Глава 15: Мы врезаемся в Неизвестность

             — Ты все еще дуешься из-за этих двух идиотов, которые не «одобрили» наши отношения? — они сидели в библиотеке, каждый читал свой любимый том.       Гермиона нахмурилась, глядя на Драко, который расположился напротив нее на диване, в то время как сама она сидела в кресле.       — Я не дуюсь, и они не идиоты, — упрямо ответила она.       Драко закатил глаза.       — Прошло три недели, как ты сидишь без дела в свое свободное время, хандришь и выглядишь совершенно несчастной. Я ожидаю, что в любой день ты разразишься каким-нибудь гамлетовским монологом о том, как несправедлива твоя жизнь.       Гермиона нахмурилась еще сильнее, но решила проигнорировать эти слова. В его аргументах была доля правды. Независимо от того, насколько счастлива она была в своих отношениях с Драко, мучительная мысль о том, как двое ее ближайших друзей отреагировали на ее решения, крепко засела в глубине ее сознания.       — Они даже ни разу не связались со мной за эти три недели, — грустно призналась она, хотя Драко итак знал это. — Когда я ездила на выходные к Изабелль, они намеренно избежали встречи со мной.       Драко изобразил интерес к своей книге, планируя медленную и чрезвычайно болезненную смерть для дебила с морковной макушкой и четырехглазого придурка. Изображая спокойствие, он хотел дать Гермионе уверенность, что те придут в себя.       — Не волнуйся об этом, любимая. Они просто упрямы, — процедил Драко сквозь стиснутые зубы.       — Можно было бы предположить, что, поскольку Чарли и твоя мать теперь вместе, Рон будет немного более терпимым.       — Что я говорил об упоминании этого факта? — Драко изогнул бровь.       Гермиона бросила на него многозначительный взгляд.       — О, пожалуйста, как будто ты не видел, как Чарли покидал поместье этим утром в той же одежде, в которой был вчера.       Драко нахмурился.       — Как чрезвычайно блестящий нейропсихиатр, ты первая, кто поняла, что я пытался овладеть искусством подавления образов и воспоминаний. Спасибо, что вытащила все это на поверхность, — злобно ответил он.       Послышался ее веселий смех.       — И что я говорила о подавлении эмоций?       — Что чем больше я подавляю их, тем ближе к тому, чтобы потерять рассудок и в конечном итоге потерять тебя, — повторил Драко монотонным голосом, снова закатив глаза.       — Итак, какие эмоции ты подавлял в последнее время? — спросила Гермиона, стараясь быть как можно более ненавязчивой.       Однако Драко на это не купился.       — Нет, Гермиона. Я не позволю тебе в миллиардный раз подвергать меня психоанализу. Ты думаешь, что ты такая хитрая, когда пытаешься заставить меня проболтаться, но, дорогая, позволь мне просто напомнить тебе, что я слизеринец, и мы написали книгу о хитрости. Так что просто перестань беспокоиться об этом.       — Хм, — усмехнулась она.       — Ты можешь хмыкать сколько угодно, любимая, я не сдвинусь с места, — ответил он, лениво просматривая свою книгу.       — Я жду от Изабелль звонка через камин, любовь моя, так что оставлю тебя наедине с твоей подлой слизеринской душой, — дерзко ответила Гермиона.       Драко ухмыльнулся, когда девушка вышла из комнаты. Он наслаждался их игривым подшучиванием почти так же, как ему нравилось заниматься с ней любовью, а это было чертовски хорошо.

***

      — О, Гермиона, он только что ушел, — через камин было слышно сожаление в голосе. — Я правда так расстроена его поведением.       Гермиона грустно улыбнулась в ответ.       — Не позволяй тому, что происходит между ним и мной, встать между вами двумя. Он все еще замечательный парень и один из моих лучших друзей. Просто в данный момент он ведет себя немного подло.       — Три недели — это не момент, — решительно заявила Белль. — Я отказалась спать с ним, пока он не смирится с тем, что происходит между тобой и Малфоем.       Гермиона вздергула бровь.       — Почему мне так трудно в это поверить?       Улыбка Изабелль ярко засияла.       — Ладно, хорошо… на самом деле все вышло не так, как я планировала. Он может быть очень убедителен, особенно после того, как приходит после долгого дня работы в этом своем аврорском облачении. Господи, Гермиона, тело этого человека…       — Хорошо, Белль, спасибо за это, — ответила Гермиона, гримасничая. — Но тебе не нужно безуспешно пытаться наказывать его своим воздержанием.       — Ну, очевидно, что воздержание не вариант, но мы с Элли почти каждый день говорим с ними об этом. Они знают, что мы рассержены. И мы пытались вызвать чувство вины в меру своих возможностей, заставляя их осознать, насколько ты несчастна и как ты расстроена из-за всего этого.       Гермиона усмехнулась.       — Как говорит Драко, они придут в себя. Хотя я не думаю, что он полностью доволен этой идеей. На самом деле, если они действительно придут в себя… Я думаю, что у него есть другие планы относительно того, как с ними поступить. Мучительные.       