Глава 17: Не сейчас!

Одна за другой, пять голов высунулись из-за плоского камня, разглядывая издалека до зубов охраняемый замок. Часовые мерно шагали по массивным каменным стенам, факелы ярко освещали весь внутренний двор, а полдюжины стражников настороженно стояли у главных ворот. Мерида взглянула на свою мать, стоявшую рядом, но королева покачала головой и, фыркнув в знак протеста, попятилась от их укрытия. — Мам! — прошипела Мерида, спрыгивая с камня, пока её мать направлялась куда-то прочь. — У тебя есть идеи получше? Элинор на мгновение посмотрела на дочь, затем вздохнула, её уши слегка опустились. Тихое ворчание привлекло их внимание, и обе обернулись к Джеку и Иккингу. Джек недовольно пробурчал что-то Иккингу, на что тот ответил парой коротких писков. Джек тут же обрадованно застонал, затем повернулся к Мериде и Элинор, энергично кивая. Мерида и её мать вновь переглянулись, теперь уже с изумлением, а затем посмотрели на мальчишек. Спустя несколько минут пятеро друзей уже собрались у самого подножия главного моста, вне поля зрения часовых. Дорога была непростой — прилив около школьных стен сейчас поднимался, заливая ущелье водой. Впрочем, им удалось найти достаточно выступающих камней, чтобы перебраться на другую сторону. Там узкий металлический решётчатый проход перекрывал вход в тёмный тоннель. Проход располагался примерно в пяти футах над землёй, что делало его труднодоступным, и Мерида не представляла, как они собираются снять решётку. — Как нам туда попасть? — вслух выразила её мысли Рапунцель. Джек опустил голову, и Иккинг ловко взобрался на неё. Выпрямившись, Джек поднял его достаточно высоко, чтобы маленькая красная панда смог прыгнуть, уцепиться за решётку и протиснуться сквозь прутья. Мериде удалось разглядеть вспышки рыжей шерсти, пока Иккинг карабкался вверх по доспехам, стоявшим внутри тоннеля. В замке было полно доспехов, но данная груда железа смотрелась… странно. Однако мысли гриффиндорки прервались, когда Иккинг внезапно появился у него на плече. Упираясь задними лапами в плечо, он передними надавил на меч, зажатый в правой руке доспехов. Металл заскрипел, а затем меч сдвинулся и с глухим стуком опустился в боевую стойку. Раздался ещё один скрип — решётка задрожала и начала медленно подниматься, исчезая в каменной стене над проходом. Иккинг, повисший на мече, поднял голову и оскалился в самодовольной улыбке. Джек удовлетворённо и немного самодовольно пробурчал что-то себе под нос. — Сработало! — с улыбкой сказала Мерида, а Рапунцель восторженно захлопала в ладоши.

