Часть 21

— Я хотела обсудить будущее вашего мира, — выпалила Гермиона, вцепившись пальцами в краешек стула. Драко закатил глаза. Гарри, кажется, поперхнулся. — К-какое будущее? — Нам известно, что здесь, — она обвела руками помещение, — происходят события, ведущие к войне. Между Риддлом и Дамблдором. Гарри медленно кивнул. — И нужно поменять что-то в ходе событий, переиграть, взять…реванш. Гарри прокашлялся. — А почему, собственно, вы пришли за этим ко мне? Гермиона лихорадочно подбирала слова. Её перебил чуть ленивый голос Малфоя, отдающий неизменным высокомерием: — Может, у вас есть какие-то пророчества? Гарри мертвенно побледнел, вскочил со стула, и, указывая пальцем на дверь, гневно произнес: — Вот значит как? Пророчества? — голос его источал сарказм. — А билет до Центральной тюрьмы или рудников Рубежей вам не подать? Малфой сузил глаза. Гермиона, наоборот, в ужасе уставилась на Гарри. — Так вот, господа…агенты, аферисты или просто дураки. Проваливайте-ка из моего дома, пока я не вызвал полицию. Нет никаких пророчеств! — его голос перешёл на шёпот. — Я законопослушный гражданин, и ещё одно упоминание этого, — он сморщился, отчего очки съехали, — в этих стенах — и вы вылетите отсюда оба, потому что я вызову наряд! Малфой подскочил, опережая Гермиону. Злобно зашипел: — Поттер, чего разорался? Мы, к дементорам тебя, из другого мира. Нас перенёс артефакт. Не веришь? Поттер открыл было рот, но Малфой достал палочку и бросил Бомбарду в стоящий в углу сундук. Тот, хоть и с некоторой задержкой, разлетелся на куски. — Малфой, ты совсем спятил?.. — схватилась за голову Гермиона. Поттер ошалело переводил взгляд от обломков сундука на Малфоя. Потянулся за телефоном. — Я вызываю полицию… — Репаро! Сундук собрался обратно. Поттер замер, и рука с телефоном остановилась на полпути. — Что за… — Мы пришли из того мира, где можно…колдовать, — начала Гермиона, отчаянно пытаясь сгладить впечатление. — Вот, посмотри… — Да нет, я насмотрелся, спа… — Вингардиум Левиоса! — толстый ежедневник приподнялся над столом и на некоторое время повис, а затем упал обратно с гулким стуком. — Экспекто Патронум! Из её палочки вылетело слабое серебристое облачко. Малфой хмыкнул. — Что-то ты не в форме, Грейнджер. Та вспыхнула, и злобно прищурилась. — Сундук обратно криво склеился, ты только посмотри! Малфой пригляделся. Истерически хохотнул. Разрозненные куски сундука приклеились друг к другу, как после неудачной попытки собрать мозаику. — Он вообще работает теперь по назначению? — Вы мне и сундук испоганили, чтоб вас черти взяли?.. Поттер неуверенно топтался на месте, очевидно, чувствуя себя крайне неуютно и желая вызвать обратно Рона. — Гарри! — взмолилась Гермиона. Драко скривился, — Мы действительно очень издалека, и там весь мир пронизан волшебством. Вот только… Там тоже идёт война. Мы использовали артефакт, названный как…реванш, и он перенёс нас сюда. Я знала тебя, — Гарри вздрогнул, — там, в моем мире. Ты был…моим лучшим другом, понимаешь? И ты… — её голос вдруг сорвался. Ты там умер. Борясь за свободу в войне с Вол… Риддлом. Поттер взвыл и упал на диван. Взгляд его недоверчиво сверлил злополучный сундук. Затем вскочил на ноги и воскликнул, отчаянно жестикулируя: — Хорошо… Нет, ничего не хорошо! Ни-че-го. Вы утверждаете, что оттуда пришли… Все поменять? Драко протянул: — Мы оттуда просто сбежали. — Из-за тебя! Драко захлебнулся возмущением. — Если бы ты, Грейнджер, не вцепилась мне в ногу! И не верещала про свою шпионскую миссию, как заправская банши!.. Поттер с округлившимися глазами переводил взгляд с одного на другую. — Это твой артефакт был, Малфой! — М-малфой? — Что? Драко обернулся на Поттера, который смотрел на него как-то крайне растерянно. — Малфои… Сестра погибшей главы Красных Гор вышла замуж за Люциуса Малфоя… Лицо Драко окаменело. -…ты их родственник? Драко махнул рукой. — Я их сын. В том, нашем мире. — Аа… Все, понял. Вы, значит, пришли ко мне из волшебного мира и можете колдовать, да? И ещё в родне с правящей династией, — расплылся в улыбке Поттер. Гермиона согласно кивнула. Поттер тоже кивнул и медленно сполз по стене на пол. Гермиона злобно зыркнула на Драко. — Ну кто тебя за язык тянул! — Говорить так говорить, — Малфой пожал плечами. — Но с пророчествами тут что-то явно неладное. Гермиона согласилась и полила Гарри водой, бросив легонькое агуаменти.                         *** — Хорошо, можно этот…эээ…фонарик ещё раз? — Люмос! — Грейнджер, мы что, представление показываем? Гермиона пихнула его локтем в бок. Гарри задумчиво поправлял очки. — Хорошо, допустим… Вы меня хорошо знали, и поэтому отправились ко мне в этом…мире? Драко передернуло. — Да, кхм, знали, Поттер. Тот сарказма не заметил, погруженный в свои думы. — А Рон? — Он у нас тоже был твой лучший друг… Он и я, — смущённо сказала девушка, и Гарри взглянул на неё с невольным сочувствием. Покосился на Малфоя, уточнил: — Он тоже? Драко поперхнулся и закашлялся. — Н-нет. Он — нет. Гарри, сделав какие-то свои выводы, от дальнейших расспросов предпочёл отказаться. — И вы считаете, что нужно предотвратить войну, потому что это что-то исправит? В вашем мире? Грейнджер пожала плечами. — Судя по названию артефакта… Драко прокашлялся. Заметил: — А может это просто…способ самоутвердиться? Типа не нравилась вам война в одном мире — держите в другом, хотите, выигрывайте, хотите, проигрывайте. На первый исходный мир влияния никакого не будет. Грейнджер насупилась. — И в чем смысл? — А если нет этого смысла? Я тебе что, Трелони, чтобы разбираться в высших материях? Гарри крякнул. — Трелони…у вас кто была? — Прорицательница, изрекла очень важное для нашего мира пророчество. Там фигурировал ты. Другой ты. И твоя роль в войне с Вол… Риддлом. В глазах Гарри отчаянно боролись исследовательский интерес и страх. Затем, словно решившись, проверил дверь, выглянул в окно, зашторил его. Гермиона и Драко с удивлением следили за ним. Тихо сказал: — Вы понимаете вообще, что за это дадут семь лет лагерей? И мне, и вам. — Почему? — Запрещено, — уклончиво ответил Гарри. На лице его отражалась отчаянная борьба. Гарри потёр лоб. — Она здесь тоже произнесла. — Какое? Парень взъерошил чёрные волосы настолько знакомым жестом, что Гермиона невольно затаила дыхание. Драко недобро скосил на неё глаза, вздохнул. — «И придут двое, что все изменят и не позволят злому огню поглотить весь мир. Взявшись из ниоткуда, исчезнут в никуда, когда распятие опалит черным солнцем. Сирота взойдет на престол, и поведёт за собой друзей и врагов. Слепые глаза…» — Ты знаешь наизусть? — удивлённо протянула Грейнджер вполголоса. — Да, — так же тихо ответил Гарри. — Мне оставил…один человек. — Про двоих понятно, — отозвался Драко с видом специалиста-по-мать-вашу-пророчествам. — А вот распятие мне совсем не нравится. Кого хоть распнут? — Тебя, — фыркнула Грейнджер, коварно глядя на парня. — Станешь новым мессией. — Спасибо, обойдусь без этой чести. Может, избранного? — он выразительно покосился на Гарри. Тот удивлённо расширил глаза. — Почему…избранный-то сразу? — Ты в том мире им был. Должен был всех спасти, но немного просчитался и помер, — Драко деланно равнодушно пожал плечами. Гарри сглотнул. — Ладно… А сирота? Повтори ещё раз. — «Сирота взойдет на престол и поведёт за собой друзей и врагов». — Ты…сирота в этом мире? Гарри кивнул. Воскликнул: — Вы смеетесь? Сейчас сирот полно, особенно после войны с Гриндевальдом. — Он по-любому фигурирует в пророчестве, — уверенно заявил Драко. Гермиона согласно кивнула. — А что с распятием? У вас есть какая-то религия? Гарри задумался. — В целом, скорее нет. Но есть Братья… Братья-на-крови. Фанатики. Вот там точно есть, причём на этом строится вся их жизнь. Только у нас, как и пророчества с