Изабелль ухмыльнулась.       — Ну, я бы не стала его останавливать. Эти двое так раздражающе упрямы, что мне просто хочется кричать.       — Да, это так, — согласилась Гермиона. — Но я все равно скучаю по ним, Белль, и меня так расстраивает, что они злятся на меня.       — Меня тоже, куколка. Я продолжу работать над Гарри и скажу Элли, чтобы она усилила свое влияние, но в данный момент ей это нелегко дается, они с Роном все же молодожены и почти не выходят из спальни.       — Еще одна информация, в которой я не нуждаюсь, спасибо, Белль, — нахмурилась Гермиона.       — Со всем тем сексом, которым ты, должно быть, занимаешься с Драко, можно было бы предположить, что тебе будет уже комфортно говорить об этом, — размышляла Изабелль.       — Белль! В самом деле, в этом нет необходимости, — девушка почувствовала, как ее лицо покраснело.       — Ну же, Гермс! Ты творила разные грязные вещи с телом этого мужчины почти полтора месяца! И я до сих пор не получила никаких подробностей!       — И ничего не получишь, — упрямо ответила Гермиона.       — Фу, ты такая скучная, — рассмеялась Изабелль.       — Некоторые люди назвали бы меня скромной или скрытной.       — Да, но я очевидно не из тех людей.       Гермиона покачала головой, смеясь.       — Я еще свяжусь с тобой позже, Изабелль, передай всем привет от меня.       — Пока, Гермиона. Я увижу тебя в эти выходные?       Гермиона пожала плечами.       — Не знаю, не думаю, что мне будет комфортно приходить, зная, что Гарри и Рон избегают меня.       Изабелль послала воздушный поцелуй, и после голова подруги исчезла из пламени. Гермиона глубоко вздохнула и встала. От резкого подъема у нее закружилась голова и она остановилась, стараясь прийти в себя.       — Ты в порядке? — позади нее раздался голос Драко.       — Да, я просто слишком быстро встала. Ты подслушивал наш разговор?       Драко улыбнулся.       — Нет, я только что вошел. Моя мама хочет поговорить с тобой.       — Да? С ней все в порядке?       — Она в порядке, просто хочет поговорить.       Гермиона кивнула и последовала за ним из комнаты.       Найдя Нарциссу одну в своем крыле, Гермиона сказала Драко, что встретится с ним позже, и подошла к женщине, чтобы сесть рядом с ней на диване.       — Дорогая, дверь закрыта? — спросила Нарцисса.       Гермиона утвердительно кивнула.       — Хорошо, потому что я не хочу, чтобы Драко подслушал это, — предупредила она.       — Что такое? — обеспокоенно спросила Гермиона.       — О, ничего серьезного, я просто хотела поговорить с тобой, как женщина с женщиной.       — Хорошо, так о чем вы хотели поговорить?       — Мне просто интересно, Гермиона, Драко плохо обращается с тобой? — серьезно спросила Нарцисса.       Глаза Гермионы расширились от удивления.       — Нет, вовсе нет, Нарцисса. Что заставило вас так думать?       — Ну, ты была такой грустной в последнее время, — ответила она с озабоченным видом. — И поскольку во время наших сеансов терапии мы говорим только обо мне, я подумала, что у тебя никогда не было шанса выговориться.       Гермиона улыбнулась.       — Это очень мило, что вы заметили, Нарцисса, но я просто немного расстроена из-за своих друзей, которые не одобряют наши отношения с Драко.       — О, я понимаю, — Нарцисса вздохнула с облегчением. — Но ты бы сказала мне, если бы Драко когда-нибудь заставил тебя страдать?       Ухмылка Гермионы стала шире.       — Драко ежедневно заставляет меня страдать своим острым языком и этим проклятым сарказмом, но я не думаю, что он когда-либо намеренно, по-настоящему расстроил бы меня.       Нарцисса улыбнулась на это.       — Я очень рада, дорогая. Ты делаешь Драко таким счастливым, и я хочу самого лучшего для вас двоих.       — Спасибо, Нарцисса. Для меня очень много значит, что вам не все равно. А теперь перейдем к более насущным вопросам: как у вас дела?       Улыбка Нарциссы медленно угасла.       — У меня все хорошо, Гермиона. Но я должна спросить тебя, возможно ли прекратить приемы антидепрессантов? Я готова продолжать принимать два других зелья, но я немного устала от приема антидепрессантов.       Гермиона кивнула в ответ.       — Это на самом деле хороший признак, вы осознаете неблагоприятные последствия приема зелья и сами обнаружили, что больше не хотите его принимать. Мы проведем пробную неделю, в течение которой сможем постепенно снять вас с него, уменьшая дозировку до тех пор, пока полностью не исключим его.       — Звучит здорово, — радостно ответила Нарцисса. — Ты уверена, что это будет полезно для меня?       — Я уверена. Я всегда была сторонником использования меньшего количества лекарств и большего количества терапевтических практик, таких как программа взаимодействий и персональные медитации. Я думаю, что вы очень хорошо справитесь с антидепрессантом.       