Глава 19

      За воротами громко кричали супермутанты. Барабан отбивал ритм, и в нём Гильза слышала смерть. Она стояла, вооружённая ржавым мачете, и легко подпрыгивала на месте в попытках разогреться. Роберт замер рядом истуканом и сжимал в руках подобие сабли. Вся бравада слетела, стоило супермутанту выволочь его наружу. Он кричал, упирался ногами, но это не помогло. Гильза сохранила своё достоинство насколько это было возможно, когда тебя пинком выкидывают из клетки для пленников супермутанты.       — Не ссы, — гаркнула она на Роберта, — прорвёмся. Альт нам поможет.       Роберт совсем позеленел. Он сложился пополам, и его вырвало желчью. Гильза отвернулась. Самой бы теперь не вывернуться!.. Ворота заскрежетали, и ей пришлось прикрыть глаза рукой. Хлынул свет, а вместе с ним — вонь и неразборчивые крики супермутантов. Сзади их вытолкали заострёнными палками — дикари! — и Гильзе ничего не оставалось, кроме как выйти на арену. Прогремел горн, и мутанты чуть притихли. Они расположились на возвышениях — деревянных укреплениях в нескольких метрах над землёй. Со своего места поднялся огромный по своим меркам супермутант. Его плащ развевался от порывов ветра, то и дело оголяя защитные пластины в каплях засохшей крови. «Вот мы и нашли друг друга, Готмог», — подумала Гильза. Он поднял над головой силовой молот и зарычал:       — Человеки испортить великий праздник, но человеки поплатиться! Готмог великий найти их! — он постучал себя кулаком по груди. — Смерть во имя великого рода супермутантов! Готмог великий объявлять БОЙ!       От одобрительных выкриков Гильза чуть не оглохла. Готмог уселся на свой трон, украшенный черепами, и поправил корону из лезвий ножей. Он махнул рукой, и ворота на противоположной стороне раскрылись.       Сначала не произошло ничего. Гильза перехватила мачете поудобнее и всмотрелась в темноту.       — Я передумал, я передумал, — пропищал Роберт где-то за её спиной.       — Заткнись и постарайся не сдохнуть, — прошипела Гильза.       В тот же миг на арену вылетели три гончие. «Спасибо, что не с когтя смерти!» — подумала Гильза. Она крепко упёрлась ногами в землю и чуть пригнулась. Гончие бросились на них.       — Бей в шею или брюхо, — приказала она Роберту, оглянулась — но его и след простыл.       Он побежал в сторону, и две гончие ринулись к нему. Гильза чертыхнулась, но в следующую секунду времени на мысли не осталось — только на действия. Она вскинула мачете. Псина прыгнула прямо на неё, Гильза увернулась и рубанула воздух — попала в мясистый бок. Лезвие было тупое, так что оно просто отскочило от загрубевшей кожи. Гончая развернулась и клацнула зубами прямо перед лицом. Гильза увернулась, но пасть едва не вцепилась в рукав — в последнюю секунду она успела одёрнуть руку. Рывок, и с большим усилием мачете вогнался в шею гончей. Та затрепыхалась, завизжала — заулюлюкали и супермутанты. Гильза отползла в сторону, как вдруг псина, истекая кровью, вновь поднялась на лапы. Её злобные глазки налились багрянцем — она точно была накачана химией.       — Ладно, — Гильза сплюнула на землю. — Поиграем!       Гончая вновь кинулась на неё. Вспышка боли ослепила, когда от резкого разворота подсеклась больная нога. Гильза вскрикнула и упала, и тогда пришла настоящая боль: псина вцепилась ей в руку. Прилив адреналина придал сил, и мачете с хрустом вошло в крупную черепушку. Тяжёлая туша упала рядом. Гильза поднялась на ноги, с трудом разгибая левую руку: куртка порвалась, свитер постепенно пропитывался кровью. Осматривать повреждения не было времени.       