Глава 8.

— В сторону! - Владислав услышал крик своего наставника и тут же нырнул вниз. Прокатился по земле, чуть не напоролся на собственный меч. Там, где мгновением ранее была голова, врезалось нечто туманное. Но на земле все равно остался след от когтей. Сердце лупилось о ребра, пальцы, сжимающие рукоять меча, одеревенели, их было не разогнуть. Влад, поскальзываясь на мелких камушках и песке, вскочил на ноги. Это второй раз, когда наставник взял его одного с собой. И вторая встреча с нечистью. Владу четырнадцать, из худого, узкоплечего мальчишки он начал превращаться в подтянутого, способного и красивого юношу. Вереск недовольно цыкнул, глядя на покрытого слоем дорожной пыли Вороненка. В Велекамье пришла весть о болезнях в недалекой деревне, и о людях, то и дело теряющихся в знакомой местности. Бывалый Ворон сразу догадался, кто поселился в этих местах, и решил взять на охоту одного из своих учеников. Влад не только хорошо держал меч, но и много читал. Полезный спутник, пусть и болтливый до боли в голове. Владотмахнулся от существа мечом. Лезвие прошло через туманное тело, не ранило, но легкие руны, добавленные на него Вереском, обожгли. Нечисть взревела. Ворон усмехнулся, мальчик точно не промах, придет время, и Белобог одарит его своей силой. Пока Влад кружил вокруг тумана, отвлекая его на себя, Вереск принялся очищать это место от злого духа, от Скреста. Твари, что селится на перекрестках. Его не убить, можно лишь запечатать. Владислав, взмокший от непрерывного бой зашипел от боли. Рубаху разодрали когти, на коже появились продолговатые, не очень глубокие порезы. Рана не опасная, но через нее Скрест наслал на парня недуг. Его бросило в жар, затошнило, перед глазами поплыло. Влад продолжил защищаться мечом, не подпуская тварь ближе, и мысленно умолял наставника поторопиться. Вереск уже начертил солевой круг против движения солнца. А когда убедился, что круг нигде не прерывается, принялся громко читать изгоняющий заговор. «Скрест нечистый, злобный, здесь тебе и быть, В кругу сем остаться, от сих путей не уйти, Небо и земля на тебе печать, Пока звезды горят, тебе здесь и стоять.» Вереск выступил из круга, в который затянуло Скреста. Нечисть взревела, завыла, принялась бросаться на невидимую стену, очерченную солью. Вскоре он утратит зримый облик, потеряет силы,навечно останется на этом перекрестке, но больше никому не сможет навредить. Ворон еще несколько мгновений глядела на беснующегося Скреста, а после повернулся к Владу. Он лежал на земле и тяжело дышал. Зараза, насланная нечистью, ушла вместе с ним, но парень все равно чувствовал себя ужасно. Мышцы ныли, пальцы продолжали стискивать меч и не желали разгибаться. — Вставай, нам надо возвращаться, - Вереск навис над ним, его темные волосы, лишь немного тронутые сединой, обрамляли лицо. Зеленые глаза с прищуромоглядели ученика. — Прошу, еще немного, - простонал Влад. — Вставай! - рявкнул Вереск. Ждать еще одного повторения приказа Вороненок не стал, резво, как мог, поднялся. Меч таки выпал из руки, и ему пришлось наклониться за ним. Наставник оглядел ученика, проверил, что опасных ранений нет, и пошагал к ожидающим у леса лошадям и травнику. Немолодому мужчине, полностью седому, но не очень морщинистому. Он постоянно молчал, сперва Владу даже подумалось, что он нем. Но травник все же иногда говорил с Вереском. Чаще их разговоры были громкими, недовольными, сталкивались слишком разные взгляды. Они дошли до лошадей, Влад с облегчением огладил морду Призрака. Конь приветливо заржал и переступил с ноги на ногу. Травник больше из долга, чем из беспокойства, проверил царапины на груди. Пробурчал что-то о ненадобности траты настойки и залез на свою кобылу. Он даже не посмотрел в сторону Вереска, они вновь повздорили во время пути до этой деревни. — Ты неплохо справился, Влад, - прокашлявшись, сказал наставник. - Но в следующий раз даже царапины быть не должно. Понял меня? Выражение лица Вереска с напряженного стало расслабленным и даже довольным. Он потрепал парня по пшеничным волосам. Влад не знал похвалы после смерти матери, в Вороньем доме подобное тоже было редкостью.