Нарцисса улыбнулась.       — Спасибо, Гермиона. Правда. Я так рада, что ты мой целитель.       — Я тоже. Итак, вы присоединитесь к нам с Драко за обедом или Чарли придет?       Щеки Нарциссы приобрели светло-розовый оттенок, когда мягкая улыбка украсила ее губы.       — Чарли отправился в Румынию, чтобы уладить кое-какие дела по работе. Он вернется только через месяц.       — Месяц? Это ужасно долго. Особенно для таких новых отношений.       — Ну, мы на самом деле не состоим в отношениях, как таковых, — озорная улыбка на ее лице сменила мягкую.       Гермиона выглядела смущенной.       — Вы не в отношениях?       Нарцисса на мгновение задумалась.       — Это что-то чисто… физическое.       — О боже, — покраснела Гермиона.       — Ну, мы оба согласились, что дальше этого дело не зайдет, и нас обоих это вполне устраивает.       — Я понимаю. Драко знает об этом?       Нарцисса рассмеялась.       — Нет. Я упоминала однажды, что это просто интрижка, но я не думаю, что он воспринял меня всерьез. Я не уверена, как он к этому отнесется, и мне бы не хотелось его расстраивать.       — Я не думаю, что вам следует вот так ходить на цыпочках перед своим сыном, Нарцисса. Вы боитесь, что он снова разозлится на Вас?       — Мне не нравится, когда он злится, — призналась Нарцисса.       — Ну, тогда я думаю, что это будет хорошим упражнением. Вы скажете Драко, что у вас нет настоящих отношений с Чарли и что это просто сексуальная связь, — сказала Гермиона, переходя в профессиональный режим и стараясь не краснеть.       — Хорошо, — обеспокоенно ответила Нарцисса. — Мы сделаем это сейчас?       — Если хотите. Но прежде, чем мы это сделаем, я хочу, чтобы вы оказали мне услугу, — попросила Гермиона. — Когда будете говорить с ним, напустите на себя истинное лицо Нарциссы Блэк, которое, как я знаю, скрыто где-то там.       Нарцисса кивнула.       — То есть, по сути, вести себя как можно более самодовольно и безразлично?       Гермиона весело рассмеялась.       — Все, что поможет выполнить это задание.       — Хорошо, тогда пойдем травмировать моего сына, — ответила женщина, вставая в своей царственной манере.       Гермиона последовала за ней, зная, что все пройдет гладко и что она просто убьет Драко, если он что-нибудь выкинет.       — Где он может быть? — спросила Нарцисса, когда они во второй раз проходили мимо библиотеки на первом этаже.       — Я не уверена, может спросить кого-нибудь из домашних эльфов?       — Хм, хорошая идея. Кэмми, дорогая, не могла бы ты сказать нам, где Драко? — спросила Нарцисса у проходящего мимо эльфа.       — Мастер Драко бегает снаружи, — быстро ответила Кэмми.       — О, точно, сейчас полдень, — вспомнила Гермиона. — Он всегда бегает в полдень.       — Ну, мы должны перехватить его. Я чувствую себя достаточно уверенно, чтобы сделать это сейчас, и не хочу терять этот настрой.       — Хорошо, мы найдем его в саду, он просто бегает кругами.       Они вышли в сад, и, к счастью для них, Драко как раз пробегал мимо. Он замедлился, когда увидел их, и побежал женщинам, которые ждали его у стеклянных дверей.       Гермиона почувствовала, как ее глаза расширились, а во рту пересохло… зато другие части к югу от границы стали немного влажными. Она лицезрела Драко во всевозможных ракурсах, но его вид после пробежки, одетого только в шорты для бега и эта улыбка, произвели на нее очень возбуждающий эффект.       Пот лип к его телу, а волосы были откинуты назад, подчеркивая его сильные и красивые черты лица.       — Чем я могу вам помочь, дамы? — его хриплый, запыхавшийся голос вернул Гермиону на Землю.       — Драко, мне нужно поговорить с тобой кое о чем, — сказала Нарцисса четким, твердым тоном.       — Хорошо… прямо сейчас? — спросил он, держась за бок и пытаясь притвориться, что понятия не имеет, как сильно его вид влияет на Гермиону, которая смотрела на него, как изголодавшаяся женщина.       — Да, так было бы лучше всего, — ответила Нарцисса. — Драко, дорогой, я просто решила внести ясность, у меня нет отношений с Чарли.       Драко скрестил руки, загораживая Гермионе обзор на его на широкую грудь.       — Хорошо. Я сожалею об этом. Ты хочешь, чтобы я избил его для тебя?       Нарцисса приподняла бровь.       — У нас никогда не было отношений. Так что это не означает, что он порвал со мной.       — Я не уверен, что до конца понимаю тебя.       Нарцисса улыбнулась.       — Я думаю, тебе следует знать, что у нас с Чарли нет эмоциональной связи, только физическая.       Драко нахмурил свои светлые брови и посмотрел на Гермиону. Она в ответ бросила на него взгляд, который он не совсем понял.       — Так ты говоришь мне, что вы с Уизли просто… занимаетесь сексом? — спросил Драко.       