Последние герои

Силы таяли день за днём. Тьма собирала свою дань. Теперь она хозяйничала без стеснения, а «Восход» был как маленький кораблик, попавший в жестокий шторм. Его бросало по волнам, лучшие члены экипажа падали за борт и некому было бросить им спасательный круг. А чёрная пучина с радостью пожирала своих жертв, не оставляя от них ничего, кроме сигнальных браслетов. Маленькие жёлтые обручи из пластика с парой кнопочек и динамиком. Их обычно носили на левой руке. Сибирцев нашёл не один десяток таких приборчиков, он каждый день бродил по мёртвому городу, надеясь отыскать хоть кого-то, хоть какие-то зацепки. В карманах бряцал и всякий хлам, который Сиб подбирал машинально. Ржавая пружина, пустая зажигалка, крышки от пивных бутылок… Людей осталось мало. Чудовищно мало. В «Восходе» кроме Сиба всего лишь двое. Они ждут в штабе, они всё ещё на что-то надеются, хотя надежда должно быть умерла давно и в нестерпимых муках. Уже много месяцев Сибирцев жил на работе, хотя у него была и служебная квартира. Две комнатушки, с расшатанными шкафами и стульями, небрежно поклеенными обоями, которые он надеялся сменить на приличное жилье. Нынче там царит ещё большая тоска, чем на работе. Поэтому у Сиба была одна дорога… Здание штаба обветшало, облезло, с крыш хищно свисали сосульки, окна были покрыты коркой инея. Каждое возвращение могло нести с собой новые утраты. Вот и фойе. Пыльно и грязно - некому здесь прибираться. И за витой решёткой гардероба ряды пустых крючков, а на столике стопка железных номерков. Раньше здесь обитала Варвара Николаевна, обаятельная старушка, которая не только заведовала раздевалкой, но и мыла полы, поливала цветы и при этом успевала вязать одёжку для внуков. Сиб по привычке повесил своё потрёпанное пальто. Уже не раз зашитое им самим, с парой кривых заплат и выцветшими нашивками. А любимая кожанка пришла в полную негодность ещё осенью… Впереди были пустынные коридоры и множество дверей. В столовой никого - столики с салфетками, старое панно, на котором жизнерадостные колхозники собирают урожай, за стеклянной дверью скрывается плита, ряды чистой посуды, пузатые эмалированные чаны. Здесь ещё недавно была тётя Галя, женщина внушительной комплекции, но обладавшая столь же большой душой. Вкусный обед был её заслугой... А теперь Сиб ел одни только макароны в кипятке, приправляя их консервами. И пил горький чай, быть может, подчеркивая этим горечь собственной жизни. В медпункте по-прежнему стерильно, но вновь не хватает живого образа. Он воплощался в виде медсестры и целительницы Светы, которая была светлым во всех смыслах созданием, способным вернуть к жизни даже того, в кого тьма впилась мёртвой хваткой. Умницей и красавицей была эта девушка. Как её не хватало в тот роковой день, когда Сиб с товарищами вернулся из проклятого детсада! Но в тот день она и сама заболела. И вскоре пропала. Сверкнула вспышкой и сгинула… Сейчас её не хватает, как не хватает и многих других. Живых, весёлых и никогда не унывающих. Но, похоже, именно такие люди стали самой желанной пищей для «немых»… В зеркале над кушеткой Сибирцев долго разглядывал себя. Он бродит тут как призрак - с белой кожей, да со страшной рожей. Левая рука безвольно висит, а пальцы скрючены. Это отметина тьмы. Больше не болит, но и пользы особой не несёт. Сибирцев шёл дальше, а рука его будто волочилась следом. Тут же, недалеко, располагался кабинет Гордеева. Дверь открыта, а за ней только стол и полупустые шкафы. Даже стула не осталось, кажется, все вещи исчезли вместе с прежним хозяином. Гордеев совсем недавно уходил в пургу на глазах у Сиба, завернувшись в плащ и надев замшелую шляпу, которая ему не шла. Такой усталый и больной… - Куда вы, Аркадий Ильич? – вопрошал Сибирцев. - На ответственное задание. Шансы есть, но ставки высоки. - Но как же мы без вас? Нас и так мало! - Крепись, боец, ещё осталось место для манёвра. Ещё не перерезаны дороги. Не скажу, что шибко