Глава 4: Класс Прорицаний

— Ух-х… — тяжело простонала Мерида, наконец остановившись перевести дух, прислонившись к каменной стене коридора замка. Толпа третьекурсников уже собралась у подножья уединенного кабинета наверху Северной башни, где столпился весь класс. Данброх стояла в нескольких метров от галдящей группы студентов, желая поскорее насладиться несколькими минутами покоя в знаменитом на весь Хогвартс кабинете Прорицаний, пока у неё была такая возможность. Сказать честно, последние несколько дней выдались действительно достаточно сложными для всех третьекурсников, особенно для Мериды. Конечно, в первую неделю им никто не давал домашней работы или сложной литературы, — профессора только знакомились с учениками, обсуждая учебный план или основы того или иного предмета. Однако вместе с этим у них появилось ещё больше ответственности в плане выбора своего будущего — заместо только обязательной программы, студентам третьего курса предлагалось в индивидуальном порядке выбрать ещё два факультатива из списка на выбор. Мерида, вероятно, была бы не против легко сдвинуть своё расписание и добавить пару уроков, но это в прошлом — в нынешнем постоянное присутствие её матери и продолжение королевских уроков по этикету сильно усложняли ситуацию. Данброх была рада, что взять можно было и два факультатива, вместо того чтобы пытаться добавить третий, — как это было с Рапунцель, что уже получила своё первое домашнее задание по курсу «Исцеляющей Магии», или с Иккингом, что добровольно записался на Нумерологию в дополнение к двум другим факультативам, которые у всей четверки были одинаковыми. Мерида слегка улыбнулась этой мысли. Может быть её мать и могла забрать всё её свободное время, однако уроки она отменить не могла — и это значило, что гриффиндорка могла наслаждаться целыми двумя уроками, где вся их четверка будет вместе. Наконец-то летняя суматоха с письмами друг-дружке о выборе предметов окупилась в прекрасную возможность лишний раз провести время в кругу друзей. — Ты выглядишь уставшей. Что случилось, Мерида? — голос Джека заставил Мериду лениво приоткрыть глаза и посмотреть в сторону, оглядывая двух мальчишек рядом. Она тихонько хмыкнула в знак признательности, прежде чем стукнулась спиной и задней частью головы о стену замка, медленно сползая вниз. — …Неужто всё настолько плохо? Это из-за твоей матери, да? Данброх тяжело вздохнула и безвольно кивнула. — Не могу поверить, что она заставляет меня заниматься всей этой королевской чушью ещё и в Хогвартсе! Достаточно того, что я не могу сидеть с вами во время ужина, так ей этого мало! Если я не на уроке с профессорами, я с мамой, а если я не с мамой, то смотрю очередные правки для этих дурацких соревнований! Как будто я больше не властна над своей собственной жизнью! — Может быть, она будет с тобой помягче, когда занятия начнут набирать обороты. Впихивает в тебя последние крохи знаний, прежде чем всё твое время будет занято выполнением домашки и квиддичем, — с надеждой предположил Иккинг. — Может быть, — с сомнением пробормотала Мерида, поднимаясь с пола и слегка отряхивая пыль с мантии. — Ты случаем не знаешь, где Пунцель? Я был уверен, что вы придете быстрее чем мы с Иккингом, — сказал Джек, оглядываясь в поисках девчонки с золотыми волосами. — Думаю, уже на пути из больничного крыла, — пожала плечами Данброх. — У неё же эти, уроки целительства. Лично я слонялась по замку, лишь бы не попасться в лапы матери, так что я тоже без понятия. — Хорошо, что ты не осталась со мной, — все трое с любопытством обернулись на знакомый голос. Пуффендуйка улыбнулась им, прижимая книги к груди, и подошла ближе. — Больничное крыло было одним из первых мест, куда заглянула твоя мама, когда узнала, что не у всего третьего курса есть месячные… занятия, — Рапунцель тихо хихикнула, а Мерида почувствовала, как жар приливает к её лицу. Данброх была уверена, что её лицо напоминало помидор, — она схватила два пучка локонов и спрятала в лицо в них, — как же она была смущена! Почему её мать не могла просто показывать всем её детские колдографии, как нормальный родитель? Или рассказывать какие-нибудь смущающие