Гермиона почувствовала, как уровень неловкости в саду взлетел. Нарцисса просто продолжала улыбаться, она отлично отыгрывая роль Нарциссы Блэк.       — Да, верно. И нас обоих это устраивает. Я не ищу твоего одобрения и не хочу тебя расстраивать. Я просто почувствовала, что ты должен быть в курсе.       Драко провел языком по нижней губе: действие, которое, как поняла Гермиона, он совершал, когда о чем-то думал.       — Хорошо, пока тебя все устраивает и пока он не совершает ничего, что расстроило бы тебя или причинило боль, ты вольна делать все, что делает тебя счастливой, — ответил Драко, удивив тем самым и свою мать, и Гермиону.       Нарцисса крепко обняла его и поцеловала.       — Мам, я весь вспотел, — пожаловался он.       — Мне все равно, — фыркнула она, сдерживая свои эмоции.       Драко улыбнулся и обнял ее в ответ.       Нарцисса извинилась через мгновение и оставила их в саду.       — Нравится то, что видишь? — ухмыльнулся Драко, уперев руки в бока.       Гермиона ухмыльнулась в ответ.       — Может быть.       — Может быть, да? — спросил он, хватая ее за руки и прижимая к своей груди. — Я видел, как ты практически пускала слюни, любимая. Может быть, мне стоит приглашать тебя почаще наблюдать за тем, как я бегаю, если бы я знал раньше, как сильно это тебя возбуждает…       Гермиона рассмеялась.       — Ты настолько полон самодовольства.       — Я знаю, что ты тоже хотела бы быть наполненной мной, — прошептал он ей на ухо.       Гермиона почувствовала, как по спине пробежала дрожь, даже несмотря на теплую погоду, она это почувствовала. Драко, покусывающий мочку ее уха, ни в малейшей степени не помогал делу.       — Хорошо, мистер Бегун, на счет три до Вашего крыла. Итак, на старт, внимание… — Она побежала, прежде чем сказала «беги». Он, ухмыляясь, покачал головой и дал ей фору.       

***

      Убирая с глаз его белокурые волосы, пока он спал, Гермиона почувствовала, как на ее глаза наворачиваются слезы. Обычно она не была такой эмоциональной, но сейчас просто не могла понять, почему плачет.       Стресс от того, что Гарри с Роном были такими упрямыми дураками, лечение Нарциссы, попытки заставить Драко больше говорить о своих проблемах и обилие замечательного секса и правда могли оказать определенное влияние на девушку.       Она поцеловала его в лоб и устроилась рядом, наслаждаясь мягким теплом его сильного тела.       Проснулась Гермиона в пустой постели. Она подняла голову, чтобы осмотреть комнату, и обнаружила Драко, стоящего у окна и вглядывающегося в окрестности. Он уже успел надеть боксеры и белую футболку. Она могла бы так смотреть на него часами, но надела свое нижнее белье и рубашку, найдя их разбросанными на полу.       Подойдя и обняв его сзади, она провела ладонями по его груди. Он не сдвинулся со своего места, просто продолжал оглядывать окрестности, как будто чрезвычайно красивая женщина, которая владела его сердцем, не уделяла сейчас ему свое безраздельное внимания.       — Что случилось, Драко? — спросила она, обеспокоенная грустью, которую уловила в его глазах, когда подошла, чтобы встать рядом с ним.       — Гермиона, мне так жаль, — сказал он, его голос был полон сильных эмоций. Он не смотрел на нее, только на покрытую туманом землю перед ними.       — О чем, черт возьми, ты сожалеешь? — спросила она со смущенной улыбкой.       — Я люблю тебя, Гермиона… правда, — медленно отвнтил он. — Единственное, чего я хочу, чтобы ты была счастлива. И это не просто слова, я знаю, что это звучит банально, но я действительно хочу, чтобы ты была счастлива.       Гермиона улыбнулась.       — И ты сожалеешь об этом?       — Я прекращаю наши отношения, — твердо сказал он.       Изогнутая бровь Гермионы подчеркивала ее удивление.       — Что?       — Между нами все кончено. Ты несчастлива, из-за того, что Поттер и Уизли не хотят, чтобы мы были вместе. Поэтому я решаю эту проблему, положив конец тому, что у нас есть.       — Вау, ты идиот, — прямо ответила Гермиона.       Драко сердитый повернулся к ней.       — Это я идиот? По крайней мере, я не основываю свое счастье на том, что два ублюдка думают о моей личной жизни. Я серьезно, Гермиона. Я долго и упорно думал об этом. Все кончено. Я не могу быть причиной твоего расстройства.       Гермиона не могла поверить своим ушам.       — Но не ты являешься причиной, по которой я расстроена, Драко… это Гарри и Рон.       — И почему вы в ссоре? Из-за меня, — парировал он. Он снова повернулся к окну, в горле у него образовался комок. — Я уже договорился с Целительницей Брендон о новом специалисте для моей матери.       — Подожди… Значит, меня увольняют и бросают одновременно? Превосходно, Драко, — ее гнев медленно перерастал в ярость, сдерживаемую лишь слабой надеждой, что он шутит.       — У тебя все еще сохраняется работа в больнице Святого Мунго, — сказал он, его руки так сильно вцепились в оконное стекло, что костяшки пальцев были белее, чем остальная кожа. — Я просто не думаю, что для тебя разумно оставаться здесь.       Гермиона сморгнула слезы.       — Что ж, очень жаль, что это зависит не от тебя. Твоя мать, кажется, прониклась ко мне симпатией, и я не думаю, что ей понравилось бы, если бы ты поменял целителя.       — Очень жаль, но это зависит от меня, — ответил он. — Новый целитель будет здесь завтра в полдень.       — И что же с тем, что ты Драко Малфой, скрываешься от правительства и всего этого дерьма? — спросила она, повысив голос.       — Целительница Брэндон наложила на него заклинание типа сохранения тайны. Он никому не сможет рассказать, — произнес Драко, прикрыв глаза.       — О, так это Он? Боишься, что мог бы влюбиться в следующую женщину, которая попала бы в твою чертову паутину? — выплюнула Гермиона.       Драко повернулся, чтобы посмотреть на нее. Она видела, как он сдерживает свои эмоции.       — Так вот оно что? Ты думаешь, я влюбился в тебя по расчету? После всего, что я сделал, чтобы доказать тебе, что я люблю тебя всем своим существом, и что я сделаю все, чтобы ты была счастлива?       — Ты думаешь, что расставание со мной сделает меня счастливой? — закричала Гермиона.       — Да, Гермиона! Если мы не будем вместе, то твои друзья-идиоты снова начнут разговаривать с тобой, и они сделают все, чтобы вернуть твое расположение, — возразил Драко.       — Итак это все? Все, через что мы прошли? Закончено? Только потому, что ты считаешь себя таким благородным, что делаешь мне одолжение, бросая меня? — огонь пылал в ее карих глазах.       — Я люблю тебя, Гермиона, — заверил он, снова переводя взгляд на окно. — Боже, я действительно тебя люблю. Ты думаешь, я хочу покончить с тем, что у нас есть? Но я не могу видеть тебя такой несчастной. Это ранит меня сильнее, чем ты думаешь, и, возможно, я поступаю эгоистично, пытаясь остановить собственную боль, наблюдая, как больно тебе, но я принял решение.       Взгляд Гермионы стал жестким.       — Хорошо, я уйду в течение часа.       Драко снова повернулся к ней.       — Останься на ночь, — умолял он. Он действительно умолял. Поступок, редкий для него.       Гермиона резко рассмеялась.       — Да, конечно.       — Ради моей матери, — добавил он.       Гермиона покачала головой.       — Я уйду в течение часа, Малфой.       У него перехватило дыхание при упоминании своей фамилии.       — Гермиона, пожалуйста… не будь такой.       — Твоей выдержке можно позавидовать. Ты такой лжец, — сказала Гермиона, отходя от окна, не в силах больше оставаться рядом с ним.       — И в чем же я лгу? — спросил Драко, следуя за ней.       — Ты говоришь, что любишь меня, но теперь я знаю, что все это ложь. Я расстроена из-за Гарри и Рона, а не из-за тебя, придурок. Что ж, теперь я расстроена и из-за тебя. Но я не могу поверить, что ты думаешь, что расстаться — это выход. Знаешь что? Ты прав… ты официально сошел с ума.       — Я всего лишь хочу, чтобы ты была счастлива, Гермиона, — ответил он, нахмурившись.       — Я была счастлива, с тобой! — закричала она. — Меня не волнует, что думают Гарри и Рон.       Лицо Драко застыло в хмуром выражении.       — Если бы тебе было все равно, ты бы не ходила несчастная, не хандрила бы и не страдала эмоциональными перепадами типа биполярного расстройства. Так что не говори мне, что тебе все равно, что они думают!       Гермиона всхлипнула и покачала головой. Он был прав, и она не хотела в это верить.       — Гермиона, пожалуйста, не думай, что я не люблю тебя. Если бы я не скрывался от Министерства, клянусь, я бы женился на тебе, — выдохнул Драко, поразив Гермиону этим откровением.       Еще один всхлип вырвался у нее из груди, пока она стояла у его двери, слушая то, что не хотела слышать. Гермиона снова покачала головой.       — Не говори так, Драко. Если между нами все кончено, не смей говорить такие вещи.       — Тебе решать, все ли между нами кончено. Либо ты сможешь перестать заботиться о том, что другие люди думают о наших отношениях, и все будет хорошо, либо ты можешь признаться себе, что одобрение Поттера и Уизли значит для тебя больше, чем моя любовь.       — Это н-не ч-честно, Драко! — Гермиона плакала. Ее эмоции начинали действовать ей на нервы. С каких это пор она стала такой хнычущей, плачущей девочкой?       — Я знаю, что они много значат для тебя, но я не хочу быть вторым в очереди после них, — ответил Драко, ее слезы прожигали дыру в его сердце.       Гермиона вытерла щеки и открыла дверь, наполовину шагом, наполовину бегом, направляясь к своему крылу. Было больно, что он не пошел за ней, но ничто не причиняло ей большей боли, чем сознание, что он порвал с ней… и что ей нужно было собрать свои вещи и уехать в течение часа.       