верю предсказаниям, но, похоже, ожидается пополнение личного состава. Чтобы это точно случилось, нужны некоторые приготовления. А ты должен остаться моим заместителем. Это приказ. - Бросаете, Аркадий Ильич… Разве хоть кто-то возвращался? - Это не малодушие. Не трусость. Вы примете бой, так же как и я. Просто мы наступаем с разных сторон. Но цель-то одна… Я уверен в нашей победе, друг мой. Наверняка у начальника был план, способный как-то изменить печальное положение. Но, похоже, ничего из этого не вышло. Так и ушёл Гордеев в свой последний бой, как одинокий рыцарь. Сибирцев остался самым главным в поредевшем коллективе. А теперь уныло брёл по коридору, понимая, что вот-вот останется один. Почти все оперативники погибли, одна из машин потеряна. Он неумелый капитан тонущего корабля… Следующую дверь Сиб почти пробежал. Туда заглядывать было больно. Там жила Дана, одна из последних, кто добрался в это чёртово место на помощь «Восходу». Самый настоящий Человек. Именно с большой буквы. Совершенно внезапно она возникла на пороге штаба с огромными клетчатыми баулами. И как она дотащила их со станции? А впрочем, вопрос глупый - ведь она была настоящим магом. По сравнению с ней почти все, кого Сиб знал (да и сам Сиб!), были скорее кучкой технократов. А вот Дана была ведьмой высшего разряда. Пожалуй, об этом можно было догадаться, взглянув в её тёмные глаза, разглядев огненно-рыжие волосы без грамма хны и иных красителей. Дана, тащила с собой не простые мешки, а сокровищницы полные знаний прошлого, невероятных предметов, которые чудом уцелели в бешеной скачке прогресса. Чугунный котелок, потемневшая деревянная ступка, причудливые колбы из уранового стекла. Тёмные банки и сосуды с надписями на латыни и старорусском... И стопки старинной литературы, в тяжёлых обложках, в кожаных переплётах. Встречались даже тубусы с древними свитками, деревянные и глиняные дощечки. Совсем уж неожиданно выглядели прялка и огромные мотки пряжи к ней. И всё это была лишь малая часть богатства. На вопросы «откуда и зачем» девушка отвечала невнятно, при ней не было привычного направления от Центра. Она будто явилась из воздуха. Но Сиб сразу понял, что её появление глубоко чудесно и значимо. По ней было видно, что она рвётся в бой и лишь сила воли не даёт ей полыхнуть на всю округу. Она бы наверняка спорила, настаивала, если бы было с кем. Разве что Сиб попытался её отговорить от ночных прогулок. Но она легко отмахнулась. Девушка получила целую комнату под свои великие богатства, а так же подушку и раскладушку. Каждый день она над чем-то работала, читала манускрипты, внезапно уходила и возвращалась с невероятными находками. Травы, цветы, какие-то пряности, диковинные камни. Всё это добро создавало чарующий букет запахов. А ещё горели лампадки, курились ароматические палочки. Никто не мог найти в умирающем краю ничего подобного. Впечатлённый Сиб нередко заглядывал в обитель ведьмы, которая больше походила на антикварный магазин. Чаще он приходил украдкой, ибо ему было неловко. Но однажды состоялся интересный разговор. - Добрый вечер… - сказал Сиб, пробираясь в поистине волшебную комнату. Он чувствовал себя не в своей тарелке. - Здравствуй. Я чувствую что тебя что-то гнетёт, - твёрдо произнесла Дана. Она смотрела на Сиба внимательно и словно гипнотизировала. - Ну, мне опять ехать пора... - буркнул он, отводя взгляд и собираясь вернуться обратно в коридор. - Подожди. Нельзя отмахиваться от проблем… - Эх... Как бы объяснить. Вот мы ездим-ездим, уничтожаем погань. А легче не становится. - Похоже, тьма раскусила ваши методы. Она привыкла. Вы действуете техникой, механическое начало подавило саму природу магии. - Я знаю. Гордеев, наш старый директор, хотел вернуться к истокам. Не успел, архивы нам не ответили, связь прервалась. Мы в блокаде… - Но я же как-то к вам доехала, верно? - Верно.