Отражение» и добавил рядом маленькое «Чего?». — Есть идеи? — никто не поднял руку, так что я дал небольшую подсказку. — Помните, как работал звук? И тут же взметнулась вверх одна рука. — Эмбер! Да, расскажи, что ты помнишь! — Эм... волны? — Точно! Это волны, но в данном случае световые, а не звуковые. А теперь у меня есть ещё один крошечный вопросик, Эмбер. — Я только что заметил, что на ней была кепка, а обычно дети должны снимать головные уборы в классе. Ну, может, она просто забыла, так что я хотел быстро напомнить. — Да? — спросила она с невинным видом. — Твоя кепка, которая, кстати, отлично выглядит, — это была светло-жёлтая кепка с маленьким лисёнком, — её не положено носить в классе, помнишь? — О, ну да, но можно я оставлю её, пожалуйста? — спросила она. Мне не хотелось расспрашивать её дальше перед всем классом, так что я решил пока не придираться. — Ладно, тебе повезло, что она такая красивая, — легонько поддразнил я. — А теперь вернёмся к нашим волнам, — я показал им новый плакат. На нём был изображён видимый световой спектр и длины волн. Остаток урока прошёл достаточно весело, большинство детей невероятно заинтересовались тем, как работают цвета, и в конце мы устроили маленькую игру: каждый называл свой любимый цвет. На следующем уроке мы должны были говорить о том, как наши глаза распознают цвета и о зрении как об одном из органов человеческого восприятия. Прежде чем Эмбер успела выйти из класса, я остановил её. И, буду честен, отчасти из чистого любопытства. — Подожди, Эмбер, можно тебя кое о чём спросить? Она посмотрела на меня с недоумением. — Да? — Почему ты сегодня в кепке? Она тебе идёт, но я никогда раньше не видел тебя в ней. — Если скажу, вы никому не расскажете? — она подозрительно осмотрелась вокруг, проверяя, нет ли рядом кого-нибудь. — Обещаю! — ответил я. — Но ты не обязана говорить. Мне просто интересно. Она вздохнула, и я не был уверен, будет ли это что-то серьёзное или просто очередная семиклассная драма. Не хочу смеяться над своими учениками, но в этом возрасте вещи, которые не имеют значения, часто кажутся катастрофой. — Мои волосы. Они испорчены! — воскликнула она. И тут я заметил, что её волосы действительно изменились. Раньше у неё были впечатляющие длинные тёмные волосы, но теперь они были спрятаны под кепкой. — Твои волосы? — Да! Они выглядят ужасно. Я не могу так ходить! — она отчаянно замахала руками, чтобы подчеркнуть свою мысль. — Уверен, они выглядят нормально. — Нет, вы не понимаете, мистер Грейс! Они все испорчены и теперь гораздо короче. — Но ты сама этого хотела? Или с твоими волосами что-то случилось? Она выглядела почти смущённой и натянула кепку пониже на лицо. — Я ходила к парикмахеру, — сказала она обречённо. — Тебе правда не нравится, или это просто непривычно? Иногда нужно время, чтобы привыкнуть к переменам. К тому же, ты видела мои волосы? — я взъерошил их. — Они уж точно не могут быть более растрёпанными, чем мои, правда? Она засмеялась. — Мои более растрёпанные. — Не может быть! Это невозможно! Я очень долго работал над этой красотой, — я притворно встряхнул своими несуществующими длинными волосами. — Ты не могла так быстро повторить этот образ. Она медленно сняла кепку и показала свою новую стрижку. — Видите? Ужасно. Оказалось, что её определение «ужасно» сильно отличалось от моего. Её волосы стали намного короче, да, но ужасными они не были. Она сменила длинные тёмные волосы, достававшие до пояса, на каскадную стрижку до плеч. Ей, на самом деле, очень шло. — Это не ужасно. Мне нравится. — Вы врёте, — она быстро натянула кепку обратно. — Нет, ты отлично выглядишь, Эмбер. — Мне всё равно не нравится. — Думаю, тебе просто нужно привыкнуть. Я имею в виду, ты ведь хотела так постричься не просто так, верно? — рассудительно заметил я. — Я думала, это будет круто, — призналась она. — Я хотела попробовать что-то новое, но это выглядит просто странно. — Дай себе время. Мне самому новые стрижки никогда не нравятся сразу, но всё всегда заканчивалось хорошо. — Но вы всегда выглядите одинаково, — заметила она с лёгким укором. Я с трудом сдержал смех, потому что я НЕ всегда выглядел одинаково. У меня было столько ужасных фаз, что я даже вспоминать о них не хочу. Но я не собирался рассказывать Эмбер о том, как однажды попробовал сделать маллет и потерпел эпичный провал. Всё закончилось очень трагично — бритвой наголо. Поистине самые тёмные дни моей жизни. Хорошо, что одно из моих менее позорных фиаско с причёской было у меня на бейдже, так что я всё ещё мог доказать свою точку зрения. — Ты когда-нибудь рассматривала это повнимательнее? — Я поднёс бейдж поближе к ней. — Какого х... — Выражаемся культурно! — предупредил я. — ...лешего? — исправилась она и рассмеялась. В этот раз я позволил себе рассмеяться вместе с ней. — Ладно, на первый раз прощаю. Но смотри, когда-то я выглядел вот так, а потом сделал эту стрижку, — я показал на свою голову. — И сначала я тоже не знал, что о ней думать, но сейчас считаю, что она отличная. — Я хочу сказать, это лучше, чем ВОН ТО, — она указала на ту ужасную фотографию, и, да, мне точно нужно её переделать. Я выглядел таким несчастным тогда. — Эй! Смотри-ка, кое-кто из нас сейчас в кепке, и это не я, — поддразнил я и игриво щёлкнул по её кепке. — Теперь нет! — она в мгновение избавилась от неё и провела рукой по волосам. Эмбер всегда была очень уверенной в себе, и я не думаю, что эта новая стрижка отнимет у неё хоть каплю этой уверенности. Если честно, как только она привыкнет к новому стилю, её уверенность станет просто безумной. — Видишь? Не так уж и плохо, — я мягко толкнул её в плечо. — Наверное, вы правы, — улыбнулась она. — Спасибо. — Пожалуйста. А теперь иди, наслаждайся переменой. — Хорошо, до свидания, мистер Грейс! — Она направилась к двери, и в ней не было ни следа неуверенности. В тот самый момент я был уверен, что в следующие несколько лет она станет настоящим ураганом самовыражения, и мне стало интересно, когда она откроет для себя краску для волос и, кто знает, что ещё.