Глава 29

      Фигура в лохмотьях жалась в угол, мерно покачиваясь. Если привстать на носочки, Гильза могла рассмотреть её сквозь маленькое зарешёченное окошко на двери. Она прислушалась. Наклонилась и, привычно поковырявшись в замке, дождалась щелчка.       Альт оглянулся и кивнул — чисто. Они проскользнули на склад, притворив за собой тяжелую металлическую дверь. Длинная Эн что-то шептала, но разобрать было трудно. Гильза осторожно подобралась поближе и присела перед ней.       — Эн?       Из слоёв одежды показались два блестящих глаза. Гильза подавила дрожь.       — Уходите, — тихо, но уверенно.       — Ты ведь знаешь, что происходит?       Гильза чуть наклонила голову, придав лицу заискивающее выражение. Бросила взгляд назад — Альт вытянулся у двери. Слушал. Вновь обратила внимание на женщину, скорчившуюся на холодном полу. Её вдруг осенило:       — А где твой ребёнок?       Длинная Эн застыла. Гильза пожалела, что спросила. Собеседница спрятала лицо и глухо засмеялась, пробирая этим смехом до костей.       — Вой забрал.       Стало совсем не по себе.       — Так ещё пару дней назад…       — Помер он, вот что. Уже четвёртый. Они всё мрут и мрут, — пробормотала Длинная Энн и закачалась сильнее. — Они так решили. А я пойду следующая, за моими детками…       Гильза тяжело сглотнула и рефлекторно прижала руку к своему животу. Четвёртый… И представить тяжело. Её слегка замутило.       — Расскажи мне всё, что знаешь про вендиго, — твёрдо сказала она, когда смогла собраться. — Их много? Кто они? Как с ними бороться?       В ответ — смех, рваный, вырывающийся с глотками воздуха. И голос, из темноты звучащий заупокойной молитвой:       — Это сама стужа. Лёд на губах мертвеца. Снег на стылой могиле. Может, все как один, а может, и всего один — и везде…       Гильза едва ли понимала, что Длинная Эн бормочет, но ловила каждое слово с жадностью. Если они действительно собирались пересечь вмёрзшее в лёд Колорадо, ей было нужно знать про этих тварей всё. Тем временем Эн продолжала:       —…Они рыщут в ночи, идут на запах отчаяния — и сами его приносят. Как возьмут след, так не отлипнут, будут гнать, пока не свалишься. Да… Лицо смерти, голый череп и огонь в глазах… Рога теряются в деревьях. Кто раз посмотрел — во век не забудет…       — Ты видела… — раздался голос Альта. Он был удивлён.       — И ты, — Длинная Эн нехорошо оскалилась. На Гильзу она больше не смотрела, высунулась из своих тряпок и вперилась мутным взглядом в Альта. — А ну как ты ещё крышей не поехал?       Тот дёрнул плечом и отвернулся к двери. По напряжённой спине, плечам, опущенной голове — всё ещё слушал. «Зато ты поехала», — подумала Гильза удручённо. И как бы её так разговорить?..       — Хоть кто-нибудь их убивал?       Длинная Эн — вот умора — посмотрела, как на умалишённую. И во взгляде на секунду даже мелькнуло понимание, обычно мутно плескавшееся на дне.       — Как же это ты собираешься убить саму скорбь?       Ничего вразумительного она от этой сумасшедшей не добьётся. Гильза поднялась и с жалостью посмотрела вниз. Резко отвернулась, и они с Альтом выскользнули со склада. Уже в спину им донеслось слабое:       — Можно лишь выиграть немного времени у ветра жертвой!..       Дверь тяжело захлопнулась, и на Гильзу вдруг снизошло. Она поняла, что случилось с ребёнком Длинной Эн. Этим — и предыдущими тремя. И что случится с ней.       «Она следующая».       — Не нравится мне всё это, — бросила Гильза, пока они быстрым шагом пересекали коридоры. — Мы заперты тут, как в консервной банке, с этими… шпротами морожеными.       Альт глухо фыркнул. Он держался чуть позади, на полшага — прикрывал. Как и всегда.       — Переждём в лазарете ночь. От неё осталось-то — всего ничего.       