Часть 26

— ГДЕ ОНА?!! Дверь с грохотом бьётся об стену, чуть не прибив открывшего её Умута. Алаз ураганом врывается в дом и безумными глазами осматривает гостиную. Неслихан и Али, запыхавшись, едва поспев за парнем, входят следом. — ГДЕ ОНА?!! - срывая голос, повторяет Алаз.  В гостиной семьи Кара не протолкнуться. Множество полицейских, каких-то людей за ноутбуками. Алаз бегло осматривает комнату в надежде увидеть самого важного для него человека. — ГДЕ ОНА?!!! - требует ответа Алаз,- ГДЕ АСИ?! - отчаянно спрашивает он уже конкретно у Мелек. — Мы не знаем, - вымученно отвечает она. Мелек выглядит ужасно. Всегда уложенные волосы взлохмачены. Лицо опухло от слёз, а остатки макияжа растеклись тёмными пятнами. Её тело колотит, пока она безуспешно пытается взять себя в руки, а голос сбивается от дрожи.  — Мы не знаем, - повторяет женщина, хватаясь за волосы. От этих слов сердце Алаза падает куда-то в ноги и, кажется, перестаёт биться. Непонятное волнение, что он испытывал весь день, обретает смысл. Алаз оттягивает ворот футболки, что душит его вместе с нарастающей паникой. Ему стоило понять, что что-то не так ещё утром, когда после бессонной ночи в офисе и разборок с сантехниками он пришёл поговорить с Аси. Двери ему открыла Мелек, что уже тогда выглядела не лучшим образом, но когда он поинтересовался, в порядке ли она, сказала, что просто перепила шампанского. А также сказала, что Аси ещё спит. Он не стал настаивать, решив, что Аси действительно ещё может спать после тяжёлого вечера. Поехал обратно в офис, чтобы лично проследить за устранением вчерашней неполадки. Весь день давил в себе беспокойство и старался как можно быстрее разделаться с делами и поехать домой, чтобы наконец-то поговорить с девушкой и, если будет надо, то ползать на коленях, чтобы Аси простила его.  Но всё выходит совсем не так, как он думал. — Когда это произошло?! — Вчера вечером, во время банкета после завершения аукциона,- отвечает ему знакомый голос. Тахир, естественно, тоже находится здесь. — Семнадцать часов…- Алаз смотрит на наручные часы, вспоминая, во сколько он ушёл с аукциона, — Прошло уже больше семнадцати часов!!! И вы до сих пор не нашли её?!! — Мы ищем… — Её ищут, Алаз,- вмешивается Неслихан,- вся полиция города, все люди твоего деда, весь Стамбул сейчас ищет Аси. — Весь Стамбул?- Алаз смотрит на мать,- Весь гребаный Стамбул, но не я?!! Вы вообще собирались мне об этом сообщить?!! А? Если бы я не подслушал ваш с братом разговор, то я бы узнал об этом?!! — срывается он, злясь, что ему не рассказали. Злясь, что вместо того, чтобы искать Аси, перевернуть весь чертов город, если понадобится, он всю ночь и день провёл в офисе, разбираясь с идиотским потопом. — Алаз,- Неслихан сожалеюще смотрит на сына,- это я попросила не говорить тебе, надеялась, что всё быстро наладится. Не хотела, чтобы ты переживал. — Не хотела, чтобы я переживал?!!- Алазу впервые в жизни хочется придушить собственную мать,- Переживание — это меньшее, что я испытываю в данный момент!!!- Он тычет пальцем себе в грудь.  — Алаз… — Молчи, просто молчи,- просит он, боясь сорваться. — Брат, ты… — Алаз, спокойнее…- одновременно с сыном начинает Гювен.  — Вы тоже молчите!!!- перебивает их Алаз,- Когда я уходил, она была с вами!!!- Он обводит брата и доктора пальцем, — Я просил только одного! Чтобы вы присмотрели за Аси, но вы и с этим не справились!!! — Мне жаль…- Гювен и сам осознает свою вину. Осознал ещё в тот момент, когда спустя десять минут племянница так и не вернулась из уборной. Они с Мелек первыми бросились искать её, но было уже слишком поздно. Алаз отворачивается от них и закрывает глаза рукой и старается дышать глубже, чтобы не сорваться на окружающих. Но в голове бешено, в такт к пульсации в висках стучит мысль, что это его вина. Что ему надо было просто увести Аси оттуда сразу после их танца. Да, она бы разбила ему голову, но была бы здесь. Целая и невредимая… О том, что это может быть не так, не хотелось даже думать, поэтому он решает сконцентрироваться на другом. — Рассказывайте!