Глава 14: Небо крыльями обнять

Дождь стучал по окнам замка, комната наполнялась теплом от огня. Её мать тихо напевала, что-то вышивая, пока Мерида держала в руках свою деревянную игрушечную лошадку, покачивая её взад и вперед — так что казалось, будто бы она бежит по небу. Резкая вспышка молнии и оглушительный раскат грома заставили юную принцессу вздрогнуть и закричать. Она схватила своими крошечными, трехлетними ручками конец гобелена, лежавшего на полу около матери, подняла его и заползла под, пытаясь спрятаться от грохота. — Ох, — тихо проворковала ее мать, отодвигая конец гобелена, лежавшего у нее на коленях. Она мягко посмотрела на Мериду, а затем потянула маленькую девочку к себе. — Моя храбрая малышка… Я с тобой. Я всегда буду рядом с тобой, — успокаивабщим тоном пообещала Элинор, убирая непослушные волосы Мериды за ухо. Мать крепко обняла её, продолжая петь любимую колыбельную Мериды, и девочка стала петь вместе с ней, ярко улыбаясь. Тут было невероятно тепло, несмотря на холодный проливной дождь на улице… Мерида медленно моргнула, приходя в себя, и обнаружила, что свернулась калачиком на относительно ровном камне под навесом. С трудом приподнявшись, девочка стянула капюшон плаща с головы и несколько раз протерла рукой глаза, пытаясь окончательно проснуться. Почувствовав руку на своём плече, она обернулась и увидела Рапунцель, сидящую рядом. Длинная золотая коса девочки выглядела слегка взъерошенной после долгой ночи. Рапунцель указала за пределы их укрытия, и Мерида слегка нахмурилась, прежде чем негромко вздохнуть, встать и взять с собой лук. — С добрым утром, — медленно произнесла она, подходя к матери, которая, увы, всё ещё оставалась медведем, разрушая последние надежды на то, что ночные события были всего лишь странным сном. В ответ на её приветствие Элинор весело зарычала, а Мерида окинула взглядом окружающее пространство, рассматривая то, что мать успела соорудить. Часть стены дома мисс Карвер была положена набок поверх нескольких камней, образуя что-то вроде стола, а сверху находились различные куски дерева и каменных плит, выполняющие роль кухонной утвари. — Ну-у…? И что же это там? — с любопытством спросила Мерида, хихикнув при виде этой сцены. Элинор указала на камень рядом с собой, но юная Данброх не сразу поняла, что именно та имела в виду. Рапунцель подошла ближе и, улыбнувшись, предположила: — Думаю, твоя мама сделала нам завтрак. Королева утвердительно кивнула. — О… — Мерида едва сдержала смешок, присаживаясь на камень, который показала мать, небрежно бросая лук на стол. Рапунцель заняла место рядом с ней. Элинор фыркнула и вновь принялась что-то ворчливо бормотать. — Что? — жалостливо переспросила Мерида, ничего не понимая. Элинор посмотрела прямо на неё и протяжно зарычала, словно произнося длинную тираду на медвежьем языке. Рапунцель тихонько хихикнула, прикрывая рот ладонью. Когда мать закончила, она посмотрела на Мериду с явным ожиданием, прижав уши к голове. — Прости, — беспомощно пожала плечами гриффиндорка. — Я не говорю по-медвежьи. Элинор взглянула на дочь с явным неодобрением, а затем сделала несколько жестов, указывая сначала на лук и затем на землю. — Аргх-х, — протянула Мерида, закатив глаза, но всё же убрала лук со стола. Довольная послушанием, королева Элинор взяла два тонких прутика и попыталась использовать их в качестве ножа и вилки, чтобы разрезать ягоды на деревянной тарелке. Однако «вилка» соскользнула, и одна из ягод со всей силы отлетела прямо в лоб Мериде. — Ой! — взвизгнула она, тогда как Рапунцель прыснула и тут же закрыла рот руками, стараясь не расхохотаться. Элинор с ужасом уставилась на девочку, а затем сдалась, отложила импровизированные приборы и начала есть лапами. Она аккуратно подцепила когтем одну ягоду, поднесла её к зубам и осторожно откусила. Вкус, судя по всему, оставлял желать лучшего, потому что она заметно