Все вокруг копошились, волна тревожных шепотков гуляла тут и там. Гильза уловила уже, что это было им привычно. В потёмках чудилось, что вырисовываются в воздухе неясные кривые фигуры. Привычно так жить здесь — вот, что она поняла. Привычно жаться и скулить, трястись по пять человек у входов, сидеть за высоким забором, носа бояться высунуть. Неудивительно, что оставшиеся люди бежали южнее. Она сама бы так и поступила.       — Они же не могут отдавать своих людей мутантам? — спросила Гильза тихо, неверяще. — Это просто уму непостижимо!       Альт напряжённо оглянулся — из-за обилия металла гулкое эхо преследовало их всюду. Теперь начало казаться, что за ними началась погоня.       — Как видишь, могут. И мы будем следующими.       Гильза вдруг остановилась и удивлённо вздохнула.       — Не «мы». Я. После Эн — или даже до неё. Агата…       — Вот же мразь, — процедил Альт и оскалился. — Не будем пережидать, свалим сейчас. Пока я их тут всех не переубивал сам…       Он схватил Гильзу под локоть, вынуждая ускориться. До лазарета они дошли без приключений. Гильза собрала вещи, прихватила гарпун — пришлось завернуть в ткань и неудобно присобачить к вещмешку Альта. На этом удача решила взять выходной — их перехватили на полпути через атриум. Бойцы Большого Джо. А вот его самого среди них не было.       — Уходите сейчас, — и вот опять дуло смотрит прямо в лицо. Захотелось закатить глаза. — С утра будет уже поздно.       Гильза медленно растянула губы в злой улыбке. Все вокруг ей осточертели. Бравые вояки, а вели себя, словно взбалмошные куры. Да и рука перед ней пистолет держала некрепко… Трусливые, жалкие…       — А Большой Джо знает, что вы поперёк его приказа пошли?..       — Нихрена он не знает, — проскрежетал Альт. Перебил. От него веяло уверенностью, и Гильза была готова поклясться, что не напускной. Он возвышался над эпплтонцами во всех возможных смыслах. — Смотри, как трясутся.       Напряжённая искорка пробежала между людьми, ропоток. Гильза потянулась к пистолету, потом одёрнулась — пальба в помещении, где проходили коммуникации, была не лучшей идеей.       — И духу вашего чтобы тут не было, — прошипел всё тот же. Отодвинулся с прохода…       — Да в вашу ледяную помойку ни за какие крышки я лезть не стану. А вы тут все внутри так и передохнете, если будете щемиться! Или вас самих на «жертву ветру» пустят!       Вырвалось само, слетело с языка. Гильза закусила губу и по вспыхнувшему взгляду напротив поняла — нарвалась. Кровь вскипела, тело привычно отскочило назад — вовремя, тяжёлый кулак прошёлся по воздуху. Все вокруг пришли в движение, будто этого и ждали. Пятеро на двоих — хуже и не придумаешь. Выстрелов не раздавалось, всё-таки привлекать внимание не входило в планы заговорщиков. Не входило это и в планы Гильзы.       Их возня — по-другому это никак не назовёшь, показалась ей оглушительной. Огрели по плечу, зацепили, но она смогла вывернуться из захвата. Альт не спасовал, сошёлся в клинче с ближайшим соперником и закрывался им, как щитом. Мог и рёбра ему переломать своими мощными объятиями, да не хотел тут никого убивать. Было странно до неловкости оказаться зажатыми поселенцами в кольцо, прижиматься спинами друг к другу и молча отдуваться. Гильза едва не налетела скулой на чужой кулак, когда увидела краем глаза то, чему происходить было совсем нежелательно.       Один из бойцов задел Альта под дых, и когда тот согнулся, цепанул крепкой хваткой бинты на затылке. Потянул наверх, пытаясь поднять голову — и вот тогда это произошло. Тряпки растянулись, ослабились, и вся и без того шаткая конструкция рассыпалась — а вместе с ней и конспирация Альта.       