***

Крики и грохот разносились по замковым коридорам, но стоило подойти ближе к Большому залу, как шум становился оглушающим. Четыре клана разбились на группы, используя длинные столы в качестве баррикад. Повсюду летели стрелы, раздавались яростные вопли, а изредка через зал пролетали топоры. Лорд Макинтош со своими воинами занял оборону в дверном проеме — умный ход, но это означало, что любой, кто попытается подняться по лестнице, сразу попадет им на глаза. Внизу, за углом, тихо скрипнул кусок стены. Оттуда осторожно высунулись Джек и Иккинг, огляделись по сторонам и, убедившись, что путь свободен, открыли потайной проход шире. В коридор проскользнули Мерида, Рапунцель и Элинор. Услышав гул битвы, Мерида с тревогой посмотрела на мать и подругу, затем на цыпочках поднялась по лестнице и осторожно выглянула из-за перил. Перед ними развернулась настоящая буря. Кланы разделились, её отец с воинами занял возвышение, а три лорда стояли в круге, размахивая оружием и требуя объяснений. Северянин и Кролик зорко следили, чтобы бой не вышел за пределы зала, однако других профессоров нигде не было видно. — Хватит болтать! Долой традиций! Решим вопрос сейчас! — громыхнул лорд Макгаффин, размахивая мечом. — Ты ведь король! Вот и решай, за кого из наших сыновей выйдет твоя дочь! — бросил Макинтош, угрожающе указывая булавой на короля Фергуса. В ответ в его баррикаду с глухим стуком вонзился топор. Фергус выхватил меч, отбив холостое копьё своим щитом. — Никто из них не достоин руки моей дочери! — Тогда нашему союзу конец! Это значит война-а-а-а! — взревел лорд Дингваль и тут же рухнул за свою баррикаду, когда его укрытие осыпалось десятками стрел. Воины подняли оружие, готовые броситься в атаку. Мерида отшатнулась и кинулась вниз по лестнице. — Они же сейчас поубивают друг друга! — воскликнула она, тревожно глядя на мать. — Их надо остановить, пока не поздно! Элинор вздрогнула, приложив лапу к груди, а затем с сожалением указала на себя, напоминая дочери, что в таком виде не может предстать перед лордами и своим мужем. — Я знаю, знаю! — Мерида в панике сжала кулаки. — Но как нам провести тебя через зал туда где висит гобелен, если они там так бушуют? Мать и друзья девочки обменялись неуверенными взглядами. Данброх застонала от досады, запустив пальцы в спутанные рыжие волосы. В этот момент Элинор задумалась, а затем её глаза вспыхнули идеей. Она посмотрела на дочь, указала на неё длинным когтем и тихонько проворчала что-то. Мерида нахмурилась, не понимая, что происходит, — но её друзья уже во всю улыбались ей. Кажется, у них появился план.

***

Лорды и Король орали громче прежнего, потрясая оружием и готовые броситься в бой друг против друга, но их крики постепенно стихли, когда принцесса Мерида молча прошла мимо них, гордо подняв подбородок. Её лицо было спокойно, пока она шагала к центру Большого Зала. Все уставились на неё, широко раскрыв глаза и не зная, как реагировать, когда Мерида остановилась у подножия трона и на мгновение встретилась взглядом с отцом. — Что ты делаешь, дочка? — Король Фергус спросил с недоумением, совершенно не понимая действий дочери. — Всё хорошо, отец, — успокоила его Мерида, спокойно повернувшись к лордам. Она тихо прочистила горло и сложила руки перед собой. — Я, эм… Видите ли… Ну… Кхм… Я сейчас говорила с Королевой. — Правда? — усомнился Лорд Дигваль, перелезая через свою баррикаду и направляясь к ней. — Да, это так, — резко огрызнулась Мерида, чувствуя, как воин внутри неё рвётся принять вызов, но она сдержалась. — Ну и где же она? — поинтересовался Лорд МакГаффин, отодвигая опрокинутый стол, словно он весил не больше пера, и вышагивая из-за