поморщилась, но всё же продолжила есть. — Ты их у речки нашла, да? — невесело догадалась Мерида, протянув руку через стол и беря одну из тёмных ягод. Королева Элинор гордо кивнула, дотягиваясь до следующей горошины из тарелки. Мерида передала ягоду Рапунцель, и глаза золотоволосой принцессы расширились, когда та разглядела её поближе. — Это волчьи ягоды, — безразлично сообщила Мерида, глядя на мать. Элинор лишь продолжила заглатывать очередную ягоду. — …ядовитые. Глаза королевы тут же широко распахнулись. Она застыла на мгновение, а затем начала в ужасе выплёвывать всё, что успела съесть, давясь и задыхаясь. Пытаясь стереть вкус с языка, она принялась яростно тереть его лапами, а потом схватила помятый котелок и поспешно наполнила его водой, осушив всё содержимое одним огромным глотком. Мерида медленно протянула руку к котелку, заглянула во внутрь и сощурилась. — Ты где эту воду взяла? В ней черви. Королева Элинор тут же выплюнула всё, что только что выпила, и бессильно уронила лапы на стол. Она выглядела настолько ошеломлённой и уставшей, что даже не пыталась взять себя в руки. Но тут её лапа соскользнула на край стола, и тот с громким треском опрокинулся, отправляя весь их «завтрак» в полёт сквозь деревья. Раздался грохот, и из зарослей с карканьем взмыла стая ворон. Мерида изо всех сил старалась не расхохотаться, в то время как Рапунцель смотрела на происходящее с округлившимися от беспокойства глазами. Королева Элинор только тяжело вздохнула и поникла, всем своим видом выражая смиренное поражение. Рапунцель решила вмешаться. — Мерида, почему бы тебе не помочь королеве найти нормальный завтрак? А я тем временем схожу к ребятам и расскажу им, что случилось. Уверена, они уже разволновались, ведь мы пропали на всю ночь, — предложила она. — Ээ… — Мерида замялась, бросив быстрый взгляд на съёжившуюся фигуру матери. Её смех тут же испарился. — Всё будет в порядке, — заверила её Рапунцель, вставая и отряхиваясь. — Я вернусь через пару часов вместе с мальчишками, и тогда мы сможем придумать, что делать дальше. Но для начала нам всем нужно что-то поесть, иначе у нас просто не хватит сил. Я раздобуду что-нибудь, когда проберусь на кухню, а ты можешь… подстрелить дичь, например. Гриффиндорка встала вслед за ней. После нескольких коротких прощальных слов Рапунцель скрылась в лесу, направляясь в сторону замка Хогвартс. Мерида снова посмотрела на мать и не смогла сдержать смешок, увидев, как нелепо та надулась. Практически вприпрыжку подойдя к ней, девушка слегка толкнула её плечом, привлекая внимание. — Пойдём, — сказала она, весело глянув на Элинор через плечо. Королева удивлённо вскинула голову, внимательно наблюдая за дочерью.

***

Рыба мирно плыла в спокойных водах реки, а солнечный свет играл на её поверхности золотыми бликами. Мерида стояла по колено в воде, широко расставив ноги, крепко держа в руках лук, готовый к выстрелу в любую секунду. Рыба замерла на мгновение, и, задержав дыхание, девушка отпустила тетиву. Стрела с тихим всплеском вонзилась в воду, и тут же застряла меж камней, пока пронзённая рыба тщетно пыталась вырваться. Девочка довольно улыбнулась, выдернула стрелу из речного дна и подняла трофей, демонстрируя матери большую, безвольно свисающую рыбу. — Завтрак, — горделиво похвасталась она. Элинор удивлённо отшатнулась, а затем широко заулыбалась и даже одобрительно похлопала в ладони. — О, стой, — с лукавой ухмылкой протянула Мерида. — Ведь «принцесса не должна носить оружие», так ты считаешь? Элинор кивнула, издав нечто похожее на согласное «угу», но затем, осознав подвох, резко выпрямилась, встряхнулась и смерила дочь суровым взглядом. — Вот так-то, — с ноткой самодовольства в голосе произнесла Мерида, подняв стрелу с рыбой повыше. Королева наклонилась, с интересом обнюхивая добычу. — На вот, поешь, — поторопила её Мерида, раздражённо скрестив руки. Но в этот момент рыба