Глава 7

      Было людно. Гильза протолкнулась к стойке и рассчиталась за комнату — девушка на ресепшне с сомнением посмотрела на покрытого бинтами Альта, но ключ выдала; сам Альт заплатил за еду. Они разом проглотили ужин — пережаренные клешни радскорпионов, и почти без сил ввалились в номер. «У Дилана» — так гостиница и называлась — было действительно чудесно. Внутри не разило рвотой и мочой, вода была ржавая, но почти без радиации, ковры покрывал лишь слой пыли и песка — и никаких следов деятельности человеческого организма. Гильза честно истратила ровно половину выделенной им воды, обернулась большим плохо стиранным полотенцем и завалилась в кровать. Альт сидел на своей в той же позе, в которой Гильза его и оставила.       — Ты не пойдёшь? Я там замочила свои вещи, но тебе воды хватит. Если что, можно доплатить.       — Пойду, — он медленно встал, обернулся, будто что-то искал… Вытащил из своей сумки моток эластичных бинтов — таких же, как и на нём, но посвежее.       Альт скрылся в ванной. Гильза перевернулась на живот и закрыла глаза. Ей очень хотелось немного подсмотреть за Альтом, но усталость брала верх. Она зарылась под сырое одеяло и моментально уснула.       Проснулась Гильза на рассвете от того, что отвратительно себя чувствовала. Она скатилась с кровати, доплелась до ванной, потеряв по пути полотенце. Её лихорадило и тошнило, голова была ватная — верный признак лучевой болезни. Гильза сдержала позыв, умылась и опёрлась руками о край раковины в попытках вернуть равновесие. Из грязного треснутого зеркала на неё смотрели серые глаза с глубокими болезненными тенями. Впалый живот, просвечивающие сквозь тонкую кожу вены и — шрамы, шрамы… Гильза глухо откашлялась и сплюнула густую, вязкую слюну. Чьё же лицо смотрело на неё из зеркала? Она не помнила никого из тех, с кем росла, не помнила своих родных. Помнила лишь, что осталась совсем одна.       В дверь постучали.       — Не заперто, — слабо ответила она.       Раздался скрип. Альт стоял в проёме боком и на Гильзу не смотрел. Он протянул ей полотенце, антирадин и антисептик. Она фыркнула.       — Не поможешь?       Альт устало вздохнул. Он вошёл в ванную, накинул Гильзе на плечи полотенце и сказал:       — Садись.       Она молча опустилась на край ванны. Холодно. Ощущения были отвратительные, хотя бывало и хуже. Альт сжал её руку повыше локтя и плеснул на сгиб антисептиком. Потом зубами сорвал колпачок с иглы и ловко ввёл её во вздувшуюся вену. Гильза отрешённо смотрела, как мутная жидкость вливается в организм. Ей резко стало хуже — так и должно было быть. В худшем случае она просидит на унитазе до вечера, в лучшем — её просто вырвет. Антилучевая терапия была невыносимой.       — Почему раньше не сказала? — проскрежетал Альт.       Он поставил ногу на край ванны, чтобы было удобнее держать капельницу. Гильза подняла голову, медленно ведя взглядом снизу вверх. Тусклая лампа над головой Альта создавала подобие нимба. Он был в «домашнем»: мокрых стиранных штанах, расстёгнутых сапогах и бинтах.       — Забыла, — Гильза закрыла глаза. Её слегка шатало. — То одно, то другое… Обычно я слежу за этим. Прости, что разбудила.       — Я не спал.       — О, — ровно сказала она. — Ясно.       — Ясно.       Они помолчали. Антирадин тёк чертовски медленно.       — Почему ты?.. — начала Гильза, но осеклась. Она и не знала, о чём хотела спросить Альта сильнее.       Вопреки обыкновению, он вопросительно на неё посмотрел, и только поэтому она продолжила:       — Прозвучит странно, но почему ты так ко мне относишься?       — Как — так?       Она посмотрела на иглу в своей руке.       — Даже не знаю, что тут интереснее: почему ты не ведёшь себя со мной так, как все остальные мужики, или почему ты мне помогаешь.       Альт задумчиво проскрежетал:       — Мне неинтересно докучать женщинам. Ты напоминаешь мне кое-кого. Я помог, потому что мне было скучно. Я помогаю, потому что могу. Я ответил?       — Её больше нет? — тихо спросила Гильза. — Той, кого я тебе напоминаю?       Альт по обыкновению промолчал.       Вскоре весь антирадин оказался у Гильзы внутри. От внутривенных инъекций всегда становилось так холодно, что зуб на зуб не попадал. Хотелось спать и есть, но она знала, что если в ближайшее время в её желудок попадёт хоть крошка — она будет блевать дальше, чем видит. Ей удалось без происшествий дойти до постели и свернуться калачиком под одеялом.       — Когда выходим? — засыпая, вновь спросила она.       — Когда придёшь в себя.       Этого Гильза уже не услышала.       В следующий раз, когда она открыла глаза, солнце пробивалось сквозь пыльные занавески. Она села в кровати со стоном. Номер был пуст. Духотища…       — Я сейчас описаюсь, — пробурчала Гильза под нос и сползла с кровати.       Она распахнула дверь в ванную и тут же захлопнула.       — Там есть щеколда! — возмущённо крикнула она.       Альт вышел как ни в чём не бывало, и Гильза пулей заняла его место. Рассмотреть что-то сверх обычного она не успела (и не пыталась!), но её щёки всё равно порозовели.       — Сколько я проспала? — спросила она, когда успокоилась и решилась выйти.       — Больше суток. Уже полдень.       — Сколько? — вскрикнула она. — Вот чёрт!       — У тебя десять минут, — Альт накинул плащ. — Пушкой не свети. Поедим, разведаем, пополним припасы. Жду внизу.       — Как всегда — сама харизма и красноречие, — пробормотала Гильза закрытой двери и неспешно принялась одеваться.       Она уложилась в пятнадцать. Спускаясь по лестнице, заметила знакомую макушку. Кольт сидел за барной стойкой и с аппетитом поглощал какой-то жирный кусок мяса. Он тоже её заметил и приглашающе похлопал рукой по стулу рядом.       — Я уж думал, вы ушли.       Гильза огляделась, но Альта не заметила.       — Твой дружок курит снаружи.       — Он курит? — удивлённо поморщилась Гильза, забираясь на стул рядом.       И правда — Альт стоял у дверей с самокруткой в зубах и с кем-то разговаривал.       — Дафна, торговка наркотой, — Кольт усмехнулся. — Нашла себе клиента.       Гильза тревожно потёрла руки. Она терпеть не могла всё, что было связано с химией. При ней Альт ни разу ничего не употреблял… Ладно. Разговаривать с торговкой — это ещё не долбить, правда ведь?       — Выглядишь не очень, — Кольт отодвинул пустую тарелку и принялся ковыряться в зубах.       — Умеешь ты с женщинами разговаривать, — фыркнула Гильза, ни капли не обидевшись. — Это всё антирадин.       Кольт хмыкнул и с понимающей улыбкой посмотрел на неё. Гильза не смогла не улыбнуться в ответ. Особенно милым ей показался ёжик волос, который топорщился вверх — парень-то соизволил смыть с себя слой пыли!       — Эй, Дилан, — он махнул рукой старику за стойкой, — подай девушке чего-нибудь пожевать и выпить! Я угощаю.       — Если не за просто так, то я пас, — Гильза стукнула его по руке.       — Только если сама захочешь, — Кольт подмигнул.       Дилан поставил перед ней тарелку кукурузной каши и бутылку тёплой «Сансет сарсапариллы». Пахло приемлемо и даже приятно. Желудок громко заурчал. Гильза поняла, насколько была голодна, и принялась уплетать за обе щёки. Кольт чуть наклонил голову и смотрел на неё с лёгким прищуром. Оценивал.       — А вот и твой дружок, — пробормотал он спустя какое-то время.       Альт молча упал на соседний от Гильзы стул. Ровно посмотрел на её тарелку, также ровно — на Кольта. Она заметила, как они играют в гляделки над её головой, но проигнорировала — слишком устала, чтобы вообще как-то реагировать на происходящее. Альт неспешно взял её сарсапариллу и сделал большой глоток — как будто бутылка ему и предназначалась.       — Что ты знаешь про Гадюк? — неожиданно спросил он.       Кольт хмыкнул.       — Работорговцы, развозят по Пустошам химию. За перевоз рабов платят щедро, но оно того не стоит — редко кто выживает и пару ходок.       — В Сандвилле?       — Не-а, — отчего-то Кольт развеселился. — Тут всем заправляет Легаш, а он это дерьмо не терпит.       — Легаш? — спросила Гильза с набитым ртом. — Не слышала.       Кольт едва ли не демонстративно закинул свою руку на спинку стула Гильзы.       — Раньше у нас был мэр и демократия, потом шериф повесил его и его шестёрок за сотрудничество с работорговцами и прочее дерьмо. Они вроде как получали крупные доходы с игорных домов и шантажировали всех проигравшихся. Мэр нанимал парней, те мухлевали и всегда выигрывали.       — Шериф, — почему-то весело сказал Альт. — Это нам знакомо.       — Как они набрали такую мощь, если всё, что мы слышим — это «о ужас, Гадюки такие плохие, мы убьём вас за сотрудничество с ними»? — Гильза поморщилась. — Хрень какая-то!       Кольт пожал плечами.       — Не спрашивай, я в это не лезу. Что вам нужно?       Гильза с Альтом переглянулись.       — Информация, — она начала загибать пальцы, — припасы, если повезёт — крышки.       — Купля-продажа прямо на этой улице, — Кольт ткнул себе за спину, — советую торговаться до последнего. Крышки — в соседнем от участка здании, если умеете играть в «Караван». Информация… — он цокнул, — смотря какая.       Гильза возила ложкой по опустевшей тарелке. Она думала, как лучше сказать, чтобы не вызывать дальнейших расспросов.       — Ищем одно место за пределами Мохаве…       Кольт рассмеялся.       — Извини, я так далеко не бывал. Но знаю, у кого можно спросить.       Альт вопросительно наклонил голову. Гильза уже успела выучить, что это значит «теряет терпение». Ей стало смешно.       — Вам не понравится, — загадочно улыбнулся Кольт и встал. — Идите за мной.       — Очень… колоритно, — неловко прокомментировала Гильза.       Они стояли посреди улицы, кажется, самой широкой во всём Сандвилле. Справа расположился полицейский участок — то, что когда-то им было. Сейчас он представлял из себя что-то вроде укреплённого поста и правительства в одном лице. Слева, прямо напротив, висела большая доска. На ней было выведено: «Казино Рояль».       — Если ты не можешь предотвратить беспорядок, его нужно возглавить, — со знанием дела сказал Кольт.       — Эй, Альт, — Гильза прищурилась. — Умеешь в «Караван»?       Она готова была поклясться, что он улыбнулся.       — Не проиграл ни разу за последние полтора года.       — Тогда разделимся. Главное, не ставь меня на кон, ладно?       Альт помедлил. Он перевёл взгляд с неё на Кольта и обратно, потом на вывеску…       — Ладно. Встретимся здесь же, — и быстрым шагом направился прочь.       — Жуткий голос, — негромко сказал Кольт. — Да и эти обмотки… Что с ним?       Гильза пожала плечами. Даже знай она, всё равно не сказала бы.       Они вошли в участок. Дыхнуло пылью и сыростью, но вокруг было на удивление чисто. Сновали люди — мужчины и женщины, и лица у них были какие-то непривычные. Гильза поняла: они не были похожи на пьяниц и прочий сброд, который привыкаешь видеть на Пустошах. Кольт провёл её по коридору наверх. Они остановились перед дверью, за которой раздавались приглушённые голоса. Кольт постучал и вошёл.       На Гильзу зарычали. Первым делом она заметила крупного пса, плоскомордого и страшненького — что-то среднее между свиньёй и собакой. Потом — его хозяина. Это был мужчина средних лет с проседью на висках и усталыми голубыми глазами. Между его бровей пролегала глубокая морщинка. Рядом с ним вытянулся паренёк, и Гильза машинально потянулась рукой к пистолету. Пёс зарычал громче, и ей пришлось опустить руку. Парень был худющий, нескладный, с грязным невысоким ирокезом и серыми губами. Гильза, что называется, жопой чуяла — рейдер.       — Добрый день, — негромко сказал мужчина и одёрнул пса. Тот умолк.       — Легаш, это Гильза. Гильза — Легаш.       Она кивнула. Легаш махнул рукой, и парень — рейдер, точно он! — метнулся к выходу.       — Ты куда собрался? — Кольт схватил его за тощую руку. — Это Гвоздь. Не смотри на него так, он свой.       — Присаживайтесь, — Легаш махнул рукой. С нажимом добавил: — Все. К тебе, Кольт, у меня отдельный разговор.       