Holidays & Healing / Праздники и Исцеление

Драко понимал, что ведет себя как полный идиот. Тем не менее, он открыл дневник.

Я ненавижу то, что когда я впервые сняла с себя одежду, я на секунду или две была в ужасе. Как будто все глупые комплексы, которые я держала в голове всю школу, снова ворвались в мой мозг с силой урагана. Это было головокружительно. Это было тошнотворно. Я подумала о том, что он говорил о моих волосах, зубах, веснушках и, конечно же… ну… и мне стало противно от того, что меня это волнует, и ещё хуже от того, что я боюсь. Я боялась, что, увидев меня полностью обнаженной, он поймёт, что я ему не нужна, повернется и уйдет из моей жизни. Я боялась, что Драко Малфой такой же поверхностный, как шептались девушки в Хогвартсе. Я боялась, что все те разы, когда он оскорблял мою внешность, он имел в виду именно это. И я ненавижу это. Я красивая. Я знаю это. Но, Боже мой, как я волновалась, что он этого не знает. Меня никогда так сильно не волновало, что обо мне думает романтический партнер, и я ненавижу это. Ненавижу это. Ненавижу.

Драко закрыл дневник. Он положил его обратно на полку и несколько минут в недоумении сидел на диване в библиотеке. Он чувствовал, что она нервничала в ту ночь, когда они занимались сексом, но не понимал глубины её эмоций. Он молча проклинал себя за все те жестокие слова и поступки, которые он когда-либо говорил и делал по отношению к её внешности. Гермиона Грейнджер была просто потрясающей, самой красивой женщиной, которую он когда-либо видел, и он позволил своей юношеской ненависти ослепить его. — Привет, — Гермиона заглянула в дверь библиотеки-кладовой, и Драко почувствовал, как сердце подскочило к горлу, но дневник снова лежал на полке, и Гермиона никак не могла узнать, что он его читал. — Нам нужно уходить на вечеринку Карли. Гарри, Джинни и, — вздохнула она, — Тео встретят нас здесь через пятнадцать минут. Драко поднялся на ноги, подошел к ней и притянул ее к себе. Он прильнул к её губам и впился в них неистовым поцелуем. — Пятнадцати минут вполне достаточно. — Драко, — она улыбнулась ему в губы и игриво оттолкнула его. — У нас нет времени, чтобы пойти домой… — Я и не собирался идти домой. Драко схватил ее за талию и втащил в библиотеку, при этом из ее горла вырвался тихий вздох. Захлопнув за ней дверь, он прижал её к книжному шкафу и, наклонившись, впился зубами в её шею и плечо. Он сделал это без всяких предисловий, и внезапное ощущение его зубов на коже вызвало у Гермионы толчок приятной боли. Гермиона дышала, на этот раз уже громко, и потянулась вверх, чтобы запутаться руками в его волосах. — Драко, — прошептала она ему в шею и стала лизать его кожу, пробуя на язык его сухожилия. — Тише, Грейнджер. Драко отстранился от ее шеи и повернул ее. Гермиона резко вдохнула, когда ее прижали лицом к книжному шкафу. Ее руки заскользили по потертым корешкам, а голова закружилась, когда Драко растолкнул её пятки. — Раздвинь ноги, любимая. Гермиона сделала, как он сказал. Драко задрал ей юбку и просунул одну руку между бедер. Он провел пальцем по ее трусикам, она зашипела, и он наклонился, чтобы рассмеяться ей в ухо. — Ты уже мокрая. — Ты собираешься издеваться надо мной или трахнуть меня? Драко убрал руку с ее ног, чтобы запутаться в волосах. Он потянул так сильно, что у нее защемило кожу головы. Он тянул до тех пор, пока её голова не откинулась назад настолько, что она могла смотреть ему в глаза. — Мне нравится, какой смелой ты стала, львенок. — Я всегда была смелой, слизеринец. Просто ты всегда был слишком самоуверен, чтобы это заметить. Драко улыбнулся, она была права. Он отпустил ее юбку и протянул руку вперед, обхватив ее между ног спереди, прижимая большой палец к ее клитору. Гермиона застонала и прильнула к нему, выпячивая бедра, чтобы еще сильнее прижаться к его руке. — У нас всего несколько минут, — задыхалась она. — У тебя нет времени дразнить меня. — Хмм. — Он снова оттянул её волосы и наклонился, чтобы поцеловать ее в шею, на этот раз более нежно. — Ты права Драко убрал руку с ее промежности и запустил ее в волосы, чтобы отодвинуть трусики. Гермиона услышала, как он расстегнул ремень и брюки, а затем почувствовала, как его член проталкивается между ее ног. Она раздвинула их шире, чтобы впустить его. Он дергал ее за бедра до тех пор, пока она практически не встала на цыпочки, выгнувшись ему навстречу. Драко вошел в нее одним движением, и Гермиона вскрикнула от невероятной интенсивности этого движения. Драко вскинул руку и зажал ей рот. — Ш-ш-ш, Грейнджер, — проворчал он ей на ухо, его дыхание обжигало кожу. — Мы в библиотеке. Гермиона застонала, когда он начал медленно и мучительно входить в нее. Она уперлась одной рукой в книжную полку, а другой потянулась назад, чтобы ухватиться за его бедро, притягивая его еще ближе. Гермиона слегка наклонила бедра, пока не почувствовала, как он задел что-то глубоко внутри нее, заставив ее резко обернуться к нему. — Драко, — пробормотала она в ответ в его руку. — Черт, Грейнджер. — Драко убрал руку от ее рта и обхватил шею, слегка сжав ее. — Сильнее, — задыхалась Гермиона. — Пожалуйста. Драко выполнил ее просьбу и стал входить в нее с еще большей скоростью. Гермиона продолжала скулить, откинувшись назад настолько, насколько это было возможно, чтобы прижаться головой к его груди. Драко застонал еще громче. Он пригнул голову к ее шее и стал целовать ее горло с открытым ртом, вызывая мурашки в животе и на коже. Гермиона чувствовала, как внутри нее нарастает возбуждение — огненное пламя страсти, готовое вспыхнуть в любой момент. — Драко, — снова прошептала она. — Гермиона, — прошептал он в ответ, и его дыхание коснулось раковины ее уха. Гермиона вскрикнула от нахлынувшего оргазма, и Драко застонал. Несколько мгновений они стояли, откинувшись на книжный шкаф, тяжело дыша, а затем, почти в унисон, начали смеяться. Драко вышел из Гермионы, и она повернулась к нему лицом, встав на цыпочки, чтобы поцеловать его. Она улыбнулась ему в ответ. — Отличный способ начать каникулы.

