Индукто и пицца

Гарри проснулся в три часа ночи от того, что его собственный желудок издал звук, похожий на рычание голодного гиппогрифа. Он сел на кровати, тяжело дыша. Это не был тот привычный, тупой голод из детства у Дурслей. Сейчас он чувствовал себя так, будто внутри него работал разогнанный двигатель, которому внезапно перекрыли подачу бензина. Тело требовало топлива. Тихо, стараясь не скрипеть половицами, Гарри прокрался на кухню. На плите стояла кастрюля с остатками вечернего жаркого. Запах всё еще был божественным. Рука Гарри сама потянулась к крышке, но он замер. Если он съест всё сейчас, завтра Мэй останется без завтрака и обеда. — Черт, — прошептал он, закрывая холодильник. Голод заставлял его чувства обостряться. Он слышал, как за стеной тикают часы, как по трубам течет вода. «Раз уж я не могу поесть, нужно хотя бы понять, на что годен этот новый инструмент», — подумал он. Гарри подошел к стене. Он не думал о заклинаниях, он просто прислушался к тому, как отзывается кожа. Осторожно прижал ладонь к обоям. А затем потянул на себя. Стена не отпускала. Через секунду он уже висел на стене кухни, как огромное насекомое, под самым потолком. Он переместился на потолок, зависнув вниз головой. Мир в перевернутом виде казался более логичным. Вдруг затылок обожгло электрическим разрядом. Дверь в комнату Мэй скрипнула. Гарри среагировал мгновенно. Вместо того чтобы падать, он плавно, как тень, скользнул по стене вниз и в одно движение оказался на стуле. — Питер? Ты чего не спишь? — Мэй вышла в коридор. — Просто воды захотел. Когда она ушла, Гарри выдохнул. Его трясло от осознания. «Если я не могу накормить это тело едой, мне нужно дать ему движение. Иначе я просто взорвусь». Он натянул старую куртку, проверил ключи и бесшумно выбрался через окно. Гарри скользнул по пожарной лестнице вниз. Оказавшись в узком переулке, он посмотрел вверх. Высотки Манхэттена вонзались в небо, как холодные башни из стали. «Пора проверить этот "Болт" в деле». Он рванул с места. Это был не бег, а контролируемый взрыв. Он прыгнул, взлетел на уровень второго этажа и понесся вверх по вертикальной стене. Через десять секунд он стоял на краю крыши пятиэтажки. Ветер бил в лицо. Гарри посмотрел на свои запястья. В памяти Питера не было органической паутины, а у Гарри не было времени на химию. Он сосредоточился. Магия была заперта внутри него, в самой крови. Он вспомнил ощущение Индукто — заклинания липких пут — и резко выбросил руку вперед. Из пустоты соткалась тонкая нить серебристо-голубого света. Она ударила в стену здания. Гарри дернул — держится. Но в ту же секунду он почувствовал резкий укол холода в груди, а перед глазами на миг поплыли черные пятна. Трансфигурация материи стоила дорого, вытягивая силы быстрее любого полета. — Ну, Мерлин, помоги. Он прыгнул. Секунда свободного падения, рывок — и он полетел. Вдруг его чутье взвыло. Гарри затормозил, приземлившись на пожарную вышку абсолютно бесшумно. Внизу трое парней зажали мужчину. Блеснуло лезвие ножа. В груди Гарри закипела ярость. Он натянул капюшон, шепнул едва слышное «Конфундус» в сторону ближайшей камеры и спрыгнул вниз, мягко, как сова на охоте. — У вас есть десять секунд, чтобы бросить нож и уйти, — голос Гарри был тихим и стальным. Грабитель бросился вперед. Гарри среагировал мгновенно. Он перехватил руку с ножом и слегка сжал. Раздался отчетливый хруст. Гарри замер на секунду, глядя на свои руки с ужасом — он не рассчитал силу. Вторым движением он оттолкнул нападавшего в мусорные баки. — Уходите. Живо. Они скрылись в темноте. Гарри повернулся к мужчине. Тот дрожал: «Ты один из этих? Мститель?» — Нет, — ответил Гарри, исчезая в тенях. — Я просто прохожий. Когда он вполз обратно в окно комнаты, эйфория исчезла. Тело требовало топлива, а руки мелко дрожали от истощения. «Я не могу использовать магию так часто. И мне нужно научиться