- требует он, убирая руку от лица и осматривая всех присутствующих.  — Аси сказала, что пойдёт освежится, но так и не вернулась,- произносит Гювен,- мы бросились искать, подняли охрану. Просмотрели камеры, но они были отключены. — Отключены?- Алаз смотрит на брата, ведь всё происходило именно в здании холдинга.  — Их отключили. Человеку, что отвечает за камеры, подлили что-то в кофе, и пока он спал, отключили камеры и удалили все записи.  — Мы смогли найти лишь видео с камеры соседнего здания, видно, что Аси несут в машину, но камера слишком далеко расположена, там только мутные силуэты,- продолжает Тахир. — Несут? — Она была без сознания… — О Аллах…- Алазу кажется, что это всё дурной сон, очередной кошмар, где Аси не откликается на его крики и исчезает во тьме. Но это не сон. Паника, что нарастала внутри с каждым услышанным словом, достигла пика. Аси была без сознания, будь это иначе, она бы не далась. Но что ей сделали, что она отключилась? И что собирались делать дальше? В голове сотня вопросов, но Алаз выдаёт лишь слабое:  — Зачем? — Выкуп,- тихо отвечает Мелек, она по-прежнему сидит, уперев локти в колени и запустив руки в волосы. — Сколько? — Десять миллионов. — Хорошо, я заплачу,- Алаз сразу вытаскивает из кармана телефон и собирается звонить в банк.  — Мы уже заплатили,- Мелек смотрит на него полными слез и отчаяния глазами.  — Иии? Что дальше? Вы разговаривали с этим человеком? Когда Аси отпустят?  — Мы не знаем. После того как деньги были отправлены, он не выходил на связь. Звонок был с украденого телефона, а банк, на счет которого ушли деньги, находится в Германии. — Деньги заплачены, а девушки так и нет,- тихий шёпот, как гром, разносится в напряженной тишине комнаты. Алаз переводит взгляд на женщину за ноутбуком, в очках и волосами, убранными в пучок. Она смущается, понимая, что её услышали.  — Молчи, Лара,- шипит Мелек, впиваясь взглядом в говорившую.  — Ты сама всё понимаешь, Мелек, не хуже меня знаешь статистику,- Лара поджимает губы. — Что понимаешь?- Алаз переводит взгляд с одной женщины на другую,- Что за статистика?!! — Что, если выкуп заплачен, а девушка так и не нашл… — Заткнись! — перебивает Мелек. — Если девушка так и не найдена, — продолжает женщина, — то велика вероятность, что её уже нет в живых… — Заткнись! — Мелек вскакивает с места и бросается на Лару. — Заткнись! — Она тянет руку, желая вырвать той язык, а потом затолкать обратно, но её останавливает Тахир, перехватывая поперёк туловища и оттаскивая в сторону.  — Лара, уйди! — приказывает Тахир, разворачивая Мелек к себе лицом. — Она в порядке, — Мелек хватается за куртку мужчины, чтобы устоять на ногах. — Аси в порядке. С ней всё хорошо, она в порядке, — повторяет Мелек, стараясь успокоить сама себя, но глаза застилают слёзы. — С ней ведь всё хорошо? Тахир очень хочет успокоить её. Ответить, что Аси вот-вот будет дома, но он не может. Ведь Лара права, и с каждой минутой их шансы падают. Тахир лишь крепче прижимает Мелек к себе, пока она рыдает, уткнувшись лицом ему в грудь. Алаз как в замедленной съемке наблюдает за происходящим. Как Гювен и Али помогают Тахиру усадить Мелек на диван. Как Неслихан бросается на кухню за водой. Как Умут закрывает лицо ладонями, но его спина судорожно вздрагивает от слёз. И на то, как все остальные смотрят на это с сожалением, будто уже потеряли всякую надежду. — Нет, — ноги Алаза подкашиваются, и он с трудом успевает опуститься на ближайший стул. — Нет, нет, нет, нет, — отказывается верить он.