***

— Я не могу поверить, что мы это делаем, — сказала Джинни, когда их группа из молодых ведьм и волшебников шла по улицам Эдинбурга на Рождественскую вечеринку Карли. — Это удивительно! — Тео словно светился. — Я не могу поверить, что маггловская девушка пригласила тебя, — Джинни закончила свою фразу, бросив взгляд в сторону Тео. — Я могу, — добавил Гарри. — Ты едва ли виделся с ней, — сказала Джинни. — Да, но она показалась мне… — Гарри замолчал, пытаясь придумать правильное слово, которое описало бы Карли. — Пуффендуйкой? — предложил Драко. — Да, — сказал Гарри, мягко рассмеявшись. — Именно ей она и показалась. — И ты думаешь, — начала Джинни, — пуффендуйка пригласила бы парочку слизеринцев на вечеринку? — Я думаю, пуффендуйцы пригласили бы на вечеринку кого угодно, — сказал Гарри. — Не могли бы вы все заткнуться, — Гермиона раздраженно фыркнула. — Все эти разговоры о факультетах Хогвартса должны прекратиться, как только мы туда придем. Тео закатил глаза. — Я думаю, мы все знаем как вести себя среди магглов, Грейнджер. — Я знаю, что Гарри знает, и Драко… в какой-то степени знает… — Эй! — сказал Драко. Гермиона проигнорировала его. — Джинни… ну, на счёт тебя я не знаю, поскольку единственный маггл, с которым ты общаешься — это девушка Рона… ну, она знает о магии, а Карли, очевидно, нет. А ты, Тео, я уверена, что имеешь хоть малейшее представление о том, как разговаривать с магглом на маггловской вечеринке. — Я разговаривал с твоей маггловской подругой и в другие дни. — Я умею разговаривать на маггловской вечеринке, — возразила Джинни. — Ладно, — Гермиона ущипнула себя за переносицу. — Давайте просто… надеяться на лучшее. — В этом весь смысл, Грейнджер. — Тео ухмыльнулся. Через несколько минут Гермиона и Драко вошли в знакомый дом; как и в прошлый раз, он был полон музыки и шумными магглами. Из гостиной доносились попсовые ремиксы рождественских песен, все были одеты в праздничные цвета. Гермиона надела короткое красное платье и чёрные чулки до колена. Драко был одет в свой фирменный черный цвет, но Гермиона настояла на том, чтобы он добавил хотя бы капельку цвета, и он согласился прикрепить к лацкану пиджака маленькую булавку с остролистом. Джинни и Гарри были одеты в одинаковые рождественские свитера, которые, несомненно, были сделаны миссис Уизли, каждый из низ был глубокого бордового цвета с их инициалами на них. А на Тео была зеленая рубашка на пуговицах под черной спортивной курткой, очень похожей на ту, что была на Драко. В целом, в них не было ничего неуместного, но Гермиона нервничала, загоняя такое количество своих друзей-волшебников в дом своей подруги-магглы. — Ми! Драко! — Все пятеро повернулись и увидели рыжую Карли, пробивавшуюся к ним. — Я так рада, что вы пришли! Карли нарядилась в блестящее зеленое платье, в её волосы были вплетены веточки остролиста. Она была похожа на ходячее елочное украшение. Она бросилась в объятия Гермионы. Гермиона улыбнулась, обняв Карли в ответ. От Карли пахло хвоей и праздничным пуншем с водкой. Это был пьянящий, веселый аромат. После того как Карли отстранилась от Гермионы, она притянула к себе Драко, чем немало удивила остальных трёх волшебников. Драко рассмеялся и похлопал её по спине. — С Рождеством, Карли. — Гарри, — обрадовалась Карли, вырвавшись из объятий Драко. — Так