контролировать эту силу, пока я кого-нибудь не убил». Утро началось не с кофе, а с ощущения, что по голове ударили заправочным баком «Хогвартс-Экспресса». Гарри разлепил веки, чувствуя каждую мышцу. Супергеройский метаболизм за ночь окончательно выжег остатки ужина, и теперь желудок не просто просил еды — он требовал жертвоприношений. — Питер! Ты проспал! — голос Мэй из-за двери прозвучал как выстрел. Гарри скатился с кровати, едва не впечатавшись ладонями в потолок по привычке. В голове прояснилось: школа. Опять. Школьные коридоры Мидтауна гудели. Гарри шел, стараясь не задевать никого плечом — после вчерашнего «хруста» в переулке он панически боялся случайно отправить кого-нибудь в полет через всё крыло. У шкафчиков его ждала она. Гвен Стейси. Золотистые волосы, безупречная кожа, мягкий взгляд и эта аура «правильной отличницы», которая светилась ярче, чем заклинание Люмос. В памяти Питера она была божеством. Центром вселенной. Девушкой, ради которой он был готов выучить всю таблицу Менделеева наизусть. — Привет, Питер, — она улыбнулась, и несколько парней в коридоре синхронно вздохнули от зависти. — Я слышала, ты вчера был не в духе. Как самочувствие? Гарри остановился, глядя на неё. С точки зрения эстетики — она была идеальна. Чистая, светлая, словно сошедшая с рекламного плаката. Но внутри Гарри что-то упорно молчало. Он вспомнил Чжоу Чанг с её вечными слезами и Джинни Уизли — резкую, как удар хлыста, способную сглазить тебя раньше, чем ты успеешь вытащить палочку. После ужасов войны, после запаха гари и крови на развалинах Хогвартса, эта стерильная, «фарфоровая» красота Гвен казалась ему пресной. Она была слишком хрупкой, слишком далекой от той тьмы, в которой он привык выживать. Ему не хотелось её защищать — ему хотелось найти кого-то, кто сможет прикрыть его спину. Кто-то, в ком чувствуется не только блеск для губ, но и сталь. — Нормально, Гвен. Просто не выспался, — ответил он, вешая рюкзак на плечо. В его голосе не было того трепета, который привыкла слышать от Паркера вся школа. Гвен чуть нахмурилась, заметив холодную отстраненность в его глазах. — Мы собирались обсудить проект по биохимии в библиотеке. Ты придешь? — Прости, сегодня не получится. Мне нужно найти работу, — Гарри захлопнул шкафчик. — Увидимся на занятиях. Он прошел мимо, оставив первую красавицу школы в полном недоумении. Нед, возникший из ниоткуда, едва не подавился жвачкой. — Чувак! Ты только что отшил Гвен Стейси? Ты... ты вообще человек? Она же как редкая коллекционка в идеальном состоянии! Это же Гвен! — Она просто не в моем вкусе, Нед, — бросил Гарри, направляясь в класс. — Не в твоем вкусе?! — Нед едва поспевал за ним, размахивая руками. — Паркер, у тебя что, настройки сбились? Кто тогда в твоем вкусе? Женщина-кошка из комиксов? Или тебе нужно, чтобы она умела взламывать сервера Пентагона и владела приемами карате? Гарри промолчал. Перед глазами не было конкретного лица, но было четкое ощущение: он искал силу, тайну и опасность. Гвен была открытой книгой со счастливым концом, а Гарри Поттер давно перестал верить в детские сказки. Но сейчас мысли о девушках были роскошью. Желудок снова напомнил о себе коротким спазмом. Проходя мимо доски объявлений, Гарри замер. Среди ярких листовок висела помятая бумажка: «Требуется курьер. Срочная доставка. Оплата ежедневно. Обращаться в пиццерию Джо». Гарри сорвал листок. У него не было велосипеда, но были нечеловеческие рефлексы и пустой желудок. «Пицца, — подумал он. — По крайней мере, там всегда есть еда». Гарри рассчитывал, что устройство на работу займет время, но у судьбы были другие планы. В пиццерии «У Джо» царил ад: субботний полдень, три курьера не вышли на смену, а заказы сыпались из телефонной трубки как проклятия. — Ты Паркер? — толстый итальянец в заляпанном мукой фартуке окинул его быстрым, оценивающим взглядом. — Вид приличный, лицо милое — старушки