***

Ей холодно. В голове гудит, мысли текут вяло. Во рту пересохло, а губы потрескались, Аси пытается смочить их языком, но это не сильно помогает. Руки связаны, и пальцы с трудом могут пошевелиться. Она сидит на холодном, грязном бетонном полу в достаточно большом, но темном помещении. Свет проникает лишь через узкие окна почти под самым потолком. Их два, и на обоих стоят решётки. Она долго приходила в себя. Любое движение отдавалось головной болью и ноющим от долгого нахождения в одной позе телом. Первым, что она увидела, открыв глаза, были те самые окна. Свет из которых постепенно становился всё ярче. Это был рассвет, а она всю ночь провела без сознания со связанными за спиной руками.  Аси ещё долго лежала, смотря на окна, пока в глазах не перестало плыть. Сдвинуться с места получилось тоже не сразу. Несколько попыток не увенчались успехом из-за сильной тошноты, что накатывала при малейшем движении. Когда она наконец смогла приподнять туловище, то поняла, что руки не просто связаны за спиной, а ещё и привязаны к цепи, что крепится к выходящей из стены трубе. Цепь длинной в несколько метров не давала перемещаться по помещению. Да и сил на это не было. Аси с трудом доползла до стены и опёрлась об неё плечом. Руки отказывались двигаться, перетянутые, по ощущению, какой-то веревкой, от которой уже шла цепь. Было тихо, только звук её дыхания и звон металла от цепи, что получался при любом шевелении. Аси пыталась расслышать хоть что-то из-за закрытой двери на противоположной стене или окон, но там было тихо. Ее привезли сюда и просто бросили. Аси поменяла положение, стараясь сделать так, чтобы платье не задралось ещё выше. Голые ноги были покрыты грязью и пылью с пола, а туфля была всего одна и валялась рядом. По ощущению, она сидела так несколько часов, прежде чем поняла, что у неё достаточно сил, чтобы встать на ноги. Всё это время Аси старалась оставаться спокойной и вспомнить всё, что учила делать мама в таких ситуациях. Жизнь на улице научила Аси многому, но и жизнь с прокурором тоже.  Не паниковать. Быть внимательной. Постараться узнать, где ты находишься. Постараться дать знать об этом другим. Не отказываться от еды и воды, если её предлагают. Беречь силы. Не провоцировать похитителя и выполнять все требования. Вот от воды Аси бы не отказалась. Да и провоцировать было некого. А она пыталась. Кричала. Материлась. Звала на помощь так громко, что сорвала голос. Аси старалась освободить руки, но они были связаны слишком крепко, а в комнате не было ни единого острого предмета. За окном постепенно начало темнеть. Она здесь уже слишком долго. Хотелось есть, пить, согреться. Ноги окоченели и начали синеть от холода. Хотелось домой. Замотаться в плед на диване и пить горячий чай. Хотелось слушать, как мама и брат спорят на кухне, а дядя пытается их успокоить. Хотелось к Алазу. В тёплые, родные руки, что обнимают, пока он шепчет очередную пошлость ей на ухо.  Она гнала от себя эти мысли, но сейчас, когда на улице стало окончательно темно, то они всё активней всплывали в голове. Она здесь уже много часов, а её семья там сходит с ума. Аси боялась даже представить, в каком состоянии сейчас Мелек. Эта женщина не заслужила такого, и поэтому Аси должна оставаться сильной, ведь мама не переживет потери ещё одного ребёнка, и Умут вновь останется один. А Алаз… А он включит свою удивительную способность к саморазрушению и вместе с собой обрушит и весь особняк. Она не может сдаться просто так. Из-за окон послышались какие-то звуки. Аси прислушалась и поднялась на ноги. Это было похоже на звук шагов по гравию, а после мелькнул свет, будто кто-то светил фонариком. — Ээй! Я здесь! Выпустите меня! Эээйй! — закричала Аси, стараясь, чтобы севший голос звучал громче. Вновь стало тихо, но ведь ей не показалось.  — Помогите! — ещё раз попыталась она, а голос сорвался на истеричные нотки. Страх, ужас, паника, слёзы — вырвались наружу с этим криком. И Аси впервые за своё нахождение здесь поняла, как ей страшно.  — Пожалуйста, — голос сел окончательно. Горло драло от криков и сухости.  Ещё несколько минут Аси стояла, прислушиваясь и ощущая, как слёзы катятся по лицу, а затем за дверью раздались шаги и звон ключей. Она отступила на шаг.  Тусклый свет из соседнего помещения проник в комнату и осветил со спины мужской силуэт, что стоял в дверях. Мужчина был не знаком. Не очень высокого роста, но достаточно широкий в плечах, одетый во всё чёрное и с надвинутой на лицо кепкой. — Отпустите меня, — Аси постаралась предать голосу уверенность. Мужчина хмыкнул. — Отпустите. Зачем вы держите меня здесь? — голос сипел. — Чего вы хотите?  Незнакомец не ответил, лишь оглядел комнату, скользнул взглядом по самой девушке, задерживаясь на её голых бедрах и коротком платье, а после сделал шаг назад и стал закрывать дверь.  — Нет! Нет! Нет! — Аси метнулась вперёд. Руки болезненно вывернулись, но цепь не позволила ей сделать больше четырёх шагов. — Нет! Откройте! — дверь закрылась, и опять стало темно. Были слышны мужские шаги, а потом скрежет стула по полу. Он не ушёл. — Черт, — выругалась Аси, возвращаясь к стене и опускаясь на пол. Ноги она поджала под себя, чтобы хоть немного согреться. — Думай, Аси, думай, — шептала она сама себе. За окном было темно, значит, уже прошли примерно сутки. И всё это время она провела взаперти одна. От неё ничего не требовали, не пытались навредить, но ей очень не понравился сальный взгляд этого мужчины. Нужно, чтобы ей развязали руки, тогда будет хоть маленький шанс попытаться сбежать.  — Эй! — крикнула она. — Эй! Мне нужно в туалет! — вновь раздался скрежет стула и шаги. Дверь открылась. — Здесь сходишь, — мужчина кивнул на угол, в котором она сидела, и стал закрывать дверь. — Нет! Ладно! Ладно! Стойте! — голос сорвался, и Аси закашлялась. — Можно мне воды, — прохрипела она. — Пожалуйста, просто немного воды.  Мужчина промолчал, но, не закрыв дверь, скрылся из виду. Теперь, когда его фигура не закрывала дверной проем, Аси увидела угол стола и бетонную лестницу в соседнем помещении. Минуту ничего не происходило, а потом он вернулся, держа в руке стакан с водой.  — Вы развяжете мне руки? — спросила Аси, когда незнакомец опустился на корточки рядом с ней.  — Нет, — он поднёс стакан к её губам. Аси жадно припала к стакану. Вода была ледяная, и, сделав всего пару глотков, она закашлялась, чуть не опрокинув стакан. Мужчина начал подниматься. — Нет, нет, пожалуйста, ещё глоток, — жалобно попросила она. Стакан вновь вернулся к её губам. И она сделала несколько маленьких глотков. Аси настолько хотела пить и была так сосредоточена на стакане, что не заметила, как свободная мужская рука опустилась ниже и скользнула по её бедру прямо у края платья. Выработанная годами реакция «бей и беги» сработала даже раньше, чем она осознала.  Одно резкое движение головой, и её лоб врезается в его лицо. Слышен хруст, мат, звон разбивающегося стакана. Мужчина падает на спину и хватается за нос. А самое главное, пропадают липкие, лапающие её пальцы. Но бежать всё равно некуда. — Ах ты, сука! — мужчина вскакивает на ноги, кепка с его головы слетела, лицо не видно из-за тусклого света и размазанной крови. Аси лишь замечает, что у него совсем короткая, почти под ноль стрижка, прежде чем он замахивается и наотмашь бьет её по лицу.  