истории из детства? Мерида была уверена, что пару историй она бы выдержала, — а вот бытиё принцессой медленно расходилось по швам. Стоило ли упоминать, что весь Хогвартс гудел о предстоящих соревнованиях и сыновьях лордов? Одна из старшекурсниц Гриффиндора даже спросила Данброх, какой мальчик, по её мнению, победит! Излишне говорить, что Мерида бледнела каждый раз от подобных вопросов. — Не могу сказать, что чувствую и понимаю то же, что чувствуешь ты — просто… Могу лишь дать совет не обращать на всё это внимание. Ребята будут тебя донимать просто потому что для них это что-то вроде праздника и только. Я уверена, что они все забудут обо всем, стоит соревнованиями закончится, — Рапунцель попыталась быть позитивной, но её слова прозвучали так натянуто, что даже Джек и Иккинг начали переглядываться. — …Ладно, может, не все забудут, но Джек и Иккинг точно распугают всех, кто посмеет тебе пристать снова, — нахмурилась пуффендуйка, скрестив руки на груди. Мерида снова вздохнула. — Я ценю это, и я знаю, что вы все желаете мне добра, но если я не найду способ остановить эту помолвку, боюсь, я больше никогда не смогу найти хоть в чем-то каплю позитива… Четверо друзей притихли, каждый из них погрузился в свои мысли. Но в этот раз Мерида даже не возражала. Обычно она находила молчание скучным и немного неловким, желая поскорее прервать его какой-нибудь шуткой или быстрой игрой, однако в последнее время ей действительно было необходимо ненадолго перевести дух в тишине, — только так она могла наконец услышать свои мысли. Тем не менее, она ценила присутствие своих друзей в эти моменты. Они были единственными, кто, казалось, понимал, что происходит в её сердце. Стоило Фросту только открыть рот, чтобы что-то сказать, как из-за угла появилась учительница. Она была высокой, наверняка жутко уверенной в себе, — и направлялась к студентам быстрыми, целеустремленными шагами. Она была молода для профессора, а ещё у неё было красивое и озорное лицо. Её черные волосы были перевязаны сзади красной лентой, а её платье было покрыто интересным узором из красных, серых и черных цветов. Тёмные высокие каблуки цокали по камню, подчеркивая её статус, и толпа студентов быстро расступилась в стороны, чтобы дать ей пройти к люку наверх. — Здравствуйте-здравствуйте, извините за ожидание, дети, — профессор взмахнула палочкой и дверца люка внезапно открылась. Прямо к ногам женщины быстро опустилась серебристая веревочная лестница. — Это Френни Робинсон, знаменитая провидица! — прошептала Рапунцель в волнении, цепляясь в руку Мериды. — Она одна из самых молодых учительниц в Хогвартсе! Я слышала, что она может заглянуть в будущее любого человека, когда захочет. — Довольно иронично. Я имею ввиду, учитывая то, что она всегда опаздывает! — мальчишка со слизерина, Уилберр, слегка рассмеялся и пожал плечами, проходя мимо четверки по пути к лестнице. Он резко развернулся, озорно подмигнув Фросту. Рапунцель подпрыгнула от неожиданности, в то время как Джек усмехнулся уточнению софакультетника. — Разве она не твоя мама? — приподнял бровь земная фея, заставив Уилберра смущенно улыбнутся. — Ах, уже что, вся школа в курсе? Что ж, не могу больше молчать — предупреждаю, — возможно, я унаследовал все таланты своей матушки, — Уилберр самодовольно закинул руки за голову, широко улыбнувшись. — БУ-У! — Мэйвис внезапно появилась рядом с Уилберром, вызвав у того довольно пронзительный крик. Мерида не смогла сдержать смешок, глядя на его испуганное выражение лица. — Не обращай внимания на этого хвастуна. Единственная причина, по которой он выбрал Прорицания в качестве факультатива — Даррена Фоулза здесь не будет. Впрочем, не могу винить Уилберра в этом. Прежде чем Мэйвис закончила предложение, студенты уже начали медленно взбираться по лестнице. Профессор Робинсон помогала некоторым особо боязливым подняться наверх, и четверка вместе с двумя слизеринцами поспешила за остальной частью класса. Кабинет прорицаний был не кабинетом, а чем-то средним между мансардой и старомодной чайной. В комнате, погруженной в красноватый полумрак, теснились примерно двадцать круглых столиков в окружении обитых