Часть 8

Её губы были на его губах. Такие тёплые и мягкие. Драко не мог поверить, что это на самом деле происходит. На секунду ему даже показалось, что, возможно, он напился и уснул, но во сне, скорее всего, она не отодвинулась бы так стремительно от него и не смотрела бы таким испуганным взглядом. Он не мог позволить ей отступить так быстро. Не дав ей опомниться и начать анализировать происходящее, теперь уже он поцеловал её. Гермиона не отстранилась, но и не предпринимала попыток углубить поцелуй, поэтому Драко, полностью принимая то, что, возможно, это его единственный шанс попробовать её губы на вкус, легко провёл языком по её нижней губе. И её губы раскрылись. Драко никогда не считал себя хорошим человеком, он часто делал то, что хотел. А сейчас он хотел никогда не прекращать этот поцелуй. Он несмело положил руку ей на бедро, разворачивая её к себе для большего удобства. Она так легко придвинулась ближе к нему, будто тоже этого хотела. Её язык скользнул по его, и в ту же секунду он почувствовал, что его тело больше ему не принадлежит. Рука сильнее сжала её бедро, губы настойчивее скользили по её губам. Её вкус опьянял сильнее огневиски, он хотел её себе всю. Хотел её любви. И если ради этого придётся убить Реддла и сотни Пожирателей, то он не раздумывая сделал бы это. Любые безумные вещи он совершит, если это будет значить, что она будет его. И теперь, зная её вкус, он точно знал, что больше никогда не отпустит её. Драко прижал её ещё ближе, она дрожала. Но это не останавливало её, она продолжала отвечать на его поцелуй. Смелая гриффиндорка. У самого Драко сердце билось так громко, что, кажется, даже она слышала. Он скользнул рукой чуть выше, к талии, и почувствовал мягкость её кожи. Словно шёлк. Такая тёплая. Грейнджер вздохнула ему в губы и сбилась с ритма поцелуя. Так ей нравится? Для подтверждения своих мыслей он скользнул рукой по её рёбрам под рубашкой. Она ахнула. Такой сладкий звук. Драко провёл губами к её челюсти, оставил дорожку поцелуев там и провёл языком ниже, к шее. Какая же она чувственная — каждый его поцелуй сопровождался её неконтролируемым вздохом. Вернувшись к её губам, он потянул её на себя. Грифиндорка перекинула через него ногу и оседлала его сверху. О, Салазар! Кажется, он забыл, как дышать. Он прижался к ней всем телом, руки настойчивее скользили по её коже спины и талии. Не переступая границы дозволенного, не хотел вспугнуть её, продвигаясь в исследовании её кожи и подмечая каждую, даже самую незначительную реакцию с её стороны. Он ни в коем случае не сделал бы того, чего она не захотела бы. Он двинул руку в сторону её груди, под самую округлость, но не дальше. Она выгнулась ему навстречу и задышала чаще. И он счёл это разрешением и взял в свою ладонь самое прекрасное, что ему когда-либо приходилось держать, — её грудь. Она захныкала ему в рот и плотно прижалась промежностью к его паху. И именно тогда он заметил, что давно возбуждён, а прикосновения её тела так близко, пусть и через одежду, заставили теперь его ахнуть. Она замерла. Драко подумал, что, возможно, напугал её своим стояком. Она оторвалась от него и посмотрела, кажется, прямо в душу. Он не отрывал от неё взгляда. И она снова удивила его, сделав то, чего он точно не ожидал. Скрепив свои маленькие ладони за его шеей, она повторила своё действие — прижалась к его члену настолько сильно, что, кажется, ещё пару таких движений, и он кончил бы в штаны. — Так это не ненависть. Я права, Драко? Его имя из её уст отключило в нём последние крохи самоконтроля. Гермиона поняла всё! Теперь он полностью принадлежит ей, она может лепить из него что захочет, может вырвать его сердце голыми руками, и он ей это позволит. Он пойдёт за ней куда угодно. Она продолжала смотреть в его глаза. Ждала ли она от него какого-то ответа? Он