Тот, кто схватил его, в страхе отшатнулся. Все замерли. Альт поднял шальные глаза и растянул рот в оскале. В приглушённом свете его кожа, покрытая рытвинами, провал на месте носа, дикие глаза выглядели до того инфернально, что даже Гильза едва не отшатнулась. Он напомнил ей себя в тот момент, когда одичал — и не контролировал свою жажду убивать. Мгновение, и наваждение прошло — Альт кинулся снизу на соперника и, ударив всей своей массой, повалил его на землю. Не вцепился зубами в плоть, как сделал бы дикий гуль — нанёс удар наотмашь. Никто не бросился на помощь товарищу, заговорщики отшатнулись в нерешительности. Их главный просипел:       — Живой труп… живой труп…       — Прикончи его!       — Бежим! — Гильза перескочила через ноги Альта, дёрнула его за шкирку и понеслась на выход.       Ничего не замечая на своём пути, слыша топот за спиной и собственное сиплое дыхание, Гильза неслась к спасительной двери наружу. Постовые рефлекторно напряглись, а уж когда увидели гонящую их толпу и вовсе вытащили оружие. Она успела схватиться за тяжёлую щеколду, но её отбросили назад. Все смешались в кучу, ничего не разобрать, и только чудом вдвоём с Альтом они смогли пробиться и вывалиться в ночь.       На скуле наливался синяк. Снег под лицом неприятно кусал кожу. Гильза со стоном приподнялась на руках, оплёвываясь. Дверь за ними захлопнулась, и последний клочок света исчез. Остался лишь вой ветра, падающие хлопья и Альт, который медленно дышал через зубы. Он поднялся, тяжело разгибаясь — ему неплохо прилетело, и протянул руку.       — Напомни мне никогда больше не соваться на север, — просипел он прямо перед тем, как Гильза заметила вдалеке за его спиной деревья, которые пришли в движение.       — Сматываемся отсюда.       Она открыла карту на пип-бое. Если бы не ночь, если бы не холод, если бы не эта странная тварь — они бы быстро дошли до нужной точки. Всего-то двинуться поближе к горе, пересечь старый город, выйти с другой стороны… Всего-то. Быстрым шагом они прошли вдоль здания, потом по узкой тропинке. Она привела их к заваренным укреплённым воротам — пришлось лезть наверх. Гильза делала всё механически, каждую секунду ожидая, что её вот-вот что-то схватит и утащит. Спрыгнула с другой стороны, попутно зацепившись за колючую проволоку. Нога заныла, от липкого страха тошнило. Альт приземлился рядом и вскинул карабин.       Вниз от пригорка уходила старая разбитая дорога. Снега на ней было меньше, ветер раздувал его дальше, в овраг. Где-то там по пути должны были встретиться остатки зданий, хоть что-то, где можно было бы укрыться. Гильза и Альт перешли на лёгкий бег — быстрее не могли, вещи и оружие тянули их вниз. Был бы хоть один завалящий тарк, хоть один брамин!.. Но вокруг, как назло, не было даже оставленных автомобилей и грузовиков. Только деревья. Теперь Гильза видела движение везде — знала, что воображение её обманывает, но ничего не могла поделать. Ледяной воздух жёг горло. Она бежала вперёд, думая только об Альте — о том, что он способен всё выдержать. Значит, и она обязана не сплоховать.       В какой-то момент ей почудилось, что погоня отстала. Гильза перешла на шаг, невыносимо было больше бежать. Альт пролетел ещё несколько метров и тоже замедлился, обернулся.       — Давай, не останавливайся! — едва слышно от хрипа сказал он.       — Я не… — вдох, перекрывающий все слова, — не могу… — и снова, словно кислорода в воздухе больше не осталось. Сердце заполошно гоняло кровь по измученному телу. И всё же вопреки всему Гильза переставляла ноги вперёд, шаг за шагом.       Альт озлобленно зарычал. Потянулся вперёд, будто хотел поднять её на руки, но не дотянулся. Замер. Поднял взгляд выше. Гильза знала, на что он смотрит. Думала, что знала — до того, как обернулась сама.