приятно видеть тебя снова! — Привет, Карли. Спасибо, что пригласила нас. Это моя жена, Джинни. — Привет! Очень приятно познакомиться! — Джинни улыбнулась. — Мне тоже. — И Тео! — Карли вскинула руки вверх — она явно была уже навеселе. — Ты тоже пришёл! Тео вскинул руки в воздух, чтобы походить на Карли, и подхватил её задорный смех, позволив ей обнять себя. Гермиона закатила глаза при виде этого зрелища. — Это здорово, — сказала Карли, — все мы собрались. На кухне есть напитки, и ой, чуть не забыла! — Чуть не забыла что? — спросил Драко. — Подожди здесь! Карли скрылась в толпе, а пятеро волшебников обменялись недоуменными взглядами. — Она очень… энергичная, — сказала Джинни. — Да, — сказала Гермиона. — В этом вся Карли. — Она явно навеселе, — сказал Тео с усмешкой. — О, тише, — Гермиона легонько шлепнула его по руке. — Это же праздник. Гарри и Драко засмеялись, но смех Гарри резко оборвался, когда он увидел Карли, идущую обратно к группе. Но не Карли заглушила его смех, а тот, кого она вела за собой. — Привет, Гарри, — сказал Дадли с нервной улыбкой. — Та-да! — сказала Карли в своем пьяном возбуждении. — Привет, Дадли, — сказал Гарри. На мгновение все замолчали, затем Дадли протянул Гарри руку. Гарри взял ее, крепко пожал и вспомнил, как он видел Дадли в последний раз. — Э-э, Дадли, это моя жена, Джинни. — Привет, — Джинни взглянула на Гарри а затем улыбнулась Дадли. — Привет! — Улыбка Дадли стала еще шире. — Просто замечательно встретиться с вами. Действительно замечательно. — Дадли посмотрел на остальных. — Привет, Гермиона. — И снова привет. Дадли, ты помнишь Драко, — Драко кивнул Дадли, тот улыбнулся в ответ, хотя в последний раз, когда они разговаривали, Драко вел себя с ним как настоящий гад. — А это, — Гермиона жестом указала на Тео, — Тео Нотт. Он тоже ходил с нами в школу. — Привет, приятель, — сказал Тео. — Откуда ты знаешь Поттера? — Я его двоюродный брат. — Вот это да, — засмеялся Тео. — Серьёзно? — Да, — сказал Дадли. — Ну что ж! — вмешалась Карли. — Я оставлю вас всех развлекаться! Мне нужно кое-что проверить. Карли снова скрылась в толпе, оставив группу в одиночестве. — Так, значит, ты маггловский кузен Поттера? — спросил Тео. — Ага, — ответил Дадли. — Я он и есть. — Это что-то значит? Я слышал, что ты ненавидел магглов, которые тебя вырастили, Поттер? Гарри раздраженно вздохнул. — Да, Нотт. — Мои родители были не… самыми лучшими, — мягко сказал Дадли. — Разве они не запирали его в его комнате? — спросил Драко. — Откуда ты это знаешь? — спросил Гарри у Драко. Драко насмешливо хмыкнул. — Поттер, когда вы с Уизли на втором курсе врезались на летающей машине в Распутную иву, все только и говорили о том, откуда у вас эта чертова штуковина. Слухи распространились достаточно быстро. Симус и его незакрывающийся рот. Гермиона рассмеялась. Драко улыбнулся ей. Он обхватил её рукой за талию и притянул к себе, и на этот раз она наслаждалась этим ощущением, вжимаясь в него и принимая его. — Вы все умеете летать, да? — спросил Дадли. — Конечно, — ответил Тео. — Поттер и Малфой лучше нас всех. — Эй! вклинилась Джинни. — Я профессионально играю за «Гарпий», или ты забыл? — Точно. Поттеры и Малфои лучше, чем все остальные. Гарри выглядел немного удивленным комплиментом Тео. — Спасибо, Нотт. — Значит, полеты — это спорт? — спросил