Гильза осмотрелась. Этот кабинет явно предназначался для переговоров малым составом: стулья полукругом у большого массивного стола. Легаш сидел в ободранном кресле с высокой спинкой. Его пёс улёгся у двери, перекрывая пути к отступлению.       — Я ещё вернусь, — Кольт не послушался. Он спокойно перешагнул через ворчащего пса и закрыл дверь за собой. Перед этим он успел подмигнуть Гильзе.       — Надеюсь, я не слишком вас отвлекаю, — она неловко улыбнулась.       — Мне всё равно нечем заняться, — Легаш откинулся на спинку кресла. — А так хоть новые лица… Гильза, говоришь?       — Ага.       Легаш почесал подбородок.       — А на самом деле?       — А чёрт его знает, — она фыркнула. Её это совсем не беспокоило. — Что за дела у вас с Кольтом?       — Он на меня работает, — ровно ответил Легаш.       — Извините, я просто до ужаса любопытная, — Гильза виновато пожала плечами и быстро заговорила: — Мы с напарником примкнули к его каравану и добрались сюда без происшествий, так что если по какой-то причине вы хотите его пропесочить, то можете заодно и похвалить. А если к делу, то… вы знаете что-нибудь про Сто тринадцатое убежище?       Легаш опешил от такого напора, потом хмыкнул и расслабился.       — Никогда не слышал.       Гильза поникла.       — А что вы знаете про Колорадо?       — Часть Содружества Четырёх штатов вместе с Ютой, Аризоной и Нью-Мексико. Горы, мутанты, — начал перечислять Легаш, — собачий холод. Та зона вокруг Денвера какая-то аномальная. А так — ничего конкретного.       — Совсем ничего?       — Твари, которые спустились с гор после Великой войны — про них слышал. Вендиго, кажется, — Легаш задумчиво постучал пальцами по столу. — Раньше были лосями, но это только мои догадки. Такие, большие и рогатые, с копытами — сейчас лучше держаться от них подальше. Не знаю, кто хуже — они или яо-гаи. Их там называют «яростени». В горах лежит снег, людей мало — туда лучше не забредать. И холод собачий — это я уже сказал.       — Ладно… — Гильза подумала. — А про Гадюк что скажете?       Легаш переглянулся с Гвоздём. Кажется, она что-то нащупала…       — Они пытаются подмять под себя Мохаве, но думаю, сфера их интересов простирается гораздо дальше пустыни. На юге объявился какой-то Цезарь со своим «легионом», он пока цапается с НКР.       — Да-да, — Гильза кивнула, — наши караванщики с недавних пор предпочитают ходить по его территории. Дорого, зато надёжно. Но работорговцев там никогда не было.       — Гадюки не лезут. Мне докладывали, что они в последнее время активничают как раз на северо-востоке. Им там наверняка есть, с кем сотрудничать. Те ещё ублюдки... А зачем тебе?       Вместо ответа Гильза закатала штанину. Нога выглядела почти нормально, не считая шрамов — множество точек от штырей так и остались выпуклыми рубцами на коже.       — Повздорила однажды с парочкой особо мерзких змеек, — с притворной дружелюбностью сказала она. — Не хотелось бы сталкиваться с ними вновь.       Легаш нахмурился.       — Считай, повезло.       — Я… я знаю кое-что, — подал вдруг голос Гвоздь.       Он всё время чесал запястья. «Ломка», — подумала Гильза. Что ж, если Легаш доверяет этому парню…       — Откуда? — Гильза заметила, как Гвоздь помялся перед ответом. Легаш кивком разрешил ему продолжить.       — Мы… работали на-на них. Не сильно, просто патрули за территорией. У них несколько ла-лагерей, — он стучал зубами, как будто замёрз. — Где сидит голова я в душе не чаю, но одно крупное место в-в паре дней пути отсюда. Там они не-не высовываются, но я слышал, там правая рука головы сидит. Все дела через него проходят.       — Думаешь, они знают что-то про убежища? — с сомнением спросила Гильза.       Гвоздь виновато пожал плечами. Он смотрел куда угодно, но не на неё.       — Они хотят раскинуть сеть ве-везде. Думаю, что-то там и может бы-быть.       — Зачем тебе Сто тринадцатое? — Легаш прищурился.       — Счастья ищу, — ответила Гильза. Нельзя было сказать, что она соврала. — Жаль только, с ними не поговорить нормально.       — Почему? — Гвоздь усмехнулся. — Если ты выглядишь как тот, с кем можно обкашлять во-вопросы, то и поговорят.       Гильза расплылась в заговорщической улыбке.       — Тогда будь добр, расскажи, где именно находится это место.       Гвоздь встал и подошёл к столу. Легаш раздвинул в стороны всякий хлам, и Гильза увидела карту Содружеств и их штатов — когда-то она была красивая и детализированная, но конец света заставил её потерять былой лоск. Гвоздь задумчиво уставился в линии и точки. Гильза сомневалась, что он что-то там понимает. Вдруг начало казаться, что эта затея бесполезна. Легаш словно прочитал её мысли.       — Верь в него, — негромко сказал он.       — Встал на путь искупления, да? — так же тихо усмехнулась Гильза. — Он же рейдер?       Легаш кивнул.       — Был им когда-то. Сейчас он здесь, и я надеюсь, что так будет и дальше.       — Почему?       — Сына мне напоминает, — Легаш грустно улыбнулся. — Он умер давно уже.       Гильза поёжилась. Что-то слишком много призраков окружали её в последнее время.       Гвоздь наконец сообразил что-то и с уверенным видом ткнул пальцем в карту.       — Мы здесь, — сосредоточенно сказал он и повёл пальцем. — А надо во-о-от сюда. Здесь — здание, они его «молл» называют. Там верхние этаж-жи разрушены, но внизу… Я не видел, но есть ещё в подвале.       — Уверен? — Гильза оглядела карту. — Путь неблизкий, и там… О, чёрт…       Гвоздь виновато пожал плечами.       — Когти смерти, аг-га. Можно в обход, — он вырисовал пальцем большой полукруг, — но на это уйдёт дней пять пути. Если не-не торопишься. Раньше там стояли ту-турели на крупный скот, но сейчас они не-не работают. Вроде как.       — Так «не работают» или «вроде как»?       Гвоздь дёргано пожал плечами.       — Ид-дите до водонапорной башни, эта самая близкая то-точка за границей патрульных маршрутов.       Гильза вздохнула. Ей нужно было поговорить с Альтом. Всё-таки заваливаться к Гадюкам она не собиралась, а вот знать их расположение и держаться подальше — очень даже. И всё же… они и правда могли что-то знать. Чёрт. Стоило ли оно того?       — Главный у них Тайпан, да? — она опёрлась руками о стол и исподлобья взглянула на Гвоздя. — А кто его правая рука?       — Не чаю, — Гвоздь пожал плечами.       — Ладно, — Гильза вздохнула. — Спасибо за подсказку. Я пойду, надо найти моего спутника. Надеюсь, он не проиграл свой зад в «Караван» — или мой, что хуже…       — Я провожу, — Легаш взмахом руки отпустил Гвоздя. Тот поспешил буквально спрятаться в тень — завалился в глубокое кресло в углу, забрав с собой пса.       Легаш открыл перед Гильзой дверь и прошёл следом, на ходу надевая шляпу. Гильзе казалось, с ней ещё не закончили.       — Люди не ходят просто так через Пустошь, — сказал Легаш, когда они вышли на воздух. — Однажды я был в Альбукерке — там один мой знакомый химик живёт. Могу сказать, что путешествие было не из приятных.       — Что вы делали так далеко? — удивилась Гильза.       Легаш усмехнулся. В его лице мелькнуло что-то скрытое, глаза блеснули — такое случалось с людьми, носившими в глубине души какой-то груз.       — Я не всегда был шерифом. Когда-то я был охотником за головами. Линчевателем.       Гильза удивлённо вскинула брови. Курьер, торговец, проводник караванов — это одно. Охотиться на преступников, а с учётом того, что в этом мире закон — понятие растяжимое и относительное… Легаш практически выполнял заказные убийства. Впрочем, никакого осуждения — каждый вертелся, как мог.       — Спасибо за предупреждение. Это всё?       Легаш неспешно сжал зубами сигарету, прикурил… Дым пополз вверх. Сквозь зубы Легаш ответил:       — Очень плохая идея пытаться идти против Гадюк в одиночку.       — Во-первых, я не одна, — Гильза криво усмехнулась. — Во-вторых, я не иду против Гадюк, я пытаюсь незаметно пройти у них под носом.       