точно не был уверен, поэтому он притянул её ближе и почти в самые губы ей проговорил. — Никогда ею не было. Ещё какое-то время Гермиона изучала его лицо, а потом поцеловала. И в этом поцелуе было столько обиды, он не был грубым, нет, наоборот, невероятно нежным. Будто хотела сделать ему больно этим. Будто говоря: «Я ничем не заслужила такого отношения ко мне», — и он соглашался. Жадно беря то, что она так великодушно отдаёт. Она хотела вывернуть его наизнанку, вскрыть все его самые глубокие желания и мысли. Драко никогда не замечал, что она была коварной и мстительной, но сейчас она будто резала его без ножа. Ему нужно её прощение, и поэтому он вынесет любые испытания. Но она уже поняла правила игры и поняла, кто тут главный. Потянулась к пуговицам на своей рубашке и стала их расстёгивать. Драко прервал поцелуй и неотрывно следил за каждым её действием, его дыхание участилось. Члену было больно в штанах, он требовал большего. Перед ним открылось то, что он сотни раз представлял в своих фантазиях, но реальность была намного прекраснее даже самых смелых из них. Он провёл рукой от её шеи к животу, очертив по очереди каждую из её грудей. Гермиона выгибалась навстречу его прикосновениям, места, где он касался, покрывались мурашками. Драко обнял её и одним резким движением перевернул на спину — теперь он был сверху. Он двинул бёдрами, и Гренджер застонала. Какая же она красивая. Волосы раскидались по подушке, губы припухли от поцелуев, а на щеках лёгкий румянец. Знала ли она, насколько она красива, или он убил в ней эту уверенность? Видимо, на его лице отразились муки совести, потому что она сказала, будто прочитав его мысли: — Ты никогда не делал мне по-настоящему больно, мне не за что тебя прощать. Но ты можешь попросить прощения, если тебе это нужно. Он вглядывался в её лицо, будто ища подтверждение сказанному. Она тяжело дышала, его член всё ещё упирался в неё. Он снова толкнулся, и она выгнулась в спине, закрыв глаза. Он прильнул губами к её груди и обвёл языком её сосок, который в момент стал твёрдым. — Блядь! — вырвалось из её рта. Так странно слышать от неё ругательства, которые скорее в его стиле, но ему нравится. Драко хмыкнул и двинулся с поцелуями ниже по её телу. Её дыхание прерывалось и углублялось с каждым его движением языком по её телу. Он поцеловал её прямо над резинкой её штанов и схватился пальцами за такую ненужную в этот момент часть одежды. Поднял на неё взгляд в ожидании. Просил ли он разрешения? Возможно. Но он мечтал о том, чтобы она ему не отказала. И она не отказала. Она приподняла бёдра, позволяя ему стянуть с себя штаны и бельё. В этот момент руки у Драко тряслись, но он старался, правда старался, держать себя в руках. Она лежала практически обнажённой перед ним, не считая рубашки, которая соскользнула с плеч, но всё же оставалась на её руках. Не давая ей времени включить функцию анализирования, Драко припал губами к её лобку, спускаясь языком всё ниже и ниже. Когда он скользнул языком по её складкам, не касаясь клитора, она застонала настолько громко, что Драко даже на мгновение подумал, что ей больно. Она была уже такой мокрой. Драко перестал соображать ещё на том моменте, когда увидел её голую грудь, теперь же он совершенно отказывался верить в происходящее. Правда ли она позволяет ему это? Он хотел убедиться. Снова провёл языком по ней, собирая её соки, сомкнул губы на её клиторе и ввёл в неё палец. — О, господи, блядь, пожалуйста... — её голос был хриплым и таким томным. О чём она просила? Драко сделает всё, что она захочет. Драко следил за её лицом, делая поступательные движения пальцем внутри неё и облизывая её клитор. На вкус она была как сама жизнь. За свою недолгую сексуально активную историю перепробовал много кисок, но ни одна из них не была такой сладкой на