дёрнулась, и Элинор, взвизгнув, резко отпрянула, отмахиваясь от неё лапой. — Почему ты решила, что тебе не понравиться, даже не пробовав? — не растерялась Мерида, тут же бросая матери её же слова. Однако королева лишь одарила дочь таким сухим взглядом, что Данброх на мгновение почувствовала себя Иккингом. Когда стало окончательно ясно, что Элинор не будет есть сырую рыбу, Мерида собрала немного хвороста и несколько камней, чтобы развести небольшой костёр. Она насадила рыбу на вертел и, как только та прожарилась, положила её на большой лист, разместив его на камне перед матерью. Королева Элинор удовлетворённо хмыкнула, вновь взялась за импровизированные столовые приборы и аккуратно отрезала крошечный кусочек. Попробовав его, она кивнула, давая понять, что даже её строгие королевские вкусы одобряют кулинарные навыки дочери, — а затем резко метнулась вперёд. Мерида отшатнулась, когда мать вгрызлась в рыбу, разрывая её на куски огромными клыками. Вся трапеза заняла меньше минуты. Закончив, королева заметила, как ошарашенно смотрит на неё дочь, и смущённо села ровнее, аккуратно промокнув рот листом. Затем негромко рыгнула, и Мерида могла бы поклясться — будь мать сейчас в человеческом облике, она бы наверняка залилась краской. Элинор подняла две лапы, подавая знак «ещё». Её глаза лукаво сверкали. Мерида вздохнула, но снова принялась за работу. Она выловила ещё две рыбины и зажарила их на вертеле. Как только она поставила угощение перед матерью, та тут же набросилась на него, и девочка едва успела отдёрнуть руки, чтобы не лишиться пальцев. Через несколько мгновений обе рыбы исчезли, и Элинор, радостно улыбаясь, подняла четыре лапы. Гриффиндорка одарила её абсолютно невозмутимым взглядом и молча указала на реку. Глаза Элинор округлились. Она медленно повернулась к воде, а затем, собравшись с духом, сняла корону и аккуратно положила её на камень. После этого она твёрдо зашагала к реке. Её первые попытки добыть рыбу выглядели крайне забавно. Она стояла на пороге стремительных вод, размахивая лапами, пока рыбы проплывали мимо, или пыталась обхватить их в своих огромных медвежьих объятиях, но все её изящные движения лишь приводили к потере равновесия и падению в воду. Мерида не могла не смеяться, когда мать вынырнула из-под воды, тут же получив рыбой прямо по морде, а затем — ещё одной с противоположной стороны. Решив сжалиться, девочка поймала рыбу и показала, как настоящий медведь должен ловить её зубами. Как только Элинор поняла суть, она встала, раскрыв пасть, и приготовилась ловить. Внезапно рыба сама прыгнула прямо ей в глотку и застряла в горле. Королева издала приглушённый булькающий звук, а затем с отвращением выплюнула рыбу, в то время как Мерида буквально едва стояла на ногах от смеха. Как только Элинор оправилась, ещё одна рыба вспорхнула из воды, и на этот раз она резко щёлкнула зубами, поймав добычу на лету. Она восторженно повернулась к дочери, держа рыбу в зубах, а Мерида лишь рассмеялась и радостно захлопала в ладоши. Теперь мать была полностью сосредоточена на рыбалке. Мерида, сидя на камне, наблюдала, как Элинор ловила рыбу в бурлящих потоках, ныряя в более спокойные воды за новыми жертвами. Вскоре и сама Данброх решила присоединиться. Она довольно быстро подцепила рыбу, но стоило ей поднять её вверх, как та начала яростно вырываться, и в следующую секунду девушка поскользнулась на камнях и с всплеском рухнула в воду. Услышав низкое рычание, Мерида убрала мокрые кудри с лица, ожидая увидеть, что же так обеспокоило её мать. Но вместо этого она была поражена — Элинор смеялась, издавая мягкое, гортанное медвежье хихиканье. Улыбка сама собой расплылась на лице девушки. Вскоре охота на рыбу превратилась просто в их преследование по спокойным заводям с громкими всплесками, а затем и вовсе переросла в игру, где Мерида и Элинор поливали друг друга водой, весело смеясь, визжа и