Роберт держался на столбе трибун, кричал и отбивался ногами. Гончие почуяли добычу и отставать не собирались. С каждой секундой они прыгали всё выше, а Роберт сползал всё ниже. Гильза свистнула. Одна из гончих обернулась.       — Ко мне! — яростно крикнула она.       Псина ринулась в её сторону, разбрызгивая пену и слюни. Гильза знала, что следующий укус может быть смертелен, и приготовилась. Мгновение, раскрытая пасть почти перед лицом… Гильза прыгнула вверх и вбок, вонзая мачете в основание черепа, развернулась в воздухе и оседлала животное. Гончая по инерции пролетела несколько шагов и рухнула.       Гильза лежала рядом, не находя сил встать. Когда она заставила себя это сделать, то увидела, что Роберт уже лежал на земле и отмахивался своей бесполезной саблей, словно дубиной. Морда псины над ним заляпалась кровью. Гильза прикрыла глаза, беря передышку, когда Роберт смог извернуться и вонзить лезвие гончей в брюхо.       Супермутанты взревели. Они топали, били себя в грудь, рычали — и всё это было так отвратительно, что Гильзу замутило. Готмог громко ухал, ритм подхватили барабаны, супермутанты подстроились. Они жаждали больше крови.       — Человеки справиться! Великий Готмог признать их силу! Открыть ворота!       — О нет, — простонала Гильза и заставила своё тело подняться на ноги. — Роберт, вставай, дубина ты трусливая!       Он озирался вокруг безумными глазами, а от крупной дрожи сабля в его руках раскачивалась из стороны в сторону.       — Ладно, — пробормотала Гильза себе под нос и утёрла лоб. — Второй раунд.       На этот раз твари из дверей вылетели моментально. От испуга Гильза сделала два шага назад. Это просто не могло быть правдой, нет…       Но дикие гули были вполне реальны. Тощие, грязные, рычащие и капающие слюной, совершенно голые — это были именно они. Две твари выбежали из ворот, дёргано заозирались. Гильза выставила вперёд мачете, как вдруг из тени выдвинулась ещё одна фигура. Медленно, хромая и рвано подёргивая сведёнными в судороге руками, на арену вышел Альт. Он был гол по пояс, без шляпы и бинтов. Пригнулся ниже, будто тяжело было идти прямо. Свет палящего солнца высвечивал все неровности его изъязвлённой кожи. Мутанты вокруг одобрительно закричали. Гильза не успела обрадоваться, улыбнуться, крикнуть — Альт поднял голову.       В его взгляде не читалось ничего человеческого.       — Что они сделали с тобой? — шепнула она и болезненно скривилась.       Химия. Если они накачивали химией пленников, они могли… Альт мог…       Дикий гуль кинулся в сторону Роберта. Другой — на Гильзу. Он размахивал руками и кричал, визжал — и Гильза воинственно заорала в ответ. Она бросилась ему на встречу, подсекла и прокатилась по земле, сбивая тварь с ног. Гуль пополз к ней со скоростью, которой позавидовал бы и радскорпион. Гильза пнула его ногой по лицу, ломая кости, и вонзила мачете в тощую руку. Силы удара хватило лишь на то, чтобы порвать плоть. На землю хлынула тёмная вонючая кровь.       — Отвали! — кричала Гильза, пиная ублюдка ногами. — От! Меня!       Она услышала за своей спиной рычание и оглянулась. Её глаза расширились от ужаса. Альт бросился на неё, но не задел — упал сверху на дикого гуля, схватил его за шею сзади одной рукой, а второй за голову. Под вопли ублюдка Альт упёрся коленом в его спину и мощным движением свернул шею. Потом дёрнул рукой ещё раз, и ещё… Гильза медленно отползала. Альт переломил позвонки гулю, потянул — мышцы лопнули, и голова твари отлетела в сторону. Хлынула гнилостная кровь, брызнула во все стороны, окатывая радиацией. Гильза едва успела закрыть рот, но на лицо всё равно попало. Альт же был по локоть в чёрной жиже.       — Альт? — дрожащим голосом позвала его Гильза.       