Дадли. — Э-э, — начал Гарри. — Есть такая игра, называется квиддич. Мы играем в нее на метлах. — Так ты профессиональная спортсменка? — Дадли посмотрел на Джинни. — Да, — сказала Джинни, и в ее голосе зазвучала гордость. — Да. Основной загонщик. — Это великолепно! — Дадли явно был в восторге от того, что узнает что-то о магии, даже если он понятия не имел, что означает половина слов, которые они использовали. — А как насчет тебя, Гарри? Чем ты занимаешься? Ты тоже профессионально играешь? — Нет, я аврор. По сути, это как полицейский. — Великолепно. А ты, Драко? Ты работаешь на Гермиону в ее кафе? Гермиона выжидающе посмотрела на Драко. Джинни, Гарри и Тео посмотрели на него, явно ожидая, что он обидится на вопрос. Но он шокировал их всех, широко улыбнувшись и гордо сказав: — Абсолютно точно. — Отлично! А ты, Тео? — Я работаю в магазине палочек, подмастерьем. — Ого! Значит, вы покупаете их в магазинах? — Да, — добавил Гарри. — Мы покупаем большинство наших… инструментов в магазинах. Ты учишься делать палочки, Тео? — Ну, изначально я хотел стать аврором, как ты, Поттер, но после войны мои возможности для обучения были несколько ограничены. Поэтому, когда Лавгуд открыла свой магазин на Косом переулке, я подумал, что она может быть достаточно непредвзятой, чтобы дать возможность ребенку Пожирателей смерти попробовать себя в этом деле. И она согласилась. — Ты работаешь в магазине палочек Полумны? — В голосе Гарри слышалось потрясение. — Это… ничего себе. Я и понятия не имел. Полумна никогда об этом не говорила. — Ну, я только начал работать несколько месяцев назад. Я просто перебивался с одной временной работы на другую, занимаясь основной работой в Министерстве. В течение нескольких лет. Как я уже сказал, вариантов было немного, учитывая, кем были мои родители. Дадли в замешательстве переводил взгляд с Гарри на Тео. — Подождите, — начал он, — так вы двое были по разные стороны? В вашей… войне? — Да, — сказал Гарри, снова чувствуя себя неловко. — И… — он взглянул на Драко. Драко слегка кивнул. — Малфой тоже. — И теперь вы все друзья? — Голос Дадли был полон благоговения. — Друзья — это слишком щедро, — сказала Джинни, закатив глаза. — Мы вежливо ведём себя. — Но Гермиона и Драко… — Гермиона и Драко вполне могли сойти с ума, — сказала Джинни с игривой ухмылкой, брошенной в сторону Гермионы. — В этом вопросе присяжные еще не определились. — Это чертовски гениально, ты не находишь? — сказал Тео. Джинни снова закатила глаза. — Да ладно, это как та маггловская пьеса. — Которая? — спросила Гермиона. — Ромео и Джульетта, — закончил Драко. Гермиона в шоке посмотрела на него. — Ты что, читал еще мою коллекцию Шекспира? Драко утвердительно пожал плечами. — О, — кивнул Дадли. — Я должен был читать его в школе. Но так и не прочитал. Но суть я знаю. Так вы двое из… как бы… враждующих домов? Джинни и Тео рассмеялись. Гарри ухмыльнулся, сдерживая собственный смех. — Да, — Гермиона улыбнулась Драко. — Что-то в этом роде. Остаток ночи прошел в хорошем настроении. В конце концов, группа отправилась на кухню за напитками, и вскоре большинство из них добралось до танцпола. Гермиона застала Тео танцующим с Карли, и Драко пришлось физически удерживать ее от того, чтобы разнять этих двоих. — Он не собирается совращать ее, маленький лев. Спрячь свои коготки.

