Часть 6 Необузданная причуда

Так плохо Тое не было давно. Его бросало то в жар, то в холод. А если точнее засовывали в печь, а затем сразу окунали в ледяную прорубь. И это в канун праздника Хэллоуин! С тех пор, как синее пламя появилось вновь, он старался подавлять свои эмоции. В этом ему помогали книги. Почти все свободное время Тоя проводил в библиотеке, хотя завидев, как туда входит Гермиона, старался не встречаться с ней. С Гарри и Роном он так же свел контакты до минимума, ограничиваясь лишь большим залом и совместными занятиями, среди которых настоящим наказанием стали полеты на метле. И нет, дело было вовсе не в особенностях мальчишеской анатомии – еще с детства Тоя знал от Драко, что благодаря магии метла не впивается тебе в промежность, а создавала ощущение удобной подушки в месте посадки. Метлы так же обугливались от касания бывшего Тодороки. В теории Тоя конечно мог бы выпускать пламя через ступни и летать, как он это делал в прошлой жизни. Вот только одежда и обувь не были защищены от его огня, а перспектива щеголять босиком или того хуже голышом по замку, Тою не радовала. Поэтому он только и мог что наблюдать, как Невилл падает с метлы и ломает запястье, как его старший брат задирает Гарри. Впрочем, совесть немного отпустила его, когда он узнал, что гриффиндорец из–за этого попал в команду по квиддичу. А когда он видел лицо Драко после этой новости, младшему Малфою хотелось хохотать как безумному, хотя он немного завидовал и Гарри, что тот стал самым молодым игроком своей команды. В канун Хэллоуина Тоя был невероятно рад, когда его заклинание левитации сработало без волшебной палочки. Правда оно тут же рассыпалось тоненькими ледяными осколками, но это вовсе не огорчило Тою. Как и то, что его брат вряд ли это заметил. И то, что он поднял перо позже Гермионы, которая напротив него поучала Рона правильно произносить заклинание. Из–за всего этого настроение Тои стало под стать празднику. За праздничным пиром он даже хотел извинится перед Гермионой за свое поведение, но не обнаружил её за столом Гриффиндора. – А где Гермиона? – спросил он Гарри и Рона. – Ну… как бы… – замялся Рон. – Она заперлась в туалете, плачет и не хочет ни с кем говорить – ответил Гарри и в ответ на хмурый взгляд Тои, объяснил, – Рон сегодня перегнул палку. Сказал, что из–за занудства с ней никто не хочет дружить и она это услышала. Будь это в любой другой ситуации, Тоя был дал Рону кулаком в нос, не исключено, что горящим. Однако, он сам поступил с девочкой не лучше. – Что ж… Похоже слизеринцы и гриффиндорцы не такие уж и разные, когда становятся идиотами – философски заметил он. Рон смущенно стал накладывал себе в тарелку запеченные в мундире картофелины, когда в зал вбежал профессор Квиррелл. Его тюрбан сбился набок, а на лице читался страх. Все собравшиеся замерли, глядя, как Квиррелл подбежал к креслу профессора Дамблдора и, тяжело опираясь на стол, простонал: — Тролль! Тролль… в подземелье… спешил вам сообщить… И Квиррелл, потеряв сознание, рухнул на пол. В зале поднялась суматоха. Понадобилось несколько громко взорвавшихся фиолетовых фейерверков, вылетевших из волшебной палочки профессора Дамблдора, чтобы снова воцарилась тишина. — Тишина! — прогрохотал Дамблдор. Признаться, Тоя даже не ожидал от директора такого властного окрика. Все затихли, а Дамболдор распорядился: — Старосты! Немедленно уводите свои факультеты в спальни! Преподаватели идут за мной в подземелье. Сперва Тоя послушно последовал за своей старостой Джеммой Фарли, но на полпути ушел в конец толпы, а затем свернул к выходу из подземелья. Их вели другой дорогой, поэтому они не наткнулись на тролля, но Тою волновало не это. Гермиона ничего не знала о тролле. Бывший Тодороки не хотел, чтобы его последними словами для девочки стали «нам не следует быть рядом друг с другом». Разумом он пытался прокрутить в голове тактику, если