вкус. Конечно, дело в чувствах. Всё в Гермионе для него было идеальным: её запах, вкус, её кожа — вся она была словно создана для того, чтобы Драко мог любить каждую частицу в ней. И он любил. И он покажет ей, насколько сильно. Он заменил палец своим языком, жадно прижавшись лицом к ней. Она зарылась пальцами ему в волосы и прижала его ещё сильнее к себе. Вот так, хорошая девочка, трахни моё лицо! Ему так нравилось, как её тело отзывалось на его ласки. Кажется, она полностью отпустила себя и доверила ему делать с ней всё, что он может ей предложить. Драко не прекращал ласкать её языком и пальцами, она становилась всё более податливой, что-то бормоча и громко дыша. Интересно, он мог бы кончить, просто вылизывая её и не трогая свой член? Наверное, да. Потому что то, что она позволяла ему делать с собой, было самой главной его мечтой. Столько раз перед сном, сжимая свой член в руках, он представлял, как застаёт её в укромном углу библиотеки Хогвартса, встаёт на колени, закидывает её ногу себе на плечо и впивается страстным поцелуем в её киску... В реальности это было намного прекраснее и возбуждающе. Член пульсировал, голова кружилась, руки пытались исследовать как можно больше её тела... — Драко! Я... о, мой бог! — Грейнджер сжала его пальцы внутри себя и выгнулась так, что казалось, она сейчас сломает позвоночник. Драко не прекращал посасывать её клитор. Она застонала и расслабилась, тело её дрожало, мышцы ног были ещё напряжены, поэтому он мягко помассировал ей бёдра. Её руки потянули его за шею на себя, он поддался и оказался возле её лица. Глаза её были тёмными, она обхватывала его за плечи и пыталась прижать к себе как можно ближе. Она поцеловала его, пробуя свой вкус на его губах. Он застонал ей в рот. Она потянулась к его паху и сжала член через штаны. О, Салазар, это уже слишком, он не мог дышать. Он всё ещё не мог поверить в то, что это на самом деле происходит. Но вот же её рука на его члене, а губы на его губах. — Можно? — спросила Гермиона, прикасаясь к пряжке его ремня. Он трясущейся рукой расстегнул ремень, второй не прекращая выводить узоры на её рёбрах, освободил член из тесных брюк и белья. Она взяла его в руку и пару раз провела по всей длине. Он не мог больше сдерживаться, ему хотелось оказаться в ней, почувствовать, какого это, получить то, о чём даже мечтать было запрещено. Драко целовал её в шею. Потянулся рукой к члену и накрыл своей её руку. Она направила его ко входу. Он чувствовал её влажность и тепло своей головкой, поднял на неё взгляд. — Ты уверена? — спросил он, давая ей возможность остановить его. Но смог бы он теперь остановиться? Уже не был уверен в себе настолько. Ответа не было, она просто подалась бёдрами вперёд, принимая его в себя. Он толкнулся глубже. Блаженство в чистом виде и немного злости — на то, что он не первый у неё. Кому она отдала себя в первый раз? Хотелось вытрахать из неё навсегда воспоминания о том другом мужчине. Он впился рукой в её талию, возможно, оставляя на ней следы своей злости и ревности, и толкнулся настолько глубоко, что она пропустила вдох и запрокинула голову назад. Ему нужно было немного перевести дыхание, или он кончит прямо сейчас. Толкнувшись с новой силой в неё, он спросил. — Кто был у тебя первым? — Это сейчас так важно? — Она попыталась заткнуть его поцелуем, но он дразнил, лизнув её губу, отстранился и медленно входил и выходил из неё. Она выгибалась под ним, пытаясь ускорить его темп. Он нашёл пальцами её клитор и немного надавил. Гермиона ахнула. — Виктор Крам. Ну конечно, кто же ещё. Весь такой правильный, знаменитый и богатый. Чистокровный, который живёт, как ему захочется. Крама нисколько не волновало, что думает о нём общество, он брал то, что хотел. Хотел бы он быть на его месте? Возможно. Но где сейчас Крам, а где он? Он