Легаш с прищуром на неё посмотрел и за одну сильную затяжку докурил сигарету. Бычок упал им под ноги. Только сейчас, с подачи шерифа, Гильза подумала, как было бы хорошо без распоясавшихся работорговцев. Если бы не было ни их, ни Чертей, ни Легиона Цезаря… Если бы по Пустошам не распространялась химия, если бы не нужно было отстреливаться от каждого подозрительного прохожего или уносить ноги от радиоактивных тварей… Такие мысли посещали её нечасто. Она не знала, что бывает иная жизнь. И всё же иногда бурная фантазия доходила до своего пика, выдавая картинки какого-то другого, чужого и чуждого мира — мира, где с неба никогда не падали бомбы.       — Твой? — его голос вырвал Гильзу из раздумий.       Двери «Казино Рояль» распахнулись, и оттуда на дорогу кубарем вылетел сцепленный клубок тел. Гильза обречённо вздохнула.       — Мой.       Альт сцепился с каким-то мужиком и катался по земле. До Гильзы с Легашем доносились нечленораздельные крики: что-то про крышки, карты и мухлёж. Легаш бросился вперёд вовремя: Альт оседлал парня и сжал своими мощными бёдрами его шею.       — Разошлись! Быстро!       Легаш оттолкнул Альта и встал между ним и его противником. Гильза со смешком подумала, что он похож на наседку. Вокруг них уже собрались люди, кто-то выглянул из-за двери участка.       — Суть претензии? — процедил Легаш парню.       — Он нечестно играет! — выплюнул тот, отдуваясь.       Легаш перевёл взгляд на Альта.       — Ты поставил все свои крышки и проиграл, — Альт даже не запыхался.       — А ну иди сюда, бинтованный!..       Парень бросился вперёд, но Легаш его удержал. Прошипел ему что-то на ухо, отбросил от себя и кивком головы приказал убраться. Тот нехотя, но послушался, и, проходя мимо Гильзы, злобно на неё зыркнул. Она подошла, ощущая уважение — авторитет Легаша здесь был непререкаем.       — Надеюсь, нас не повесят, — смешливо сказала она.       Легаш хмыкнул:       — Я этого придурка знаю не первый год. Он игрок и постоянно проигрывает, так что ничего удивительного. Легаш, — он протянул руку Альту, — шериф.       Альт помедлил, но руку пожал.       — Альт.       — Пойдёмте, — Легаш поманил их за собой. — Расскажете, чем нынче Пустоши живут.       Альт перебирал выигрыш в кармане. Он, как и всегда, молча слушал. Гильза рассказывала Легашу что-то из своих похождений, тот отвечал ей редким хмыканьем. В баре было почти пусто — весь народ подтягивался в подобные заведения к сумеркам. Вскоре к ним присоединился и Кольт. Он упал на стул рядом с Альтом, чуть задев его плечом. Раздражало.       Альт не мог дождаться, когда они двинутся дальше. Гильза уже выложила ему всё, что узнала от шерифа и его ручного рейдера. Она хотела обойти Гадюк по широкой дуге и идти наугад, но Альт загорелся. Ему нужно было как-то убедить её. Вряд ли Тайпан был там — слишком большая удача, но вот его правая рука могла знать немного больше. У Альта от нетерпения чесались ладони. Проблемой оставались когти смерти — но они бродили по относительно небольшому клочку пыльной земли. Их не могло быть много, да и не впервой Альту было сталкиваться с этими тварями. Главное — проскочить, а там — притвориться патрульными, проникнуть внутрь… Дальше Альту придумывать было сложно: идеи метались от «сжечь всё и всех к чертям из огнемёта» до «скрытно переубивать каждого, кто встретится на пути».       Всё это время он практически неотрывно следил за Гильзой. Сначала — неосознанно, случайно прикипев взглядом, потом — чуть осмысленнее. Сейчас её светлые волосы были заправлены за уши, последние лучи заходящего солнца окрасили их розоватым светом. Пушистые ресницы отбрасывали на щёки длинные тени, сами тени то и дело двигались — девчонка едва ли могла заткнуться. Полная его противоположность, она постоянно смеялась, кривила лицо, улыбалась, ужасалась — весь спектр эмоций с лёгкостью отражался на её лице. Альт давно утратил внутреннее ощущение эстетики, красоты — он уже не замечал её ни в чём вокруг. Ничто не вызывало в нём сладкого трепета, как когда-то, он больше не мог видеть и женскую красоту — все лица были для него одинаковы. Гильза, наверное, не была красива, но почему-то на неё хотелось смотреть. Была ли она на кого-то похожа? Альт не помнил, да и не слишком хотел вспоминать.       