"Теперь осталось только запастись терпением и собрать всю комбинацию карт полностью, пусть Зевс до последнего думает, что она блефует, когда как у Эриды на руках будет фулл хаус"

      

      Эрида сидела на кухне, отдаваясь одной из самых пагубных человеческих привычек, питью кофе в абсолютной тишине. Проснувшись раньше Клауса, она уже было порывалась его разбудить, но не смогла себе отказать в паре минутах кромешного спокойствия наедине с собой и своими мыслями. Пока еще никто не спешил делать шаг навстречу новому дню, у нее было время хорошенько обдумать, в чем должны заключаться ее дальнейшие действия.              Принять неизбежное и ждать, когда Зевс решит прийти за ней?              Броситься в погоню за скрытыми смыслами и поисками ответов на вопрос, как же раз и навсегда убить отца богов?              Найти способ напасть на него первой, когда он меньше всего будет ожидать?              На все из этого был один ответ – проще сказать, чем сделать. А еще было проклятие, лежащее на Майклсонах, которое так никуда и не делось. Честное слово, порой Эриде казалось, что для полного счастья им не хватает еще только вселенского апокалипсиса, но вслух озвучивать не решалась, а то вдруг сбудется.              Инстинкт самосохранения кричал, буквально вопил, что сейчас самое время бросить все силы на спасение от Зевса, но Эрида всегда была реалисткой, одной из тех, у кого стакан всегда наполовину пуст, поэтому понимала, что однажды бог всех богов все равно до нее доберется, как бы она ни пряталась. А до тех пор…              - Вот ты где, - Никлаус уселся на соседний стул, целуя уголок губ Эриды. – В постели без тебя стало слишком холодно.              … она попытается найти способ снять с Майклсонов проклятие.              - Кто же знал, что большому грозному гибриду нужно столько времени на отдых, - притворно ужаснулась Эрида. – А еще ты храпел.              - Привыкай, - усмехнулся Клаус, делая глоток кофе прямо из чашки, которая всего пару секунд назад была еще в руках богини. – Фу, Эри, там что, сахар?!              Эрида злобно усмехнулась, выхватывая свою чашку обратно. Да, сахар. И что? Последнее что ее сейчас заботило – призрачная перспектива скончаться от сахарного диабета. Она со спокойной душой может заменить сахар на героин и даже тогда основной причиной ее возможной смерти останется Зевс.              - Привыкай, - передразнила она Клауса.              Как только Майклсон нашел ее на кухне в душе сразу стало спокойнее. Он действовал на нее тем совершенно непозволительным образом, когда мозг так и норовил отключиться, забыв обо всех тягостях этого мира. Но теперь, когда время откровенно играло против них, ей нельзя было этого допустить.              - Зевс придет за мной. И я понятия не имею, как его остановить.              Констатация факта, которая прозвучала настолько спокойно и сухо, что можно подумать, Эрида не о своей собственной смерти размышляет за завтраком. Но именно это равнодушие сильнее всего ударило по Майклсону:              - Перестань говорить об этом как о решенном деле. Ты не умрешь! – запротестовал Никлаус, у которого, наоборот, эмоций по этому поводу было хоть отбавляй. – Мы найдем место, где ему до тебя не добраться! Я выстрою ведьм вокруг тебя и заставлю круглосуточно охранять, пока они не найдут способ, как от него избавиться! А если нет – я их убью и приведу следующих, уже более смекалистых.              - Ведьмы заняты вашим проклятием, Ник, - покачала головой Эрида. – И мы не будем их отвлекать.              - Да плевать все хотели на это проклятие! Сейчас есть дела поважнее!              - Я не хотела, Ник! Слышишь?! Я не хотела! – в ответ закричала Эрида. Вот она. Ее точка кипения. Выбор. Она или Майклсоны. И она свой выбор сделала. – Ты думаешь, я хотела всего этого?! И если с Зевсом я сделать ничего не могу, то ваше проклятие еще может оказаться мне по силам. Уж лучше я хотя бы постараюсь спасти вас, чем буду сидеть сложа руки в ожидании…              Эрида прикусила язык на последних словах, не давая им вырваться, но тут и так все было до боли очевидно. Карты сброшены. Не было никакого смысла таить это в секрете.              - В ожидании чего, Эрида?! – обманчиво спокойным голосом, спросил Майклсон.              Опасность. Воздух между ними стал плотный, словно перед бурей.              - Давай оставаться реалистами, Ник, - грустно вздохнула Эрида, пытаясь подойти к теме их разговора с другой стороны. – Каков шанс, что я останусь живой после этой встречи?              Но жестокий смысл этих слов не могла умолить никакая мягкая обертка. Эрида получила то, о чем она так страстно мечтала все эти века – ее непоколебимое бессмертие дрогнуло. Но парадокс в том, что это произошло именно сейчас, когда ей это больше не нужно. Но вынутого назад не положишь.              - И ты предлагаешь мне отступить в сторону и дать тебе умереть?! Смотреть, как ты проводишь свои последние дни рядом со мной, пытаясь спасти мою семью, а не собственную жизнь?!              - Да! Именно это я и предлагаю! Спасти то, что хотя бы в теории поддается спасению. Потому что я – нет! Понятия не имею, существует ли вообще этот шанс, где Зевс не оказывается победителем.              И им было еще очень много, что сказать друг другу, если бы в этот момент к ним не присоединилась Кэтрин, которая, по-хорошему, должна была уже быть на полпути из Мистик-Фоллс, но по совершенно необъяснимой причине, не спешила уходить.              - Я помешала чему-то важному? – будто не зная ответ на свой вопрос, спросила Кэтрин.              С поразительной синхронностью Эрида с Клаусом повернулись к нарушительнице их спокойствия. На это язвительная улыбка Пирс стала еще шире. Как только она поняла, что Эрида не заинтересована в ее убийстве и способна сдержать своего кровожадного бывшего мужа, ее настроение резко улучшилось, ровно как пропало желание побыстрее уезжать отсюда. Она не говорила об этом прямо, но все и так понимали, что двойнику просто интересно, чем закончится вся эта история.              - Что ты, Катерина, - ядовито улыбнулась ей Эрида, демонстративно обнимая Клауса. – Мы как раз обсуждали с Ником, что в наших отношениях не хватает третьего…мнения.              За эту выразительную паузу Кэтрин успела скривиться и в целом пожалеть, что полезла к этим двоим. Но, надо отдать ей должное, у нее было ее мнение, которое она не могла не высказать. Слишком уж долго оно копилось.              - Ты мне нравишься, Эрида. Умная, сильная, расчетливая. А сильным женщинам стоит держаться вместе, поэтому я дам тебе совет со стороны человека, который много слышал и видел. Ваши две проблемы не так сильно отличаются, как вы думаете. Найдите решение хоть одной из них, а вторая приложится.              - Про что ты? – не понял Клаус, но ему и не надо было. Ведь Эрида поняла сразу.              - Ты говоришь про нити судьбы, - даже не вопрос, а констатация факта.              - А как еще, по-твоему, та ведьма могла снять проклятие со своего возлюбленного, если не изменить нити судьбы? – задала резонный вопрос Кэтрин.              Хотела бы Эрида знать ответ на этот вопрос. Конечно, во Тьме она и сама поиграла с судьбой, причем весьма успешно, но мир Тьмы все равно оставался иным измерением, не тем, где сейчас находится она и не тем, где ей предстоит встретиться с Зевсом.              Не дожидаясь ответа Эриды, Пирс ушла. Других ответов у нее все равно не было, а находиться рядом с Майклсоном ей все еще было не по себе. Да и смысл. Если вдруг богиня разгадает древнюю загадку, она все равно об этом узнает.              Однако уход Кэтрин остался без особого внимания. Эрида снова погрузилась в собственные мысли, обдумывая, как она может притронуться к нитям судьбы. Или что еще более интересно, как простая ведьма несколько столетий назад смогла это сделать.              - Если ты забираешь часть сил богов, которых побеждаешь. Значит, у тебя должно что-то остаться и от Мойр? – задал весьма логичный вопрос Ник.              - И да, и нет. Я чувствую, что магический потенциал увеличился, но сила проявляет себя не сразу. Мне еще предстоит найти, что именно подарили мне Мойры…              - Но этого может хватить на то, чтобы переписать судьбу?              Это мог бы быть отличный план. Который включал бы в себя все вводные, которые у них сейчас есть. Да и что таить, если бы Эрида поставила перед собой цель в кратчайшие сроки разобраться в собственной магии и найти новый дар, связанный с изменением Судьбы, это могло бы сработать. Но шестое чувство подсказывало, что это не то направление, которому им стоит следовать. А богиня хаоса была склонна доверять своей интуиции.              - Возможно, - все-таки согласилась Эрида. – Но как тогда это вяжется с легендой? Вряд ли та ведьма тоже имела возможность ограбить богинь судьбы, которые к тому времени уже были заперты вне всех миров. Дело должно быть в другом.              - И ты, конечно же, уже знаешь в чем именно, - усмехнулся Эриде Никлаус, которого одновременно и восхищала, и пугала способность Эриды всегда быть на шаг впереди даже его самого.              Сейчас первородный ощущал как никогда ярко, что гонится за Эридой изо всех сил, но все равно отстает. На шаг, на полшага, но позади. И как же он боялся, что именно этот шаг однажды может стать для его богини роковым.              - Не в этот раз, - грустно улыбнулась Эрида, сбрасывая маску уверенности. Сейчас она могла быть перед Ником не всезнающей богиней, а усталой, загнанной в угол просто Эридой. – Но мне не дает покоя эта фраза. Кровь того, кто проклят, и сила того, кто связан с тьмой объединились. Я уверена, что разгадка здесь, но я не могу вспомнить или найти ничего подобного. Нет ни артефакта, ни заклятия, ничего, что было бы даже отдаленно похоже на это.              - Не забывай, что ведьмы могли просто придумать эти строки, чтобы свести всех с ума, - напомнил ей Никлаус, когда их уединение снова было прервано. Но в этот раз Элайджей, который был все же более приятной компанией.              - Рад, что вы заговорили об этом, ведь у меня есть новости от наших ведьм, - без лишних предисловий объявил старший Майклсон. – Они считают, что речь может идти о кровавой магии, вероятней всего, черной и запретной. Но в то время она была широко распространена среди ведьм и, возможно, наша практиковала именно ее.              Ага, разумеется. Эрида хорошо помнила, когда ведьмы совали свои носы в кровавую магию. И раз за разом обжигались сильнее предыдущего. На ее памяти была всего парочка ведьм, которая могла сделать хоть что-то вразумительное, но за это была назначена слишком высокая цена.              - Я так не думаю, - отвергла эту идею Эрида. – Ведьмы пользовались кровавой магией из ряда вон плохо, да и она всегда была одной из самых темных, оставляющей за собой сплошное пепелище вместо души. А нити судьбы это…эта одна из самых чистых материй. Именно поэтому ими занимались мойры, самые неискушенные среди богинь. Если говорить просто, если бы ведьма, практикующая подобную магию, решилась тронуть нити судьбы, это привело бы к магическому диссонансу и…бууууум…ни ведьмы, ни ее нитей судьбы не осталось бы.              - Это значит…              - Ведьмы ошиблись, решив искать ответы в черной магии, - опередила с выводом Эрида. – Надо понять, что значит кровь того, кто проклят, и сила того, кто связан с тьмой объединились, и тогда все встанет на свои места.              Конечно, было рискованно делать ставку исключительно на это. Но сегодня Эрида была готова рискнуть. Особенно, если учесть, что все остальные варианты все равно неизбежно оказывались тупиковыми, а этот манил Эриду с каждым днем все сильнее.              - Скажи ведьмам, пусть ищут, что это может значить, - сразу отдал приказ Клаус, чтобы ведьмы бросили все, чем занимались до этого и стали помогать Эриде.              Вместо слов благодарности Эрида сжала руку Ника расслаблено выдыхая. Он ей действительно доверился. И хотя они только что вступили на новый трудный путь, у нее было явственное ощущение, что им удастся пройти его до конца.                     

