Глава 36

      — Это, кстати, твоё, — Гильза кинула Альту звенящий предмет.       Он поймал и взвесил в руке похудевший гаманок с крышками. Усмехнулся. Убрал во внутренний карман куртки — жёлтое «113» на спине скрывалось под вещмешком.       — У нас в последнее время наблюдается общий бюджет, — весело проскрежетал он.       — Я держу своё слово, — в тон ему сказала Гильза. — Твои обещанные крышки за моё сопровождение. А как и на кого ты дальше их будешь тратить — не моя забота!       Крышки у них и правда заканчивались — пришлось сделать крюк и взять заказ на доставку. Быть курьером Гильзе нравилось гораздо меньше, чем сопровождать караваны — торговцы хотя бы везли известные ей товары. Курьера же могли снарядить перевезти что-то настолько ценное, что за этим охотились половина Мохаве — причём как и совершенную ерунду вроде платиновой фишки для покера, так и что-то полезное вроде супер-редкой самопальной плазменной гамма-пушки. В этот раз у неё за спиной болтался свёрток с чертежами водоочистительного насоса — она знала это, потому что не преминула заглянуть внутрь крепкого тубуса. Мало ли!..       Альт остро ухмыльнулся из-под полей шляпы — справил новую первым же делом. Правая половина лица почти не отличалась уже от левой — и всё же ясно было, что ожоги на коже так и останутся. Их было видно, если присмотреться, а особенно они чувствовались под пальцами. Глаз был подёрнут белой мутью. Гильзу это смущало только в одном отношении — прежняя меткость Альта вставала под вопрос. В остальном ещё более суровый вид придавал ему шарма в её глазах. Это, правда, могло осложнить их дело — что для неё было привычно, для других могло показаться жутко.       После того, как условия сделки были выполнены — тубус в обмен на крышки — они ненадолго задержались. Теперь Гильза рассматривала всё вокруг с той позиции, что, быть может, именно здесь ей стоит остаться. Им стоит. В Доджтауне были и приземистые маленькие дома по краям поселения, и такие знакомые, собранные в два-три этажа, человейники. Несколько лавок, торговцы, кабак — сквозь распахнутую дверь виднелись столы, за которыми играли в карты. И ничего не отзывалось. Тоскливо, серо, грязно и пыльно. И люди — все пялились ей за спину. Альту было всё равно, ей — тем более. Разве что пальцы над рукояткой пистолета в кобуре подрагивали в воздухе чаще обычного.       Покружив по месту, которое условно можно было назвать главной площадью, Гильза остановилась. Переглянулась с Альтом. Он отрицательно качнул головой.       Они понимали друг друга и без слов.       — Отсюда должны лежать торговые пути, — прищурив один глаз, сказала Гильза. Махнула рукой на широкую дорогу со знанием дела. — Во-о-он там видно кусок старой дороги.       — Уходим?       — Тут всё равно ловить нечего. Они двинутся с рассветом.       Солнце над головой палило нещадно. Мимо пробежали немытые дети, чуть вдалеке в грязной луже старуха полоскала тряпку. Ветер принёс запах еды. Гильза наморщила нос — аромат напоминал жареную резиновую подошву и вызывал желание прочистить желудок. Опять.       За весь свой путь Альт с Гильзой не раз встречали караваны и кочующих торговцев. С кем-то из них даже удавалось совершить обмен, кого-то лучше было обойти по широкой дуге — например, шарлатанов, рекламирующих чудо-средства от всех болезней вплоть до гулификации. Их грузом были не только товары — еда, снаряжение, одежда, довоенные артефакты и хлам, но и слова. Информация. Слухи и факты, шепотки и заявления. Не все поселения были развиты настолько, чтобы использовать радиосвязь, да и не всем это нужно было. Гильза надеялась, что по эту сторону пустыни найдёт информатора среди сопровождающих караван — или даже самих торговцев. Эта территория, впрочем, не особо отличалась от всего остального мира. И всё же если ей удастся отметить на карте пип-боя пути и маршруты, это расскажет ей многое — куда больше того, что может рассказать обычная карта. Источники питьевой воды, торговые стоянки, дружественные поселения — там и пролегали пути. Радиационные «пятна», рейдеры, опасные участки — бывалые торгаши знали, когда нужно вовремя свернуть. У себя дома знала это и Гильза. Здесь же перед ней открылась совершенно иная Пустошь.       