… Но как? Ты ведь сможешь нам помочь? - Я шла сюда долго, пешком. Кругом лес, волки воют. Бррр! Но я чувствовала, что идти надо именно сюда. А насчёт помощи… поэтому и пришла, пожалуй. И вот не зря тут сижу, размышляю да прикидываю, кой-какие мыслишки есть. Ты не думай, что я всю эту красоту взяла и спёрла. Это добро было выкинуто на свалку истории, отдавалось даром или за копейки. А теперь пригодится. - Да уж, что имеем, не храним, как говорится. - А ты знаешь заговоры? - Смутно. - А моя бабушка знала их не один десяток. Ну а как ты силой управляешь? - Ну... просто. Раньше «китеж» был, волшебная бандура. На прошлой неделе последний оставшийся вышел из строя. Теперь вот беру и бью голыми руками. Тут уж не до фокусов. Только силы-то не осталось. Вышла вся... - А должен быть настоящий посох, который ты делаешь сам. Он и силу соберет, как следует, и направит её в нужное русло. Это посильнее железяк будет! Магия пращуров, магия волхвов…Её нужно постигать,- говорила Дана и глаза её сверкали. - А ты меня научишь? - вырвался вопрос у Сиба. - Ну, давай попробуем... И вот он приходил к ней и познавал то, о чём в училище говорили вскользь, с пренебрежением или равнодушием. Оказалось что «отжившие анахронизмы» это, в сущности, удивительные вещи. Та самая магия, которая отпечаталась в преданиях старины и которая восхищала предков. Вскоре у Сиба появился посох, тяжёлый, сделанный из старого засохшего дуба, который он нашёл у развалин монастыря. Сибирцев не только выпилил посох своими руками, но и услил его парой железных набалдашников. И даже нашептал какое-то заклятье. Всё было сделано по старым книгам… И быть может благодаря этому новому оружию он до сих пор бродил по этой грешной земле. А ещё они вместе с Даной пытались найти разные способы избавиться от чёрного ига, напавшего на город и сопредельные земли. Увлечённо листали сухие и ломкие страницы, пытались разобраться в хитросплетениях тайных знаков и загадочных шифров. Это здорово сближало и вскоре Сиб ежедневно появлялся на пороге комнаты. А Дана его уже ждала. Они прекрасно понимали друг друга… Стоит ещё самую малость постараться и откроется тайна и наконец-то придёт конец несчастьям. Хотя Сиб и так уже не чувствовал себя несчастным, находясь в компании рыжей ведьмы. Однажды Дана предложила воссоздать древний рецепт. Почему-то девушка загорелась идеей выплавить какие-то волшебные свечи. - Вот представляешь, раньше одной хорошей свечки хватало, чтобы рассеять мрак. А теперь у вас тут огромный прожектор, но он бессилен. - Не слышал о таком способе. Единственные действенные свечи, которые я знаю, это те, которые лечат от геморроя, – мрачно заметил Сибирцев. После этой фразы Сиб впервые услышал как Дана смеётся. Звонко и непринуждённо. И глаза весёлые, а не печально-задумчивые. - Ой, Олег, ну ты даёшь! - сказала она, отсмеявшись - Но в нашем случае геморрой тоже присутствует, хоть и другого рода. Сибирцев даже вздрогнул. Его давно уже называли по имени, он уже совсем отвык от его звука. Да и говорил ли он ей своё имя? Наверное, всё-таки говорил. И он даже не знает её фамилии, неужели не спрашивал? А впрочем, так ли это важно? Фамилию и сменить можно, а имя обычно навсегда, к нему здорово привыкаешь. «Ну что ж, Олег Иванович, придётся тебе действовать, как полагается!» - сказал сам себе Сиб. Нужно было достать подходящий воск, совершить непростые манипуляции… Но снова вмешался случай, неотвратимый и бьющий точно обухом по голове. Дана ушла, оставив краткую записку на листочке, вырванном из блокнота. «Не печалься обо мне, всё будет хорошо. Только верь и не опускай рук». Верить было сложно. Ведь тьма поглотила многих, и потушить огонь, живым воплощением которого была Дана, ей ничего не стоило. Именно с той поры Сиб совершал ежедневные прогулки. А ещё в его подчинении появилось двое ребят, за которых он был в ответе. Они пришли уже после Даны, и с тех пор никто не стучался в двери «Восхода». Первый - Кирилл, въехавший во двор штаба на самодельном байке с дутыми шинами. Несмотря