Часть 5

Малфой задохнулся от осознания того, что всегда знал, где находится эта диадема, и от того, насколько он оказался туп. Как он мог не посмотреть книгу об основателях, ведь это должно было прийти ему в голову в первую очередь? Он перевёл взгляд на Поттера и приподнял бровь. — Выручай-комната, — произнёс тот. — Когда я прятал учебник по зельеварению, то уронил эту диадему, а потом поднял и надел на уродливый бюст в парике. Мерлин, почему ты не показала эту книгу раньше? — Вообще-то, изображение Когтевран в этой диадеме есть в учебнике по истории магии за первый курс, я была уверена, что все знают, как она выглядит, о ней же ходят легенды. — Гермиона возмущённо сложила руки на груди. Её щёки покрыл румянец. Она выглядела невероятно мило в этот момент. Драко всё же пересилил себя и оторвал от неё взгляд. — Ты переоцениваешь важность учебника по предмету, который ведёт Бинс. Но это сейчас не важно. Крестраж в Хогвартсе. Нам надо попасть туда. Это действительно более реально, чем сидеть и ждать, пока кто-то из Лестрейнджей объявится. У Драко аж закружилась голова от избытка эмоций. Или от слишком сладкого сэндвича. Он продолжил. — В замке куча Пожирателей, территорию тщательно охраняют. В Хогсмиде патруль. Нужно всё продумать. — У нас есть немного оборотного и мантия-невидимка, это всё. Все тайные ходы скорее всего запечатали, Снейп точно знал о них. Это будет невероятно сложно. — В разговор вступил Уизли. Все присутствующие замолчали, каждый раздумывая о своём. Малфой думал о том, что мог бы связаться с Забини, но скорее всего всю почту проверяют. Может, домовики? Не факт, что не поставили защиту на перемещение домовиков. Лорд вообще убил в меноре всех, кроме Тинки, на всякий случай. — А что вы знаете об Аберфорте Дамблдоре? За ним очень внимательно следят, думают, что он может быть причастен к Ордену Феникса. Пожиратели невероятно часто наведываются в «Кабанью голову». — Дамблдор? Он родственник нашего Дамблдора? То есть я ничего не слышал о нём. — Уизли. Всемогущий Салазар, помоги, пожалуйста, перетерпеть всё это и не заавадить этого идиота. — Так вот где я его видела, точно, он владелец «Кабаньей головы». Его фотография в книге. Мне показалось, что я его где-то уже видела, но там его молодое фото, поэтому я сразу и не узнала. Я не думаю, что он связан с Орденом, никогда он не всплывал в разговорах. Но он брат Альбуса, так что не думаю, что он может быть не на нашей стороне, несмотря на разногласия с братом. — Думаете, стоит попробовать наведаться в паб? — спросил Поттер. — Это, конечно, можно провернуть, мало ли пьянчуг шляется туда, там всегда очень своеобразная клиентура, никто не обратит внимания, если принять оборотное, но нужны волосы очень неприметных людей, лучше пьяниц. Но чем нам поможет Дамблдор, если вообще поможет? — Я думаю, он знает территорию окрестностей очень хорошо, может подсказать, как лучше проникнуть в замок, к тому же, скорее всего, он знает расписание патрулей. Если он согласится говорить с нами. Если нет, что ж, никто не отменял Империус. — Прекрати, Малфой, мы поняли уже, что ты не против отправиться в Азкабан после войны, но давайте всё же выбирать более цивилизованные методы, хотя бы с мирным населением. — Гермиона отчитала его, как школьника. Хотя он и был школьником, который бросил школу. Ладно. — Я думаю, он пойдёт на контакт, не уверена, что он сможет помочь с проникновением в школу, но мы можем остановиться в его номерах, чтобы попытаться самим что-то узнать. Нам нужно только достать волосы. — Как здорово, да, что мы находимся в гетто и скорее всего в соседних квартирах живут пьянчужки и тунеядцы на