наткнется на тролля, но мыслям мешало волнение за Гермиону. – Проклятие, Тоя! Какого Старателя ты творишь! – выругался он. Никто не обратил на него внимания, все были заняты эвакуацией. Тоя быстро пробежал по опустевшим проходам и устремились к женским туалетам. До цели было подать рукой. Он уже сворачивали за угол, когда спереди послышались рев и крики. Подбежав ближе, Тоя сморщил нос. В воздухе пахло смесью грязных носков и общественного туалета, в котором много лет никто не убирался. Мельком он представил, как тролль умирает со смеху, когда Тою стошнит перед ним, а затем умирает и сам Тоя, раздавленный громадной тушей. Преодолев себя, Малфой–младший вбежал в туалет и увидел ЭТО. Это было нечто ужасное примерно четырех метров ростом, с тусклой гранитно-серой кожей, бугристым телом, напоминающим валун, и крошечной лысой головой, больше похожей на кокосовый орех. У тролля были короткие ноги толщиной с дерево и плоские мозолистые ступни. Руки у него были намного длиннее ног, и потому гигантская дубина, которую тролль держал в руке, волочилась за ним по полу, а исходивший от него запах мог сразить получше любой дубины. В следующую секунду, Тоя осознал, что сзади на шее чудовища сидит Гарри, в носу у тролля торчит его волшебная палочка. Завывая от боли, тролль завертелся и замахал дубиной, а Гарри висел на нем, что есть силы цепляясь за шею. В любую секунду тролль мог сбросить его на пол или расплющить ударом дубины. Гермиона, от ужаса почти теряющая сознание, осела на пол. А Рон выхватил свою волшебную палочку, совершенно не представляя, что собирается делать, и выкрикнул первое, что пришло в голову: — Вингардиум Левиоса! Внезапно дубина вырвалась из руки тролля, поднялась в воздух и зависла на мгновение, потом медленно перевернулась и с ужасным треском обрушилась на голову своего владельца. Гарри чудом успел соскочить вниз, вытащив волшебную палочку из носа тролля до того, как дубина достигла цели. Боль от удара по голове привела тролля в еще большую ярость. Он схватил с пола свое оружие и взмахнул ею, собираясь оставить от детей лишь мокрое место. – Все назад! – взревел Тоя и вскинул руку. До боли обжигающее, но такое знакомое синее пламя вырвалось из его руки. Вьющиеся языки окутали чудовище, огибая его тело и растекаясь по стене туалета за ним. Яростный рев перешел в визг боли, дубина мгновенно обуглилась и рассыпалась пеплом. Тою охватило пьянящее чувство силы и могущества. Наконец он был в своей стихии. Он делал то, что умел лучше всего – уничтожать. Вдруг раздался визг Гермионы. – Что же я творю! – ужаснулся Тоя. Он взмахнул обеими руками и горящего тролля сковал ледник, с хрустом выросший от пола до потолка. Холодный пар оседал на землю в затянувшейся тишине. Тоя тяжело дышал, смотря на то, что он натворил. – Разорви меня гаргулья! – выругался Рон. – Что это сейчас было, Тоя?! Тоя же, словно во сне, медленно перевел взгляд на каждого из них. – Вы… не ранены? – язык с трудом ворочался во рту. – Н… нет… к-кажется – заикаясь пробормотала Гермиона ощупывая себя. – Только мы все, кажется, примерзли к полу – растерянно сказал Гарри. – Ох… – Тоя нервно провел рукой по волосам, – я кажется, перестарался. – Ещё как! – ежась сказал Рон. – У меня зуб на зуб не попадает. – Сейчас… Он все еще находясь в шоке от мощного использования причуды, стал аккуратно размораживать примерзшие обувь и мантии гриффиндорцев. Едва он успел сделать это, как внезапное хлопанье дверей и громкие шаги заставили всех четверых поднять головы. Они даже не отдавали себе отчета в том, какой шум они тут подняли. Кто-то внизу, должно быть, услышал тяжелые удары и рев тролля, и мгновение спустя в комнату ворвалась профессор МакГонагалл, за ней профессор Снегг, а за ними профессор Квиррелл. Квиррелл взглянул на замороженного и обгоревшего тролля, тихо заскулил и тут же плюхнулся на пол, схватившись за сердце. Снегг