До вечера они прошлялись по городку. Недалеко от кладбища местные устраивали тараканьи бега — детёнышей радтараканов размером с ладонь пускали по длинным желобкам. Само же кладбище представляло из себя пригорок, утыканный деревянными надгробиями. А за ним, в низине, была настоящая автомобильная свалка. Солнце клонилось к закату, выхватывало мёртвые куски автомобилей, бликовало на хромированных частях. Почти всё съела уже давно ржавчина. Ветер нёс с собой запах крови — металла, конечно. Но в закатном свете отдалённо слышалась именно кровь.       Гильза увидела внизу, среди груды лома, движение. Кто-то усердно копался в мусоре. Она присела, придерживаясь за крест. Выудила бинокль. Какой-то зверь — отсюда и не разобрать. Альт щурился рядом.       — На волка похож, — бросила Гильза.       Зверь поднял голову — точно волк. Запрыгнул на гнутый капот, повёл носом по воздуху…       — Не-а, — удивлённо добавила она, — собака.       Бинокль отправился обратно к вещам. Воздух разрезал свист. Собака встрепенулась, огляделась. Заметила их. Гильза встала — колени затекли сидеть, и поманила пса к себе.       — Я бы на твоём месте не стал этого делать, — с сомнением проскрежетал Альт. — Сальмонеллёз, бешенство, лишай, токсоплазмоз…       Гильза грустно опустила руки. Собака медленно брела к ним по холму вверх.       — Предлагаешь оставить его тут?       — Он наверняка чей-то, — успокоил её Альт и ненавязчиво отвёл от края обрыва за плечо. — Не пропадёт.       Утренний караван и правда отбывал с первыми лучами солнца. Гильза не выспалась и потому мёрзла сильнее обычного, куталась в свой шарф, как и Альт. Он принёс ей плащ — плотный, линялый, пыльно-серого цвета. Куце обрезанный по подолу, он всё равно доставал Гильзе до пяток. Объёмный капюшон полностью скрывал голову. Стало гораздо теплее. К обеду, конечно, солнце снова начнёт палить — если не начнётся буря.       Они пристроились к колонне из нескольких браминов и тарков — эдакие пилигримы, за здрасте путешествующие вместе с торгашами. Долго оставаться незамеченными не получилось — на первом же пересчёте проводница ткнула дулом гладкоствольного пистолета и спросила:       — Вы тут какого хрена забыли?       Гильза откинула с лица капюшон, оттянула шарф и оглядела её рябое лицо.       — Хотим перейти с вами. Мы нездешние.       Проводница фыркнула. Её упитанный тарк шёл размеренным шагом.       — Откуда?       — Мохаве.       — Далеко забрались, — сказал кто-то сбоку.       Это был торговец — немолодой уже, даже старый, одетый в лоскутный плащ. У него была тёмная седая борода и совершенно белые усы. «Как снег», — подумала Гильза, ведь с недавних пор она наконец узнала, как этот самый снег выглядит. Одна часть этих усов была жёлтой от табака — у торговца явно была привычка курить на одну сторону. Он чуть приподнял низко надвинутую шляпу с загнутыми полями, сверкнул внимательными глазами. Проводница опустила пистолет, получила кивок от торговца и вернулась во главу колонны.       — Перешли через Колорадо, увидели Калифорнию, Аризону, краешек Невады и Нью-Мексико. В Колорадо снег и бури, а так — никакой разницы. Пустошь везде одинаковая. Разве что тут, — Гильза оглядела вырисовывающийся пейзаж, — меньше гор и пустынь.       — Скоро будут холмы и равнины, — бросил торговец и повторил себе под нос: — Далеко забрались…       Он достал из портсигара папиросу, закурил. Похлопал идущего рядом брамина по шее. Тварюга несла на своей спине столько товара, что хватило бы обеспечить небольшое поселение целиком.       — Мы ищем, где бы остановиться. На западе мало разросшихся поселений, все как-то особняком живут. Пустыни, каньоны — суровая жизнь. А там, где города покрупнее, вовсю собачится Братство Стали, НКР и Цезарь.       Торговец хмыкнул, пожевал папиросу. Гильза сдержала чих — запахло резко, ярко.       — Так везде сейчас, где ни плюнь. Цезари, короли, графы — чего только не удумают. Уж не знаю, что за «эн-ка-эр», но про Братство Стали слыхал. Видал даже как-то! Но они всё больше по крупным городам довоенным, — он глубоко затянулся. — Уж особенно если там техника какая была или наука — всё теперь поле битвы.       