прорицаниями, секта Братьев официально запрещена. Может, есть люди, знающие детали… Вот только беседовать с вами они уж точно не станут. Поэтому… Думаю, распятие у Братьев найдётся, и не одно. Драко поежился. Гермиона задумчиво барабанила пальцем по столу. — Было что-то про глаза. Драко только удивленно покачал головой. Как она это запомнила-то? Такие тонкости. Гарри продолжил: — Да, обрывок текста. «Слепые глаза…» Дальше кусок бумаги оторван. — Хм. А известные слепые у вас есть? Гарри пожал плечами. — Не припомню. Если только в скором будущем кто-то ослепнет. — Да-а… Негусто. — Малфой, а ты полагал, будто это пошаговая инструкция? Тот неопределённо хмыкнул. — Хорошо, пойдём другим путем, — сказал Гарри, — Вы слышали, что Беллатрису Блэк убили террористы. В Красных Горах переворот. Здесь давно ходят слухи, что Риддл собирается сбросить на Предгорье ядерные бомбы. Дамблдор пытается это предотвратить, но Риддл слишком далеко зашёл. Может, думать надо в эту сторону? — Уничтожить Риддла? — Не думаю. Дело продолжат его сподвижники. Страна лишится руководителя… Но на его место быстро найдут подобную ему замену. — Уничтожить бомбы? Гарри помолчал. — Ваша магия… Вы сумеете? Гермиона задумалась, посмотрела на Драко. — Если их подорвать или иначе разрушить, они сдетонируют. — Траснсфигурировать? — Сколько их… Бомб? Гарри пожал плечами. — Явно не одна. Ещё тактические бомбы, которые спрятаны в качестве запаса… — Бесполезно. Если и удастся трансфигурировать одну, не факт, что она не рванет на месте. К тому же, Малфой, посмотри на сундук, — тот поморщился. Сундук переживал явно не лучшие свои времена. — Здесь колдовать получается намного хуже. — Тогда даже не знаю, что ещё придумать. Я бы предложил пойти к Дамблдору, но вас бросят в темницу, прежде чем вы скажете хоть слово. У нас с этим строго… Перебросившись парой идей, одинаково неосуществимых, слишком технически сложных или попросту смертельно опасных, Гермиона устало прикрыла глаза. — Мы, наверное, пойдём. Надо все ещё раз обдумать… Может, и получится что. Как я могу с тобой связаться? Гарри нацарапал номер телефона на клочке бумаги. Смущённо взглянул на ребят, произнес: — А можете… Ещё раз сундук разворотить? Ему уже ничего не поможет, а я хоть посмотрю ещё раз на эту…магию. Гермиона усмехнулась и бросила бомбарду в сундук. Малфой рассмеялся, уворачиваясь от фонтана обломков. В дверь забарабанили, послышалось недовольное бормотание и перебранка. — Соседи чтоли? Драко поспешно склеил обломки сундука и нервно посмотрел на Гермиону. — Думаешь, отдел Магического Правопорядка по нашу душу? — У нас такого нет. Насколько мне известно, — задумчиво протянул Гарри. — Сидите тихо. Хотя лучше залезьте-ка в шкаф. Стук усилился. Гермиона, чувствуя себя героиней низкопробной комедии, подошла к шкафу, открыла дверцу. Он был практически пуст, лишь несколько вешалок и стопка полотенец в углу нарушали его нетронутый, словно из магазина, вид. — Лезь, Грейнджер, чего застыла, — шипел сзади Драко. Гермиона вздохнула и полезла, едва не вывалившись назад. Малфой сдавленно ругался. Наконец они погрузились в деревянную коробку, и парень потянул на себя створки, закрывая шкаф. — Так и сидите! — послышался снаружи едва слышный взволнованный голос Гарри. — Так и сидите, — передразнил Малфой, отчаянно пытаясь отодвинуться от Гермионы. Маневр не удавался, и они, переплетаясь руками и ногами в странных объятиях, оказались нос к носу в кромешной темноте. Гермиона слегка пошевелила рукой и поняла, что под её ладонью голова Малфоя. — Грейнджер, я, конечно, нервничаю, но не настолько, чтоб ты меня по голове гладила. Но если сильно хочется, можешь шею помассировать, а то затекла. Гермиона вдруг почувствовала себя неловко, смущённо и непременно бы по этой шее стукнула, если не была столь стеснена в движениях. Однако девушка проигрывать не собиралась, и с