Но на совместных занятиях с Вереском, Ворон часто отмечал умения и знания Влада. В такие моменты парень понимал, что он и правда чего-то стоит. — Понял, наставник, - громко и уверенно сказал младший Гордеев. - Мы можем ехать? — Да, надо догнать старого ворчуна. Он может заплутать, - хмыкнул Вереск. Они отвязали лошадей и забрались в седла. На спине Призрака Влад почувствовал себя увереннее и способнее. Ездил он хорошо, за прошедшие годы успел полностью привыкнуть к своему коню, они стали неразделимой парой.Даже если место, куда тащили Воронят на обучение, было недалеко, и все туда направлялись пешком, Влад все равно седлал коня. Позволял Призраку поглядеть Замковье вместе с ним, попастись на лугу недалеко от озера, где Воронятам рассказывали о русалках и прочей водной нечисти. Если бы не возможность умереть и постоянное соперничество, Влада даже понравилось бы это обучение. Из столицы то и дело приезжали ученые, летописцы, обучали Воронят всему, что знали сами, а после спрашивали с них сполна. Кто не преуспевал в обучении отстранялся и от тренировок с оружием. Вот только на ежемесячных спаррингах участвовал на уровне с тем, кто тренировался без недельных перерывов. Жестоко, зато подобные условия вынуждали даже самых недалеких, обделенных Воронят сидеть над книгами до самой ночи. Помогали ли это им? Точного ответа не было, но дисциплины все равно прибавило. Влад выгнулся в спине и выдохнул, они нагнали травника, и притормозили лошадей до неторопливого шага. Парень то и дело принимался рассматривать темный плащВереска, вышитый серебряными нитями. Узоры были разными, но отчетливее всего был ворон, раскинувший свои крылья подобно тому, что был на груди наставника. Влад как-то печально выдохнул. Вереск уже не молод, год-два, Влад точно не знал, и он разменяет шестой десяток. Его движения не такие быстрые, он все реже ездит на тяжелые заданий. Чаще всего таскается с Воронятами. У Воронов лишь одна судьба, до конца жизни бороться и помогать народу, а после погибнуть от лап какой-нибудь твари, отдавая свое место новому охотнику. Это печалило Влада, он привык к наставнику, даже приходил к нему после окончания занятий. Просто садился рядом и читал книгу, если Вереск был в духе, они говорили, Влад рассказывал о тренировках, мужчина слушал и давал советы. Другие Воронята шептались, что Влад в любимчиках Воронов, раз так близок с Вереском.Будь это правдой, для Влада ничего не менялось, тренировки оставались невыносимо тяжелыми, ел он вместе со всеми, вместе со всеми лишался собратьев, с которыми делил кров и еду. За раздумьями Влад не заметил, как они вернулись к Вороньему дому. Он живо попрощался с наставником и травником, расседлал Призрака и бросился в общую комнату, чтобы отдохнуть. Еще было время, другие Воронята на занятиях, ужин через несколько часов, он мог поспать. *** Когда один из Воронов погибает, Белобог выбирает одного из Воронят в возрасте от шестнадцати до двадцати. Так гласят сказания и былины о первых охотниках. На деле мало кого Белобог избирал в столько юном, шестнадцати летнем возрасте. Зачастую Воронами становились мальчики, которым уже исполнилось восемнадцать. Они были крепкими, сформировавшимися, готовыми рваться в любой бой. Известно лишь об одном Вороне по имени Святослав, которого избрали в шестнадцать лет. И жил он давно, во времена, когда шла борьба Воронов и Черномагов. Сегодня Владу восемнадцать. Палящее солнце напекало щеки, пока он в одиночестве сидел около храма Белобого и глядел на чашу. Пламя там разгоралось лишь когда один из охотников погибал. Влад вообще не видел его, и былэтому даже рад. Мысль о том, что кто-то из бравых Воронов погибнет его не радовала. Лучше остаться способным Вороненком, нежели