***

      — Что значит, ты ее отпустил?! — громко спросила Нарцисса, расхаживая перед камином своего сына, в то время, как сам он лежал лицом вниз на диване.       — Я имею в виду, что между нами все кончено, и завтра ты получишь нового целителя, — повторил Драко приглушенно, уткнувшись лицом в диванную подушку.       — Мне не нужен новый целитель, — нахмурилась Нарцисса. — Почему ты не посоветовался со мной? Я люблю Гермиону, как собственного ребенка, я не хочу, чтобы она уходила.       — Слишком поздно, — задумчиво произнес Драко. — Мне жаль, мама, но другого выхода не было.       — Конечно, был способ избежать это, — начала Нарцисса, но Драко оборвал ее.       — Мне не доставляло радости видеть ее несчастной все это время. И особенно мне не нравилось быть причиной этого! Я повторю это еще раз, я просто хочу, чтобы она была счастлива, как того заслуживает, поэтому, если устранить причину, коей являюсь я, тогда она вернется к своему прежнему счастливому существованию.       — Драко Малфой, ты так глупо размышляешь! Она счастлива, когда она с тобой. Она безнадежно, безумно влюблена в тебя, и ты просто сделаешь ее еще более несчастной.       — Она слишком сильно заботится о том, что думают эти идиоты, но я не хочу соревноваться, — парировал Драко.       — Боже, ты такой невыносимый, и в каждом дюйме — слизеринец. Когда становится трудно, слизеринец сбегает к чертовой матери.       Драко поднял голову и выглядел сердитым.       — С моей стороны было бы невероятно эгоистично поддерживать с ней отношения, которые разрушали ее дружбу с людьми, о которых она, очевидно, заботится. Последний раз, когда я проверял, слизеринцы были самыми эгоистичными типами.       Нарцисса протяжно вздохнула.       — Хорошо, если ты доволен тем, что делаешь вас обоих несчастными, тогда я, конечно, не хочу мешать твоей деятельности. Я собираюсь пойти и поговорить с ней, убедиться, что она знает, что хоть кому-то все еще небезразлично, как она себя чувствует.       Драко нахмурился и проигнорировал свою мать, снова зарывшись лицом в диванные подушки, отчасти надеясь задушить себя и избежать мучительной боли.       

***

      Вещи Гермионы стояли упакованные у двери, готовые к тому, чтобы их можно было уменьшить и сложить в ее бисерную сумочку. Девушка застегнула ремешок на своих босоножках на плоской подошве и смахнула льющиеся по щекам слезы.       Раздался стук в дверь, и сердце предало ее, искренне надеясь, что по другую сторону этой двери стоял Драко.       Она выпрямилась и смахнула слезы.       — Войдите, — прохрипела Гермиона.       В комнату прошла Нарцисса и быстро подошла к ней, заключив ее в теплые объятия. Это простое действие снова вызвало у Гермионы очередной поток слез. Она уткнулась лицом в плечо женщины, тихо всхлипывая.       — Я не хочу, чтобы ты уходила, Гермиона, — тихо сказала Нарцисса. — Я пришла, чтобы позаботиться о тебе, как если бы ты была дочерью, которой у меня никогда не было. Я бы хотела, чтобы все было по-другому, чтобы ты могла поселиться здесь, в поместье, но иногда все идет не так, как мы хотим.       Гермиона отстранилась, грустно улыбаясь и вытирая лицо.       — Я буду скучать по вам, Нарцисса. И я обещаю, что буду навещать вас так часто, как только смогу. Вы добились такого большого прогресса, и я знаю, что у вас все будет хорошо с любым целителем, которого вам назначат. Я передам, что вас отлучают от антидепрессантов, — сказала Гермиона, крепко обнимая женщину.       — Гермиона, дорогая, как бы я ни была не согласна с действиями моего сына, пожалуйста, помни, что он никогда никого не любил сильнее тебя. Он думает, что это к лучшему, и я искренне верю, что он просто хочет видеть тебя счастливой. Хотя сам при этом глубоко несчастен.       В животе у Гермионы возникло странное чувство при известии о том, что Драко был несчастен.       — Я так сильно люблю его, Нарцисса.       Нарцисса подавила собственные слезы.       — Я знаю, дорогая. И он любит тебя так же сильно.       — Я хотела бы, чтобы мне было все равно, что думают мои друзья, но я ничего не могу с собой поделать. Они так много значат для меня, мы через многое прошли вместе, и они для меня практически, как семья. Я отношусь к вам и Драко с таким же уважением.       Нарцисса улыбнулась.       — Все это уладится само собой, Гермиона. Я ни на секунду не верю, что это конец вашим отношениям с Драко.       — Правда?       — Да. Вы двое принадлежите друг другу. Вы оба прошли через столько страданий, поэтому он ставит твое счастье превыше всего остального. Ты простила его прошлые ошибки, какими бы ужасными они ни были, и любила его таким, какой он есть. Это не просто временная влюбленность.       