крича под тёплыми лучами полуденного солнца. В какой-то момент гриффиндорка, сияя от счастья, откинула назад мокрые волосы и обернулась к матери — та держала в лапах сырую рыбу и с аппетитом её ела. Мерида застыла, задумчиво наблюдая, как мать облизывает лапы. Когда в последний раз они делали что-то подобное вместе? Когда в последний раз она видела мать такой спонтанной и безрассудной? Казалось, что прошла целая вечность. И в этот момент что-то тёплое разлилось у неё в груди — благодарность. За этот день. За это время с мамой. Но тут Элинор выбралась на берег и направилась в лес, ступая на четвереньках. — Эй! — позвала её Мерида, поспешно выскакивая из воды с громкими всплесками. Девочка не забыла прихватить с собой плащ и лук, а затем поспешила следом. — Ты куда? Ни одна из них не заметила золотую корону, оставленную на камне у реки. — Мам! — Мерида окликнула её снова, когда они углубились в лес. — Вернись! Она потянулась, чтобы схватить её за спину, но тут же отдёрнула руку, когда мать резко обернулась. Глаза Элинор стали совсем чёрными, зрачки — крохотными бусинами. Она зарычала и пошла на Мериду, заставляя её попятиться. Девушка сглотнула, отчаянно пытаясь подавить страх. Что с ней? Что происходит? Почему она так себя ведёт? На мгновение медведица замерла, а Мерида, затаив дыхание, взглянула ей в глаза. — Мам?.. — прошептала она, медленно протягивая руку. — Это ты?.. Раздался рёв. Огромная лапа взмыла в воздух, когти сверкнули, когда Элинор рванула вперёд. Мерида закричала и зажмурилась, ожидая неминуемой боли… Но её не последовало. — Э-э… — дрожащим голосом выдохнула она, приоткрывая глаза. Мать выглядела растерянной, её обычный взгляд вернулся, заменив пугающую черноту. Она смотрела то на поднятые лапы, то на саму Мериду. Женщину понемногу охватывала паника. — Мам? — осторожно окликнула её гриффиндорка. Элинор встряхнулась и выпрямилась, встав на задние лапы. — Ты… изменилась, — с трудом выдавила Мерида, гулко сглатывая. — Как будто ты… Она замялась. — Как будто твоя душа стала медвежьей… Элинор тревожно посмотрела на свою лапу. Но внезапно её уши дёрнулись, и взгляд метнулся куда-то за спину Мериды. Девочка тоже обернулась… В небольшой поляне перед ними плавно парил синий огонёк, едва слышно нашёптывая что-то в воздухе. — Блуждающий огонёк, — прошептала Мерида. Но не успела она моргнуть, как мать рванула вперёд. Элинор бросилась на огонёк, пытаясь его схватить, но тот исчез… а затем возник снова, рядом с ней. — Мама! — закричала Мерида. — Перестань! Но Элинор не слушала. Они обе вдруг почувствовали что-то… и одновременно подняли головы. Огонёк теперь парил прямо над головой Мериды. — Мам, нет! Данброх пригнулась, а Элинор хлопнула лапами прямо над её головой, вновь пытаясь поймать огонёк. — Мам! — снова гневно воскликнула девушка, когда мать рванула дальше, преследуя огоньки через деревья. Элинор металась из стороны в сторону, пока огонёк не исчез… а затем не пролетел сквозь огромный камень. Королева не успела вовремя затормозить и с силой врезалась в него головой, рухнув на землю. Мерида раздражённо выдохнула и подбежала к ней, наблюдая, как мать с трудом поднимается. — Мам, я знаю, тебе страшно. Ты устала, ты не понимаешь, что происходит… но никак нельзя терять голову! — твёрдо произнесла она. Элинор тяжело дышала, опираясь о дерево, но Мерида все равно продолжила: — Рапунцель, Джек и Иккинг скоро будут здесь. Они помогут нам. Просто успокойся. Слушай. Они замерли, прислушиваясь. Лес был тих. Ни звука. Но затем… едва слышный шёпот. Они повернулись и увидели его — огонёк. Он парил всего в нескольких шагах от них. А за ним стали появляться другие, образуя дорожку. Мерида тревожно-уверенно посмотрела на мать. — Они укажут нам путь, — прошептала она. Элинор, наконец, немного успокоилась и слабо кивнула. И вместе они направились вглубь леса, следуя за светом блуждающих огоньков.

