Глава 4

      

***

      На следующий день в доме королевской семьи... Оба Дримурра сидели за столом в гостиной, а разговор между ними был напряжённым.       — Что значит... пропали?! — спросила Ториэль, устремив суровый взгляд на Азгора.       — Я не знаю, Тори, — король вздохнул. — Я подумал, что будет разумно передать тела детей их родственникам на Поверхности... Вчера вечером я спустился в подвал замка и увидел, что все гробы были открыты... и пусты. Даже тело Чары исчезло. Надо выяснить, что произошло и где теперь их искать.       — Я вроде бы говорила, чтобы ты больше не называл меня "Тори", Азгор! Это во-первых. Во-вторых, я... могу объяснить пропажу Чары.       — Объяснить?       Тяжело вздохнув, бывшая королева закрыла глаза и замолчала. Ей не хотелось снова вспоминать тот день, когда она оставила свой трон и покинула столицу.       — После того, как ты забрал душу очередного ребёнка... я больше не могла терпеть твои действия и смотреть, как умирают невинные дети. Я сложила свои полномочия... и ушла обратно в Руины, забрав с собой тело Чары. Там же и похоронила её... Я решила, что так будет лучше, чем оставлять своего ребёнка в холодном подвале замка. Удивительно, что ты обнаружил её пропажу только вчера. Хотя, зная тебя... ты порой был беспечным.       — Это не так, Тори... Ториэль, — поспешил возразить Азгор.       — Так, — снова взглянув на него серьёзным взглядом, сказала хранительница Руин. — Или тебе ещё раз напомнить об этом?       Азгор, погрустнев, опустил голову. Он до сих пор испытывал стыд за свои ужасные поступки по отношению к упавшим человеческим детям. Ему хотелось забыть всё плохое и начать наконец новую жизнь, без вражды. Но больше всего королю монстров хотелось, чтобы его любимая Тори вернулась к нему, снова стала его королевой. Вот только жаль, что не всё так просто, как хотелось бы.       — Послушай, Ториэль... Я знаю, что я виноват. Но я уже... признал свои ошибки. Может, я и не смогу их исправить, но... — Азгор поднял голову и с небольшой улыбкой посмотрел на жену глазами, полными надежды, — давай начнём жизнь с чистого листа. Монстры свободны, барьер разрушен, союз с людьми нам гарантирован, как и счастливая жизнь на Поверхности. Так, может... ты вернёшься ко мне?       — Ты прекрасно знаешь мой ответ, Дримурр. Нет! — резко ответила Ториэль, нахмурив брови. — Я не могу и не хочу быть с тобой после всего, что было!       — Но... ты снова можешь стать королевой. Разве для тебя это не важно?       — Нет! И даже не пытайся уговаривать меня вернуться на трон.       — Хорошо, — король тяжело вздохнул. — Я... понимаю тебя. Но всё же... мы можем остаться друзьями? Я помню, что ты ранее сказала "нет", но... может всё обдумаешь и согласишься хотя бы на дружбу?       Азгор всё ещё пытался наладить хорошие отношения с Ториэль. С той, кого он любил больше жизни. Да, получалось это у него, конечно, не очень. Он понимал, что попытки с большой вероятностью окажутся тщетными, но всё же надеялся, что она ХОТЯ БЫ простит его.       — Я... — бывшая королева отвела хмурый взгляд в сторону, — я не знаю. Мне нужно больше времени, чтобы это обдумать. Но... Если ты действительно хочешь добиться моего прощения, Азгор... то тебе придётся доказать искренность своих слов на деле! А трепать языком может каждый.       — Хорошо. Будь по-твоему, Ториэль, — король снова тяжело вздохнул и нахмурился. — Я... попробую... Нет, я докажу, что мои слова не пустой звук!       — Посмотрим...       — Даю слово.       Они ещё некоторое время просто сидели и молчали, не глядя друг другу в глаза. До тех пор, пока их неловкое молчание не прервал, раздавшийся во входную дверь, слабый стук, на который монстр-боссы обернулись и громко сказали в унисон:       — Войдите!       Деревянная дверь распахнулась, и в дом вошла Фриск.       — Доброе утро, — сказала она, слегка улыбнувшись.       — О, это ты, Фриск. Доброе утро, дитя, — сказала с улыбкой Ториэль, настроение которой немного поднялось.       — Приветик, Фриск, — следом сказал Азгор и тоже улыбнулся. Как у тебя дела?       — Всё окей, — ответила девочка. — Кстати, хотела спросить ещё вчера, но... забыла. Азгор. Как прошла встреча с президентом?       — Прекрасно, — пробасил король. — Мы хорошо побеседовали и готовы начать сотрудничать. Мир на Поверхности значительно изменился, как и сами люди, так что... монстры могут больше не переживать о том, что начнётся новая война. Мы этого не допустим.       — Что ж... Это хорошая новость, — сказала бывшая королева.       — Спасибо тебе за помощь, Фриск. Всё-таки... я не ошибся, когда назначил тебя послом от монстров.       — Не стоит, — сказала Фриск, смотря на Азгора. — Я рада, что у меня всё получилось. А раз так, то я продолжу занимать эту... должность.       — Серьёзно? — спросила Тори с удивлённым взглядом. — И тебе не тяжело брать на себя такую ответственность?       — После всего, что я пережила в Подземелье, Ториэль... — девочка закрыла глаза, — не думаю, что это сможет оттолкнуть меня. К тому же... я хочу, чтоб люди и монстры жили в мире. Правда... пока мой род ещё не привык к монстрам, и, вероятно, не все люди будут к ним лояльны. Но... я надеюсь, вы поможете показать людям, что монстры им не враги?       — Конечно, дитя! — ответила Ториэль.       — Несомненно, Фриск! Совместными усилиями мы больше не допустим вражды между нашими расами. Мы, монстры, миролюбивый народ. — Монарх улыбнулся.       — Говорит тот, кто когда-то давно внушил своему народу, что все без исключения люди опасны и жестоки, — сказала бывшая королева, косым взглядом смотря на Азгора. — О плане по уничтожению всего человечества вообще молчу.       — Ториэль! Я же сказал, что это уже в прошлом, — король бросил на неё серьёзный взгляд. — Я не хочу причинять людям боль. И не хотел!       — Ты же причинил боль ШЕСТЕРЫМ невинным детям, Дримурр?! Кстати... как будешь объясняться, когда люди узнают, КТО виноват в смерти тех детей?       Этот вопрос застал короля врасплох, отчего у него на лбу выступили капли пота. Но быстро собравшись, он ответил:       — Я уже обсуждал с президентом тему о пропавших без вести детях! Я не сказал, что монстры виноваты в их смерти. Сказал, что дети, не задумавшись о естественных опасностях и ловушках в Подземелье, погибли от них.       — Ох, как ловко ты выкрутился, Азгор! — повысила голос Ториэль, сверля гневным взглядом своего мужа. — Может, президент тебе и поверил, НО... Как будешь оправдываться, когда правда всплывёт наружу, а?!       — Успокойся, пожалуйста, дорогая, — Азгор немного нервничал, утирая пот со лба. — Люди не узнают, если никто им не скажет об этом.       — Я тебе не дорогая!       — Ой, прости. Забыл, что я жалок и противен тебе. Будешь теперь до конца жизни меня ненавидеть, да?       — Кхем! — прервала монстров Фриск, сурово смотря на них. — Говорят, тайное становится явным. А насчёт шестерых детей можете не беспокоиться... Они живы и здоровы.       — ЧТООО???! — воскликнули в унисон Дримурры, вскочив со стульев и резко повернув головы. Большими удивлёнными глазами они посмотрели в карие глаза пацифистки.       — Вы не ослышались.       — Фриск... это правда? Но... как это... возможно? — не веря своим ушам, дрожащим голосом спросила мама-коза.       — Ты... вернула их к жизни? Или... я ошибаюсь? — монарх был в ещё большем шоке, чем его супруга.       — Думаю, один из них ответит на ваши вопросы, — Фриск повернулась к выходу и крикнула: — Эй, Кловер! Проходи!       — Кловер? Мне... знакомо это имя, — тихо сказал Азгор.       И тут в гостиную, оглядываясь по сторонам, неспешно вошёл знакомый юный ковбой... правда, без своей шляпы. Абсолютно живой. Судя по его внешнему виду, не было ни единого намёка, что тело ребёнка целый год пролежало в гробу.       — Ах... тебя зовут Кловер? Я... помню тебя, — сказала Ториэль, всё ещё находясь в шоке.       Кловер посмотрел на двух удивлённых монстр-боссов и поначалу не знал, что сказать. Однако... спустя 10 секунд молчания, поприветствовал их:       — День добрый. Ториэль... Азгор...       — Приветик... Кловер. У тебя прекрасное имя, — немного отойдя от шока и слегка улыбнувшись, произнёс король монстров.       — Здравствуй... Кловер, — следом сказала хранительница Руин, глядя на мальчика.       — Расскажи, как тебе... и остальным пятерым детям удалось вернуться к жизни? — спросила ковбоя Фриск.       — Хорошо... — начал Кловер. — Правда, не знаю, как объяснить, но попробую... Последнее, что я помню, так это очень яркая вспышка. Затем я... очнулся в каком-то тёмном замкнутом пространстве. Поначалу думал, что в ящике, крышка которого была приоткрыта. С трудом приподнявшись, я откинул крышку в сторону и понял... что я лежал в гробу, а сам был обмотан бинтами, словно мумия. Кое-как освободившись, я увидел, как из других гробов стали вылезать дети. Те самые пропавшие дети. Стоит ли говорить о том, что мы были счастливы снова ощутить себя живыми? Думаю, нет. Хотя никто из нас и не надеялся "воскреснуть". Видимо, душа вернулась в моё тело и пробудила меня. Как и души остальных ребят.       — Невероятно... — удивилась Фриск, слушая этот рассказ. — А что потом? Вы вышли на Поверхность и вернулись домой?       Кловер кивнул и продолжил:       — Всё верно. Вот только... мы хотели сперва найти тебя, Фриск, чтоб поблагодарить за наше спасение, но... не знали, где тебя искать. Так что... возможно, ты потом лично встретишься с остальными ребятами.       — Мне... тоже хотелось бы с ними встретиться.       — В любом случае... спасибо тебе ещё раз, Фриск, — сказал маленький ковбой, с улыбкой глядя на девочку в полосатой кофте, — ведь ты освободила не только всех монстров, но и шестерых пропавших детей!       — Не стоит, Кловер. Для меня было важно, чтоб все были счастливы.       Дримурры были ещё больше шокированы. Им не верилось, что подобное чудо вообще может произойти.       — Я... даже не знаю, что и сказать, Кловер, — снова отходя от шока, пробасил Азгор. — Это просто чудо какое-то!       — Я... рада, что ты и остальные дети снова живы и здоровы, — с облегчением выдохнула Ториэль. — Кловер, можно задать тебе вопрос?       Юный ковбой кивнул и ответил:       — Да, конечно.       — После того, как из-за неисправной головоломки с рычагом... под тобой обрушилась часть пола, и ты провалился под Руины, помнишь? Я побежала за верёвкой, с которой вернулась через 5 минут. Я скинула верёвку в дыру и ждала, когда ты выберешься по ней, но... — Ториэль вздохнула, — ты не вернулся. Почему?       Кловер, закрыв глаза и, почёсывая подбородок, немного задумался. Ведь он мог реально дождаться леди-козу и воспользоваться верёвкой, по которой смог бы вернуться на верхний уровень Руин. Но что-то в тот момент подказывало мальчику, что он должен был двигаться дальше, а не стоять на полянке, как столб... Подумав, что ответить, он открыл глаза, посмотрел на Ториэль и чётко сказал:       — Я просто не мог терять время. Всё-таки у меня была миссия, которую я должен был выполнить.       — Миссия? — с удивлением спросил Азгор?       — Миссия? — вторила ему Ториэль. — Какая миссия, дитя?       — Я... не случайно упал в Подземелье. Узнав о пропаже пятерых детей, я целенаправленно пошёл к горе Эботт, забрался на неё и спрыгнул в необычную дыру. Благо, удачно приземлился. Для меня было ОЧЕНЬ важно узнать, что случилось с теми детьми и по возможности найти их! — Кловер замолчал на несколько секунд. — Провалившись на нижний... тёмный уровень Руин, я продолжил идти по нему... Потом был Снежнеград... Далее Дюны, Стимворкс... Жаркоземье... Новый Дом. На протяжении всего своего путешествия я встречал много монстров. С некоторыми я подружился. Ведь благодаря новым друзьям я дошёл... почти до конечной точки и узнал, что на самом деле случилось с пропавшими детьми...       — А что было дальше? — Фриск с интересом слушала рассказ.       — Дальше... я понял, что у меня нет шансов вернуться домой. Я не пошёл к королевскому замку и барьеру, но и остаться жить в подземном мире я тоже не мог. Причины, думаю, и так очевидны. Как думаете... каков у меня был выбор? Убить короля, поглотить его душу и убраться из Подземелья вместе с душами других детей... в итоге заставив монстров страдать и вечно быть в заточении? Или сдаться и позволить взять мою душу... тем самым дав монстрам свободу?       — Ты... отдал свою... ДУШУ?! — дрожащим голосом спросила Ториэль, с ужасом глядя на Кловера.       — Да, — ковбой вздохнул. — Я добровольно отдал свою душу своим друзьям-монстрам, чтоб они отнесли её к Азгору. Я решил, что так будет спрааедливо. Меня, конечно, пытались отговорить, но... моё решение было железным. Сейчас, как видите, всё хорошо. Я и остальные ребята живы, и это главное.       — Прости меня, человек.... Я виноват перед тобой и другими детьми, — Азгор понурил голову. — Я не хотел причинять кому-либо боль. Я просто хотел дать монстрам надежду.       — Не стоит извиняться. Я уверен, что у монстров были причины враждебности по отношению к людям. Ведь войну начали не монстры?       — Войну развязали люди, Кловер, — пояснила Фриск. — Я узнала про неё более подробно. Могу потом рассказать тебе, если надо.       — Ясно... Выходит, наша раса виновата во всех бедах, причинённых монстрам.       — Так и есть...       — Кловер. Как ты сейчас себя чувствуешь? — с беспокойством глядя на мальчика, спросила Ториэль. — С тобой точно всё в порядке?       — Интересный вопрос. Не сказать, что прям идеально... Всё тело ноет. Вероятно, из-за того, что оно целый год пролежало без движения... — прошипев от ноющей боли, юный ковбой отвёл взгляд в сторону. — Не завидую пяти ребятам, которые пролежали в гробах дольше меня. Тело девочки с голубой душой... первой по счёту... пролежало больше десяти лет. Сначала у всех было такое ощущение, будто заново начали ходить, но потом всё, вроде, норм. Ещё немного поболтали и разошлись по домам.       Повисла тишина, которая продлилась всего минуту.       — Главное, что вы живы. А боль пройдёт через какое-то время, — сказала Фриск.       — И я том же. Немно...       Кловер, прервавшись, обратил на себе взгляды двух пар красных глаз, в которых читалась виноватость. Ториэль, что не смогла уберечь детей, и Азгор, что 10 раз пожалел о своём приказе.       — Эй, да не переживайте вы так! Со мной всё хорошо, окей? И не только со мной. Не стоит ворошить прошлое, лучше радуйтесь настоящему.       — Я знаю, юнец, но... — король вздохнул. — Можем ли мы для тебя что-то сделать?       — Ну... — Кловер задумался на несколько секунд, опустив взгляд в серый деревянный пол, затем снова посмотрел на монстров. — Могу ли я... остаться жить в вашем королевстве? Мне бы хотелось вернуться к своим друзьям-монстрам, с которыми я познакомился и которые мне небезразличны.       — Конечно, дитя! — радостно воскликнула бывшая королева. — Не думаю, что кто-то будет против.       — Лично я не буду против. Учитывая, что теперь настанет счастливая жизнь на Поверхности, а монстры будут относиться к людям уже не так враждебно, ты можешь остаться жить среди монстров, если хочешь, — с улыбкой сказал Азгор.       — Постой, Кловер... А как же твоя семья и твои друзья в Нью-Эботте? — с непониманием спросила пацифистка. — Разве ты не был рад вернуться домой?       Юный ковбой, заметно помрачнев, снова отвёл взгляд в сторону. Ему не хотелось поднимать тему касаемо его родителей и его отношения к ним.       — Я не хочу об этом гоаорить, Фриск, извини... — сухо ответил он, закрыв глаза.       — Почему? У тебя... тоже нет родителей?       — Они есть... Вот только... я к ним не вернусь. На это у меня имеются весомые причины.       — Кажется, я понимаю... какие могут быть причины... — Ториэль вздохнула. — Всё хорошо, Кловер. Я не вправе осуждать тебя. Вижу, ты волен сам принимать твёрдые решения. Ты молодец.       — Спасибо, — тихо сказал ковбой.              Кловер собрался уже было говорить "до свидания" и продолжить свой путь по Подземелью. Всё-таки он очень соскучился по своим друзьям и спешил снова увидеть их. Однако Азгор сперва предложил мальчику, как гостю, отведать чашечку чая, на что Кловер, немного подумав, согласился. Да и Фриск была не против присоединиться к чаепитию. Ториэль хоть поначалу и отказывалась от чая, но девочка смогла уговорить её. И вот... через 15 минут все четверо сидели за столом в гостиной и пили ароматный чай, попутно разговаривая...       — Так в какой район Подземелья ты пойдёшь в первую очередь? — спросила Кловера Тори.       — Наверное, в Снежнеград, а потом в Дюны. Сперва хочу встретиться с Мартлет.       — Мартлет? Кто это?       — Одна из тех монстров, с кем я подружился, — пояснил мальчик. — Я столкнулся с Мартлет ещё в Снежнеграде... и часть пути до Нового Дома она прошла со мной. Она... очень беспокоилась за меня. Кстати, она ещё состоит в Королевской Страже Подземелья?       — Увы, дитя... уже нет. Мартлет покинула её год назад. После того, как ты пожертвовал монстрам свою душу, она подала заявление об увольнении, — с небольшой грустью в голосе ответил монарх.       — Что? — сделав глоток чая, ковбой с удивлением посмотрел на Азгора. — Она отказалась от своей работы... из-за меня?       — Да... Видимо, твоя доброта и милосердие к монстрам повлияли на Мартлет, и она не хотела вредить людям. По правде говоря, я и Андайн пытались отговорить Мартлет, но она была непреклонна и твёрдо стояла на своём решении уйти из Королевской Стражи. Жаль... к ней не было нареканий, и она хорошо выполняла свою работу. После получения шестой души я даже предлагал ей повышение, но...       — Её решение было вполне разумным, Азгор. — перебила короля Ториэль. — Хоть я и не знакома с Мартлет, но могу её понять.       — Я... тоже её понимаю, — сказал Азгор.       — Ясно. — опустошив чашку, Кловер встал из-за стола. — Большое спасибо за чай, Азгор. Он был очень вкусным.       — Чай из золотого цветка реально вкусный, — подтвердила Фриск, с удовольствием допивая свой чай.       — Не за что, Кловер, — король улыбнулся. — Всё-таки... это мой любимый чай.       — Ну, я это понял по количеству золотых цветов в доме. Я бы ещё немного задержался, но... мне нужно идти.       — Ты ещё помнишь дорогу, дитя? Или тебе помочь добраться до Снежнеграда? — спросила хранительница Руин.       — Конечно, помню, — с улыбкой ответил ковбой. — Дойду до ближайшей станции ПЗПС и китовой почтой отправлю себя в заснеженный город.       — Какой почтой??? — Фриск сильно удивилась, ведь во время своего путешествия она даже не слышала об этом.       — Кловер. Все станции Подземной Почтовой Службы расформировали ещё 11 месяцев назад. С распространением мобильных телефонов по всему Подземелью... в этих станциях уже не было надобности, и их убрали, — Азгор вздохнул. — Извини. Почтовому киту пришлось уйти на пенсию, а всю корреспонденцию теперь доставляют самому адресату.       Кловера сперва очень удивила эта новость, но вспомнив слова некоторых монстров, ещё год назад говоривших о будущей судьбе станций ПЗПС, он понял, что это рано или поздно... случится. И теперь маленькому пострелу придётся искать альтернативный маршрут до Снежнеграда. Вот только без чьей-либо помощи это будет довольно сложно.       — Чем же... мне теперь добраться до Снежнеграда?       — Могу помочь. Я знаю быстрый путь до него, — ответила девочка, допив наконец чай и отложив чашку.       Кловер перевёл на неё взгляд и спросил:       — Серьёзно? Какой именно путь?       — Увидишь.       — Окей. Тогда веди меня, Фриск.       Фриск кивнула и встала из-за стола. Юный ковбой снова посмотрел на Дримурров, слегка улыбнувшись.       — Что ж... Мне пора, — сказал он. — Было приятно с вами познакомиться.       — Взаимно, Кловер, — с улыбкой пробасил Азгор.       — Надеюсь, что мы ещё не раз встретимся.       — Я в этом не сомневаюсь, Кловер. Ты, главное, будь осторожен, — сказала Ториэль.       Кловер кивнул, попрощался с монстрами, после чего развернулся и пошёл к выходу. Фриск последовала за ним. Не дойдя до порога дома, она остановилась и повернулась, обратив взор на Ториэль и Азгора.       — Я... хочу кое-что сказать... — начала она, — а точнее, у меня к вам обоим есть одна просьба.       — Какая просьба, дитя? — с удивлённым выражением лица спросила леди-коза. — Что-то случилось?       — Ты только скажи и я... постараюсь выполнить твою просьбу, Фриск... Обещаю! — немного взволнованным и неуверенным голосом произнёс монарх. — Так какова твоя просьба?       Фриск на несколько секунд задумалась и ответила, смотря монстрам в глаза:       — Помиритесь вы уже наконец. А ещё лучше... снова сойдитесь. Я беспокоюсь о вас и хочу видеть вас счастливыми. Я хочу, чтобы мы стали... семьёй! — Фриск нахмурила брови. — Вы оба совершили ошибки в прошлом, но теперь всё хорошо. Так что пора уже оставить позади всё плохое и жить настоящим. Да, может, поначалу это будет непросто, но вы должны дать друг другу второй шанс. Хотя бы попытаться. Пусть и не ради себя, но хотя бы ради... Азриэля!       Девочка, полная решимости, произнесла эти слова уверенным, строгим голосом. Затем резко развернулась и выбежала на улицу, закрыв дверь с той стороны.       Последние слова желтокожей пацифистки повергли пару монстр-боссов в большой шок... Словно в режиме стоп-кадра, они просто сидели и смотрели в одну точку, не в силах даже вымолвить что-либо, не то что пошевелиться. Имя покойного сына, упомянутое Фриск, заставило их снова вспомнить моменты, когда Азриэль был ещё жив. Каким он был счастливым и жизнерадостным. Как он сдружился с Чарой и проводил с ней бо́льшую часть времени. И самое страшное — день, когда он в облике могущественного существа стоял посреди тронного зала с многочисленными ранами, дрожащими руками держа безжизненное тело Чары, а потом рухнул на золотые цветы, как подкошенный, и мгновенно рассыпался в прах... Азгор и Ториэль долгие годы пытались забыть тот день, но воспоминания нанесли им обоим новый "удар" в душу.       