пособии? — Малфой встал из-за стола и направился к выходу из квартиры. В коридоре, похожем скорее на длинный балкон, было свежо, ветер продувал до костей. Драко оглянулся по сторонам и направился ближе к лестнице. Спустя 15 минут и парочку Конфундусов он добыл волосы троих, кажется, самых отвратительных на вид мужчин. Вернулся в квартиру. Там происходил жаркий спор о том, всем ли стоит идти. Уизли настаивал, что Поттер и Грейнджер должны остаться, потому что в любой момент могли появиться домовики с вестями, да и Гарри лучше не высовываться. Мысль разумная на самом деле, Малфой тоже над этим размышлял, понимал, что будет безопаснее именно так, но в то же время из всех них только Грейнджер могла договориться с Аберфортом — у неё был талант находить общий язык со всеми. Даже Теодор Нотт однажды намекнул, что она смогла заинтересовать его разговором то ли на зельеварении, то ли на рунах, когда они работали в паре. И судя по тому, что в друзьях у неё эти два тролля, она успешно справляется с контактированием. — Я пойду с Грейнджер, она возьмёт мантию, о которой вы говорите, мы попытаемся разговорить Дамблдора, если ничего не выйдет, мы убираемся оттуда. Один человек и один невидимый явно привлекут меньше внимания, чем компания, не так ли. — Нет, Гермиона останется, я пойду с тобой. — сказал Уизли. — Прости, но тебе не хватает красноречия, вы сами знаете, что она может найти общий язык со всеми лучше нас всех, так что она пойдёт, и так как я поклялся защищать её, то пойду с ней. Вы же, если будет информация от домовиков раньше, чем мы вернёмся, свяжитесь с нами. Грейнджер, у тебя есть те самые монетки с протеевыми чарами, которыми ваш маленький отряд самоубийц пользовался на пятом курсе? — Да, есть, — ответила она и смешно округлила глаза, она, видимо, думает, что самая умная, раз придумала это, но слизеринцы придумали этот способ намного раньше, чтобы общаться. — И если что-то пойдёт не так, вы сможете нас вытащить. — продолжил Драко, пока Гермиона рылась в своей сумочке. Кажется, он убедил троллей остаться. Он правда считал, что так будет безопаснее всего. Если они ничего не узнают от Аберфорта, то быстро разведают обстановку (возможно, можно зайти в школу со стороны леса) и вернутся назад, а возможно, у них получится как-то связаться с кем-то из учеников, кому они могут доверять, но это вряд ли. — Когда пойдём? Думаю, лучше дождаться ночи. — Грейнджер ходила из угла в угол, видимо, в предвкушении реальных дел, а не разговоров. Драко сел на диван. — Нет, надо идти сейчас, почти во всех населённых пунктах, где живут волшебники, введён комендантский час, люди не высовываются на улицу, нарушителей сразу ловят. — Мы будем наготове, оставьте нам волосы и оборотное, если что, мы придём за вами. Но если почувствуете хоть намёк на то, что вас раскрыли или что-то идёт не так, то уносите оттуда ноги немедленно. — сказал Поттер. Гермиона раздала монетки, оставила несколько склянок с оборотным на столе, одну протягивала Драко. Уизли нервно тряс ногой так сильно, что диван вибрировал. Он, видимо, всё же считал, что пока у них нет плана лучше. Повисла тишина. Первой её нарушила Гермиона. — Ладно, давай, Малфой, выпей это и отправляемся. Он бросил волосы в склянку того, чьё телосложение больше походило на его, — седого мужчины с синяком под глазом, лет сорока. Выпил. Вкус отвратительный. Он сразу же почувствовал жжение во всём теле, оно будто шло пузырями и чесалось. Через мгновение всё закончилось. Он посмотрел на свои руки со сбитыми костяшками и грязью под ногтями и поморщился. Достал из рюкзака походную мантию. Слишком чистая для такого типа. Вышел из квартиры, бросил