чувством ущипнула паршивца за ухо. Тот издал слабый писк, и Гермиона едва удержалась, чтобы не засмеяться в голос. Она тихо хихикала, пока Малфой крайне плебейским способом не укусил её за плечо. — Ах ты!.. — прошептала Гермиона, и собралась провернуть хитрый ход с вероломным ударом локтем в лоб, однако была проворно перехвачена Малфоем, уже привыкшим в темноте, в мгновение ока перевернута и прижата к нему спиной. Руки её он ловко удерживал своими, не давая высвободится. — Пусти! — Заткнись, Грейнджер. Ты орёшь, как бан… Она резко запрокинула голову, целясь затылком ему в челюсть, как Малфой схватил её за шею, при этом прижимая руки. — Малфой, сукин с… — Ты меня достала, клянусь. Я тебя задушу, если ты хоть раз пикнешь. Клянусь Салазаровыми панталонами, задушу. Грейнджер вдруг поняла, что прижата к нему всем телом. Очень тесно и чертовски двусмысленно, и его злобный шёпот звучит прямо у неё над ухом. Она попыталась отпрянуть, но ещё сильнее вжалась спиной в парня. Девушку прошибло осознание, что она буквально сидит у него на коленях. — Грейнджер, мать твою, не ерзай. Хватка на горле слегка ослабла, и голос показался странно охрипшим. Гермиона в ужасе поняла, что совершила ошибку, и попробовала аккуратно повернуться. Драко выдохнул, сжав зубы. — Грейнджер, это что за насилие, ты издеваешься? Гермионе вдруг захотелось забыть, что она на волосок от смерти в чужом, враждебном мире, в тёмном шкафу, сделанном на совесть так, что снаружи слышно лишь отдаленные шаги и едва различимый гул голосов. На неё накатило странное, первобытное желание забыться, помноженное на ощущение ежеминутного риска расстаться с жизнью. — Полагаю, что это именно так, Малфой. Она немного сдвинулась, чувствуя, как выдержка изменяет парню. Малфой, все ещё удерживая её за запястья, чуть сместил руку, проводя пальцами по шее, слегка заходя за отвороты мантии и сминая край футболки. Гермиона едва подавила тихий стон, подумав, какие…аристократичные у него пальцы. — Не советую играть со мной, Грейнджер. — А то что? Расскажешь отцу? — То, что рано или поздно мы отсюда выйдем, и, видит Мерлин, я отыграюсь. — За покушение на твою невинность? Пальцы сомкнулись на запястье до синяков. Грейнджер подалась назад, медленно двигая бёдрами, когда Малфой выругался, разворачивая её лицом к себе за подбородок. В едва заметном полумраке шкафа его глаза с огромными, как две смородины, зрачками смотрели с безумным азартом. Гермиона, как завороженная, подумала, что он чертовски сексуален, когда закусывает губу. Разум что-то говорил о глупости, ценностях и принципах, обидах и мести. Но разве не лучшая месть — та, когда бывший обидчик смотрит на неё со смесью вожделения и неверия, оттого, что собственное тело играет против него? Победно ухмыльнувшись, Гермиона облизнула пересохшие губы, усаживаясь поудобнее. Драко нервно выдохнул, и, помянув напоследок Грейнджер и всю её семью до десятого колена недобрым словом, обхватил рукой затылок, прижимаясь губами к её, сливаясь в ожесточенном поцелуе. Гермиона провела пальчиками вниз по гладкой ткани его футболки, когда тот перехватил запястье. — Мать твою, Грейнджер, угомонись. Не здесь, черти бы тебя взяли… Гермиона злобно прикусила его губу, когда где-то рядом раздался грохот. Девушка отпрянула, сглатывая и сбрасывая наваждение. Драко приглядывался, силясь увидеть происходящее снаружи. Грохот повторился, и прозвенело нечто, напоминающее разбитую вдребезги посуду. — Неплохое у них там веселье, — прошептала Грейнджер, отодвигаясь, насколько это возможно, и мучительно борясь с накатывающей неловкостью. — Да тут тоже не скучно, я бы сказал, — тихо хмыкнул Малфой, оперевшись спиной и запрокидывая голову. Пальцы слегка дрожали. Ну и дела. Ну и заучка Грейнджер. В этот момент прогрохотало где-то совсем близко, дверь шкафа открылась, и дневной свет ослепил привыкшие к полумраку глаза.