него. — Она, э-э… — Мерида замялась, лихорадочно соображая, что сказать. — А откуда нам знать, что это не уловка? — проворчал Лорд Макинтош, размахивая булавой и надвигаясь на неё. — Я никогда не-…! — Мерида уже готова была огрызнуться, но все лорды загалдели разом, окружив её сужающимся полукругом. — Что это вы затеяли?! — возмутился Макинтош. — Где Королева?! — рявкнул МакГаффин. Голоса лордов слились в неразборчивый гул, пока они теснили Мериду, наперебой требуя, чтобы Королева явилась и дала ответы. Ошеломлённая их криками, Мерида сделала единственное, что пришло ей в голову. — МОЛЧАТЬ!!! — проревела она во всю мощь, и её голос гулко разнёсся по каменным стенам, заставив всех закрыть рты. Отцовские псы жалобно заскулили, отползая от баррикады, где с минуту до этого яростно лаяли, готовые к схватке. Ни один воин не осмелился пошевелиться, не то что заговорить. За спиной Мериды раздался довольный смешок отца. — Ну, — Гриффиндорка неловко выпрямилась и понизила голос до обычного. — Я, эм… — Она огляделась, но тут её взгляд упал на дверь, где она заметила Джека, Иккинга, Рапунцель и свою мать, крадущихся к лестнице, пока все отвлечены. Мать жестом велела ей продолжать говорить, пока они на цыпочках пробирались дальше, но Мерида едва могла снова разомкнуть губы. Заметив, что она отвлеклась, Лорд Макинтош проследил за её взглядом, но Элинор уже успешно застыла, словно медвежья статуя из коллекции отца. Рапунцель молниеносно юркнула за Королеву, скрываясь из виду, тогда как мальчишки нырнули за потрепанный гобелен. Макинтош снова взглянул на Мериду, нахмурив брови. — Некогда… было одно древнее королевство, — начала Мерида, говоря первое, что пришло в голову. — К чему это всё? — потребовал Лорд МакГаффин. — Это королевство пало в омуте хаоса и разрушительных войн, — с нажимом продолжала рыжеволосая принцесса, краем глаза следя, как Элинор и Рапунцель снова двинулись к лестнице. — Бр-р, мы эту сказку слышали! — фыркнул Макинтош, затем пробормотал: — И не один раз… — Да, но это правда! — настаивала на своём Мерида. — Теперь я знаю, что один эгоистичный поступок может изменить судьбу целого королевства. — Пф, это лишь легенда, — отмахнулся Лорд Дингваль. — Легенды многому учат, в них скрыты истины, — твёрдо сказала Мерида, чувствуя, что наконец завладела их вниманием. — Наше королевство молодо. Наши истории ещё не стали легендами, но они говорят о том что именно нас связало. — Гриффиндорка бросила взгляд на Рапунцель, Джека и Иккинга, выглядывающих из укрытий, мысленно благодаря их за всё. — Наши кланы раньше враждовали. Но когда нам стали угрожать захватчики с моря, мы объединились, чтобы отстоять наши земли! Вы все сражались бок о бок и рисковали друг ради друга, — Мерида улыбнулась друзьям, а затем перевела взгляд на лордов. — Лорд МакГаффин, мой отец спас вас от вражеской стрелы, когда вы шли на помощь Дингвалю! — Да, и я этого не забуду, — тихо согласился МакГаффин, глядя на Короля, что кивнул в ответ. — А вы, Лорд Макинтош, вы спасли папу, кинувшись вперед на своём коне и сдержав наступление врага! — продолжила Мерида, и Макинтош самодовольно улыбнулся, явно польщённый. — И все мы знаем о том, как Лорд Дингваль прорвал ряды противника… — Да! Мощным броском копья! — воскликнул Лорд Макинтош. — Я метил в тебя, дуб стоеросовый! — рассмеялся Дингвол, и все мужчины в зале дружно захохотали. — У нашего королевства очень яркая история, — сказала Мерида, мгновенно вернув их внимание. — Мой отец собрал вас вместе, и вы выбрали его Королём, — Девочка взглянула на отца, но перед глазами у неё возникло размытое воспоминание о четверых первокурсниках, ликующих, с высоко поднятыми