мантию на пол и немного повозил ей ногой туда-сюда. Стало выглядеть лучше, уже более похоже на то, что он обычный пьяный маг. Достал свою флягу с огневиски и сделал большой глоток. Рот мгновенно обожгло. Он поморщился и поймал на себе вопросительный взгляд Поттера. — Для правдоподобного аромата. — сказал и протянул руку Грейнджер. Она накинула на себя мантию и исчезла, но он почувствовал в своей руке твёрдость её ладони и шелковистость мантии. Он крепче сжал её руку, представил закуток за «Кабаньей головой» и аппарировал. *** Их выкинуло в вонючий проулок между двух рядом стоящих зданий. Он держал руку Грейнджер и не отпускал. С главной улицы послышался звук голосов. Он склонился и сделал вид, что его рвёт, как раз в тот момент, когда в проулок заглянул мужчина, явно егерь. — Эй, вали отсюда, в пять комендантский час, не смей болтаться тут и активировать сигнальные чары. Рядом с егерем показался Треверс, его рожу Малфой часто видел. Сердце пропустило удар. Он чувствовал, что Грейнджер прижалась к его спине всем телом. — Прошу прощения, господа. Я перебрал, сейчас расплачусь в пабе и сразу домой. Женка меня пилит, наш малец в школе получил «Тролль» по какому-то предмету, в котором я не разбираюсь, а она требует, чтобы я поднатаскал сына на каникулах, вот я и сбежал выпить. — Драко сочинял на ходу, пытаясь придать голосу более пьяный акцент. Он двинулся в сторону главной улицы. Грейнджер держала руку на его спине, видимо, чтобы он чувствовал, что она следует за ним. Треверс хмыкнул, бросил взгляд презрения на Драко и пошёл прочь. Егерь за ним. Сердце не переставало ускоренно биться. Он чувствовал его биение где-то в глотке. Только войдя в полумрак паба, он почувствовал облегчение. Он направился к стойке, заказал пинту пива, бросил несколько сиклей на столешницу и направился к столику в углу ожидать свой заказ. Он отодвинул стул, потом сделал вид, что передумал, и, отодвинув другой, сел. Он не хотел, чтобы Грейнджер пришлось стоять. В баре было почти безлюдно, человек пять Драко насчитал. Он перевёл взгляд на Аберфорта. Он наливал ему пиво. Надо как-то заставить его уйти в подсобное помещение, там бы Грейнджер смогла бы снять мантию. Дамблдор нёс ему пиво, надо что-то быстро придумать. Когда тот поставил кружку на стол, Драко сказал: — Простите, у моего брата сегодня день рождения, я не успел смотаться в город и купить ему подарок. Может, у вас завалялась где-то бутылка хорошего огневиски. Я бы купил. Аберфорт на мгновение задержал взгляд на его глазах, потом оглянулся через плечо на бар, пристально оглядывая полки с алкоголем, — все бутылки были початыми. — Я посмотрю, что можно придумать, — сказал он и направился в сторону стойки, обогнул её и скрылся в проёме, ведущем в подсобное помещение. — Давай, Грейнджер, иди за ним. — Драко встал и стал приближаться к бару. Встал у стойки, будто ожидая заказа, никто не обращал на него никакого внимания, поэтому он зашёл за стойку и вошёл в проём. Помещение оказалось больше, чем он думал, это, скорее всего, жилое, Дамблдор ведь жил здесь. Он копался в стеллаже и не заметил, как вошёл Драко и как Грейнджер скинула мантию и откашлялась, привлекая внимание мужчины, — он вздрогнул от неожиданности. Драко сжал палочку в кармане мантии. На всякий случай. — Мистер Дамблдор, простите, что так ворвались к вам, но нам нужна ваша помощь. Аберфорт бегал глазами от одного к другому. Задержал взгляд на Гермионе. — Мисс Грейнджер. Неразумно разгуливать по людным местам, когда постер с вашим лицом о розыске висит на каждом углу. За вашу голову дают приличную награду. — Вы же не станете меня сдавать? — спросила