Он посмотрел на неё, всё ещё сидя сверху на остатках дикого гуля. Он и сам словно одичал. Гильза тяжело сглотнула.       — Это я. Гильза.       Альт медленно подался вперёд, пополз к ней. Хищник перед прыжком. Его некогда прозрачные светлые глаза потемнели — зрачок занял всю радужку. Белки налились кровью. Всё это исказило его до неузнаваемости. Он дышал тяжело, с сипением выдыхая воздух и с трудом его вдыхая. С открытого рта на землю капала слюна. Гильза замерла и кинула взгляд в бок. В метре от неё призывно блестел мачете.       Альт был прав. Разве что убить его придётся раньше, чем они думали. По щеке Гильзы стекла слеза, в носу защипало. Это песок ей в глаз попал? Грудь стянуло глухой болью, горло сжалось в тисках. Она не сможет это сделать, даже если захочет: укус на левой руке пульсировал от боли, лёгкие едва ли могли дышать от усталости. Альт был больше, сильнее и сейчас явно не осознавал, что происходит. А она — очень даже.       Они двинулись одновременно: Гильза схватилась за мачете, Альт — за её ноги. Он грубо дёрнул её на себя, подмял и перехватил руку с оружием. Гильза вскрикнула от боли и зажмурилась.       — Я не могу, — прорычал вдруг Альт страшным, совершенно не своим голосом, — я не могу… рг-х-х… это… контролировать…       Она распахнула глаза. Раненной рукой потянулась вверх, к его лицу и приложила дрожащую ладонь к изувеченной коже.       — Ничего, — выдохнула она и закашлялась. Всхлипнула, сама того не ожидая. — Ничего. Это не твоя вина.       Альт дрожал всем телом, борясь с собой. Он скалил рот, и тут же дёргал головой, пытаясь сбросить наваждение. Гильза была вся в крови и слюнях, покрытая грязью и песком, но этого она не ощущала. Только заполошное биение своего сердца, горячую грубую кожу под ладонью и бесконечную боль.       Её отвлёк крик Роберта. Альт встрепенулся, и Гильза вновь замерла. Она видела, как из его глаз вновь исчезает осмысленное выражение.       — Нет, стой!       Но Альт поднялся на ноги и, сгорбившись, развернулся. Дикий гуль, оставшийся без руки — она вместе с саблей валялась недалеко от него, вцепился в Роберта и вгрызался в его ногу. Тот орал, вырывался, но уже потерял все силы.       — Альт! Слушай меня! Альт!       Но он не слышал. Резко, рвано он кинулся к сцепившемуся клубку тел. Гильза схватила мачете и вопреки крику разума ринулась за ним. Не успела. Альт упал прямо на дикого гуля, борясь за место, и этой заминки хватило, чтобы Роберт дал дёру. Кровь хлестала из его ноги, и он упал, пробежав всего несколько метров на чистом страхе. Гильза уже ничего не понимала: контролирует себя Альт или нет, но она подлетела к Роберту и упала рядом на колени. Он лежал на животе и скулил. Гильза с трудом перевернула его на спину и отшатнулась. Из живота на землю, змеясь, выпали кишки. Роберт уставился в небо невидящими глазами. Гильза зажала рот рукой, чтобы её не вырвало, и отвернулась. Не вышло — вывернуло. Мир поплыл.       Она поднялась уже в который раз, понимая, что даже стоять ей было тяжело. Левая рука почти не шевелилась, на ногу было тяжело опираться. Пот заливал глаза, с носа текло, волосы лезли в лицо — словом, так паршиво ей не было уже давно. Второй дикий гуль был уже мёртв. Всё как будто повторялось: снова Альт был весь чёрный от чужой крови, и снова на его боку зияла рваная рана. Его кишки, к счастью, остались на месте. Гильза истерично хмыкнула.       Альт, хромая, приближался. Едва ли они были на равных, но Гильзе было уже всё равно. Она вскинула мачете и утёрла нос рукавом. Альт бросился на неё, схватил за грудки — Гильза ударила его рукояткой по лицу. Он отпустил её, взревев от боли.       — Очнись! — крикнула она срывающимся голосом. — Альт!       Он дёрнулся, рот его исказился.       — Не могу! — закричал он и замотал головой.       Барабаны продолжали отбивать ритм. Они с Альтом двигались по кругу, удерживая взгляды друг друга. Он подобрался, присел. Гильза поняла, что это её последний шанс совладать с ним.       — Вальтер! — крикнула она.       Альт замер. Захрипел, схватился за голову и с остервенением начал бить себя. Слёзы катились у Гильзы по щекам.       — Что бы сказала Мэг?! — крикнула она ещё громче.       Альт вдруг лающе, хрипло рассмеялся, и Гильзу прошиб пот.       — Не зна-а-аю, — между вдохами протянул он. — Я ведь убил, убил всех… рг-х-х… И тебя я сейчас… прикончу…       — Убил и не спас — это разные вещи.       Гильза устала. Так устала… Она отбросила мачете в сторону и развела руки.       — Сопротивляйся! — зарычал на неё Альт и сделал неуклюжий шаг. — Борись! Убей меня!..       Гильза не дала слабину и не двинулась с места.       — Это ты должен сопротивляться, не я, — сказала она негромко, но так, чтобы Альт её услышал. — Я дала тебе второй шанс. Не просри его.       Альт подошёл к ней почти вплотную. С лёгкой надеждой Гильза вгляделась ему в глаза. Та загнанность, та тварь будто постепенно исчезала — сходила на нет. Нужно было просто потянуть время… Альт дёргался и дрожал, то хватался руками за лицо, то опускал их. Он потянулся к ней и до боли крепко схватил за голову. Ещё чуть-чуть, и черепушка просто треснет.       — Ты чокнутая, — выдохнул он ей в лицо.       Она вдохнула тошнотворный запах крови, внутренностей, грязи. Преодолевая сопротивление, чуть подалась вперёд и осторожно прижалась губами к щеке Альта.       — А ещё везучая, — выдохнула Гильза.       «Он сейчас сломает мне череп», — с нарастающим ужасом подумала она. Когда стало совсем невмоготу, Альт вдруг отпустил её и отшатнулся. Тяжело опёрся руками о колени и засипел. Супермутанты заголосили — про них она уже и забыла. Гильза огляделась, с ненавистью глядя в оскаленные тупые рожи, и остановила свой взгляд на Готмоге. Ей пришлось повернуться к Альту спиной, и она взмолилась, чтобы он смог сдержать себя в руках.       — О, великий Готмог! — низким срывающимся голосом закричала она. Мутант жадно подался вперёд, вслушиваясь. — Мы преклоняемся перед твоей… великостью!       «Пустошь, что я несу?», — мысленно хлопнула себя рукой по лицу Гильза и продолжила кричать:       — Человек и гуль достойно прошли испытание! Теперь, согласно… законам древних обитателей Мохаве, нас обязаны отпустить с миром!       — И оружием… — просипел Альт, не разгибаясь.       — И оружием! — добавила Гильза.       Готмог нахмурился. На его лице отобразился сложный мыслительный процесс.       — Какие древние обитатели? — взревел он.       Супермутанты чуть притихли. Гильза пыталась сообразить на месте, но от пережитого ужаса мысли еле ворочались у неё в голове. Вдруг Альт выпрямился, с трудом поднял голову и прорычал — вновь не своим голосом, но так уверенно, что даже Гильза могла бы ему поверить:       — Прародители всех существ. Супермутантов, — добавил он, и толпа заволновалась. — И людей.       — Он нам ни за что не поверит, — тихо бросила Гильза.       — Давай же, придумай что-нибудь! — так же тихо прошипел Альт.       Она откашлялась.       — Наказывай меня, Господи… господин, но по правде, не во гневе твоём, — с умным видом выдала Гильза. — Так было завещано.       Секунды казались вечностью. Готмог медленно поднялся. Выражение его тупого лица было нечитаемо. Он открыл пасть и вынес вердикт:       — Всё решить будет последнее испытание! Выпустить чудище!