руками вверх. — Этот союз скреплён Отвагой и Дружбой, — Она повернулась к лордам и увидела, как друзья смотрят на неё из укрытий, широко улыбаясь. — И он жив до сих пор. Зал взорвался ликующими криками, и даже Северянин с Профессором Кроликом расслабились, стоило прежнему напряжению растаять в воздухе. Но улыбка Мериды померкла, когда она осознала, что должна сделать. — Но я была эгоисткой, — призналась она, смиренно сложив руки. — Из-за меня в королевстве возник большой разлад. Это только моя вина, — волшебница смиренно опустила голову. — И я понимаю, что я должна исправить ошибку. И всё починить. — Мерида взглянула на мать, надеясь, что та видит, как сильно она сожалеет. Взгляд Элинор был понимающим, но и в нём читалось сожаление о их прежних распрях. — Итак, вернемся к вопросу о моём замужестве, — Мерида почувствовала, как странно звучат эти слова, произнесённые так официально, но проигнорировала сжимающее сердце волнение. Она отбросила страх, потому что это было необходимо. Так будет лучше для королевства. Глубоко вдохнув, Мерида выпрямилась и твёрдо посмотрела на каждого лорда. — Я решила поступить так, как нужно, и… — Она запнулась, увидев, как мать отчаянно машет ей. — И… Нарушить традицию… Элинор одобрительно кивнула, в то время как лорды и воины ахнули, перешёптываясь в тревоге. Королева снова начала жестикулировать, и Мерида поспешила уловить её намёки. — Моей маме… Королеве… Подсказало, э-э-э… Её сердце, — Мерида запнулась, но Элинор покачала головой и широко взмахнула руками. — Что я… Что мы должны свободно… Писать свою историю… Следовать велению души и найти любовь. В своё время, — Мерида улыбнулась матери, заканчивая уже от себя, и её глаза наполнились теплотой, но не болью. — Это… Прекрасно, — всхлипнул Дингваль, в то время как остальные лорды заморгали и шумно втянули носом. — Королева и я просим вас рассудить, милорды. Могут ли молодые люди сами выбирать, кого им любить? — предложила Мерида, не в силах сдержать улыбку. Макинтош первым шагнул вперёд, оправившись быстрее других. — Ну, поскольку вы явно всё уже решили на этот счёт, я могу сказать лишь одно! Это-. — Отличная идея! — перебил его юный Макинтош, шокировав лордов. — Дайте нам самим выбирать свою судьбу! — Что?! — пискнул Лорд Макинтош, ошарашенный внезапным бунтом сына. — Да-а, почему бы и нет? — поддержал младший Дингваль. — Ну ведь она же принцесса! — возмутился Лорд Дингваль, округлив глаза. — Её выбрал не я. Это была твоя идея, — парировал младший с такой дерзостью, что Мерида невольно рассмеялась. — А ты? Ты… Тоже так считаешь? — Лорд МакГаффин вопросительно посмотрел на сына, и юный МакГаффин засмущался под всеобщим вниманием, но что-то быстро забормотал так, что Мерида, хоть убей, не разобрала ни слова. Однако в тот момент она и так поняла, что он хочет сказать, и рассмеялась от счастья. — Ну, решено! — провозгласил Лорд МакГаффин. — Пусть ребята попробуют завоевать её сердце, чтобы получить её руку! Если получится… — Он обнял сына за плечи, и зал снова взорвался одобрительными криками. Лорд Дингваль весело протанцевал, подталкивая сына в плечо. — А я думаю, что у малыша Дингваля есть неплохие шансы! — старик хитро посмотрел на Макинтоша. — Славно, похоже, мы наконец-то в чем-то согласны! Это моя идея между прочим, — похвастался Лорд Макинтош, и Дингваль тут же толкнул его в плечо, вызвав всеобщий смех. Мерида робко улыбнулась и взглянула на мать, что гордо кивала ей, но нечаянно издала нежное ворчание. Ей и остальным едва удалось юркнуть назад в укрытие, прежде чем один из воинов обернулся в их сторону. Внимание Мериды вернулось к лордам, когда они склонились перед ней в глубоком