На душе заскребли кошки. Она ему доверяла, да и он почему-то чувствовал, что может подставить ей спину и не ждать удара. И всё же сам собирался сделать именно это. Хочет она того или нет, Гильза поможет ему добраться до Гадюк — осталось лишь её к этому подтолкнуть.       — …Вот так мы и выбрались оттуда!       — Это очень странно, — Легаш нахмурился и жестом попросил бармена налить ему ещё браги. — Скажу своим людям быть внимательнее.       — Жуть, — Кольт закинул в себя стопку. — Никогда не любил супермутантов.       — А кто их любит, — фыркнул Легаш.       — Может, кто-то и любил, — пожала плечами Гильза. — Они всё-таки были людьми.       — Быть такого не может! — фыркнул Кольт.       — А откуда они тогда взялись? С неба упали?       — Это всё ВРЭ, — Легаш помахал рукой.       — «Вэ-рэ-э»? — Гильза нахмурилась. — Что это?       — Вирус рукотворной эволюции, — ответил Альт.       Все посмотрели на него. Повисло молчание.       — Он умеет разговаривать, — пробормотал Кольт.       Альт откашлялся и нехотя продолжил:       — Радиация не могла создать мутантов. От такого умирают. А вирус… я слышал, его до войны создало правительство. Чтобы победить, — он помолчал. — Не вышло, как видите.       — Значит, супермутанты не вечные? — Гильза улыбнулась. — Это прекрасные новости!       — Никто не знает, как долго живёт вирус. Судя по тому, что мутанты ещё не вымерли, ВРЭ до сих пор утекает из каких-то лабораторий.       — Значит, им можно заразиться? — спросил Кольт. — Это хреновые новости.       — В теории, — проскрежетал Альт. — Но я не думаю, что слышал о таких случаях.       Они помолчали.       — Наверное, нам пора, — сказала наконец Гильза. — Нужно успеть, пока лавочники не разбежались. Завтра на рассвете двинемся дальше.       — Удачи, ребята, — Легаш отсалютовал им стаканом. — Не заразитесь вирусом.       — Спасибо, Легаш. И тебе, — Гильза махнула ему рукой. — Кольт.       — Увидимся, красотка — он кивнул, хотел было что-то добавить — но замолчал, столкнувшись с Альтом взглядами.       Они вышли на воздух.       — Почему мы не заражаемся от супермутантов? Или животных? — спросила Гильза, пока они шли мимо торговых рядов.       — Значит, ВРЭ для этого не приспособлен. Не тот путь распространения.       — Откуда ты всё это знаешь?       Они остановились. Торговцы и правда постепенно разбредались. Альт выбрал с прилавка сушёное мясо, овощи, сухофрукты…       — Я умею слушать, — наконец сказал он. — И читать. Не пробовала?       — Да уж, ты иногда поражаешь своей способностью к молчанию, — Гильза фыркнула и помогла засунуть припасы в вещмешок, — а потом ка-а-ак откроешь рот! О, смотри!       Гильза вдруг кинулась к лавчонке со всяким барахлом: грязные сапоги, броня, дырявые штаны — судя по всему, всё снятое с безвременно почивших.       — Мы закрыты, — прошепелявил её хозяин, старикашка с мерзкой опухолью на лице.       — Секундочку…       Гильза схватила что-то, развернулась, подпрыгнула как смогла высоко и нахлобучила на голову Альта шляпу.       — Тебе идёт! — рассмеялась она.       Альт провёл пальцем по полям, снял шляпу и рассмотрел. Она была пыльная, но целая, приятного цвета чернозёма и с широкими плоскими полями.       — Сколько?       — Двадцать крышек, — елейно ответил старик.       Альт кинул на стойку пятнадцать. Старику не очень понравилось, но Альт просто перестал моргать и пялился на него, пока тот не отстал. Он надел шляпу, поняв, что её-то всё это время и не хватало. Настроение у него немного улучшилось.       