***

                    Эрида плотно закрыла за собой дверь собственной комнаты, пользуясь моментом, что вся вампирская составляющая дома отправилась на кормешку, предоставляя Эриду самой себе. Одна идея, связанная с ее вновь открывшимися способностями, внезапно застигла ее во время самой заурядной вечерней беседы и с тех пор, ей не терпелось претворить ее в жизнь.              Кажется, Эрида настолько увлеклась изучением чужих сил, что на пару минут забыла о своих собственных, но теперь она вернулась и готова бросить вызов. Ведь что в этом мире может быть сильнее хаоса?              Тем более, это была одна из тех вещей, за что Зевс терпеть ее не мог – Эрида обладала редкой, крайне презренной способностью превращать в хаос абсолютно все. Она манипулировала чувствами и эмоциями людей, буквально зарывалась в них, чтобы проложить из них свой путь. И именно этим она планировала заняться сейчас.              Бесспорное достоинства хаоса заключалось в том, что он никуда не девался даже после смерти людей. Он оставался в воздухе, пространстве, связывал незримыми нитями жизни людей в единую паутину. А это значит, что если взять правильный след, то можно найти абсолютно что душе угодно.              Эрида уже проделывала ранее подобный фокус, тогда он, разумеется, ограничивался меньшими масштабами, но возросшая в ней сила клокотала, даровала уверенность. Нужно было только понять, за что ухватиться в первую очередь.              - Была не была, - вздохнула Эрида, делая вывод, что начинать придется с самого конца, а точнее, с разговора Беннет и Диеры.              Эрида закрыла глаза, а когда снова их открыла, они горели ярким огнем. Но богиня теперь видела не стены особняка Сальваторе, она была в центре паутины, имеющей миллионы развилок и ответвлений. Сконцентрировавшись на своей цели, Эрида потянула за жизненную линию Беннет и, бинго, она с легкостью притянулась и все события, которые были наполнены яркими эмоциями, появились перед глазами богини.              - Нет, не то, снова не то, - словно книги на библиотечной полке, перебирала воспоминания Эрида. – Вот оно!              Стоило ей добраться до разговора с Диерой, Эрида переключилась на воспоминания уже другой ведьмы, чтобы проделать тот же самый трюк, пока не найдет, кто поведал ей эту легенду. А затем снова, снова, снова.              Эрида пропускала историю этой легенды сквозь пространство и время. Ведьма за ведьмой, столетие за столетием. Пару раз сбиваясь и следуя не по тому пути, Эриде приходилось начинать заново, пока она, наконец, не дошла до той самой ведьмы. Разрушительницы проклятия.              Теперь Эрида могла наблюдать воочию за тем, как спадало проклятие. Причем ведьма в самом деле изменила нити судьбы, это оказалось несложно – обычные линии были золотистого цвета и светились, а проклятие обвивало их черным цветом. Все что требовалось от ведьмы – разрезать черную нить и проклятие спадало само по себе. Но это было все, что она узнала. Точнее не так, был еще один удивительный, но совершенно непонятный момент.              - Ведьме помогал кто-то незримый, - выдохнула Эрида, повторяя открытие вслух. – Ей кто-то помогал!              Она бросилась вниз по лестнице, слыша, что вампиры уже вернулись. Ей нужно было срочно поделиться своим открытием!              - Ник! – крикнула Эрида, отвлекая внимание Клауса от бурбона и яростного спора с Деймоном. Первородный ласково улыбнулся своей богине, пока не понял, что взволнованный вид следствие не радости от его возвращения, а чего-то другого… - Я увидела, как ведьма снимает проклятие со своего возлюбленного. И там был кто-то еще, кого даже я не смогла увидеть, но его энергию почувствовала. Это про него говорят в легенде, что он – совместная кровь того, кто проклят, и сила того, кто связан с Тьмой.              - Ты поняла, кто это может быть?              - Нет, - покачала головой Эрида. – Нет, даже близко не поняла. Но это было живое существо, иначе магический фон был другой. Человек или магическое создание. И оно обладало достаточной силой, чтобы помогать ведьме колдовать.              И, признаться честно, это мало сужало круг поиска. Формулировка все еще казалась донельзя расплывчатой и отстраненной. Под нее как попадало слишком многое из волшебного мира, так и безжалостно отметалось.              Эрида с грохотом упала на диван, утыкаясь лбом в плечо Никлауса. Она надеялась, что путешествие по отголоскам хаоса даст ей долгожданные ответы на вопросы, но получилось с точностью наоборот.              - Таким образом, мы знаем, что это не очередная ведьмовская сказочка, а реальность, - заговорил вместо Эриды Никлаус. И она была ему за это благодарна, ведь сама богиня была слишком занята, злясь на судьбу и зря потраченные силы. – Но при этом, даже близко не в курсе, кто мог помогать ведьме в снятие проклятия.              Эрида согласно промычала в мужское плечо, все еще злясь на весь мир и предпочитая его игнорировать.              - Как это вообще возможно, что ты кого-то не увидела? Разве ты не считываешь энергии? Это твое уникальное божественное тепловое зрение и все такое? – удивился Деймон, на его памяти это был первый случай, когда Эрида почувствовала энергию, но не смогла ее определить.              Никлаус наградила старшего Сальваторе недовольным взглядом за один только этот вопрос, но Эрида все равно уже подняла голову с его плеча, встала и начала мерить гостиную шагами, параллельно отвечая на вопрос:              - Хотела бы я знать. Если бы это была обычная ведьма или вампир, я бы почувствовала, но энергия была хоть и сильная, но еще нечитаемая, будто не до конца сформированная что ли. Я попыталась за нее потянуть, но ничего не нашла.              - То есть это «нечто» погибло после помощи ведьме? – спросил Кол, который хоть и был хорошо знаком с ведьмами и их породой, все равно понимал ненамного больше своих братьев и сестер.              Эрида на секунду задумалась, но затем покачала головой, отметая такой вариант. Разумеется, сделать именно такое умозаключение оказалось бы самым простым, но Эрида не увидела в воспоминании ничего, что могло бы указывать на смерть одного из участников.              - Вряд ли, если бы существо отдало все свои силы, его энергетический поток угас, и я бы это ощутила. Но никакого угасания не было. Скорее, очень быстро после этого события энергия существа сформировалась окончательно, но к ней меня ничего не вело, поэтому я и не смогла ее найти.              А ведьма оказалась той еще умной сукой и вместо с линиями судьбы, изменила энергетический след себя и мужчины. И в чистом итоге это было последним воспоминанием о ней, до которого могла бы добраться Эрида. После этого пытаться случайно обнаружить ведьму все равно, что искать иголку в стоге сена.              - Иными словами, мы вернулись к тому, с чего начинали, - вздохнула Эрида, оглядывая всех усталым взглядом. – Нужно понять, про кого те строки и мы получим ключ ко всем дверям.                     