Информацию за информацию — так было принято. Тем более, путь им предстоял неблизкий — об этом Гильзе говорили запасы провизии и воды, на которые выделили отдельного возничего. Она растянула губы в хитрой улыбке — и тут же спрятала её за шарфом. Уж разговаривать она умела!       — НКР — это что-то вроде довоенных армейцев. Города строят, законы какие-то придумывают, вовсю причиняют дикарям цивилизацию. Только вот торговцы всё равно предпочитают ходить по путям Цезаря. Дорого, зато безопасно, и нет тебе никаких замашек НКР с их бюрократией и бумажками. Они деньги даже сделали! — тут торговец хрюкнул от смеха. Гильза усмехнулась, выудила из кармана крышку и подкинула в руке, — Нам-то разницы нет. Печатать бумажки можно сколько угодно, а такие вот подделать сейчас не получится!       До темноты процессия должна была дойти до перевала, это Гильза знала. Пару раз они сделали остановку, будучи скрытыми среди торчащих деревьев или скал. Она болтала, торговец слушал, иногда что-то отвечал. Имя своё так и не назвал, Гильза тоже не представилась. Альт молчаливой тенью плёлся чуть позади. Как и предполагалось, жар сделался почти невыносимым — почти, потому что давно уже стал привычен. Ветер обдувал разгорячённое лицо. Песок на зубах уже не хрустел — они шли по сухой выжженной земле, поросшей сорняками. Тут и там торчали остатки дороги. Когда мимо проплыл знак шоссе, Гильза сделала пометку на пип-бое. Торговец снова закурил, бросил заинтересованный взгляд.       — Один пип-бой — уже удивительно. А у вас их два, — он прикрыл глаз, чтобы не выедало дымом.       — Удачное стечение обстоятельств, — Гильза дёрнула плечом, не вдаваясь в подробности. — Один… — она проглотила слово «подарили», — выменяла. Второй забрали у мертвеца.       Строго говоря, это было даже недалеко от правды. Все пип-бои Сто тринадцатого принадлежали мертвецам.       — Полезная вещь, если захотите дойти до побережья.       — Почему именно туда?       Торговец перекатил папиросу во рту туда-обратно.       — Все идут либо туда, либо оттуда. Третьего не дано.       — А как же путь на север? Или на юг?       Он отмахнулся.       — Всё равно рано или поздно дорога приведёт, куда надо. Отсюда уходят за лучшей жизнью. Она, говорят, попроще там, где больше воды. Но и обратно приползают, куда без этого, — он хохотнул довольно.       Можно было бы с этим поспорить. Западное побережье было местом отнюдь не райским, ресурсы были не бесконечны. И, конечно, не прекращалась извечная битва за доступ к воде. Кто владел водой, тот владел жизнью — так в пустыне было заведено. Гильза переглянулась с Альтом. Прочитала в его глазах — глазе, ведь правый так и был покрыт мутью — лёгкий интерес.       — Кто там обитает, на восточном побережье?       — До нас доходили люди, кому там было не по нраву. Руины Бостона, это Содружество в Содружестве, — он хохотнул. — Да туда я бы не совался. Такой клочок земли, а бои за него ведутся… — затянулся глубоко, долго. — Супермутанты, Братство Стали, синты… Да все, кто оружие держать могут, сбились в группку и назвали себя как-нибудь эдак!       — Синты? — спросила Гильза.       Торговец сплюнул.       — Сраные роботы. На нас похожи, что жуть берёт. А потом сходят с ума и начинают убивать, — он окинул Альта долгим взглядом. — Если нужно будет, то идите в Даймонд-сити. Там с этими ублюдками пластиковыми строго обходятся.       Судя по всему, гулей он ставил с этими синтами в один ряд. К счастью, лицо у Альта было скрыто, разве что глаза сверкали слишком уж недружелюбно.       — Тогда нам стоит держаться подальше от Содружества, — улыбнулась Гильза.       Содружество. А она слышала о нём от Альта. Именно там и было то самое Убежище 81, в котором он вместе со своей семьёй должен был спастись от катастрофы. Сложилось так, что теперь, спустя пару веков, он плёлся за ней в другой части страны, потерявший своё прежнее лицо, жизнь и её смысл — и вместе с тем обретший всё это заново. Ей нужно было привести Альта куда-нибудь, где его не захотят убить. Сам он воспротивился бы, узнай, как она печётся — не один год всё-таки скрывался под слоем бинтов. Только теперь будет худо, если придётся срываться с места. Если у неё будет… у них будет…       Успокоив поднявшуюся было панику, Гильза прикрыла глаза на несколько мгновений. Даже думать о беременности было тяжело, начинало мутить. Нужно было дышать: вдох-выдох. Пока выдыхала, запнулась — благо, торговец придержал её за локоть.       — Сделаем привал пораньше, — скомандовал он. — Что-то ты совсем на ногах не стоишь.       — Всё в порядке, — Гильза отмахнулась. — Я просто задумалась.       Внимательный взгляд торговца пригвоздил её к земле. Она поняла, что всё это время неосознанно придерживала живот. Вот чёрт. Он махнул рукой, процессия свернула с дороги. Значит, где-то рядом уже был перевалочный пункт — не стал бы он просто так размениваться на отдых и подставлять свои товары, себя и браминов под удар.       — Открывай свою карту, — сказал он ей многим позже, когда солнце коснулось линии горизонта. — Есть у меня пара идей, куда вам можно приткнуться…       Гильза сидела у тлеющего костра. По сторонам, в тени, разошлись проводники — дежурили. Ночью на караван могли налететь все начиная от рейдеров и заканчивая супермутантами — их задачей было не только и не столько помочь отбиться, сколько предупредить нападение.       — И что же, за просто так? — усмехнулась Гильза, но карту открыла.       Она краем глаза следила за Альтом. Тот стоял чуть в стороне, разговаривал с другими торговцами — те были шишками поменьше, нежели этот усатый, с которым Гильза и вела беседу.       — Если я правильно скумекал, — он снял шляпу, вытер плешивую макушку и водрузил шляпу на место, — то ходишь ты пузатая. Стало быть, и место себе ищешь, чтобы там нормально разродиться. Только вот муженёк твой что-то неразговорчив.       — Не муженёк, — быстро ответила она. Помялась. — Просто телохранитель. Я ему плачу.       Правды торговцу знать не стоило.       — Пусть так, — не стал настаивать он, хотя убеждён не был. — Но помощь тебе пригодилась бы. Пока будете бродить, сожрут вас, да и всё. Ты хоть оружие в руках держала?       Гильза едва сдерживала улыбку. Если бы этот торгаш знал, что ей доводилось пережить, то свернулся бы в трубочку. В ботинке у неё покоился ножик, кастет — и его сумела не потерять — в кармане. Она приподняла подол плаща, всё это время скрывавший десятимиллиметровый. Торговец уважительно кивнул.       — Надеюсь, пользоваться им ты умеешь.       — Надеюсь, что так.       Он ткнул, куда поставить пару маркеров. Там, где скалы окончательно переходили в равнины и холмы, где было больше болот и лесов. Пустошь не менялась, везде царила смерть — и всё же найти место, где с этой смертью боролась жизнь, было возможно.       — Если вы хотите выйти к воде, пройдите вниз, до залива. Как его там, — он пощёлкал пальцами, нахмурился, — Мексиканский, точно. Содружество так и называется — Залив. До Флориды не ходите, там эти аллигаторы сраные — сожрут и не подавятся.       — Мутанты?       — Конечно! — он фыркнул. — Огромные мерзкие твари навроде когтей смерти, только ещё и плавают. Либо, — он ткнул западнее, — в Техас. Тебе там будет явно попривычнее.       Гильза покивала. Задумалась.       — Это юг. А ты говоришь, все дороги ведут к восточному побережью, — она выключила пип-бой, спрятала руки под плащ. Снова мёрзла, снова тошнило. Хотелось свернуться калачиком и уткнуться лбом в колени Альта.       Торговец посмотрел внимательно, с прищуром. Со знанием дела ответил:       — Рано или поздно, так или иначе. Уж я-то знаю, поверь.       В какой-то мере это была правда. Альт успел там побывать. Она уже не очень-то и хотела — от обилия враждующих фракций шла кругом голова. Ей хотелось простого островка спокойствия, а не лезть в очередную передрягу. Им просто повезло, что Гадюки держались обособленно, что на пути они смогли обойти солдат НКР и паладинов Братства, что не встретили ещё ни разу некоего Цезаря, о котором до неё доходили лишь смутные слухи — пугающие, стоит отметить. Но Гильза знала, чувствовала это в воздухе: и на её земле, родной Мохаве, скоро разразится гром.       «Главное, — подумала она, глядя, как Альт раскладывается на ночлег, — чтобы этот гром остался позади».       Впервые за долгое время ей хотелось штиля, а не бури. Альт поднял голову, почувствовав, что за ним наблюдают, и поманил к себе.       Ночь обещала быть холодной.