поклоне. Она ответила коротким, слегка неловким реверансом. Повернувшись, она увидела отца — Фергус положил ей на плечо свою большую ладонь. — Ты у нас вся в маму, — улыбнулся он, глаза сияли любовью и гордостью. Девочка слегка покраснела. — Умница, — добавил Фергус с усмешкой, и они оба рассмеялись. Принцесса обернулась проверить, как дела у матери, и ахнула: солдат пристально разглядывал Элинор, пока та изображала одну из медвежьих статуй. Действуя быстро, Мерида обратилась к толпе. — В-внимание! Все в погреб! — крикнула она, мгновенно привлекая внимание. — Откроем бутылки из королевского личного запаса и отпразднуем! Это предложение встретили громогласные одобрительные возгласы, и все тут же направились к лестнице, ведущей вниз. — Оу, тихо-тихо! — окликнул их Король Фергус, поморщившись при мысли о таком расточительстве, и шепнул куда-то в пустоту, вероятно, домовику: — Псс, подай самые маленькие кубки. Мерида быстро захлопнула двери за толпой, а затем подпрыгивая от радости, подбежала к матери и друзьям. Она остановилась перед Элинор, и та нежно прикоснулась огромной лапой к её щеке. Мерида прижалась к ней, обхватив мать за лапу в ответ на этот тёплый жест. Но ворчание Джека резко вернуло её в реальность. — Гобелен! — вспомнила младшая Данброх. Дальше всё пошло как по маслу. Пятеро волшебников и волшебниц без происшествий добрались до королевских покоев и собрались вокруг гобелена. Мерида несмело провела рукой по разрыву, размышляя. — Полотно почини… Полотно почини! Надо зашить! И ты станешь человеком! Нам нужны нитки с иголкой. Элинор хлопнула лапами и заспешила к месту, где, видимо, хранились её швейные принадлежности. Тем временем Мерида и Рапунцель пытались понять, как снять гобелен со стены, а Иккинг стоял у их ног с таким же задумчивым выражением. Новое ворчание заставило троих обернуться. — Мам? — позвала Мерида, но тут они увидели, как Элинор обнюхивает вазу с фруктами, а затем опрокидывает её. Джек, в свою очередь, с любопытством исследовал всё, что попадало вниз. — Мам! Джек! Только не сейчас! — взмолилась Мерида, бросаясь к матери. — Нет, пожалуйста, не сейчас! — Что нам делать? Что с ними происходит? — спросила Рапунцель, пытаясь оттащить Джека от опрокинутого столика. — Они превращаются в медведей… внутри! С мамой впервые так было в лесу, и кто знает, сколько времени у них осталось?! — объяснила Мерида, удерживая голову матери, чтобы та не металась из стороны в сторону. — Но не все меняются, смотри, — Рапунцель указала на Иккинга, который по-прежнему оставался в сознании. Он пискнул, пытаясь привлечь внимание Джека, но тот лишь обнюхал его и толкнул носом в плечо. Иккинг выглядел недовольным, но Мерида была рада хоть как-то отвлечь одного из медведей. Из коридора донёсся голос, и Элинор зарычала. Мерида быстро зажала ей пасть руками. В этот раз, к счастью, мать не была так агрессивна. Оставив её на мгновение, гриффиндорка выглянула в окно и увидела отца, проходящего мимо. Он направлялся в их с Элинор покои. Не теряя времени, Мерида рванула к гобелену и изо всех сил потянула его, пытаясь оторвать от стены, пока Рапунцель и Иккинг сдерживали Джека и Элинор, не давая им разрушить всю комнату. Все замерли, услышав отчаянный крик Фергуса: — ЭЛИНОР! Сердце Мериды бешено заколотилось. Она снова принялась дёргать гобелен, пытаясь не думать о своих худших опасениях. — Элинор, дорогая! Ты ни за что не угадаешь, кто разрешил эту проблему с-… — кричал отец из коридора. — ЭЛИНОР! Откликнись! Милая! ЭЛИНОР! И тут дверь распахнулась. На пороге стоял Фергус с самым разбитым выражением, какое она когда-либо видела. — Мерида! — первым делом воскликнул он, заметив её у