Часть 11

- Иоанн, - позвал подростка Российская Империя, - С тобой Иван хочет поговорить. - Который из? - с надеждой уточнил Царство. - Не прикидывайся негораздком, - фыркнул мужчина. - Ти прекрасно ведаешь, кто желает с тобой речить. - Погодь... - пробормотал парень, усиленно делая вид, что занят. - Иоанн! Я, конешно, всье понимаю, но те надобно идти! Иван пока ещё ходить не может, я еле удержал его от порыва самому прийти к те... - Да понял, я понял... - буркнул Русское Царство и, как преступник, идущий на эшафот, отправился к Федерации. Нет, парень, конечно, несколько раз пытался сбежать, но из-за бдительного "палача", который был в несколько раз сильнее него, Русское Царство всё-таки дошёл до спальни. Когда оба зашли в комнату, Иван сидел на кровати, облокотившись о стену и стеклянным взглядом уставившись куда-то в угол. За неимением возможности, хоть чем-то себя занять, Брагинский о чём-то размышлял, гуляя в своих мыслях. Ноги были скрыты одеялом, также Россия надел свитер, чтобы не смущать Русское Царство своими ранами. - Иван, я привёл его. - А? - переспросил Федерация, выдернутый из своих рассуждений и мечтаний, но тотчас осознав, что происходит, ответил: - Хорошо, спасибо. - Ты знаешь, что ты просто отвратительный пациент? - тяжело вздохнув, устало спросил Империя. - Неужели так сложно лежать в постели и не вставать, пока заживают раны? - Зачем ты спрашиваешь, если в подобной ситуации повёл бы себя точно также? - ухмыльнулся Иван. - Я могу напомнить тебе массу случаев, например, сожжение Москвы в 1812 году, Отечественная война, Заграничные походы русской армии, Первая Мировая война... - Всё, хватит, - замахал на него руками Империя. - Прекращай, я уже понял, что спорить с тобой бесполезно. - Спорить с самим собой... Похоже на сумасшествие. - По факту, никто из нас нормальным не является. Ладно, если нужен буду, позови. - Спасибо. Дверь закрылась, и Иоанн нервно сглотнул, увлечённо рассматривая пол и всеми силами избегая взгляда Ивана. - Подойди поближе. Не поднимая головы, парень сделал два шага вперёд и замер. - Ещё ближе. - Мене и тут добре... - пробормотал Царство. - Возьми стул и сядь напротив мене. Иоанн тяжело и разочарованно вздохнул, взял стул и как можно медленнее подошёл к Ивану. Россия продолжал пристально смотреть на подростка, отметив для себя бегающий взгляд, заплаканные глаза, нервное дыхание, дрожащие руки и слабые поминутно подкашивающиеся ноги, и мысленно тяжело вздохнул. - Словеси вьсе, что те мучает, - мягко сказал Иван, пытаясь, хоть немного, поддержать и успокоить Иоанна. - Не торопись, подумай, успокойся. Я те не тороплю с ответом и уж точно бранить не буду. Иоанн нервно вздохнул, потирая руки, потом встал, несколько раз походил по комнате, то проводя руками по лицу, то вцепляясь ногтями в руку и кусая губы. Сел на стул и, закрыв лицо руками, еле слышно прошептал: - Я не желал этого... Остави... Остави, прошу те... Я... Я честно не ведал, что такое может произойти... Я не ведал, что там были русалки... Я сглупил... Но я не желал, чтобы вьсе так закончилось... Я... Русское Царство замолчал, нервно сжимая и разжимая кулаки. В сердце заворочался противный змей, который мучил его последние дни. Но плакать он уже не мог, за эти дни слёзы просто закончились. Всё, что он мог, это выть, как раненый зверь, скулить, как побитая собака, бить кулаками стены, вцепившись пальцами в волосы, царапать ногтями кожу. Но это всё равно бы не помогло. - Мене больно... плохо... Я не желал ентого... Вьсе енто было случайно, но мене всё равно плохо... - прошептал парень. - И я ничего не могу сделать... Ах, я не ведаю, что ещё можно словесить... - Вьсе добре... - сказал Иван, указав на место рядом с собой и приобняв Иоанна за плечи, когда тот сел на кровать. - Ведаешь, но я тоже не совсем понимаю, что нужно речить в таком случае... Я никогда не речил о таких вещах и... Короче, я сам ни черта не понимаю. - Енто ясно... Но мене что дале деять? Совестно же... - Вот что я те словесить буду: нет никакого смысла в том, чтобы винить себя за прошедшее. Изменить ми ничего не можем. Будешь горевать над прошлым, токмо душу себе изувечишь да сердце в клочки разорвëшь. Единственное, что ми можем сделать, енто извлечь из прошедшего урок. - Енто я ведаю, Улус часто об этом баял, - перебил