***

Они следовали за блуждающими огоньками очень, очень долго. Со временем солнце стало исчезать за горизонтом, и густой туман окутал землю, холодом пробирая Мериду до костей, но она старалась не обращать на это внимания. В воздухе пахло солью — значит, они были где-то у океана. Но Мерида ещё никогда не заходила так глубоко в Запретный Лес. Элинор в какой-то момент опустилась на все четыре лапы — они болели от долгой ходьбы. Мерида задумалась, куда именно ведут их огоньки, но эти мысли быстро испарились, когда деревья вокруг них стали меняться — от пышных и зелёных до мёртвых, безлистных, покрытых туманом гнилых стволов. Это зрелище было по-настоящему тревожным. Вскоре сквозь завесу тумана внезапно проступила каменная арка. — Мам… Смотри! — выдохнула Мерида, подходя к арке вместе с матерью. Наверху сооружения был высечен символ скрещённых топоров. Девочка узнала его почти сразу — мисс Карвер показывала ей монету с таким же изображением. Пройдя через арку, они оказались среди древних руин, которые, возможно, когда-то были замком. Очень старым. Возможно, даже древнее, чем сам Хогвартс. — Зачем огоньки привели нас сюда? — настороженно спросила рыжеволосая принцесса, но в ответ её мать лишь зарычала, явно столь же озадаченная. Они двинулись дальше, поднимаясь по разрушенным ступеням, пока не достигли вершины руин. Отсюда Мерида смогла увидеть, как океан растянулся в трёх направлениях, оставляя лишь небольшую полосу суши. Отличное место для обороны от захватчиков, — отметил в девочке задаток стратега и воина. — Кто бы здесь не жил, его уже давно нет— А-А-А-А! Девочка внезапно закричала, земля под её ногами внезапно провалилась, и она рухнула вниз, в скрытую под руинами камеру. Мерида упала на крутую каменную осыпь и покатилась вниз, ударившись о каменный пол. Наверху Элинор взревела и заскулила от волнения. — Всё хорошо, мам! — поспешила её заверить Мерида. — Всё хорошо. Гриффиндорка робко огляделась, вставая на ноги. — Это… тронный зал, — пробормотала она. Затем, повернувшись к матери, принцесса спросила: — Как ты думаешь, может быть это королевство из той сказки, что ты рассказывала? Из той, про принцев? Её встревоженный взгляд остановился на троне — древнем, расколотом, разрушенном временем. Затем внимание Мериды привлекла большая каменная плита рядом с возвышением. На ней были изображены мужчины, стоящие бок о бок. Элинор нервно ворчала наверху, но девочка не могла оторвать взгляд от каменного барельефа. — Первый… второй… третий… — она считала фигуры, пока её взгляд не остановился на огромной трещине, расколовшей изображение надвое. — Четвертый. Старший. Сердце девочки забилось быстрее. Она уставилась на глубокие царапины, исказившие очертания четвертого мужчины. — Разрыв… — прошептала она, протягивая руку, чтобы коснуться камня. — Как на том полотне… Едва её пальцы коснулись холодного камня, как перед глазами мелькнуло видение: она увидела собственный меч, рассекающий ткань материнского гобелена. Затем вспышка — и на её глазах топор раскалывает каменный барельеф с изображением четырёх братьев. Над разбитым камнем стоял огромный человек, злобно глядя вниз. А потом его голова резко дёрнулась вверх — прямо в её сторону. Мерида резко отдёрнула руки от камня и судорожно вздохнула. Глаза не хотели фокусироваться, перед ними всё плыло, а внутренности скрутило от дурноты. Она пятясь отошла от камня, тяжело дыша. — Заклятие… — пробормотала она. — Такое уже бывало. И только теперь она заметила глубокие царапины на стенах… А ещё кучи человеческих костей на полу. Сердце принцессы теперь грозилось проломить грудную клетку. — Сила десятерых мужчин… — её взгляд снова упал на расколотый барельеф. А потом она посмотрела на свою мать. — Судьба изменись… Мерида замерла, не в силах вздохнуть хотя бы ещё раз. — Его судьба изменилась!.. Тот принц… он превратился… Позади