Её голова дёргается, и она заваливается на бок, скула и щека нещадно горят, а во рту появляется металлический вкус крови. Аси сжимается и втягивает голову в плечи, когда мужчина замахивается вновь, но удара не следует. Он лишь зло шипит, сплёвывает на пол кровь и уходит, перед этим забрав осколки стакана. Всё, кроме одного. Достаточно крупный кусок стекла остался лежать на полу, прикрытый ногой Аси во время её падения. Он болезненно впивался в кожу, но девушка не подала виду. Мужчина ушёл, напоследок со всей дури хлопнув дверью, от чего та отскочила обратно, так и не закрывшись до конца. Аси продолжала лежать на полу, пока он ходил и гремел чем-то по соседней комнате. Потом опять был скрежет стула, и Аси решила подняться.  Осколок лишь немного поцарапал тонкую кожу и остался лежать на полу, когда она сдвинула ногу. Мысленно Аси порадовалась, что он не застрял. Девушка извернулась и связанными за спиной руками подняла осколок, сжимая его слабыми пальцами. — О, Аллах, пожалуйста, — тихо-тихо взмолилась Аси, отодвигаясь как можно дальше от полоски света, проникающей в приоткрытую дверь. У неё есть всего один шанс. Не с первой попытки, но у Аси получилось расположить осколок так, чтобы он задевал верёвку. Пальцы сразу были изрезаны об стекло, и по ним каплями стекала тёплая кровь. Она двигала осколком, пытаясь разрезать им верёвку, при этом стараясь не думать о боли, что приносило каждое движение. Время шло. Аси замирала при каждом звуке, доносящемся из-за двери, но продолжала пытаться освободить руки. Верёвка не поддавалась. Девушка уже почти отчаялась, когда стягивающая её запястья верёвка немного ослабла. Аси чуть не расплакалась от облегчения.  — Ну же, ещё немного, — взмолилась она. Осколок уже несколько раз соскользнул с верёвки и порезал запястье. Аси прикусила язык, чтобы не вскрикнуть, но продолжила попытку. С каждым движением верёвка становилась всё слабее, а у рук появилось больше свободы для движения. Ещё через несколько минут у неё наконец получилось освободить одну руку.  Аси облегчённо прижала руки к груди, цепь звякнула. Пальцы, запястье и остатки верёвки были полностью залиты кровью. Длинные рукава платья больше напоминали изрезанную половую тряпку и также были в крови. Она осторожно выпутала руку из верёвки и положила её вместе с цепью на пол. Порезы были неглубокими, и девушка решила не тратить время на их перевязку, а просто вытерла руки об край платья. Из-за двери не было слышно ни звука. Тихо ступая босыми ногами по полу, Аси приблизилась к двери и выглянула в щель. Мужчина сидел, откинувшись на стуле, спиной к двери. С её ракурса абсолютно не было понятно, чем он занимается. Аси притаилась, а вскоре услышала тихий храп. «О, Аллах, спасибо», — подумала Аси и приоткрыла дверь. Мужчина так и не пошевелился, лишь всхрапнул ещё раз. Аси на цыпочках вышла из комнаты, где её удерживали. Других дверей здесь не было, только лестница, ведущая наверх, но чтобы добраться до неё, надо было пройти мимо этого человека. Стараясь даже не дышать, Аси направилась в сторону лестницы, обходя стол и спящего мужчину. Уже почти пройдя мимо, Аси замерла, увидев на краю стола мобильник.  Она одна. Неизвестно где. Телефон — это её шанс позвонить в полицию и дать знать родным, что она в порядке. Аси сделала шаг и протянула руку к телефону. Сердце едва не остановилось, когда мужчина дёрнулся, но не проснулся, а только почесал лоб.  Крепко сжав мобильник, Аси дошла до лестницы. Старенький телефон не был запаролен, и она сразу набрала «112», как можно бесшумнее ступая по лестнице.  