она. — Кто ваш друг? — Аберфорт кивнул в сторону Драко. — Это не имеет значения. Вы являетесь членом Ордена Феникса? — Прямо в лоб. Что ж, ладно, Грейнджер, ты лучше знаешь, что делать. — Ордена больше нет! А ты, девочка, шла бы домой, забрала своих родителей и уезжала из страны. Это единственный совет, который я могу тебе дать. Гермиона поморщилась от его слов, на лице отразилась печаль. — Мистер Дамблдор, нам нужно проникнуть в замок, там кое-что есть, что поможет Гарри Поттеру победить в этой войне. — Гарри Поттеру поможет только так же уехать из страны. Но не мне вас останавливать. Есть проход в замок, о нём не знает руководство школы. Мистер Лонгботтом, знаете такого? Он иногда заглядывает, я подкармливаю их, кажется, нынешний директор совсем не следит за детьми, они отбились от рук, шастают по замку, организовывают тайные сборища, потом ходят голодные. У Драко от предвкушения закружилась голова. Но всё слишком просто, им не может так везти сегодня. Это настораживало. Аберфорт подошел к портрету на стене, на котором была изображена молодая девушка с грустной улыбкой. Он взялся за раму и открыл словно дверь, потянув на себя. В стене был проход, не сильно большой, придется идти в наклонку. — Не буду желать вам удачи, потому что это вам не поможет. Возможно мы видимся в последний раз, так что прощайте. — Дамблдор отошел в сторону и указал им рукой на проход смешно кланяясь. Мол, добро пожаловать в ад. Гермиона подошла первой. Драко подал ей руку, чтоб помочь залезть. Она смотрела на него. Долго. И когда Драко уже собрался опустить руку она вложила свою маленькую теплую ладонь в его. Уже не первый раз, он подметил, что прикасаясь к ней, он будто больше не принадлежал себе. Она могла бы заставить его заавадить себя, и он бы с удовольствием это сделал, лишь бы она продолжала касаться его. Она всё глубже пускала в него свои корни, потрошила всё внутри, оставляя после себя пустоту. Она пробралась в проход. Он следом за ней. Портрет за ними закрылся и они оказались в кромешной темноте. — Люмос. Темноту прорезала яркая вспышка. В тоннеле стало достаточно светло, но недостаточно просторно. Они двинулись вперед в полной тишине, был слышен только хруст песка и камня под их ногами. Драко пришлось немного сгибаться, как он и предполагал. И это становилось всё более неприятно с каждой минутой, мышцы в плечах и шее стали гореть. С каждым новым поворотом дышать становилось труднее, стены будто сжимались. Сердце Драко колотилось, как после марафона, а на лбу выступили капли пота. Ощущение неизбежного ужаса нахлынуло очень резко. Во рту пересохло, а скулы сводило от напряжения. Он постарался отогнать от себя эти ощущения, воздвигая стены окклюменции, но это не работало. Он впервые не мог сосредоточится. А что если тут просто недостаточно кислорода и они прямо сейчас умирают, просто ещё не поняли этого. Вторая волна ужаса прокатилась с ног до головы, выплескиваясь во рту мятным привкусом. Он не мог идти дальше. — Грейнджер. — Позвал он и остановился, ему нужно было присесть, срочно, он просто сполз по стене. — Что-то не так. Я не могу объяснить, но я чувствую, что что-то плохое произойдет прямо сейчас. Он пытался, но она скорее всего не смогла бы его понять. Это звучит, как бред. Сердце колотилось так, что болело в грудине. Грейнджер села рядом с ним на корточки, в полумраке ему показалось, что в её глазах беспокойство. Она тоже чувствует это? Она тянулась к его лицу. Она положила руку ему на шею, туда, где он сам ощущал, что артерия скоро лопнет от такого ритма сердца. Маленькие пальчики нащупали самое чувствительное место. Но ощущение её прикосновения исчезло