Гермиона кивнула.       — Я хочу быть сильной и высоко держать голову, но не хочу, чтобы это заканчивалось. Я чувствую себя такой слабой, просто признавая это.       — Конечно, ты не хочешь, чтобы это заканчивалось. У вас есть сильная связь, которую не многим людям посчастливилось испытать. Просто подыграй иллюзии Драко, что это заставит тебя чувствовать себя лучше. Потому что, дорогая, он не хочет, чтобы это заканчивалось. Ни капельки… но он хочет, чтобы ты получила одобрение своих друзей. Гермиона, он несчастен.       — Ну, это его чертова вина, — с трудом произнесла Гермиона. Потому что на самом деле, она не хотела, чтобы ему было больно.       Нарцисса тихо рассмеялась.       — Я буду ожидать тебя скоро в поместье, Гермиона. Я не позволю новому целителю чувствовать себя здесь слишком комфортно. Я прямо скажу ему, что ты очень скоро вернешься.       Гермиона улыбнулась и поцеловала Нарциссу в щеку.       — Я надеюсь, что это то, что произойдет на самом деле.       — О, так и будет, — заверила ее женщина. — Я бы посоветовала тебе просто оставить свои вещи здесь, но это, вероятно, было бы уже слишком.       Гермиона рассмеялась, а затем вздохнула.       — Мне пора идти.       Нарцисса кивнула, взяв Гермиону под руку и направившись с ней к выходу из крыла.       — Знаете что, Нарцисса? Я вернусь. Я люблю этого глупого человека и дам ему время подумать о том, насколько он был глуп на самом деле. Но я вернусь, после того, как он будет долго меня умолять. Ему будет полезно увидеть, что он теряет.       Нарцисса широко улыбнулась.       — Теперь это та Гермиона, которую я знаю и люблю.       Гермиона рассмеялась, пока они спускались по лестнице. Она заколебалась, когда они проходили через двойные двери в крыло Драко. Приняв решение в последний момент, она открыла его дверь, не потрудившись постучать, и вошла прямо внутрь, Нарцисса все еще держала ее за руку и в тайне улыбалась.       Драко не сдвинулся со своего жалкого положения, лежа лицом вниз на диване. Женщины подошли и встали перед ним. Одна из них прочистила горло, и Драко медленно поднял голову, разглядывая незваных гостей, прежде чем принять сидячее положение при виде Гермионы.       — Я просто пришла попрощаться, — сказала она, ее голос был ясным, а поза величественной.       Драко медленно кивнул.       — Тогда прощай. Спасибо тебе за все.       Он точно знал, как изображать апатичного дурака.       Гермиона улыбнулась и повернулась на каблуках, Нарцисса последовала за ней, ухмыляясь.       В ту минуту, когда они вышли из комнаты, улыбка Гермионы исчезла, и она почти упала на Нарциссу, чувствуя сильное головокружение.       — Ты в порядке, дорогая? — спросила Нарцисса, крепче обнимая ее.       — Да, это было намного сложнее, чем я думала, — Гермиона закрыла глаза, пытаясь остановить головокружение.       — Я провожу тебя, — сказала Нарцисса, пытаясь отвлечь девушку от грохота, который послышался из крыла Драко. Он всегда был сторонником того, чтобы ломать вещи, когда злился.       Когда они приблизились к точке аппарации, Нарцисса в последний раз обняла Гермиону и на прощание подмигнула ей.       — Скоро увидимся! — крикнула она, прежде чем, молодая ведьма аппарировала прочь.       Приняв решение в последнюю минуту, девушка аппарировала не в свою квартиру, а в квартиру Изабелль. Постучав в дверь, Гермиона надеялась, что Гарри там нет, потому что ей было бы трудно удержаться и не причинить ему телесных повреждений.       — ГЕРМС! — голос Белль прервал ее мысли о вендетте. — Что ты здесь делаешь, детка? Сегодня всего лишь вторник.       По какой-то неизвестной причине слезы снова потекли. Гермиона бросилась в объятия подруги и почувствовала, как ее ведут к дивану.       — Что он натворил на этот раз? — тихо спросила Изабелль, поглаживая кудри Гермионы.       — Он порвал со мной, — фыркнула Гермиона, отстраняясь от нее.       — Что он сделал?! — ахнула Белль.       Гермиона все ей рассказала. Она поймала себя на том, что защищает Драко, повторяя все перечисленные им причины.       Изабелль сидела ошеломленная, когда Гермиона закончила всю историю.       — Вау… — немного романтично в извращенном смысле.       Гермиона пожала плечами.       — Я так эмоционально опустошена, Белль. Серьезно, я никогда раньше не чувствовала себя настолько оторванной от своего разума.       Изабелль нахмурила свои темно-русые брови.       — Что ты имеешь в виду?       — Просто я все время плачу и очень расстраиваюсь из-за мелочей. Не только сегодня, но и последние дни. Думаю, с тех пор, как я рассказала Гарри и Рону о нас с Драко. Я чувствую, что у меня симптомы депрессии, просто не такие сильные.       