в Квинсе таких обожают, выписывают чеки быстрее, чем я раскатываю тесто. Велик есть? — Нет, но я очень быстро бегаю. Честно. — Плевать. Вот сумки, вот адреса. Если через двадцать минут пицца будет холодной — вычту из зарплаты. Успеешь развезти этот сектор за час — накину бонус. Пошел! Гарри не просто пошел — он исчез. Стоило ему нырнуть в первый же переулок, как он перешел на бег, который был за гранью человеческих возможностей. Его новые легкие не знали усталости, а паучье чутье подсказывало кратчайшие пути: через двухметровые заборы, по крышам гаражей и узким пожарным лестницам. Он летел по улицам Нью-Йорка, лавируя между желтыми такси и туристами, чувствуя, как адреналин вытесняет магическое истощение. К концу смены его ноги гудели, но карман приятно оттягивала пачка купюр. Джо был прав: «вид приличного мальчика» в этом городе был дефицитным товаром. Пожилые леди из кирпичных таунхаусов Квинса, умиляясь его вежливому «Желаю вам чудесного вечера, мэм», досыпали сверху щедрые чаевые — по пять, а иногда и по десять долларов. Для Нью-Йорка 2016 года, где аренда и жизнь стоили сумасшедших денег, его улов за смену был настоящим сокровищем для подростка. За несколько часов он поднял около 120 долларов — огромная сумма для Питера, который раньше считал центы на автобус. Впервые за долгое время он зашел в местный круглосуточный маркет не за лапшой быстрого приготовления. — Никаких консервов, — прошептал он себе под нос, выкладывая покупки на ленту. В его корзине оказались упаковка отборных стейков из мраморной говядины, большая коробка свежей черники, упаковка дорогого греческого йогурта и бутылка органического апельсинового сока. Он даже позволил себе взять упаковку качественного кофе в зернах для Мэй — она заслужила нормальное утро. Когда кассир объявил сумму в 65 долларов, Гарри просто вытащил из кармана мятую двадцатку и полтинник, чувствуя странную, почти забытую гордость: он мог обеспечить себя и своего близкого человека сам, без помощи Дамблдора или магии. Вернувшись домой с полными пакетами, Гарри застал в квартире тишину — Мэй либо еще не вернулась, либо уже прилегла отдохнуть после своей изматывающей смены. Это было ему на руку. Квартира требовала внимания: на кухонном столе скопилась посуда, в гостиной лежал тонкий слой пыли, а после его ночных вылазок на подоконнике остались следы кирпичной крошки. Сил махать тряпкой после многочасового кросса по Квинсу просто не осталось. — Ну же, — прошептал он, глядя на груду немытых тарелок в раковине. — В Хогвартсе это делали первокурсники. Он сосредоточился на ощущении Тергео. Первая попытка закончилась тем, что тарелка просто завибрировала в раковине и с жалобным звоном треснула пополам. — Проклятье. Слишком много физической силы, слишком мало фокуса. Вторая попытка: магия сорвалась с пальцев слишком резко, обдав кухню облаком едкой мыльной пены. — Соберись, Поттер. Это не палочка, это ты сам. Ты — и есть проводник. На третьей попытке он перестал бороться с энергией и просто позволил ей течь. Вода в раковине сама собой закрутилась воронкой, губка заплясала по фарфору, а полотенце принялось вытирать посуду насухо прямо в воздухе. Через минуту кухня сияла. Гарри тяжело опустился на стул, вытирая пот со лба. В этом мире магия была как тяжелая атлетика — эффективно, но безумно энергозатратно. Затем настало время уроков. Интеллект Питера Паркера был заточен под науку, и Гарри чувствовал, как этот мозг буквально «щелкает», выдавая ответы на сложные уравнения. Но для самого Гарри это было испытанием. Он отчаянно пытался «не отсвечивать» в школе, но его внутренняя гордость мешала ему притворяться глупее, чем он есть. «Если я стану посредственностью, я предам ту часть Питера, которая доверила мне это тело», — подумал он, быстро расписывая решение задачи о квантовом смещении. Его рука выводила формулы с такой уверенностью, будто он всю жизнь