пестрой тканью кресел и мягких пуфиков. Шторы на окнах задернуты, многочисленные лампы задрапированы темно–красным шелком. Было очень тепло и душно, в камине под заставленной странными вещицами каминной полкой горел огонь, издавая тяжелый дурманящий аромат. На огне закипал большой медный чайник. Круглые стены опоясаны полками. Чего только на них не было: запыленные птичьи перья, огарки свечей, пухлые колоды потрепанных карт, бесчисленные магические кристаллы и полчища чайных чашек. Мерида подумала, что это одна из самых забавных комнат, которые она видела в замке, и она тут же окрестила Прорицания своим любимым уроком. Каждый стол был обделён всего лишь двумя сидячими местами, поэтому Мерида и Рапунцель вдвоём заняли столик во втором ряду, а Иккинг и Джек устроились перед ними. Данброх, может, и чувствовала себя комфортно, но она не собиралась маячить перед профессором в первом ряду без необходимости. Преподаватели всегда больше внимания на студентов, сидящих к ним ближе всего. Когда все студенты расселись по местам, болтовня постепенно затихла. Разморённые атмосферой кабинета, дети молча наблюдали, как профессор Робинсон переписывала что-то с пергамента на доску, одновременно с этим раскладывая магией учебники на своём столе. Закончив, она повернулась к классу с яркой улыбкой. — Итак, некоторые из присутствующих, возможно, уже знают моё имя — я профессор Френни Робинсон. Помимо преподавателя курса «Прорицаний», я также являюсь дирижером школьного Хора Лягушек, и я хотела бы напомнить вам всем, что прослушивание в Хор будет в эти выходные. Так что если вы заинтересованы — пожалуйста, подойдите ко мне после занятий, — с улыбкой сообщила им женщина, указывая на запись в верхней части доски, где была указана вся информация о прослушивании. — А теперь… Вернемся к уроку. Вы уже третий курс. Я знаю, что это ваше первое занятия из предметов на выбор, так почему бы нам для начала не поговорить о том, для вас прорицание? Кто желает ответить? Один из гриффиндорцев, Джастин Йерн, сидевший в среднем ряду из столов и пуфиков, поднял руку. — Прорицание само по себе является типом магии, позволяющим заглянуть в будущее. Примером может служить пророчество, что повествует о великом герое. — Да, есть доля правды в своих словах. Но помните, не все пророчества сулят светлое развитие событий, — профессор Робинсон обошла преподавательский стол и открыто встала перед своим классом. — У большинства из вас не будет дара Провидца. На самом деле, меня бы не удивило, если бы ни у кого из вас его не оказалось. Даже Кентавры, которые создали эту ветвь магии и усовершенствовали её технику, до сих пор постигают глубины искусства будущего. Лично я считаю, что это дар, который никогда не должен был быть полностью понятным, и поэтому мы никогда не сможем полностью постичь его. Но это не значит, что мы не можем его изучать, — профессор одарила класс яркой улыбкой, сложив руки вместе, пока её глаза сканировали комнату. — На этом занятии вы изучите множество различных способов получения информации о будущем, включая гадание по чайной гуще, в хрустальных шарах, по картам Таро, через видения, возможно, дымовые узоры или сны, а также через астрологию и гороскопы. Шепот пронесся через толпу третьекурсников, взволнованных предстоящими уроками и мудростями молодого учителя. Мерида почувствовала, как её собственная кровь бурлит в венах от волнения. Она никогда раньше не была так заинтересована ни в одном из предметов, за исключением «Полётов на метлах», конечно. Но даже так… Эти чувства были немного иные. Прорицания ощущались не как способ развеяться, они ощущались… важными. Почти срочным, по какой-то причине. — Мы также потратим часть урока на толкование пророчеств. Ваши учебники помогут вам разобраться или перевести, что означают те или иные предсказательные символы, — сказала им профессор Робинсон, повернувшись к столу и взяв свой экземпляр учебника. — Теперь, раз мы пока недостаточно начитанны, чтобы начать расшифровывать наши прорицания и их значения, давайте перейдем к четвертой странице учебника «Как рассеять туман над будущим» и начнем читать вслух. Есть добровольцы?