слишком быстро. — У тебя паническая атака. — Пробормотала она и полезла в свою сумочку. Долго рылась. Достала оттуда конфету в желтом фантике и протянула ему. — Я не уверена, что это поможет, но говорят кислое немного останавливает симптомы. Возьми. — Драко взял конфету, разорвал фантик и быстро сунул в рот. Очень кисло. — Ещё попробуй дышать чуть глубже и медленнее. Представь квадрат. Представь, что ты начинаешь обводить его пером, одна сторона – вдох, вторая – задержать дыхание, третья сторона – выдох и четверная – задержать дыхание. Давай вместе со мной. Она глубоко вздохнула. Он повторил за ней и они замерли на несколько секунд. Потом она стала медленно выдыхать. И он вместе с ней. Какая же она красивая. Салазар. Этот свет делает её лицо еще более божественным. Он хотел бы смотреть на неё вечно, не отрывая взгляда, чтоб сосчитать каждую веснушку и родинку. И она снова так близко к нему. Еле уловимый сладкий аромат. Она сводит его с ума. Он бы отдал все, что у него есть, все хранилища с золотом, лишь бы попробовать эти чертовы губы на вкус. Такие красивые губы. — Лучше? — Спросила она. А он уже и забыл об ощущении ужаса, теперь кровь уже прилила к совершенно не подходящему месту. — Да, спасибо. Как ты это сделала? — У моей мамы раньше были панические атаки. Она рассказывала мне о некоторых способах. Ты раньше бывал в таких отвратительных тесных и темных помещениях? — Нет, не приходилось. — Тогда возможно это паническая атака на фоне клаустрофобии. Ничего страшного, такое бывает. Драко поднялся. Ему было стыдно перед ней, что он так себя трусливо повел, а она будто прочитала его мысли. — Это не значит, что ты трус или с тобой что-то не так, просто это иррациональный страх, мозг так получает информацию и в этот момент почему-то решает, что нужно бить или бежать. Нужно убрать триггеры, в твоем случае это такие вот тесные и темные помещения, и не забывать дышать по квадрату. Когда в твой организм поступает меньше кислорода, то сердце замедляется, а гормоны страха и стресса начинают разрушаться. Он кивнул. Не стал ничего отвечать. Они двинулись дальше. Казалось, что нет конца этой чертовой пещере. Хотелось пить. Драко бросал периодически Агуаменти прямо в рот из палочки, не заботясь о том, что вся его мантия уже мокрая. Ещё через пятнадцать минут он почувствовал, что тело начало покалывать — действие оборотного спадало. Он видел это по изменившимся кистям. Они снова стали похожи на человеческие, а не дикого животного, что не может уследить за своими ногтями. Внезапно тоннель резко пошёл вниз. Казалось, что такое изменение уж точно должно вести к концу, но нет — им пришлось идти в более неудобном положении ещё минут пять. Вскоре они упёрлись в стену. Грейнджер пошарила по камню в поисках какого-то подтверждения тому, что тут есть выход. Мог ли Дамблдор их обмануть и загнать в ловушку? Может, он хотел получить вознаграждение за поимку Гермионы. Когда эти мысли уже стали плотно укореняться в голове, стена стала открываться. Свет ударил в глаза. За ним — какой-то шум, звук голосов. Они ведь не могли оказаться прямо в коридоре Хогвартса, тоннель должен был вывести куда-то в более укромное место. — О, Мерлин, Гермиона, — послышался чей-то возглас. Драко рассмотрел помещение, что примыкало к выходу. Высокий потолок и каменные стены явно говорили о том, что это Хогвартс, но Драко никогда не видел столько разномастных кроватей и рабочих мест. Он же был в Хогвартсе совсем недавно — не могли произойти такие глобальные изменения в системе проживания за такой короткий срок. Он старался держаться в тени за спиной Гермионы, но всё же это не скрывало его от глаз. Нужно