гобелена. Затем его взгляд упал на Элинор, которая злобно зарычала в его сторону. — Папа, нет! — Мерида бросилась между ними. — Ты просто не знаешь-! Она попыталась подойти к отцу, но он резко оттолкнул её за спину. — Мерида, отойди! — приказал Король, но толчок был так силён, что принцесса вовсе потеряла равновесие и упала на бок. Элинор восприняла это как нападение и с рычанием обнажила клыки. — Нет! — вскрикнула Мерида, но было поздно. Элинор встала на дыбы, а Фергус выхватил меч. Они бросились друг на друга — король орал и размахивал стальным наконечником, медведица ревела и лапами старалась зацепить мужчину. Удары с обоих сторон сыпались один за другим. — Нет, папа, не тронь её! — Мерида вскочила на ноги и вцепилась в руку отца, пытаясь остановить его. Но он рявкнул: — Уйди отсюда! В тот же миг когти Элинор блеснули в воздухе — и впились в руку Мериды, разорвав рукав и оставив четыре кровавых полосы на плече. — Мерида! — Фергус в ужасе отшвырнул дочь в сторону и снова ринулся в бой. Они кружили друг вокруг друга. Король сделал выпад, но Элинор ударила лапой — и он отлетел к стене, рухнув прямо под портретом. Медведица занесла когти для нового удара, но вдруг белая молния врезалась в неё сбоку. Это был Джек. Он изо всех сил толкнул Элинор, отбросив её прочь. Теперь он стоял над ней, тяжело дыша, глаза снова стали ясными. Иккинг вцепился в его голову, взъерошенный от неожиданности. Элинор с трудом поднялась, тряся головой. Она огляделась в ужасе — увидела свои лапы, Фергуса, который с трудом поднимался с пола, и наконец Мериду. — Мама! — дочь вздохнула с облегчением, но Элинор уже заметила рану на её руке. Медведица издала жалобный стон. — Ничего... Всё зорошо, пустяки! Это лишь царапина! — Мерида попыталась успокоить её, но Элинор не хотела слышать ничего больше. Медведица бросилась к двери. — МАМ! Джек и Иккинг метнулись следом, но Фергус уже поднимался. Рапунцель толкнула мальчишек в спину: — Бегите! Пока не поздно! Джек рванул за Элинор, но вскоре им пришлось спрятаться за углом — лорды праздновали и пели в коридоре, а медведица в ужасе ревела. Тем временем Мерида подбежала к отцу. — Пап! — О-о-о, детка!... Медведь чуть не убил тебя. Ты не ранена? — Фергус нежно схватил её за плечо. Но Мерида вырвалась: — Это твоя жена! Элинор! Она ещё не знала, что главные ворота уже захлопнулись за матерью, убегающей в лес. Не видела, как Джек и Иккинг беспомощно смотрели ей вслед из тени двора. — Что за чушь ты несешь?! — король сжал кулаки. — Это правда! Ведьма дала мне заколдованные кексы! Это не Мор’ду! — Мор’ду или нет, я отомщу за твою маму! — Фергус вонзил меч в ножны. — И не допущу чтобы ты тоже погибла. Он вышел, захлопнув дверь и повернув ключ в замке. — ПАПА! — Мерида стала безостановочно бить кулаками в дубовую дверь. — Нет, послушай меня! — Это правда, мы клянёмся! — вторила Рапунцель. Мерида высунулась в окошко: — Ты не можешь, это твоя жена, Элинор! Но Фергус уже спускался по ступеням прочь. Сжав кулаки, Мерида схватила стол и швырнула его в дверь. Без толку. Тогда она вырвала кочергу из камина и принялась долбить в дверь, пока металл не погнулся. Внезапно снаружи донёсся шум. Девушки переглянулись и бросились к окну. Мерида разбила стёкла кочергой — в комнату ворвались прохлада и мелкий дождь. Внизу, во дворе, Фергус собирал охотничий отряд. Факелы, лай псов… Они уже шли по мосту, направляясь в лес. — Мама… — Мерида прошептала, протягивая руку к тёмным деревьям. Капли осаживались на ладонь, стекая вниз. — Нет… Нет, мама… Прости… Принцесса сползла на пол под окном, сжавшись в комок. Горячие слёзы текли по щекам Данброх. Это была её вина. Что же она наделала?