Изабелль на мгновение задумалась.       — Что еще?       — Пока я была с Драко, я отгоняла эти грустные мысли, но я думаю, он мог видеть, что я все еще была немного меланхолична. Я уже скучаю по нему.       Мозг Белль заработал в режиме целителя.       — Что-нибудь еще происходило с тобой в последнее время? Помимо эмоциональной нестабильности?       Гермиона бросила на нее озадаченный взгляд.       — Эм… Ну, у меня иногда случались приступы головокружения, но это может быть просто связано со стрессом.       Изабелль встала с дивана и исчезла в своей комнате, вернувшись с золотой палочкой, которую носили все целители.       — Зачем ты достала свою палочку? Я в порядке, Белль, просто расстроена.       — Просто подыграй мне, — ответила ведьма, и в ее глазах появился решительный и понимающий взгляд.       Гермиона вздохнула и легла на диван.       — Ты такая королева драмы, Изабелль.       — Ты принимала в последнее время какие-нибудь обезболивающие или антигистаминные зелья? — спросила она профессиональным голосом, которым говорила в больнице.       — Нет, — ответила Гермиона.       — У тебя регулярный менструальный цикл? Иногда нерегулярный цикл может быть причиной смены твоего настроения.       — Обычно он довольно регулярен… но если подумать об этом… — Гермиона замолчала.       Подруга трижды провела диагностической палочкой по телу Гермионы, наблюдая, как цветная дымка сохраняла бронзовый цвет.       Изабелль улыбнулась, когда цвет остался бронзовым. Перепроверив все, Изабелла не смогла сдержать смеха.       — Над чем ты смеешься? — дрожащим голосом спросила Гермиона. Она мысленно считала недели и месяцы, пытаясь понять то, что Изабелль уже знала.       — Черт, Гермиона, ты беременна, — ответила Белль с глупой ухмылкой.       — Беременна? Это значит… — беспомощно спросила Гермиона.       — Это значит, что у тебя в утробе сидит маленький Малфой, готовый сделать твои драматические отношения с Драко намного интереснее, — Изабелль села рядом, широко улыбаясь. — Поздравляю!       Гермиона улыбнулась, удивленная тем, что у нее не перехватило дыхание при известии о том, что она беременна… ребенком Драко… сразу после того, как он порвал с ней. Странный мир.       — Как давно? — спросила Гермиона, не заботясь о том, чтобы выяснить это самой.       — Около месяца. Значит, примерно с того же времени, когда призналась Гарри и Рону, что объясняет перемену настроения и приступы головокружения. У некоторых женщин бывают головокружение, у некоторых — утренняя тошнота, а у некоторых — и то, и другое. Еще немного рано, так что, возможно, у тебя еще какое-то время не будет утренней тошноты, если вообще будет.       — Этот день официально считается самым интересным днем в моей жизни. Меня бросили, уволили и обрюхатили. Это похоже на один из тех ужасных любовных романов, которые ты читаешь, когда думаешь, что никто не видит, — поддразнила ее Гермиона.       Изабелль рассмеялась.       — Смейся сколько хочешь, Гермс. Но эти книги действительно потрясающие. Но сейчас не об этом. Ты останешься здесь на ночь, а завтра мы сможем во всем этом разобраться. Мы придумаем, как сказать Драко…       «Он сорвется», — подумала Гермиона.       — Не волнуйся, я расскажу ему, просто это слишком для него. Он все еще пленник в своем собственном доме… и, боже мой… Я даже не знаю, как он отнесется к этому.       — Ты боишься, что он примет тебя обратно только из-за ребенка? — спросила Изабелль.       Гермиона улыбнулась.       — О, он заберет меня обратно, несмотря ни на что… это затруднительное положение просто поможет делу.       — Мне нравится уверенность, которую ты приобрела, живя с Малфоями, — засмеялась ведьма. — Будем надеяться, что ребенок не унаследует высокомерия своих родителей.       Гермиона игриво шлепнула Изабелль по руке.       — Это действительно происходит, не так ли?       — Ага! — взволнованно ответила Белль. — Я стану тетушкой!       — Я стану мамой, о боже, я собираюсь стать матерью! — воскликнула Гермиона. — И идиотская любовь всей моей жизни станет папочкой.       — Разве не забавно знать то, чего не знает он? Так ему и надо, черт возьми.       Гермиона чуть улыбнулась. Как бы сильно она ни любила подругу, ей хотелось быть сейчас рядом с Драко, праздновать эту новость, вместо того, чтобы чувствовать внутри себя пустоту, зная, что они расстались на неопределенное время. Все, что она могла сейчас сделать, это ждать утра и надеяться, что сильная печаль, которую она испытывала из-за его отсутствия, не приведет к бессонной ночи. Теперь она спала за двоих.