Гудки шли, а Аси была уже на предпоследней ступеньке, когда за спиной раздался шум.  — Ахх, ты тварь! — мужская рука схватила её за лодыжку и резко дёрнула назад. Аси вскрикнула и упала, больно ударившись головой об ступеньки. Мужчина потянул девушку на себя, Аси проехала несколько ступенек вниз. Она отчаянно била ногами, стараясь вывернуться или попасть по схватившему её человеку. Один удар пришёлся обидчику прямо в уже сломанный нос, и он отпустил её. Аси вскочила на ноги, бросилась вверх, но её опять схватили. В тусклом свете единственной лампы мелькнул металл. Аси успела схватить руку, что удерживала нож, но силы были не равны. Она рвано выдохнула, когда нож проткнул её живот. Мужчина замер с широко раскрытыми глазами, сам шокированный произошедшим, и Аси оттолкнула его от себя. Не ожидавший такого, он кубарем полетел вниз по лестнице вместе с окровавленным ножом.  Аси прижала руку к животу. Телефон валялся на ступеньке, мигая разбитым экраном. Аси подхватила его и, еле переставляя ноги, поспешила уйти как можно дальше от этого места. Лестница вела в какое-то офисное помещение со множеством рабочих столов. Аси бросилась к следующей двери. На улице было ещё темно, но небо постепенно начинало окрашиваться в бледно-розовые тона. Это был какой-то порт. Контейнеры стояли друг на друге длинными рядами. Под ладонью пульсировала кровь, а голова начинала кружиться. Аси шла в неизвестном направлении, крепко сжимая в руке телефон. Когда перед глазами начало двоиться, а тошнота усилилась, Аси обессилено опустилась на землю.  Дрожащими пальцами она включила телефон и, с трудом попадая по кнопкам, набрала номер единственного человека, что был у неё в мыслях.

***

Время течёт мучительно медленно. Алаз сидит на диване, а всё вокруг двигается как в замедленной съёмке. Столько людей вокруг пытаются найти Аси. Полиция, вся охрана Сойсаланов, даже Джесур и уличные ребята ищут, но всё безрезультатно. Алаз старается сохранять спокойствие, держать себя в руках и не сорваться на окружающих. А ещё старается как можно меньше смотреть в сторону Мелек, что больше напоминает приведение. Её пытались увести наверх, дать успокоительное и отправить спать, но женщина разбила кружку с водой, запустила таблетками в Гювена и сказала, что не сдвинется и с места, пока её дочь не будет найдена. После этого  Алаз больше не смотрит в её сторону  потому, что её состояние полностью отражает его собственное. Ему кажется, что он умирает каждую минуту неизвестности. Умер уже сотни раз за эти часы бесцельного нахождения здесь.  Уже почти утро, когда в комнате звонит телефон. Мобильник Умута разбивает гнетущую тишину, и парень тянется скорее ответить на звонок.  — Да, брат? — голос у паренька такой же уставший и разбитый, как и его внешний вид. — Нет. Нет. Новостей нет, брат. А у вас?   — Включи на громкую, — просит Мелек.  — Не знаю, братишка, — из трубки раздаётся голос Джесура. — Как сквозь землю провалились. Чтоб их! Мы всё уже осмотрели, всех на ноги подняли. Думал, хоть у вас новости будут…  — К сожалению, брат.  — Ладно. Давай. Я дам знать, если что.  — Спасибо, брат Джесур. Умут уже собирается сбросить звонок, как в трубке разносятся крики.  — Чего? — кричит Джесур кому-то. — Стой, Умут, стой! — уже в трубку. — Ребята говорят, что нашли машину! Такую же, как на видео с камер!  Алаз и Мелек вскакивают с места.  — А Аси? — кричит он в трубку.  — Нет. К сожалению, её нет.  — Блять! — матерится Алаз, а Мелек опускается обратно на диван.  — Джесур, — вмешивается Тахир. — Отправь Умуту геолокацию, полиция уже выезжает! И не трогайте там ничего!  — Понял. Щас пришлю. Джесур скидывает звонок.   — Перекинь мне, — просит Тахир Умута. — Я поехал туда, как будут новости, позвоню! Мужчина направляется к двери.   — Я тоже еду! — Алаз идёт следом.  — Что? Нет, стой, — дорогу ему перекрывает Неслихан. — Ты никуда не поедешь, Алаз! Не в таком состоянии.   — Поеду  — Зачем? Там только машина, Алаз! Чего ты хочешь этим добиться?   — Я ХОЧУ АСИ! — срывается он, крича прямо в лицо матери. — Я ХОЧУ СВОЮ ЛЮБИМУЮ ЖЕНЩИНУ! ЖИВУЮ И ЗДОРОВУЮ! ПОНЯТНО? Неслихан отшатывается от него. — Я ХОЧУ СДЕЛАТЬ ХОТЬ ЧТО-ТО, А НЕ СИДЕТЬ И ЖДАТЬ ПРИГОВОРА! У МЕНЯ СЕРДЦЕ РАЗРЫВАЕТСЯ! Он бьет себя кулаком в грудь. — И ДАЖЕ ЕСЛИ МНЕ ПРИДЁТСЯ ПЕРЕШАГНУТЬ ЧЕРЕЗ ТЕБЯ, МАМА, Я ПОЙДУ ЕЁ ИСКАТЬ!  — Алаз… — Али пытается вмешаться, но замолкает под злым взглядом младшего брата.   Телефон в кармане Алаза звонит. — Да? — рявкает он в трубку, отвечая на звонок скорее на автомате, чем из желания с кем-то говорить.   — Алаз… — называет его по имени тихий, сиплый голос.  — Аси? — не верит он. — Аси! Все присутствующие сразу окружают его.   — Отследите звонок, — приказывает Мелек. — Живо! — а после тянет руки к телефону Алаза, но он не отдаёт, а лишь включает громкую связь.  — Аси! Аси, красавица моя, где ты? Ты в порядке? — взволновано спрашивает он.  — Это какой-то порт, — голос девушки настолько тихий, что его почти не слышно.  — Аси, доченька! —  — Мама?  — Да, дорогая, я здесь и скоро приеду за тобой.  — Аси, ты в порядке? — этот вопрос волнует Алаза больше всего.  — Холодно, — шепчет девушка. А после раздаются короткие гудки. Вызов прекращается.  — Нет! Нет, нет! Вы отследили? — Мелек оборачивается к молодым парням за ноутбуком.  — Только примерно, радиус слишком большой, — говорит один. Алаз подходит к ним. Участок, открытый на карте, действительно большой, но в том районе есть только один порт.  — Она сказала про порт, — Алаз бросается к выходу.  — Там только один порт, — понимает Мелек. — Быстро узнайте точный адрес  Алаз не обращает внимания на крики матери и брата, единственное, что сейчас важно-это найти Аси, даже если ему придётся перевернуть каждый порт в Стамбуле. Он добегает до машины и сразу выжимает педаль газа до конца, не обращая внимания на Али, что бьет по двери машины, не успев добежать.  — Десять минут, Аси. Я буду через десять минут.

***

Территория порта огромная и какая-то заброшенная. Ни один фонарь в округе не горит. Людей тоже нет. Лишь несколько собак ходят вокруг и облаивают его, когда он выскакивает из машины.  — АСИ!!! — кричит Алаз. Ответа не следует. Выстроенные в ряды контейнеры давят со всех сторон, напоминая какой-то лабиринт, по которому он бродит, но не может найти самое важное. Он снова и снова набирает номер, с которого был последний звонок. Гудки шли, но Аси не отвечала.  — Где же ты? — Алаз остановился, чтобы отдышаться и в очередной раз набрать нужный номер. Его громкое дыхание и стучащий в ушах пульс заглушали все звуки вокруг, но издалека, где-то за поворотом, послышалось слабое пиликание.  — Аси! — Алаз бросился на звук. Пробежав несколько десятков метров, он остановился. Старый телефон лежал в грязи, мигая его номером на разбитом экране.  — Аси!!!-отчаянно зовёт он. Ответа не следует. Он крутится на месте, стараясь увидеть хоть что-то. Какой-то след, но ничего. Вдруг слева слышится тихий стук. Слишком монотонный и размеренный, чтобы быть случайным. В узком пространстве всего в несколько метров между контейнерами едва ли можно что-то разглядеть. Алаз включает фонарик и сразу же кидается туда, увидев женский силуэт.  — Аси? ! — он пропахивает землю, падая рядом с девушкой на колени.  — Алаз… — Я здесь, красавица, всё хорошо. — Он подхватывает девушку на руки.  Аси слабо вскрикивает, от резкого движения боль в животе становится сильнее, пока Алаз несёт её куда-то. В глазах плывёт, но она не может произнести и слова, до скрипа сжимая зубы от боли. Когда они выходят на более освещённое только встающим солнцем пространство, Алаз в ужасе застывает, крепко прижимая девушку к себе. На её виске большая, переходящая на лоб ссадина. На щеке синяк. Ноги босы. А руки полностью изрезаны и покрыты кровью. Но самое страшное не это, а то, что кровь продолжает течь. Ее слишком много, чтобы она была из порезов на руках. Крови так много, что она растекается по платью и пачкает его руки и одежду. — Нет, нет, нет… Алаз опускает девушку на землю. — Всё хорошо. — он устраивает голову Аси и верхнюю часть тела у себя на коленях, стягивает рубашку, прижимая ткань к её животу. — Всё хорошо, — повторяет он, судорожно вспоминая всё, что когда-либо рассказывала мама об оказании первой помощи. — Алаз? — Аси только сейчас начинает понимать, что это всё не галлюцинация. — Я, любовь моя. — Он сильнее давит на рану, его руки обвиты вокруг ее тела. Алаз чуть наклоняется и целует девушку в целый висок. Ее кожа ледяная, а венка на шее бешено бьётся. — Ты пришёл… — Пришёл, всё хорошо, я рядом. — Шепчет он, убирая с её лица прилипшую прядь. — Сейчас приедет скорая. Всё будет хорошо. — Я так… так испугалась. Думала, никогда не выйду оттуда. Никогда не увижу тебя… — Я здесь! Смотри! — Он прижимается своим лбом к её. — Я рядом, только не закрывай глаза. — Просит он. — Пожалуйста! Я же ещё не попросил прощения. Слышишь? Я так виноват перед тобой, мне не следовало говорить те слова, не следовало оставлять тебя одну… — Тшшш, — Аси хочет прикоснуться к его щеке, но руки отказываются слушаться. — Я прощаю тебя, давно простила. Ведь люди прощают тех, кого любят… А я люблю тебя. — Аси меньше всего хотела признаваться так. — Я никогда не говорила этого, но я люблю тебя.  — И я тебя люблю, очень люблю, моя красавица. Ты никогда от меня не отделаешься! Слышишь, Бунтарка? Никогда! Всю жизнь будешь ругаться на меня, бить головой об стены, угрожать ножом, но больше ни на шаг от меня не отойдёшь! — Его голос звучит так уверенно, что Аси не может сдержать улыбки. Её ладонь накрывает его руку на животе и слегка сжимает, а после в глазах темнеет ещё сильнее, и сознание начинает уплывать. — Открой глаза!! Не смей закрывать глаза!! — кричит ей Алаз. Аси делает над собой усилие и снова смотрит на него. — Скорая уже едет! — Вдалеке действительно слышны сирены. — Ну же, любимая, держись, осталось совсем немного. Госпожа Мелек убьёт меня, если ты сейчас заснёшь.  — Мама? — Да, твоя мама. Я уверен, что ещё немного, и она будет здесь. Женщина весь город на уши поставила, чтобы найти тебя. Ты не можешь так оставить её! — Маму, — Аси сглатывает ком. — Мама скоро будет тут, — успокаивает он. Сирены становятся всё громче, и за рядами контейнеров уже видны блики мигалок. — Маму, — продолжает Аси. — Маму и брата тебе вверяю, — силы окончательно покидают её, веки тяжелеют, и она больше не может держать глаза открытыми. — Нет! — Алаз замирает от её слов. — Ты не можешь! — Он трогает девушку за щёку. Аси не реагирует. — Ну же! Аси! Очнись! — умоляет он, пока рука девушки, что лежала поверх его, безжизненно соскальзывает на землю.  Машины скорой помощи и полиции  появляются в зоне видимости. Глуша своими сиренами его крик: — АСИ!!!