подошел к мини-леднику с троллем, а профессор МакГонагалл сверлила взглядом Гарри и Рона. Гарри никогда не видел ее настолько разозленной. У нее даже губы побелели. — О чем, позвольте вас спросить, вы думали? — В голосе профессора МакГонагалл была холодная ярость. Гарри покосился на Рона, который не двигался с места и все еще держал в поднятой руке волшебную палочку. — Вам просто повезло, что вы остались живы. Почему вы не в спальне? – Вас этот вопрос тоже касается – Снегг скользнул по лицу Тои, однако то сейчас мало что мог объяснить. Отдача от использования сразу двух причуд подряд давала о себе знать. И вдруг из тени донесся слабый голос. — Профессор МакГонагалл, они оказались здесь, потому что искали меня. — Мисс Грэйнджер! Гермионе каким-то чудом удалось встать на ноги. — Я пошла искать тролля, потому что… Потому что я подумала, что сама смогу с ним справиться… Потому что я прочитала о троллях все, что есть в библиотеке, и всё о них знаю… Рон от неожиданности уронил палочку. Тоя его понимал. Кто бы мог поверить, что Гермиона Грэйнджер — подумать только, Гермиона Грэйнджер — врет в лицо преподавателю?! Даже если бы Тоя не знал, кто такая Гермиона, ему бы все равно не пришло в голову, что она может врать, — настолько правдиво звучал ее голос. — Если бы они меня не нашли, я была бы уже мертва, — продолжила Гермиона. — Гарри прыгнул ему на шею и засунул в ноздрю палочку, Рон заколдовал его дубину и уронил её на голову троллю. Затем прибежавший Тоя сперва поджег тролля, а после заморозил. У них просто не было времени, чтобы позвать кого-нибудь из профессоров. Когда они появились, тролль уже собирался меня прикончить. Тоя, Гарри и Рон пытались придать своим лицам такое выражение, словно эта история их совсем не удивила — словно все произошло именно так, как описывала Гермиона. — Ну что ж, в таком случае… — задумчиво произнесла профессор МакГонагалл, оглядев всех троих своих первокурсников и задержав взгляд на Тое. — Мисс Грэйнджер, глупая вы девочка, как вам могло прийти в голову, что вы сами сможете усмирить горного тролля?! Гермиона опустила голову. А Тоя был настолько поражен, что, кажется, снова утратил дар речи. Уж кто-кто, а Гермиона никогда бы не нарушила школьные правила, но сейчас она представила все так, словно сознательно пошла на серьезное нарушение. И все это для того, чтобы вытащить их с Роном из беды. Это было так же неожиданно, как если бы Старатель начал всех замораживать. — Мисс Грэйнджер, по вашей вине на счет Гриффиндора записываются пять штрафных очков! — сухо произнесла профессор МакГонагалл. — Я была о вас очень высокого мнения и весьма разочарована вашим проступком. Если с вами все в порядке, вам лучше вернуться в башню Гриффиндора. Все факультеты заканчивают прерванный банкет в своих гостиных. Гермиона вышла из комнаты. Профессор МакГонагалл повернулась к Гарри, Рону и Тое. — Что ж, даже выслушав историю, рассказанную мисс Грэйнджер, я все еще утверждаю, что вам просто повезло. Но тем не менее далеко не каждый первокурсник способен справиться со взрослым горным троллем. Каждый из вас получает по пять призовых очков. Я проинформирую профессора Дамблдора о случившемся. Вы можете идти. Проходя мимо Снегга, Тоя услышал: – Безрассудны поступок. Минус пять очков Слизерину. Но… За впечатляющее мастерство в бою добавляю десять. Однако я сниму их, если через десять минут вы не будете в своей спальне. Надеюсь вы меня поняли. – Благодарю, профессор Снегг! Он поспешно вышел из туалета и не произнес ни слова до тех пор, пока не спустился в подземелье и наконец вздохнул с облегчением. Даже не смотря, что они не успели обсудить случившееся, с этого момента Тоя стал другом Гарри, Рона и конечно же Гермионы. Есть события, пережив которые, нельзя не проникнуться друг к другу симпатией. И победа над четырехметровым горным троллем, несомненно, относится к таким событиям.