на молодость, парень был превосходным охотником на нечисть. Да он и сам был под стать своим врагам - лохматый, не любивший бриться. Сам он говорил, что из деревенских, охотиться умел с детства, легко ходил на лыжах и даже мог перекидываться в волка. Лишних вопросов никогда не задавал, и с ним можно было смело идти в бой. У парня был самый натуральный лук и колчан с кучей стрел. Это выглядело очень странно на фоне стёганой зимней куртки и спортивной шапки. А вот Толя, последний новобранец, казался и вовсе лишним пазлом в картине здешнего мира. Тощий, нескладный, в тонкой курточке и огромных очках. Закутанный в вязаный шарф. Приехал этот паренёк со стороны Архангельска на последнем поезде, после чего пути пришли в полную негодность, а вокзал замер навсегда. Грешным делом, Сиб решил что Толя тут же задрожит и станет проситься домой. Ну а что можно ожидать от глубоко интеллигентного мальчишки? Он ведь и в морду никому дать не сможет. И быт здесь суров. Из крана течёт ржавая вода, батареи едва теплые, да и последний продуктовый магазин может сгинуть просто так. Даже удивительно, что на улицах до сих пор загораются фонари, словно издёвка и ложная надежда. А уж моральный климат... Все кто жив, находятся в нервном напряжении, в перманентной депрессии. Но Толя всё-таки удивил. Судя по всему он сразу понял, во что вляпался. И воспринял это стоически. - Сразу предупреждаю - ничего хорошего нам не светит. Так или иначе, умрём. И, наверное, скоро, - сразу сказал ему Олег, который уже преисполнился фатализма. - Я знаю. Мне говорили. - Ну и зачем ты тогда приехал? - По разнарядке. Запоздал из-за коллапса. - И какая у тебя магическая особенность? - Я с мёртвыми контактировать умею. Говорил он это просто, без эмоций. А ведь у него редкий и страшный дар. Такие люди не встречаются в обыкновенных училищах. Мертвецы, должно быть, приходят к нему в видениях, просят и зовут, не дают покоя. А сколько людей погибло здесь, в невидимой войне? Весь город это сплошной некрополь... Но тел в последнее время уже не находили, тьме надоела кровавая показуха. Она просто давила неумолимым катком. Лишь иногда попадались полупрозрачные слепки, сделанные, словно из целлофана. А Толя вдруг захотел составить компанию в ночной вылазке. Да, теперь это звалось так, словно подтверждая нынешнюю слабость белянского «Восхода». Раньше было боевое дежурство, патруль. Выходили на трёх машинах в разные концы Белянска, теперь на ходу осталась всего одна. Аккумуляторы скоро кончатся и её прожектор больше не загорится. У Кирилла конечно есть альтернативное средство в виде лука, да и у Сиба с собой посох. Но у Толи ещё ничего нет, он никак не защищён. В машине всё-таки чуточку поспокойнее. Да и на своих двоих топать не придётся. Толе было доверено управлять прожектором и тут начали твориться удивительные вещи. Твари и сгустки, которые при самом хорошем раскладе лениво и нехотя отступали, теперь побежали, распадаясь на ходу. Луч догонял их и вколачивал в землю, разбивал о стены. Толя увлечённо вёл свое первое сражение… Таких сражений было несколько, пока не сгорел последний большой аккумулятор. В этот раз Олег встретил Толю в библиотеке, где он читал книжку и пил чай, не морщась от его скверного вкуса. Удивительное спокойствие, словно вокруг нету полчищ тварей, словно пространство не стягивается в тугую петлю. - Где Кирилл? - спросил Сиб. - Ушёл. - Далеко? - Не сказал. - Нутром чую - накроется. - Ты всегда так говоришь - вздохнул Толя. - Ну, если вернётся, будет хоть какая-то хорошая новость. - А у меня ещё одна есть. Вот честное слово! - И какая же? Ты научился заваривать приличный чай? - Я дешифровал браслеты. Помнишь, ты их показывал? - Как??? - Я поговорил с их владельцами… Сиб был в подлинном шоке. Найденные сигнальные браслеты лежали бесполезной кучей в кабинете у Шилялиса. И все до единого они были уже нерабочими, раздавленными и смятыми. Теперь же они побывали в руках Толи...