девочки раздался тихий хруст. Данброх медленно повернулась. Её глаза поползли всё выше, выше, и выше… Прямо перед ней стояло самое огромное существо, которое она когда-либо видела в своей жизни. — В Мор’ду… Элинор взревела. Но Мор’ду взревел ещё громче. Мерида выхватила лук из-за спины за одно мгновение и пустила стрелу в чудовище, но та лишь застряла в его густой шерсти, не причинив никакого вреда. Девочка в страхе попятилась, спотыкаясь о камни и кости, в отчаянной попытке убежать от несущегося на неё чудовища. Она выпустила ещё одну стрелу, но та бесполезно отскочила от черепа Мор’ду. Мерида вскрикнула и рванула за рушащийся трон. Мор’ду врезался в камень, и удар сбил Мериду с ног — огромный обломок угодил ей в спину. Она тяжело упала на бок, и в тот же миг Мор’ду бросился на неё. В последний момент Мерида успела перекатиться в сторону, и его когти лишь разорвали её плащ, но не кожу. Она схватилась за груду камней, карабкаясь по ним так быстро, как только могла, пытаясь добраться до протянутой лапы матери. Она бросила руку вперед, но расстояние было слишком велико, а Мор’ду был уже совсем рядом. Сделав глубокий вдох, она прыгнула к лапе матери в тот момент, когда Мор’ду нанёс свой первый удар. Его смертоносные когти промахнулись, но Мерида сумела схватиться за лапу Элинор, и та рывком вытащила её из дыры в полу. Внизу раздался яростный рёв. Мерида обернулась и увидела, как Мор’ду вздымается из-за обрушившегося пола, готовый разорвать её в клочья. Элинор громко взревела и, собрав всю силу, толкнула огромную каменную башню. Она рухнула прямо на Мор’ду, сбивая его обратно в глубину руин. Но они не остановились. Элинор и Мерида побежали прочь изо всех сил. Девочка вскочила на спину матери, потому что та могла бежать гораздо быстрее. Всего за несколько мгновений они вырвались из руин и мчались через лес куда глаза глядят. Мерида каждые несколько секунд оглядывалась, чтобы убедиться, что Мор’ду не преследует их. Затем она вновь смотрела вперёд, но почти ничего не видела — туман был слишком густым. А может видеть мешал её собственный страх. Однако она чувствовала, что они пробегают мимо высоких камней, которые казались тёмными силуэтами в тумане. С каждым мгновением этих камней становилось всё больше… А потом она снова посмотрела вперёд — и закричала. В тот же миг раздалось ещё пять криков, когда Элинор врезалась в белое пятно. Элинор перелетела через кого-то, на кого они наскочили, и девочка вылетела вперёд. Обе рухнули на землю и застонали от удара, медленно приходя в себя. — Мерида! — раздался знакомый голос. Данброх с болью моргнула и увидела, как к ней бежит девушка с длинными золотыми волосами. — Рапунцель? — растерянно выдохнула она. Рапунцель бросилась её обнимать, проверяя, в порядке ли она. — Мы искали тебя повсюду! — Мы?.. — Мерида едва могла соображать или говорить после всего, что произошло с ней за эти короткие часы. — Ну, эээ… — Рапунцель смущённо поморщилась и нервно рассмеялась. Элинор вопросительно зарычала. Мерида и Рапунцель посмотрели на неё и увидели, что королева смотрит на кого-то. На среднего размера белого медведя с голубыми глазами, который всё ещё пытался встать на лапы. — О нет… — прошептала Мерида, прикрыв рот обеими руками, не зная, смеяться или плакать. Голова белого медведя резко вскинулась на звук её голоса. В следующий момент он сердито уставился на неё и, встав на все четыре лапы, двинулся вперёд, выдавая длинную череду рычаний и ворчания, которых Мерида никак не могла разобрать. Но она была уверена: он говорил о том, что она не предупредила их с Иккингом про тот несчастный тортик. Медведь закончил свою тираду громким фырком. — Джек? — неуверенно спросила Мерида. Джек выглядел так, будто готов её укусить, но тут раздался тихий писк. Все обернулись к Элинор. Королева выглядела такой же озадаченной, как и ребята. Затем она