Бывшая королева, всё ещё шокированная, зажала руками рот, а на её глаза стали наворачиваться слёзы. Король же пытался отойти от шока, но у него это не получалось. Вцепившись дрожащими руками в столешницу, он опустил голову.       — От... откуда Фриск знает... о нашем сыне? — слёзно произнесла Ториэль, медленно повернувшись к Азгору.       — Я не знаю, Тори... — с тяжестью в голосе сказал он, посмотрев на супругу. — Вероятно... она могла узнать о нём от кого-то.       — Но от кого?!       — Ториэль... Фриск прошла через всё Подземелье, а значит, встречала на своём пути немало монстров. Думаю, ответ и так... очевиден, ибо большинство из них знают о нашей истории.       — Я... хотела забыть тот страшный день... Хотела, чтоб более никто в Подземелье не упоминал это имя...       — Азриэль — наш единственный сын. Как бы мы ни старались забыть его трагическую участь, это невозможно... Невозможно!       — Однако... кое-что мне непонятно, Азгор, — чуть отойдя от шока и утерев рукавом слёзы, сказала Ториэль.       — Что именно? Почему Фриск беспокоится о нас?       — Не только это. Её последние слова. Она так сказала, как будто знала Азриэля лично. Будто... дала ему обещание.       — Ты ведь понимаешь, — Азгор тяжело вздохнул, — что этого просто не может быть. После смерти от него остался лишь прах, а душа распалась. К тому же это случилось так давно, что Фриск никак не могла с ним пересечься.       — Может быть ты и прав. Но это всё равно странно!       — Слушай... Если это тебя беспокоит, мы можем как-нибудь спросить девочку о том, как она узнала о нашем родном сыне. Честно признаться, мне бы тоже... хотелось это знать.       Ториэль и Азгор ещё немного поговорили. Потом снова замолчали, попутно переглядываясь друг с другом... Они всё обдумывали слова пацифистки, но пока что не решались начать что-то делать для того, чтоб снова сойтись. Но несмотря на это, Дримурры наконец то смогли нормально поговорить с тех пор, как они стали жить врозь. Кроме того, они были рады слышать, что Фриск хочет быть частью семьи. Кто знает... может, Азгору удасться помириться с Ториэль, и они позабудут негативные моменты из прошлого. Всё теперь зависело только от них самих. И хочется верить, что одна девочка со своею РЕШИМОСТЬЮ поспособствует разрешению конфликта с последующим воссоединением...

***

      Двое детей неспешно шли тем временем по безжизненным технологическим коридорам ЯДРА и общались, рассказывая друг другу о своих похождениях по подземному миру. Каждый из них что-то уже знал, а что-то узнавал новое...       — ...Вот теперь ты знаешь о причинах войны, а также понимаешь, почему Азгор издал королевский указ, в котором было сказано, что каждый человек, упавший в Подземелье, должен умереть, — закончила Фриск.       — Что ж... Я так и думал, что наша раса причинила монстрам много вреда. Ведь монстры просто хотели мирной жизни. Теперь я ещё больше понимаю их, — сказал ковбой и вздохнул. — А Азриэля очень жалко, если честно.       — А Чару?       — А её нисколько! Ведь именно из-за её идиотского поступка он погиб.       — Да... Хотя, фактически... он так-то жив.       — Быть бездушным цветком с частицей разума — такая себе жизнь. Честно говоря... я был удивлён, Что Флауи всё это время являлся сыном Ториэль и Азгора. Теперь я буду воспринимать его по-другому... если, конечно, снова встречу его.       — Только не напоминай ему о прошлом.       — Окей...       Дуэт пацифистов, пройдя через ЯДРО, вошёл в фойе отеля МТТ. Вокруг стояла тишина, не было слышно ни чьих-либо голосов, ни спокойной атмосферной музыки. Запахи, обычно доносящиеся со стороны ресторана, отсутствовали. И на всём этаже было темно. Лишь узкая полоса уличного света пробивалась сквозь стеклянные центральные двери. Первое, что удивило ковбоя, так это стоящий в центре помещения фонтан, который, кстати, тоже был выключен. Кловер всё ещё помнил, какая статуя украшала его. Вот только вместо неё теперь стояла статуя Меттатона, которая тут вообще ни к месту.       — Хмм... Как странно, Фриск, — сказал он.       — Что странно?       — Кто запихнул в фонтан статую Меттатона? Смотрится неуместно.       — Не спорю. Учитывая, что из того отверстия струя воды лилась прям на ковёр. А кто запихнул, точно не знаю. Знаю, что она была установлена больше недели назад. А что? — Фриск вопросительно посмотрела на Кловера. — Год назад вместо неё же не было ничего?       — Было, — ответил ковбой и на пальцах, примерно, объяснил, что стояло в фонтане вместо Меттатона.       — Ага. Я поняла, о какой статуе ты говоришь, Кловер. Ещё со встроенной музыкальной шкатулкой. Я видела её в Водопадье... брошенной в одном из коридоров.       — Понятно...       Выйдя на улицу, Кловер сразу повернулся назад и поднял голову. Отсутствие света во всех окнах лишь подтвердило, что отель не функционировал. И это неудивительно, ведь закрытие произошло на следующий день, после падения барьера.       — Похоже, в здании реально никого. Оно давно не работает? — спросил мальчик.       — Курорт МТТ закрылся после разрушения барьера. Когда до отеля дошла весть о барьере, сама администратор сказала тогда, что он будет работать последний день. На следующий день все съехали.       «Интересно... Я не помню этой вывески, — мысленно говорил ковбой и обратил внимание, что вместо невзрачной таблички с жёлтой надписью "ПЗ АПАРТАМЕНТЫ" над главным входом красовалась большая позолоченная вывеска со стилизованными буквами М Т Т. — По-видимому, сам Меттатон приложил руку не только к тому фонтану, но и к вывеске».       