***

Ближе к вечеру Драко нашел Поттера за столом с напитками на кухне, достающим еще пунш для него и Джинни. — Поттер. Гарри повернулся лицом к Драко. — О, привет. Ты хотел… — Мне нужна твоя помощь. — Опять? — Это все еще касается Гермионы. — О, — сказал Гарри. — Ну ладно. В чем дело? — Есть зелье, которое я хочу подарить ей на Рождество. Это что-то вроде зелья памяти. — Пока Драко говорил, Гарри оглядывался по сторонам, чтобы убедиться, что поблизости нет магглов, которые могли бы подслушать этот очень откровенный и явно магический разговор. — У меня явно нет средств, чтобы приготовить его в квартире Гермионы или в «Ведьмином вареве», и я не могу попросить Гермиону, потому что хочу, чтобы это был сюрприз. — Что за зелье памяти?

***

— Вы двое кажетесь счастливыми вместе, — сказала Джинни, держа Гермиону за руки, пока обе ведьмы раскачивались взад-вперед под музыку. — Так и есть. Но ты права, это совершенно безумно. Джинни улыбнулась сквозь тихий смех. — Это совершенно дико, но если бы я не знала ничего лучше… — Что? — спросила Гермиона, когда Джинни позволила своему голосу затеряться в музыке. Джинни улыбнулась сквозь тихий смешок. — Это абсолютно дико, но если бы я не знал ничего лучшего… — Что? — подтолкнула Гермиона, когда Джинни позволила своему голосу раствориться в музыке. Джинни улыбнулась еще шире. — Если бы я не знала тебя лучше, я бы сказала, что он смотрит на тебя так, словно влюблен в тебя.

***

— Ну и где сегодня твоя жена, Дадли? — спросил Гарри, когда они с Дадли, прислонившись к дальней стене, наблюдали за толпой посетителей вечеринки. — Она работает в местной газете. Она планировала прийти сегодня вечером, но они работают над большой статьей, поэтому ей пришлось задержаться. А с ребенком на подходе, я думаю, она сразу после этого отправилась домой. Я скоро уйду. Я просто зашел сегодня вечером, так как Карли попросила меня, потому что… ну, она сказала, что ты придешь. Гарри на мгновение замолчал. Изучая своего кузена. Было трудно поверить, что это тот же самый человек, который мучил его в детстве. Обзывал его и издевался над ним хуже, чем Драко. И вот он здесь, взрослый, женатый, с ребенком на подходе, и счастливо общается с ведьмами и волшебниками. — Ты ждешь ребенка, да? Дадли кивнул, улыбаясь. — Да. Гермиона говорила тебе об этом? Гарри кивнул. — Она сказала, что ты думал, не окажется ли он таким же, как она, магглорожденным. — Ну… да. В вашем мире… трудно не иметь родителей-магов? Для тебя это было трудно? — У Гермионы есть родители, Дадли. А у меня их нет. Это другое. — Точно. Да, нет, конечно, — пробормотал Дадли. — Тяжело было без родителей, — сказал Гарри, вертя в руках свой напиток, просто чтобы было чем заняться. — Точно так же, как любому ребенку было бы тяжело расти без родителей. Но все в школе и в нашем мире знают, кто были мои родители. Они знают, что я сын… — Гарри огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что никто не подслушивает. — Волшебника и ведьмы. Гермиона — дочь магглов, и двадцать лет назад некоторые люди не слишком хорошо к этому отнеслись. Малфой, собственно, был одним из таких людей. — Правда? — Глаза Дадли расширились. — Тогда почему она с ним встречается? Гарри пожал плечами. — Не знаю. Это и вызывает вопросы. Она говорит, что он изменился. — Изменился? — Ну, в последнее время он кажется не таким придурком. — Гарри оглянулся на Дадли и улыбнулся, затем легонько стукнул его локтем. — Очень похож на тебя. Дадли засмеялся, и Гарри почувствовал себя одновременно и счастливым, и меланхоличным. Как замечательно, подумал он, было бы иметь такую дружбу с Дадли, пока он рос. Тогда лето не было бы таким мучением. Ему было бы с кем поговорить. Было бы с кем расти, когда он был вдали от Хогвартса. — А ты знаешь, что у меня есть крестный отец? — сказал Гарри. — Да ну? — Дадли, похоже, не терпелось узнать о Гарри побольше. Гарри кивнул. Внезапно он почувствовал себя торжественно, вспомнив о Сириусе. — Да. Он был другом моих родителей. Его звали Сириус Блэк. Улыбка Дадли спала, когда он заметил, что Гарри говорит в прошедшем времени. — Он умер во время… э-э… войны, которую вы все вели? — Немного раньше. В нашем Министерстве была драка. Там были Гермиона и Джинни. Сириус… он погиб, защищая меня. Дадли нахмурился, не зная, что сказать. — Ты сражался вместе с ним? — Гарри кивнул, опустив взгляд в пол. — Сколько тебе было лет? — Пятнадцать. — Вот это да, — пробормотал Дадли. — Значит, это был тот год, когда ты… спас меня. Гарри оторвал взгляд от пола и посмотрел на кузена. — Да. — Гарри боролся с внезапно возникшим непреодолимым желанием заплакать. — Это было в тот год. — Я так и не поблагодарил тебя за это. — Все в порядке. — А вот и нет. Ты и твои друзья прошли через многое — видели такое, что я даже не могу себе представить. Я ненавижу себя за все эти годы, Гарри. Ты… — Дадли резко вдохнул, и этот звук испугал Гарри. — Ты не пустая трата времени, приятель. Я должен был сказать больше, но… я не знаю, я был идиотом. Но, насколько я понимаю, из того, что мне рассказала Гермиона, чертовски много людей сегодня живы благодаря тебе. Я считаю, что ты — самым лучшим образом используешь своё время. Гарри стоял молча, из-за слез запотевали его очки. Каким бы глупым ни было выражение Дадли, он передал то, что Гарри надеялся услышать от своих биологических родственников всё своё детство. — Я был бы твоим другом, Дадли. Если бы ты мне позволил. Дадли кивнул. — Я знаю. И я знаю, что не заслуживаю этого, но я хотел бы быть твоим другом сейчас. Гарри протянул Дадли руку. Дадли улыбнулся, и Гарри улыбнулся в ответ. Двое кузенов сцепили руки, и Гарри почувствовал, что что-то глубоко внутри него наконец-то исцелилось.