не заклинания учил, а сидел над учебниками теоретической физики. Замок входной двери щелкнул, и в прихожую буквально ввалилась Мэй. Плечи опущены, волосы выбились из пучка, а в руках она сжимала полупустой пакет с заветренными сэндвичами. — Питер, милый, я дома... Прости, я совсем не успела зайти в магазин... Она осеклась, когда зашла на кухню. Мэй замерла, и пакет с сэндвичами медленно соскользнул из её рук на стул. Она моргнула, словно проверяя, не начались ли у неё галлюцинации от недосыпа. — Питер? Это... это что, стейки? Она подошла ближе, осторожно касаясь пальцами упаковки с черникой. — Питер Бенджамин Паркер! Откуда всё это? Ты ведь не ввязался ни в какую авантюру? Скажи мне честно, ты не снимал деньги с нашего сберегательного счета? Гарри спокойно поднял голову. — Мэй, успокойся. Я устроился к Джо в пиццерию. Сегодня была адская смена, и он выдал мне аванс плюс чаевые. Оказывается, люди в Квинсе очень любят быструю доставку и вежливых курьеров. Мэй прижала ладони к щекам. — Ох, Питер... Курьер? Но ты ведь должен учиться! Твои мозги — это твой билет в будущее... Она подошла к нему и взяла его лицо в свои теплые ладони. В её взгляде была такая нежность, что Гарри на секунду почувствовал себя настоящим Питером. — Ты такой внимательный, совсем как Бен. Он тоже всегда старался принести в дом что-то особенное... Но стейки, милый... Это же целое состояние! — Мы заслужили это, Мэй, — твердо ответил Гарри. — Тебе нужно нормально питаться. Посиди, я сейчас всё приготовлю. Мэй бессильно опустилась на стул. — Ты помыл посуду... и даже пол... Боже, Питер, я не знаю, что на тебя нашло, но ты словно повзрослел на десять лет за одну неделю. Только пообещай мне — никакой работы в ущерб урокам. — Договорились, Мэй. Поверь, мои оценки будут в полном порядке. Позже ночью Гарри лежал и раздумывал над планом, уставившись в тёмный потолок спальни. Всё казалось удачным, но чем дольше он анализировал свои действия, тем сильнее в груди разрасталось чувство опасности. «Я вёл себя как первокурсник, дорвавшийся до метлы», — мрачно подумал он. Нью-Йорк не был Шотландией. Здесь были камеры. Всюду. Его сегодняшний бег — это не просто «быстро», это физически невозможно. Один чёткий кадр — и всё. Мэй окажется под прицелом, а он — в клетке. Гарри бесшумно поднялся, достал тетрадь и начал фиксировать правила этой игры. ПРОТОКОЛ «ПРИЗРАК» 1. Демаскировка (Критический риск): Факт: Квинс пронизан камерами 24/7. Моё лицо в базе данных школы и города. Запрет: Полное табу на использование супер-бега в гражданской одежде. Любое проявление силы без маски — смертный приговор. 2. Использование Аппарации (Оптимизация): Метод: Перемещаться исключительно между «Слепыми зонами». Разведка: Составить карту тупиков и заброшенных зон в радиусе доставки. Это будут мои «порталы». Звук: Отработать бесшумный прыжок. Нужно добиться мягкого смещения воздуха, не громче щелчка пальцами. 3. Тайминг и Прикрытие (Закон): Статус: Мне 15 лет. Лимит — не более 3 часов работы в учебный день. Схема: Забираю заказ — слепая зона — аппарация к цели — пауза 15 минут в ближайшем сквере с учебником. Результат: Пицца остается огненной, я успеваю учиться, а для Джо я просто «старательный малый». 4. Экипировка (Приоритет): Лицо: Нужна маска, скрывающая мимику и цвет глаз. Синтез: Использовать магию для нитей — путь к истощению. Нужно использовать школьную лабораторию для создания механических «веб-шутеров». Гарри перечитал записи. Это был военный приказ. Теперь в нём было больше от аврора, чем от школьника. Он не собирался быть «дружелюбным соседом». Он собирался быть невидимкой, который бьёт из тени и исчезает раньше, чем объектив успеет сфокусироваться. Он захлопнул тетрадь и спрятал её под стопкой учебников. План был готов. Риск был просчитан. Теперь он мог уснуть, зная, что завтра начнёт превращать этот город в свою личную шахматную доску.