Уже много позже, когда он пытался уснуть, а Гильза ворочалась в своей койке, в дверь постучали. Альт напрягся — непрошенные гости всегда вызывали у него самые неприятные чувства. Гильза не пошевелилась, так что он, как истинный джентльмен, поднялся и открыл сам. На него с порога смотрел оценивающим взглядом Кольт: от прорези через переносицу до кончиков ботинок и обратно.       — Ты что, даже спишь в них? — фыркнул он и уже громче сказал Альту за плечо, в темноту: — Гильза? На пару слов.       Она заворочалась, пробормотала что-то и вышла на свет. Альт заметил, что её волосы распушились сильнее обычного. Это было даже… мило? Гильза была в чистой одежде и пахла чем-то приятным, хотя Альт не помнил, чтобы она покупала (или воровала) что-то на рынке. Она заспанно поморгала, потом кивнула Альту — словно он был против! — вышла и прикрыла дверь. Альт не стал подслушивать — это ему было несвойственно, и забрался под сырое одеяло. Он решил не дожидаться девчонку — много чести. Но если она не выспится и на рассвете будет клевать носом, он потащит её за шкирку.       И что только она нашла в этом Кольте? Он был туп, как нож для масла, и неплох собою — такая комбинация неизбежно вела к обилию женского внимания, а, значит, и к неприятным заразным вещам. Обитатели Пустоши о таком не задумывались, а потому мёрли, как мухи, от когда-то — пару веков назад — безобидных вещей. С другой стороны, ему до этого не было никакого дела. Главное — это добраться до Гадюк, так или иначе.       Вопреки его ожиданиям, уснуть он не смог. Слушал скрипы здания, глухие разговоры где-то этажом выше, завывание ветра. В голове было пусто, как пусто и в соседней постели. Неприятно кольнуло. Она же не решит остаться тут, верно? Он найдёт Гадюк и в одиночку. Но идти бок о бок с кем-то, кто не пытается тебя убить, а даже наоборот, готов прикрыть спину, оказалось чертовски приятно. Давно забыто, но приятно — будто именно так и должно быть.       Гильза вернулась спустя… Альт не считал. Он глубоко вдохнул, сам не зная, что пытается уловить, и оглянулся через спину. Ничего необычного, и всё же…       — Не останешься с ним?       — Мне это неинтересно, — непривычно тихо ответила она.       — Ты ему понравилась.       — Ну и что?       Альт пожал плечами, но в темноте этого не было видно. Он повернулся на другой бок, лицом к Гильзе, хотя едва мог рассмотреть её. Подумал было спросить, чего хотел Кольт, да не знал, как — и какого ответа ждал. Не его это дело, хотя он руку готов был дать на отсечение, что единственная возникшая у него мысль — верная. Гильза не была красоткой, но что-то в ней — Альт сам видел — заставляло мужчин задерживать взгляд. Он и сам смотрел, бывало — не потому, что хотел затащить её в постель, вовсе нет. Просто не смотреть бывало сложно. Да и следить всё-таки стоило, чтобы не убилась ненароком. Во всяком случае, Альт искренне считал именно так.       — Нам нужно к Гадюкам.       Она поворочалась.       — Зачем?       — Они могут знать что-то об убежищах. — Альт тщательно подбирал слова. — О Сто тринадцатом в том числе. Может, у них будут даже точные координаты. Если они и правда хотят распространиться по всем Содружествам, они должны вести записи.       — А мы никак не можем их где-нибудь купить или найти? — недовольно цокнула она.       Альт подумал о тех цифрах, которые видел на голодиске, но сказал другое:       — Больше у меня идей нет.       — Думаешь, мы не сможем разобраться на месте?       Альту вдруг показалось, что она лежит близко-близко. Он резко протянул руку, но там никого не оказалось. Ощущение чужого присутствия не исчезло. Гильза не двигалась, это просто он сам вдруг ощутил груз чужого присутствия. За всем этим он совсем забыл, каково это — быть не одному.       — А если не сумеем? — проскрежетал Альт. Его горло сжалось сильнее обыкновенного, и он с усилием сглотнул. «Соглашайся же», — подумал он.       — Ладно. Но если они нас убьют — я тебя прикончу!       Она отвернулась и вскоре уснула. Альт думал, что не сомкнёт до утра глаз, однако усталость взяла верх, и он погрузился в сон.