***

— Ты, как я вижу, еще не испортил отношения с Грейнджер. Это хорошо. — Тео похлопал Драко по спине и отпил глоток пива. — Я не собираюсь ничего портить. — Ооо, — Тео усмехнулся. — Значит, это она, да? Драко чуть не подавился своим пуншем, что только заставило Тео смеяться еще громче. — Я не знаю… она… ну, она… она. Тео продолжал смеяться, пока звук не превратился в сплошной хохот. — Ты чертовски хорошо владеешь речью, приятель. — Отвали, придурок. — Драко толкнул Тео, который продолжал смеяться.

***

Как только ночь перетекла в раннее утро, волшебники приготовились покинуть дом Карли. Драко поймал Карли за руку, когда они уже уходили. — Приходи на рождественский ужин в кафе 22-го числа, — сказал он. Гермиона услышала его слова, и ей пришлось активно бороться, чтобы скрыть выражение ужаса. — С удовольствием! — Карли лучезарно улыбнулась Драко и Гермионе. Как только они отошли достаточно далеко от дома и проводили своих друзей, Гермиона ударила Драко локтем в живот. Он только рассмеялся, схватил ее за руки и прижал их к её бокам. — Зачем это? — Карли не может быть так… связана с нашими магическими друзьями. — Почему нет? — Он развернул Гермиону к себе спиной и прижал ее к себе, обхватив руками и вдыхая сладкий аромат ее ванильных духов. — Потому что… одно дело, когда есть только она и мы. Но сегодняшняя ночь должна была быть единственной. Я не хочу… — Подвергать ее опасности? Гермиона кивнула, на глаза навернулись неожиданные слезы. Драко нежно поцеловал её в шею, затем повернул её к себе лицом и взял её лицо в свои руки. — Мы никому не позволим причинить ей вред, Грейнджер. Понимаешь меня? Гермиона кивнула, пока Драко вытирал ее слезы. — Не бойся, всемогущая гриффиндорка. — Он улыбнулся, и Гермиона рассмеялась сквозь слезы. — Ну всё, пойдем домой.