было надеть мантию. И почему он такой идиот всегда, когда она рядом? В комнате было около двадцати человек, почти все гриффиндорцы. Вид потрёпанный и растерянный у всех, они все глазели на Грейнджер с непониманием. Конечно, ведь она только что внезапно ввалилась в их уютное гнездышко с Пожирателем смерти. Она повернулась к нему и посмотрела прямо в глаза. — Доверься мне, ладно? И с этими словами она взяла его за руку и вышла из тоннеля. Вмиг десятки палочек поднялись в их сторону, исключение составляли некоторые присутствующие: близнецы Уизли одинаково сложили руки на груди, Чжоу Чанг так же не подняла палочку, и Лонгботтом. Он заговорил. — Странно видеть тебя, Гермиона, в компании Пожирателя смерти. Я на всякий случай проверю, что ты не под Империусом, ладно, и если всё в порядке, то ничего не надо объяснять — я знаю тебя и доверяю тебе полностью. Если ты сознательно пришла сюда с ним, значит, он тебе не враг. Так ведь? Палочку, Малфой! — Невилл протягивал руку. Драко вложил в неё свою палочку. Странно было быть безоружным, когда в тебя целятся десятки человек. — Приори Инкантатем! Из палочки Драко вылетели несколько Конфундусов, очищающие, Адеско Файер и ещё с десяток бытовых заклинаний. Драко никогда ещё себя не чувствовал таким бесполезным. Лонгботтом закончил, отдал палочку Малфою и протянул руку к Гермионе за её палочкой. Она вложила свою, и он проделал с ней те же манипуляции. — Ладно. Фините Инкантатем! — Гермиона поморщилась, Лонгботтом смутился. — Я знаю, что это не сработало бы. Но на всякий случай. — Невилл, я знаю, что наш дуэт выглядит довольно странно, но мы правда работаем вместе, мы на одной стороне. Рон и Гарри тоже с нами. Не здесь, они остались на случай, если мы влипнем. — Как он? — Это спросила Джинни Уизли. На втором месте по приятности после близнецов из всех Уизли. Драко сразу понял, что спрашивает она не о Роне. — Гарри в порядке, они оба в порядке. Ребята, у нас нет времени, у нас довольно важная миссия, иначе мы не рискнули бы сунуться сюда. Нам нужно попасть в Выручай-комнату, кое-что забрать оттуда и быстро уйти, пока нас никто не заметил. — Гермиона теряла терпение: как бы она ни была рада всем своим обожаемым друзьям, ей не хотелось задерживаться тут дольше, чем следовало бы. Малфой это понимал. И он только сейчас осознал, что всё ещё держит её за руку. Он незаметно отпустил её пальцы, чтобы не привлекать лишнего внимания. — Но вы уже в Выручай-комнате. — Ну тогда всем надо выйти, нам нужна не эта её версия. — Думаю, они не могут выйти отсюда, посмотри на них. Это же явно продолжение вашего отряда «мы невероятно смелые и отбитые на всю голову грифиндорцы», я уже упоминал вроде, что Лонгботтом возобновил его. Нет? Так вот, они постоянно пытаются вставлять палки в колёса нынешнему руководству и некоторым преподавателям и получают за это Круциатусы от Кэрроу. Гермиона округлила глаза. От лица отхлынули краски, она стала бледной. Да, она не знала насколько этот год выдался тяжелым, для всех без исключения учеников. Одних пытали, вторых заставляли пытать. Но Драко не видел ни одного школьника, кто с огромной радостью бросал бы Круцио в тех, с кем жил так долго бок о бок. Одно дело мелкие споры между факультетами и совершенно другое причинение настоящей боли. От мыслей его отвлек голос Невилла. — Если вам действительно так необходимо, то мы можем попробовать выйти, по несколько человек. — От этого зависит исход войны. — озвучила Гермиона, развеяв оставшиеся сомнения. — Ладно, тогда выходим парами, наложите дезаллюминационные, вернёмся через полчаса. Вам же хватит столько времени? — Сполна!— Уверенно ответила она.