***

Мерида сидела, сгорбившись на своём королевском троне, наблюдая издалека, как её друзья ужинают за столом Слизерина рядом с Уилберром и Мэйвис. В то время как она была вынуждена сидеть рядом со своими родителями, лордами и всеми остальными профессорами. Малой радостью стал инцидент, когда её братья начали безудержно хихикать над пузырьками в своих кубках, истерично дуя в соломинки, — но одного взгляда матери было достаточно, чтобы мальчики тут же выпрямились и принялись за еду, выпрямив спинки. Гриффиндорка тяжело вздохнула, потеряв все остатки аппетита, и подперла щеку кулаком. Почему она не могла просто сидеть с друзьями, как обычно? Она вела себя достаточно хорошо, учитывая, что она даже исправно выполняла все приказы матери, и не рвалась из-под её строгого контроля. Что Мериде ещё нужно было сделать, чтобы Элинор дала ей хоть немного свободы? Взгляд рыжеволосой принцессы сменился с хмурого на любопытный, когда Джек помахал ей со всей силы, привлекая внимание половины стола Пуффендуя. Данброх только снисходительно улыбнулась, слегка покачав головой. Как, Мерлин его возьми, этот мальчишка провернул столько розыгрышей, будучи настолько заметным? Её друзья продолжали тратить большую часть пытаясь показывать жестами все, о чем они говорили. Мерида не смогла разобрать даже толику жестов, однако сама мысль о том, что ребята не забывают её даже сейчас грела душу. И пока Джек корчился в попытках донести весь разговор, Иккинг и Рапунцель были слишком заняты тем, чтобы не рассмеяться. Когда с основными блюдами было покончено и вот-вот должен был появится десерт, профессор Северянин поднялся на трибуну перед помостом, вставая около кафедры. Громкий и непрерывный гомон, привычный среди студентов, сменился тихим и любопытным шепотом, поскольку в один момент всеобщее внимание было привлечено к заместителю директора. — Добрый вечер, дети. Надеюсь, эти первые дни занятий прошли удачно для всех вас, — начал Норт, улыбаясь переполненному залу. — Я рад сообщить, что школа приготовила вам сюрприз, который, я думаю, вы все найдете весьма занимательным. Профессор Кролик выдвинул свою кандидатуру в качестве нового главы Дуэльного клуба. Зал мгновенно взорвался возбужденным шепотом и несколькими одобрительными возгласами от пары старшекурсников. Джек мгновенно оживился, тогда как Иккинг и Рапунцель переглянулись с лёгким любопытством в глазах. Мерида подняла подбородок с кулака и посмотрела на профессора с нетерпением и чем-то, похожим на надежду. Северянин воспользовался небольшой заминкой, чтобы выйти из-за кафедры и подать знак Кролику выйти вперед. — Прошу всех успокоится, — громко остудил всех профессор Защиты от Тёмных Искусств, грозно окидывая взглядом толпу студентов. — Многие старшекурсники, возможно, помнят, что расписание Дуэльного клуба было весьма нестабильным в последние несколько лет — вплоть до того, что было принято решение его закрыть. Тем не менее, не думайте, что это сделает возрождение клуба более снисходительным к его дуэлянтам. Я выдвинул себя на пост главы, потому что тлею надежду сделать вас более сильными ведьмами и волшебниками, чем вы есть сейчас. Клуб приветствует студентов всех факультетов, и наше первое собрание состоится через три недели. Если у вас есть какие-либо вопросы или вы хотите стать членом клуба, найдите меня завтра в кабинете. После своего довольно короткого объявления, Кролик пробурчал что-то Северянину, и оба вернулись на свои места за преподавательским столом. Впрочем, гриффиндорка была слишком взволнована, чтобы обратить на это внимание. Дуэльный клуб! Она ни за что не собиралась пропустить что-то подобное! Мерида перевела взгляд на друзей и сразу поняла, что они думают о том же. В глазах четверки горел один и тот же огонь решимости, заставив принцессу ухмыльнуться. Ну, по крайней мере, она знала, что у них завтра есть дела в кабинете ЗоТИ.