***

                    В этот раз Тьма превзошла саму себя, ведь Эрида оказалась не в уже успевшем стать привычном нескончаемом лесу. Она оказалась на Олимпе. Вернее, на том, что от него осталось. Когда-то великое место превратилось в руины былого могущества. Колоннада пала, практически каждый метр площади выгорел от сокрушительного пожара, а стены заросли вьющимися сорняками. Глядя на это место, больше нельзя было сказать, что столетия назад оно было облюбовано богами, которые проводили здесь свою вечность, попивая амброзию.              Это были руины прошлого. А Эрида четко решила, что прошлое должно оставаться в прошлом.              Но, к сожалению, сейчас правила ей навязывала Тьма, или лучше сказать дорогая мама, и единственное, что оставалось делать Эриде, это подчиняться, следуя заранее заготовленному для нее сценарию.              Однако разговор с мойрами что-то в ней изменил, безжалостно сломал или, наоборот, поставил недостающий пазл на место. Но факт оставался фактом. Сейчас это место ощущалось иным, не таким как она его помнила. Олимп престал перед Эридой холодным и отчужденным.              Столько лет она непреклонно любила своего призрака прошлого, лелеянный образ, во многом дорисованный ее воображением. Это лишь лишний раз доказывало, что розовые очки бьются стеклами внутрь. Теперь Эрида была готова дать руку на отсечение, что душа этого места всегда была такой поганой, как его сегодняшний внешний облик.              Сегодня всем мечтам об этом месте придет конец. Теперь, когда она ступает по нему как хозяйка, единственная выжившая среди богов, а не жертвенная овечка, пусть Зевс самолично спустится за ней, если так хочет ее смерти. Но запугать Эриду ему больше не выйдет.              В подтверждение своим мыслям, Эрида сформировала энергетический поток, который мощным залпом направила на трон Зевса, который, очевидно, чудом уцелел. До этого момента. Седалище отца богов не выдержало такого напора и разлетелось на щепки.              - Вот и все! – для самой себя сказала Эрида. А затем решила идти ва-банк и закричала, обращаясь уже к Зевсу. Наверняка, старый сукин сын следит за ней, подслушивает, выжидая лучший момент для своего нападения. – Видишь, Зевс, это конец твоего правления! Он пал, пал, как и ты! А я осталась жива! Я победила!              Свою дальнейшею прогулку по пепелищу прошлого Эрида продолжила в гордом одиночестве. Более сегодня никто не решился потревожить ее своим присутствием. Как и она Зевс решил затаиться, чтобы набраться сил перед решающим сражением. Единственное он не учел, что Эрида провела столетия анализируя каждый его военный поход, каждый шаг, да что уж, каждый вздох. А он сам знал об Эриде ровным счетом ничего.              Но что самое страшное для старых богов, ни Тьма, ни сам Зевс не узнают, что и из этой вылазки Эрида не ушла с пустыми руками. Она заполучила кое-что важное, столь горячо любимое ее сердцем, но главное, что именно это станет ее тузом в рукаве в будущем сражение с Зевсом.              Теперь осталось только запастись терпением и собрать всю комбинацию карт полностью, пусть Зевс до последнего думает, что она блефует, когда как у Эриды на руках будет фулл хаус.              А до тех пор Эрида гуляла, почти наслаждаясь неспешным течением времени, пока настойчивые, но уже такие привычные поцелуи Ника не вытащили ее из оков Тьмы в реальность.                            