заметила пушистый хвост, торчащий из-под её лапы. Она быстро поднялась, освобождая крошечное, невероятно милое, енотоподобное существо, которое неуверенно поднялось на лапки и встряхнулось, от чего его шерсть распушилась ещё больше. — Иккинг? — ошеломлённо произнесла Мерида. Зелёные глаза устало и раздражённо взглянули на неё. — Вы… Вы оба стали медведями?! — воскликнула рыжеволосая, всё ещё не в силах осознать произошедшее после недавнего кошмара. — Технически, Иккинг — это красная панда, а они не совсем медведи, — растерянно пояснила Рапунцель. — Они родственники больших панд, но у них своя отдельная семья. Их иногда называют «кошачьими медведями», что немного забавно, если вспомнить, как Эмма постоянно называет его Котиком… — она нервно рассмеялась, поднимая Иккинга в воздух. Когтевранец теперь по размеру был не больше крупного кота. Джек неуклюже двинулся к паре, а Иккинг возмущённо пискнул, выбрался из рук Рапунцель и взобрался прямо на голову Джека. Мерида посмотрела на них, и большая часть её хотела рассмеяться, потому что Джек всё ещё сохранял недовольную гримасу на своём морде белого медведя, а Иккинг уселся у него на голове, подобрав под себя все четыре лапы и опустив уши в стороны. — Что с вами произошло?! — спросила Мерида, хотя уже практически знала ответ. Джек зарычал на неё с выражением морды, которое явно означало: «Разве не очевидно?». Иккинг недовольно пискнул в знак согласия. — Ладно, ладно! — Рапунцель встала между ними, пытаясь успокоить раздражённых друзей и ошеломлённую подругу. — Я уверена, что Мерида совершенно не собиралась превращать вас в медведей, и я абсолютно уверена, что она сделает всё возможное, чтобы вернуть вас в нормальный вид до второго восхода солнца! Правда, Мерида? Она с надеждой посмотрела на гриффиндорку, и та решительно кивнула. — Мне так жаль! Это всё моя вина! — сказала Мерида, чувствуя себя ужасно из-за всей этой неразберихи. Она не только прокляла свою маму, но и двух своих самых близких друзей. — Но единственный способ всё исправить — это вернуться в замок. — Что? — Рапунцель посмотрела на неё так, словно она сошла с ума. Элинор, Джек и Иккинг тоже издали удивлённые ворчания и переглянулись. — Если мы не поторопимся, мама станет такой же, как Мор’ду! Медведем! Настоящим медведем! — объяснила Мерида, её руки заметно дрожали. — Навсегда! И я даже не знаю, случиться ли то же самое с Джеком и Иккингом! Ребята обеспокоенно переглянулись, их уши прижались к голове от страха и тревоги. — «Гордыню смири, полотно почини»… Мисс Карвер подсказала ответ. Речь о гобелене! Теперь все, похоже, поняли серьезность их положения, но Рапунцель всё ещё выглядела неуверенной. — Мерида, как мы собираемся провести в замок трёх медведей? — напомнила она. — Твой отец выставил повсюду охрану во время состязаний, не говоря уже о преподавателях, патрулирующих школу. Тихий рык заставил их всех посмотреть на Джека и Иккинга. Они оба сидели прямо, гордо выпятив грудь, выглядя вполне довольными собой. Мерида ухмыльнулась. — Уж поспорю, что вы двое знаете способ, как пробраться внутрь, да? — с улыбкой спросила она. Джек и Иккинг пожали плечами, пытаясь выглядеть непринуждённо, но Элинор одобрительно зарычала, а они в ответ как могли улыбнулись своими медвежьими мордами. — Всё, что нам нужно, — это добраться до гобелена. Как только мы его починим, все вернутся в свой облик, — Мерида была уверена, что это сработает. Должно сработать. — Ладно, мы с тобой на все сто процентов, — заверила её Рапунцель, ободряюще кладя руку ей на плечо. — Но у меня есть один вопрос… Что это за место? Мерида огляделась, и вдруг поняла, что не узнаёт окрестности. Ничего в окружающем её лесу не казалось знакомым. Единственное, что она точно видела раньше, — это гигантские высокие камни, очерчивающие идеальную окружность около кучки подростков и одной медведе-королевы.