его Иоанн. - Ти дослушай лучше. Отчасти в том, что произошло, виноват и я: не предупредил вас, что в озере водятся русалки. Но и вам не следовало ходить в лес без спросу одним. Однако, ти должен ещë ведать, что поступил храбро, спас Русь от русалок. Мало ли что они могли сделать. Это те велма повезло. - И что мене с того? Ти из-за мене чуть не умер! - Ну умереть я не могу, потому как я - воплощение страны. И я уверен, ти енто ведаешь. Улус нам об ентой правде баял, да токмо слушать, понимать, а уж тем более следовать тому велма сложно. Точнее сначала сложно, потом легче становится. - А как енто сделать? - с надеждой спросил Русское Царство. - Токмо силой воли. Боле те ничего помочь не может. Само в ентой жизни ничего не приходит, да ти енто сам ведаешь. Не мене те учить тому, что, чтобы достичь цели, нужно много трудиться. - Тут также, что ли? - Можно и так словесить. Я могу токмо поведать те о том, что не злюсь за то, что к русалкам я за тобой пошёл. Я не баю, что вины твоей нет. Енто было бы глупой ложью. Но ти можешь вынести урок, чтобы боле того не повторилось. Слушать можно, что угодно. Другое дело научиться понимать и принимать действительность такой, какая она есть. И я уверен, ныне ти начинаешь понимать енто. - Тяжело мене смотреть на те... - пробормотал Иоанн. - И на Империю тож... Ведь из-за моей глупости страдаете. - Если быть точнее, не токмо из-за твоей. Насколько я ведаю, пойти в лес предложил Русь. - Он ещё совсем дитя! Я намного старше и не должен был поддаваться на уговоры! Тогда бы ничего не случилось! - Не ведаю, да и не стоит думать над тем, что бы было "если бы да кабы"... Толку от ентого занятия не будет. Токмо душу себе истерзаешь в конец. Может, Русь сам бы пошёл в лес? Кто ведает, может ми его бы и не нашли вовсе? - Ясно... Ти на мене, конешно, не злишься, но совести для успокоения ентого мало, - задумчиво пробормотал Иоанн и вдруг радостно воскликнул. - Я могу помогать ухаживать за тобой! Россия тихо усмехнулся и потрепал Царство по волосам. Спасения ему теперь от них не будет. Мало ему Российской Империи, ещё одна нянька для него добавится. Но разрушать надежды Иоанна ему не хотелось, поэтому Федерация решил, что раз уж он взрослый человек, то может и потерпеть эту парочку "лекарей". К счастью, Империя до поры, до времени старался не подпускать к Ивану СССР и Гилберта, потому как оба были часто не сдержаны и чересчур вспыльчивы. Нет, он, конечно, понимал, что они уже взрослые люди, но всё равно думал, что лучше подождать. Тем более эта парочка вполне могла воодушевить Федерацию на какие-нибудь подвиги, а этого допускать было нельзя. Ну, естественно, Русь ещё маленький, его вообще вручили на попечение Гилберту и к спальне Ивана не подпускали, дабы не травмировать ещё больше и без того искалеченную психику. - Слушай... - вдруг неуверенно пробормотал Иоанн. - А у мене... то есть у те... есть друзья? И стал ти дюжим? Ти же помнишь... сам мечтал об ентом... Вот этого вопроса Иван боялся больше всего. Как объяснить подростку, что главная его мечта несбыточна? Спасибо, что не Русь его об этом спросил. Сильным Брагинский, конечно, стал, но вот друзей от этого не прибавилось. Сила и дружба рука об руку не ходят. Силу не прощают никому. Но врать Русскому Царству он не хотел. Вдруг дверь отворилась и в комнату просунулась голова Гилберта. - Эй, Царство, те Союз кличет. Не ведаю, что ты там натворил, но он опять злой и бранится! Иди, сам с этим разбирайся! - Иду, - отозвался Иоанн. - Потом поведаешь. Добре? - Добре. Вдруг Русское Царство крепко обнял Ивана, но уже через несколько секунд вышел из комнаты. Россия только усмехнулся. Иоанн свою привязанность и любовь, как многие подростки, показывать не любил. Кроме того, он был очень гордым и со своей точки зрения никогда не сходил (а считал он, что уже слишком взрослый для подобных проявлений привязанности). Эх, раны, конечно, словно огнём обожгло, но говорить об этом Русскому Царству не хотелось. Всё-таки он помощи искал, а не напоминания о том, что он опять сделал что-то не так. Вовремя, однако, Гилберт зашёл. Может Иоанн забудет про этот вопрос, и Федерации не придётся рассказывать парню всю горькую правду. - Лишь бы забыл... - пробормотал Иван и снова погрузился в свои размышления о том, как выпросить у Империи книги.