***

                           Этот момент должен был наступить, как бы Эрида ни пыталась его оттянуть. Но проблема с Еленой, Бонни и Кэролайн все еще требовала решения. Точнее с основой проблемой все было очевидно – они подумают над тем, чтобы отпустить их только когда проклятие с Майклсонов будет снято, а до тех пор им нужно было лишь скормить очередную ложь, касательно того, почему от двойника так долго нет никаких вестей.              Но даже этим особого желания заниматься никто не выказал. Тем более Эрида, тем более сейчас, когда губы первородного гибрида дарят ей самое неземное наслаждение.              Вероятно, когда соседствуешь с вампирами, следует держать при себе свои сексуальные фантазии и желания, но Эрида с Никлаусом плевать на это хотели. Каждую ночь они отчаянно любили друг другу, будто пытаясь компенсировать все года, проведенные в разлуке.              Грешным делом, Эрида даже пыталась посчитать, способна ли ведьма Беннет услышать ее крики наслаждения, находясь запертой в подвале. Если нет – Эрида готова устроить персональное шоу специально для нее, а еще для Елены и Кэролайн, лишь бы девчонка Форбс поняла, какой идиоткой она была, когда решила, что помыкать Майклсоном и отмахиваться от его любви – хорошая идея.              Инстинкт защищать Клауса проснулся в ней неожиданно, и она в начале даже подумала, что это снова проделки Тьмы, но дни шли, а ее состояние не ухудшалось. Более того, она могла видеть, как Ник делает для нее то же самое – вырывает из рук Сальваторе, когда Деймон пытается обнять ее крепче и дольше чем это полагается другу, рычит на Кола, когда тот отпускает похабные шутки, да даже Ребекке и Элайдже достается, когда один из них слишком долго занимает внимание Эриды по вечерам.              Что ж, поэтому, пока с ведьмами и поисками скрытых смыслов было затишье, Эрида решила дать зеленый свет своему мелочному и мстительному «я» и как следует поиздеваться над Форбс.              Дождавшись, когда Никлаус вместе с Элайджей отправятся на встречу с ведьмами, которые, кажется, взяли новый след, Эрида с Ребеккой аналогично направились в путь, только в дом к Форбс, чтобы воплотить задуманное.              Эриде повезло больше остальных, и она довольно редко оказывалась в этом доме, оттого изменения, случившиеся в нем, показались ей еще выразительнее. Она прекрасно помнила, что, когда они только запирали двух подруг там, дом дышал, жил своей жизнью, но теперь в нем царила мрачная тишина. Повсюду осела пыль, а вещи будто утратили свою яркость. Еще одно яркое напоминание о том, что жизнь идет, а не стоит на месте, даже когда ты оказываешься заперт под грузом обстоятельств.              А еще было тихо. Как оказалось, Кэролайн и Елена не обладают стойким моральным стержнем, который не давал бы им сломаться. Они сдались. Не затаились, а именно сдались, принимая свою учесть, даже не пытаясь больше сломить заклятие или выломать дверь. Отчасти Эрида понимала, что это может быть вызвано тем, что Елена – человек, какой с нее спрос, а Кэролайн свято верит, что двойник выбрался и теперь всех их спасет, но всегда было одно «но»… Эрида была из тех людей, которые просачивались через окна, когда двери оказывались заперты, и она искренне не могла понять, как можно просто сдаться…              - Вот ведь ирония, они оказались заперты по комнатам как пятилетние дети и сдались, а за мной охотится Зевс, но я все равно не собираюсь сдаваться без боя, - усмехнулась Эрида Ребекке, пока они поднимались по лестнице.              - Ты собираешься победить, Эри! Только так! – уже на автомате одернула ее Ребекка, которая принципиально отказывалась верить в любой другой расклад кроме того, где Эрида побеждает.              - Да-да, я помню. Снимаем с вас проклятие, побеждаем Зевса, а после живем долго и счастливо, ведь смерть не способна добраться до нас.              Сколько бы Эрида ни иронизировала, все их планы пока что звучали примерно так. Никакого конкретного плана, но результат неминуемо в их пользу. И даже Эрида прониклась этим, хотя она откровенно была не из тех, кто верит в лучшее и мир во всем мире.              Дверь в комнату Кэролайн с легкостью поддалась Эриде и две подруги вошли к пленнице с едва ли не королевской грацией. Стоит ли говорить, что Ребекка была первой, кто поддержала идею Эриды поквитаться с Форбс за всю ту боль, что та принесла ее брату.              - Так, так, так. Кто тут у нас? Неужели неудачная манипуляторша сердцем первородного гибрида? – пропела Эрида, с наслаждением впитываю полный ненависти взгляд Кэролайн.              Чем больше эмоций испытает вампирша, тем слаще будет Эриде в конце. Тем более, эта история из разряда личных, а, значит, финал еще более вкусный.              - Я вижу только жалкую неудачницу, запертую в четырех стенах собственной комнаты, - подхватила Реббека, которая всем нутром жаждала ударить по Форбс как можно сильнее. – Какой из нее вампир, если за все это время она даже не попыталась сбежать?              Но Кэролайн молчала. Эрида чувствовала, что злость уже начала застилась разум Форбс, но та стиснула зубы и не произносила ни слова, очевидно, надеясь, что, если она не поддастся на эти провокации, Эрида с Ребеккой потеряют к ней интерес и уйдут. Жаль, что у них на сегодня был другой план.              - Ты просто не понимаешь, Бекс, мамочка посадила Кэролайн под домашний арест, вот она тихонечко и сидит, - продолжила Эрида, а потом картинно схватилась за сердце, будто ей действительно жаль. – Ох, про что это я, ведь Никлаус убил ее и даже глазом не моргнул. Больше нет никакой мамочки.              Эрида специально била по больному месту Форбс, ведь это не могло не сработать. И да, все как и представляла себе Эрида, Кэролайн мгновенно вышла из себя, теряя всякий самоконтроль.              - Не смейте говорить о ней своими грязными ртами! – взорвалась Кэролайн. – Говорите, что вам от меня надо и уходите!              - В этом и суть, дорогуша, - на манер своего парня, оскалилась Эрида, точь-в-точь повторяя его слова и язык тела. – Нам от тебя ничего не нужно. Мы просто пришли напомнить, как плохо ты поступила, когда решила поиграть с чужой любовью в своих интересах.              - Какая любовь, Эри, - хохотнула Ребекка, смакуя каждый момент падения Форбс. – Страсть, не более. Помнишь, ты же сама мне рассказывала, что братик тоже использовал ее в своих интересах, как таблетку, чтобы забыть о своей любви к тебе.              - Ах, да. Ну ничего страшного, уверена столетие-другое, и мы с Ником вместе посмеемся над этим недоразумением, назвав маленькой ошибкой молодости.              Причем на словах про недоразумение Эрида настолько выразительно посмотрела на Форбс, что можно было бы подумать, что это ее второе имя. Ни капли пощады или жалости.              - Уверена, к тому времени вы уже устанете от Нового Орлеана и снова будете где-нибудь во Франции или даже Австрии! – подхватила Ребекка.              - Я думала скорее об Италии или Испании. Там тепло, большое количество солнечных дней и несколько моих особняков. Отличное место, чтобы разделить с кем-то вроде Никлауса бесконечность.              Все болевые точки Кэролайн были как на ладони. Двум опытным сверхъестественным существам даже трудиться особо не приходилось, чтобы понять, куда бить. Счастье Кэролайн, что рядом не было Кола или того же Ника, эти двое куда больше любили доводить своих жертв до состояния психологического хоррора в реальной жизни.              - Правда думаешь, что он задержится с тобой надолго?! – неожиданно для всех рассмеялась Кэролайн, хотя это больше походило на истерику. – Да у него таких как ты или я в каждой стране десятки. Я, ты, Кэтрин… И это только те, кто сейчас находится в Мистик-Фоллсе. Он монстр, он не умеет любить! И тебя он тоже не любит!              - Заткнись! – прорычала Эрида, пропуская мимо ушей всю грязь, льющуюся изо рта вампирши. Ей не 20 лет, она склонна верить себе, своим чувствам, своему возлюбленному, но никак не сопливой школьнице, которой еще вчера все сопли подтирали.              Но откровенная угроза в голосе богини осталась незамеченной. Истерика уже полностью поглотила ее, и она была склонна высказать все, что у нее накопилось за время, проведенное в неволе.              - Думаешь, мне он не клялся в любви?! Не осыпал подарками?! Не дарил свои рисунки?! Скажи, он уже подарил тебе старинное платье небывалой красоты или у тебя своих хватает?! – все громче кричала Кэролайн, вкладывая в этот крик всю свою боль. Ведь она все еще была убеждена, что именно Ник виноват в ее положение, из-за него она оказалась здесь, а не из-за своей гнилой душонки. – Я тебе скажу, чем ты его заинтересовала, Эрида. Ты сильная, смелая, умная, при этом красивая и, очевидно, можешь дать ему отпор. Это его заводит! Но поверь мне, секс, как бы он ни был хорош, не заменит тебе любви. А ее такой монстр как Никлаус дать тебе не сможет!              У Эриды даже не нашлось сразу слов, чтобы дать Кэролайн достойный ответ. Причем желательно такой, какой ее крохотный мозг будет в состоянии обработать. Но это оказалось ни к чему…              Эрида с Ребеккой оказались настолько поглощены слушанием этого возмутительного монолога, что даже не услышали, как открылась входная дверь, раздались шаги по лестнице и за их спинами выросли еще двое слушателей. Зато они впитывали каждое слово, а у одного из них был готов достойный ответ.              - Ты права, Кэролайн. Я был неспособен испытывать любовь к такой кукле как ты, - выплюнул в ее сторону Никлаус, демонстративно прижимая Эриду к своей груди. Так, что их сердца стучали в унисон, поглощенные единым праведным гневом. – Но она… Эрида была наваждением, долгие годы я искал ее улыбку, смех, цвет глаз во всех женщинах, встречавшихся у меня на пути. Но никто, слышишь меня, никто так и не смог бросить ей вызов за право обладать моим сердцем. Оно принадлежит ей, всегда и навечно.              Табун мурашек пробежал по спине Эриды, а слова бились эхом в ее голове, звуча снова и снова. Всегда и навечно. Всегда и навечно. Всегда и навечно. После их с Ником расставания она проклинала его за то, что он не дал ей шанса стать частью этих красивых слов. Но теперь, впервые услышать, как легко и непринужденно он включает ее в их число, разделяет с ней их сокровенный смысл, стоило всего.              Эриде моментально стало плевать на Кэролайн и тот урок, что они с Ребеккой хотели ей преподать, на то что Клаус пришел не один, а вместе с Колом, что абсолютно все в комнате замерли и смотрят на них...              Всегда и навечно. Всегда и навечно. Всегда и навечно.              - Я люблю тебя, - сорвалось с губ Эриды быстрее чем она успела бы себя остановить. Она вывернулась из крепкой хватки Майклсона и теперь смотрела прямо на него. – Люблю тебя.              - Я люблю тебя, Эрида. Всегда и навечно, - повторил Клаус, соприкасаясь лбом ко лбу с Эридой. – Моя женушка, моя богиня, моя любимая Эрида.              Всегда и навечно. Всегда и навечно. Всегда и навечно.       Всегда и навечно. Всегда и навечно. Всегда и навечно.       Всегда и навечно. Всегда и навечно. Всегда и навечно.              Они с Никлаусом оказались в своеобразном вакууме, где не существовало никого кроме них двоих. Каждый день лишь усиливал связь между ними, делая ее прочнее. Все старые обиды в какой-то момент канули в лету не только на словах, но и в действительно. А Ник, хоть он никогда не признается об этом вслух, был готов каждый день благодарить Эриду, что она заставила его не спешить, бросаясь в омут с головой, а выстроить их отношения с чистого листа.              Подумать только, богиня хаоса смогла обуздать его любовь, которая всегда носила деструктивный, разрушающий все на своем пути характер, и сделать из нее что-то ценное и нежное. Что-то, за что стоит бороться.              - Видишь? Ее Клаус любит взаправду и искренне. Это мы и хотели тебе показать, - разрушила момент Ребекка, обращаясь к побежденной Кэролайн.              Но эффект они возымели не только на проклятую Форбс, но и на Клауса, который был немало удивлен, когда, возвращаясь в поместье с братом, вдруг, понял, что его сестра и возлюбленная что-то забыли у Форбс. Тем более, вместе.              - А теперь вы, двое! – злобно посмотрел он на двух девушек. – Марш на выход! С вами я поговорю дома. Нам больше нечего здесь делать.              - Как скажешь, братец, - чуть ли не пропела Ребекка, чем еще сильнее разозлила Никлауса.              Все это сопровождалось веселыми, но тихими смешками со стороны Кола и Эриды, которые гадали, как долго Ребекке еще удастся безнаказанно играть на нервах брата, пока тот не взорвется и не пообещает уложить ее обратно в гроб.              Они уходили из этого дома как семья, оставляя Кэролайн позади. Во всех смыслах этого слова.