упустил то, что было прямо у него в руках. Драко же больше никогда не сможет отказаться от неё. Драко усилил давление на её клиторе, двигая пальцем, размазывая её смазку. Член просто замер внутри неё, дойдя до самого основания. Он чувствовал, как она хочет его, её тело тянулось ближе. Он наслаждался этим ощущением, пытаясь запомнить каждый момент. Она дрожала, желая большего. Но он не шевелился. И не мог оставаться в ней, или он просто кончит и грохнется в обморок, как прыщавый подросток. Вышел из неё, она заскулила, но он заменил член пальцами, ускоряя движения на её клиторе. — Кто был ещё? — Ему правда было интересно. И в то же время он не хотел знать, но должен был. Она насаживалась на его пальцы, подмахивая бёдрами. — Больше никого! Боже, Драко, прекрати это немедленно и трахни меня, или я сейчас наложу на тебя Империус! Дважды ему повторять было не нужно. Он снова вошёл в неё и стал двигаться. Драко всё ещё смеялся у себя в голове над её репликой. Какая же она дерзкая, но в то же время милая, когда возбуждена. И это сделал с ней он. И он трахал её, как она и просила, — грубо, глубоко, с пошлыми звуками. Он оставлял на её груди и шее засосы, кусал, она была не против, в свою очередь впиваясь ногтями ему в спину, засунув руки под рубашку. Он пытался замедлиться, понимая, что если продолжит в том же темпе, то всё это скоро закончится. Но Грейнджер не дала ему, крепче обхватывая его ногами и скуля, будто он забирал у неё что-то важное. — Не останавливайся, пожалуйста! — шепчет ему в губы, и он не может сопротивляться ей. Палец на её клиторе дрожит от напряжения, его движения хаотичные, но кажется, ей это и нужно. Он не может позволить себе кончить, пока не кончит она. Гермиона произносит его имя куда-то ему в шею, и он понимает, что больше нет сил сдерживаться. Она так же сжимается вокруг его члена, и её тело пронзает дрожью, она кусает его за губу так сильно, что Драко кажется, чувствует вкус крови, и это последняя капля: он изливается в её сокращающееся лоно, толкнувшись настолько сильно, что, кажется, мог сломать ей тазовые кости. Он обессиленно опускается всем весом тела на неё, но она будто и не чувствует его тяжести, прижимает крепче к себе, зарываясь пальцами в его волосы. Сердца бьются так быстро и громко, что Драко не может разобрать, какое сердцебиение его. Через мгновение руки её исчезают из его волос, и он слышит звук плещущейся жидкости. Поднимается с неё в тот момент, когда она делает глоток огневиски, смотря прямо на него. — Эммм, спасибо? — Гермиона смущается. Сидит перед ним почти голая, после двух оргазмов и смущается. Надо помочь ей с этим. — Обращайся. Ты всегда знаешь, где меня найти. И да, пока ты не начала накручивать себя сложными мыслями и эмоциями, я выскажусь. Мне было безумно приятно, я ни о чём не сожалею. Если сожалеешь ты, то я прекрасно могу притвориться, что ничего не было. Но только, пожалуйста, не отдаляйся. Мы вроде как нашли общий язык, у нас всех общая миссия, и мне не хотелось бы, чтобы ты чувствовала неловкость или закрывалась в себе. — Ладно. Хорошо. Тебе не нужно делать вид, что ничего не было, если ты только сам этого не хочешь. Мы вроде как отлично провели время и нам это было нужно. Но ты прав, нам надо сосредоточиться на том, что мы делаем. Грейнджер вроде и не оттолкнула его напрямую, но в то же время предупредила, что им стоит держать дистанцию. Драко, конечно, сделает, как она хочет, но вечер ещё не закончился. Поэтому он наклонился к ней и поцеловал её в губы. Она ответила, приобняв его за шею. Вкус её смешался со вкусом огневиски. Он притянул её ближе к себе и крепче обнял. Согласится ли она на второй раунд? Она прижалась к нему так близко, словно давая ответ на его немой вопрос. И кто он такой, чтобы отказываться от того, что само идёт к нему в руки.