Не теряя времени, ребята пошли дальше, спустившись по ступенькам и повернув к ближайшему лифту.       Двери лифта "Л1" с лязгом открылись. Фриск и Кловер, выйдя из кабины, сразу направились прямо, никуда не сворачивая. Они были уверены на все 100, что загадочный лодочник не покинул подземный мир, который пока что ещё не опустел.       — То есть ты не знаешь, кто этот лодочник. Он тоже монстр, Фриск?       — Кловер, я не знаю, кто он. Как и не знаю того, какой у него пол. Ведь это может быть и лодочниЦА, по голосу не поймёшь. А уж является эта личность монстром или нет — тоже загадка.       — Серьёзно?       — Ты сам его увидишь и услышишь, когда придём на причал. И да, его лодка является на данный момент единственным общественным транспортом в Подземелье.       — Окей, я понял. Хммм... — юный ковбой остановился и повернул голову влево, заметив большое белое кубообразное здание с красной надписью "ЛАБ" над двустворчатой дверью. — Эй, Фриск. Это, часом, не дом-лаборатория доктора Альфис?       Пацифистка остановилась и посмотрела налево.       — Она самая, — сказала она.       — Что ты там говорила про... неудачные эксперименты с решимостью?       — Ты... точно хочешь это знать, Кловер?       — Хотелось бы знать, если честно.       — Я расскажу тебе об этом... как-нибудь потом. Хорошо?       — Окей. Договорились.       — А теперь идём, — сказала Фриск и продолжила идти прямо, Кловер же шёл следом, о чём-то задумавшись.       Когда дети спускались по крутым ступеням к причалу, на их удачу возле него уже была пришвартована большая деревянная лодка, на которой стояла та же знакомая фигура в иссиня-фиолетовом плаще с капюшоном.       — Вот, Кловер. Лодочник. Очень загадочная личность в Подземелье.       — Я вижу... И впрямь... загадочная. Даже лица не видно, — юный ковбой с удивлением посмотрел на лодочника и вполголоса добавил: — Сразу Далв вспоминается, когда я впервые увидел его.       Фриск усмехнулась.       — И куда он может отвезти на своей лодке? — спросил Кловер.       — Снежнеград, Водопадье и Жаркоземье. В Подземелье я видела только три причала. Не переживай, он никогда не отказывает и бесплатно может отвезти тебя в любое время суток, так как ему нравится плавать на лодке.       — Это хорошо. Ну что? Тогда поплыли?       Фриск кивнула, и ребята подошли к лодочнику, поприветствовав его. На что тот пропел свою очередную (уже заезженную) реплику загадочным голосом, по которому реально невозможно было определить, какого пола эта личность:       — Тра-ла-ла. Я лодочник. Или лодочница?.. Не так уж это и важно. Я люблю плавать на своей лодочке. Не желаете присоединиться?       Дети ответили в унисон: «Да».       — Куда мы сегодня направимся? — спросила речная личность.       — Снежнеград, — слегка улыбнувшись, ответил ковбой.       — Тогда мы отчаливаем...       Когда Фриск и Кловер зашли на борт, лодка тронулась с места и поплыла по подземной реке...

***

      Деревянное судно шло очень плавно, причём без наличия вёсел... будто плыло само по себе. Отвесные синевато-фиолетовые стены по обеим сторонам выглядели скучновато, словно плывёшь по какому-то каналу. Но в целом... несмотря на окружение, поездка была вполне спокойной. А прохладный встречный ветерок и журчание воды расслабляли.       Во время плавания лодочник, как обычно, размеренно напевал одну из своих фраз:       — Тра-ла-ла. Кушай грибы каждый день. Зачем? Тогда я буду знать, что ты меня слушаешь...       — Чего, блин? — тихо проговорил ковбой, с недоумением посмотрев на Фриск. — Чё за... бред? Какие ещё ГРИБЫ? В чём связь между ним и грибами?       — Ох, не заостряй на этом внимание, — тихо и спокойно ответила она. — Я сама не знаю ответа. Кхм. Видишь ли... лодочник иногда напевает какую-либу "песню". Причём репертуар у него немалый. Одни фразы содержат что-то вроде загадок. Другие — подсказки для решения некоторых проблем, в чём я уже убедилась, ибо каталась на лодке не один раз. А третьи... ничего не значат, они просто забавные.       В это время транспорт причалил к покрытому снегом берегу, и лодочник пропел:       — Приходите ещё. Тра-ла-ла.       Сойдя на берег, дети направились к главной улице.       — Да уж... Странностей в Подземелье ещё больше, чем я думал, — сказал Кловер.       — Возможно. Но согласись... без этих "странностей" в подземном мире было бы скучно и уныло.       — Понимаю... Но теперь скучать монстрам больше не придётся. На Поверхности жизнь куда веселее.       — Тут ты прав, Кловер.       — Бррр. Я и забыл, что здесь так холодно, — с непривычки застучал зубами ковбой, затем, застыв на месте, непонимающе посмотрел по сторонам. — Э... Фриск? Это ведь Снежнеград?       — Конечно. А что тебя смутило? В Подземелье есть только один снежный регион.       — Просто... Я не помню этих домов. И что это там за конвеер?!       Девочка посмотрела, куда указывал Кловер. Окружённый деревянной оградой конвеер, по которому когда-то выкатывались ледяные кубы, стоял выключенным, а рядом с ним уже не было того здоровенного волка. Всё-таки больше не было надобности охлаждать ЯДРО.       — Ранее из него выходили большие кубы льда, — ответила она. — Их хватал ледяной волк и сбрасывал в реку, по которой кубы плыли до самого ЯДРА, чтоб охлаждать его периодически.       — Волк? Я вроде помню монстра, похожего на большого волка. Только я видел его в другой части Снежнеграда, где он тоже бросал лёд в реку. Правда, там не было конвеера. Он ещё чё-то бормотал про новые штаны. Видимо, хотел накопить на них.       — Правда? Ну... спустя год этот монстр, наконец, накопил на них.       — Это хорошо. Хоть и долго шёл к этой цели       — Да уж...              И вот, ребята вышли на главную улицу городка, а Кловер, резко оглядываясь по сторонам, ещё больше стал недоумевать, что неудивительно... Ведь он не был в этой части Снежнеграда, а точнее, на его верхнем уровне.       — Какого... Фриск! Где мы? Я не видел этой улицы! — ёжась от местного климата, раздражался юный ковбой.       — Спокойно, Кловер. Помнишь, я ранее говорила, что у нас с тобой были разные маршруты?       — Стоп. Мы оба преодолевали Снежнеград. Хочешь сказать, что этот городок ещё больше, чем я думал?       — Ага, — улыбнувшись, ответила пацифистка. — Собственно, как и всё Подземелье в целом. Это верхний уровень, на котором мы сейчас находимся. По нему шла я.       — Ах да, точно. Ты ещё упоминала гостиницу, библиотеку, паб "У Гриллби"...       — Ну вот. Ты же шёл по нижнему уровню, где я не была. Нижний Снежнеград, как говорила Мартлет.       — Вот оно что... Но... как мне добраться до нижнего уровня?!       — Честно... Я сама не знаю дороги. Хотя... — Фриск взглянула в сторону коттеджа братьев-скелетов, перед которым стояли Санс и Папирус, о чём-то разговаривая.       — Хотя... что? — спросил Кловер и, посмотрев в ту же сторону, удивился. — Это... те самые монстры-скелеты, с которыми ты подружилась?       — Именно. Думаю, они знают город лучше нас и, возможно, подскажут дорогу к Нижнему Снежнеграду.       Ковбой сразу побежал к скелетам. Фриск же побежала следом. Кловер не собирался терять попусту время и хотел уже быстрее добраться до дома Мартлет. Тем более он всё ещё осознавал, насколько тут холодно и пожалел, что не взял из дома тёплые вещи. Однако... у него появилась возможность лично познакомиться с этими потешными скелетами.

***

      — Санс! Ты же не собираешься забрать с собой на Поверхность свой старый носок? — недовольным тоном спросил Папирус, скрестив на груди руки.       — А почему бы и нет? — усмехнулся Санс. — На него было так забавно цеплять нашу с тобой переписку.       — В этом нет ничего забавного! Ты притащишь носок в новое жилище и снова бросишь его где попало.       — А если не где попало, а например, в укромном месте?       — Эх. Ладно, посмотрим.       — Давай лучше сменим тему, ок? — тут Санс взглянул за спину брата, заметив бегущих к ним детей. — Эй, Папирус. Посмотри, кто нас решил навестить.       — А? — высокий скелет обернулся, пригляделся и радостно воскликнул: — Да это же Фриск! И... кто это с ней? Ваушки! Ещё один человек!       — Агась.       Папирус снова повернулся к брату и спросил, слегка волнуясь:       — Как я выгляжу?       — Ты выглядишь как всегда... очерепенно, бро. — не упустив возможность скаламбурить, ответил Санс, показав большой палец.       — АГХ!       Фриск остановилась в полуметре от братьев и поприветствовала их.       — Привет, Фриск! Давно не виделись! — Папирус всегда был рад видеть своего друга. Даже если не виделся с ним всего лишь пару дней.       — Здорово, малая, — отозвался ленивый скелет и перевёл взгляд на Кловера. — Кто твой новый друг?       — Ну... думаю, он сам скажет. Заодно и познакомитесь, — с улыбкой сказала девочка в полосатой кофте и отошла в сторону.       Кловер уверенно подошёл к Сансу, который был, примерно, с него ростом. Скелет сразу протянул новому приятелю левую руку. Благо, мальчик тоже был левшой (как и Фриск... и половина монстров Подземелья) и, не раздумывая, протянул свою левую руку. Но едва приветственное рукопожатие состоялось, как Кловер ощутил что-то мягкое, резиновое в костяной руке, а затем услышал звук выпускания газов; лицо ковбоя перекосило от недоумения, но улыбка на нём всё же появилась. Фриск, прикрыв рукой рот, тихо хихикнула. Папирус же отвесил себе фейспалм, ибо его всегда бесили проделки старшего брата.       — Хе-хе-хе, — засмеялся Санс и подмигнул. — Всё-таки старый трюк с подушкой-пердушкой срабатывает безотказно.       — Да уж... — усмехнулся Кловер, оценив подобный прикол.       — Я Санс. Скелет Санс.       — Кловер.       — Хорошее имя. Рад знакомству, Кловер.       — Взаимно. Фриск мне уже немного рассказала о тебе и твоём брате.       — Правда?! Тогда ты уже знаешь Великого Папируса! — воскликнул младший брат и встал в героическую позу. — Ну... ты можешь звать меня просто... Папирус.       — Ну разве мой бро не крутой? — Санс снова подмигнул.       — Прикольные вы, конечно, ребята, — сказал ковбой, переминаясь с ноги на ногу от холода. — Я бы ещё поболтал с вами, но... мне нужна помощь.       — Не волнуйся, человек! Великий Папирус поможет тебе, — высокий скелет смотрел на Кловера. Казалось, он был уже готов помочь ему с чем-угодно. — У тебя возникла проблема с головоломкой? Или надо разрешить какой-нибудь конфликт? А может ты не знаешь, как приготовить спагетти и...       — Спокойнее, Папирус, дай Кловеру сказать, — перебил брата Санс, затем посмотрел на мальчика. — Так что у тебя стряслось, малой?       Кловер, помолчав полминуты, решил начать издалека. Он вкратце рассказал о своём приключении в подземном мире. С какой целью он полез на гору, как решал проблемы мирным путём, как подружился с некоторыми монстрами, и каким его был мотив отдать свою душу. Теперь же он, снова живой, спешил вернуться к своим друзьям. В первую очередь хотел попасть на нижний уровень заснеженного города, чтоб снова увидеть Мартлет.       — Ваушки! — воскликнул Папирус. — Вот это приключение у тебя выдалось!       — А главное, ты не навредил ни одному монстру, и это радует. Молодец, — похвалил Кловера Санс, подмигнув ему.       — Спасибо, — немного улыбнувшись, ответил пацифист.       — Хм... Нижний Снежнеград... Я не помню, был ли я там после нашего с братом переезда. — Папирус почесал нижнюю челюсть, вспоминая, знает ли он это место или нет. Хотя скелет отчётливо понимал, что не мог там быть. В противном случае он бы установил в той части города парочку своих головоломок.       — Бро, ты там точно не был, — сказал Санс. — Кловер. Я, кажись, знаю, о каком месте ты говоришь. И я... знаю короткий путь до Нижнего Снежнеграда.       — Правда?! — обрадовался ковбой. — Ты проведёшь меня туда?       — Хех. Конечно. Следуй за мной.       — Эй! — нахмурившись, отозвался высокий скелет. — Мне самому интересно увидеть это место! Так что я иду с вами.       — Я, пожалуй, тоже прогуляюсь... за компанию, — сказала Фриск.       — Ну что ж... Как говорится... вместе веселее. Теперь идём уже, а то... долго стоя на морозе, можно и окостенеть, — усмехнулся скелет в синей куртке.       — Санс! Опять твои глупые каламбуры?! — возмутился “мастер головоломок“.       — Расслабься, Папирус. Ты ж меня знаешь, не мог удержаться, хех.              Путь до Нижнего Снежнеграда оказался не шибко то и коротким. Два монстра-скелета и два человека шли через густой еловый бор. Морозный воздух и запах хвои придавали снежному региону особую атмосферу. Неудивительно, что его населяли в основном пушистые монстры. Однако в местном лесу можно было легко заплутать, не зная дороги, и замёрзнуть в придачу, будучи восприимчивым к минусовой температуре. Но Санса эти нюансы нисколько не напрягали. Невозмутимый и спокойный... он шёл впереди всех, засунув руки в карманы своей куртки. Следом за ним шла Фриск, за ней — Кловер. Замыкающим бодро вышагивал Папирус.       Спустя немного времени, деревья постепенно расступились, и компания вышла наконец на опушку леса, посреди которой стоял пост королевского стражника. В данный момент никого на нём не было. У Кловера тут же возникло дежавю. Он вспомнил это место, ведь именно возле этого поста ковбой впервые столкнулся с синей птицей лицом к лицу.       — Кловер. Это здесь у тебя была битва с Мартлет? — спросила Фриск.       — Да... — вполголоса ответил он. — Здесь мы и встретились. Недалеко отсюда есть река, а за рекой — её дом.       — Полагаю, дальше ты сам пойдёшь?       — Ага.       Мальчик с улыбкой повернулся к новым знакомым и поблагодарил их за помощь. Ведь без них он врядли бы нашёл альтернативный путь до нижнего уровня Снежнеграда.       — Не стоит, малой. Рад был помочь, — сказал Санс, закрыв глазницы.       — И я был рад составить тебе компанию. Удачи, Кловер, — радостно сказал Папирус.       — Было приятно познакомиться, ковбой. Думаю, мы ещё встретимся, но уже на Поверхности. А теперь... мне надо возвращаться обратно. Дела... Передавай привет Мартлет, — Девочка собралась уже развернуться обратно.       — Обязательно передам, Фриск. Пока.       — Эй, Фриск. Ты обратную дорогу то найдёшь или тебе помочь? — спросил шутник. — А то мы с братом, наверное, задержимся тут немного.       — Да. Надо бы разведать территорию, — высокий скелет с любопытством осматривался по сторонам.       — Спасибо, но я сама по нашим же следам выйду на верхний уровень Снежнеграда. Так что не беспокойтесь за меня.       — Ну... Тогда удачи вам, дети. А у меня с моим бро ещё тонна работы... скеле-тонна (*ба-дум-тссс*), — усмехнулся Санс, не удержавшись от очередного каламбура, и снова подмигнул, глядя на детей.       — САНС! — младший брат, выпучив глаза, гневно зыркнул на старшего и раздражённо топнул ногой. — ТЫ НЕИСПРАВИМ!       Фриск и Кловер в это время засмеялись. Походу, каламбур удался. Ещё раз попрощавшись друг с другом, дети пошли своими путями. Одна — в лес, другой — в сторону реки...       Проводив их взглядами, скелебратья повернулись друг к другу.       — Санс! — Папирус продолжил раздражаться, скрипя зубами. — Ну когда ты, чёрт побери, поймёшь, что твои шутки про КОСТИ... не-смеш-ны-е?!       — Да ладно тебе, Папс. Не горячись, — попытался успокоить брата любитель каламбуров. — Судя по реакции двух человек, я так не думаю. Значит реально смешные, хех. Не так ли?       — Нет!       — А по-моему, как раз таки да. И, кстати, ты опять притворяешься, что тебе не смешно от моих шуток.       — Ничего подобного!       — О, я придумал. Почему бы мне не замутить как-нибудь стендап-шоу на Поверхности? Уверен, мои каламбуры понравятся не только монстрам, но и людям.       — ЧТООО?! — высокого скелета аж передёрнуло от этой мысли. — Даже не думай об этом, ленивые кости! Ты ещё будешь перед людьми срамиться?!       — Хе хе хе хе хе... — гоготал низкорослый скелет, хватаясь за бока. — Я пошутил, бро! Я понимаю, что не всем понравятся мои "костяные" каламбуры.       — САНС!       — Ладно-ладно. К тому же... я не собираюсь выступать перед широкой аудиторией.       — Правда?       — Ну есессно, Папирус. Я слишком ленив, чтоб стоять на большой сцене весь день.       — Фух... — выдохнул с облегчением Папс.       — Ну что? Пройдёмся по Нижнему Снежнеграду? — спросил Санс, перестав наконец шутить.       — Конечно!       — Хех. Вот и славно.       И братья отправились исследовать нижний уровень Снежнеграда...