радоваться чьей-то смерти и ждать, что Белобог изберет именно тебя. Влад нахмурился и почесал левую грудь там, где может появиться печать. Когда ему и другим мальчикам его возраста исполнилось по шестнадцать лет,дружелюбие в их взаимоотношениях сошло на нет. К семнадцати годам численность Воронят с пятнадцати человек снизилась до десяти. Двое погибли на охоте, трое по стечении странных обстоятельств. Кто-то потерял сознание в бане и разбил голову об острый край скамьи, двое других утонули в водоеме, вот только нечисть так не водилась, а плавали они хорошо. Сейчас их осталось восемь. Вереск лишь качал головой и не отвечал на вопросыВлада, хотя ему и так все было ясно. Воронята избавляются друг от друга, хотя не ясно, будет ли у них возможность предстать перед пламенем. Теперь Влад редко держал спину открытой, спал с мечом в обнимку и ножом под подушкой, не оставлял миску с едой и кружку с питьем без присмотра. Подохнуть от людских рук он не хотел. Сбоку послышался шорох, Влад напрягся, рука потянулась к мечу. Из арочного проема вышел Вереск, Влад выдохнул, убрал руку с рукояти меча. Наставник хмыкнул, но улыбка на его лице так и не появилась. Он, чуть прихрамывая после недавней охоты, подошел ближе и сел на широкий камень рядом с Владом. — Раскол между Воронятами... За ним всегда тяжело наблюдать. Хотя вас и товарищами то было не назвать, - сухо сказал Вереск. - Никогда не понимал, почему это допускали, братоубийство, от таких отвернется даже Чернобог. — Вы не убивали своих? - спросил Влад, чтобы гнетущая его тишина не вернулась. Но любопытно ему тоже было. — Нет, но одного отделал так, что он месяц не ходил. Он сам напал на меня, пока я шел к горшку, и мне не жаль, - ответил Вереск, и Влад слабо улыбнулся, разглядывая травинки под ногами. С наставником рядом ему было спокойнее. Некоторые Воронята стали сбиваться в группы, ходят только вместе, вместе и нападают. Влад этого не видел, но был уверен, что не ошибается. Он не стал присоединяться ни к одной группе, ходил один, но его пока не трогали, избавлялись от тех, кто слабее. В присутствии уже избранного Ворона его трогать не станут. Да и поговорить было с кем. Когда Вереск уезжал, Влад говорил лишь во время учений или, когда его о чем-то спрашивали. От этого ему становилось не по себе. — Меня избрали в восемнадцать, - вновь заговорил Вереск. - Предупреждаю, боль будет невыносимая. Когда пламя оставит свой отпечаток. — Меня могут не избрать. Пусть лучше Вороны не погибают, - отозвался Владислав и убрал сильно отросшие волосы с лица. — Ты слишком добр, Влад, - Вереск по отечески потрепал его по голове. - Поэтому тебя точно изберут. Только Вороны обычно умирают часто. Сейчас затишье, странное затишье. Такое случается лишь перед сильной бурей, Влад, запомни это. А пока, - охотник засунул руку в карман широких штанов и выудил из кармана металлический символ Белобога,висящийна кожаном шнурке. - Держи. Владислав скользнул взглядом по протянутомуукрашению. Тут же улыбнулся, давно ему не делали подарков. Перенял шнурок, оглядел искусно выкованную руну. Красиво. — Мой наставник подарил мне его в восемнадцать лет. Настала моя очередь передать его ученику. Он сказал мне, чтоонприносит удачу, - Вереск зазвучал очень заботливо, и Влад не сдержал легкий смешок. Такое поведение было не в духе временами очень хмурого наставника. Ворон уже вскинул бровь, собираясь разразиться возмущениями, а может и вовсе отобратьсимвол, уже надетую на шею Влада, но не успел. Послышались голоса, Вереск узнал лишь один из них, Влад - сразу оба. Неприятное чувство захватило все тело. Второй голос преследовал его в ночных кошмарах. Продолговатые шрамы на предплечьях запылали огнем, Влад торопливо одернул закатанные рукава. Вереск проследил за его движением и нахмурился. Из-за поворота, который вел к выходу вышли Чеслав и Николай. Старший сын Гордеева держал осанку настолько безукоризненно ровно, что Влад не сдержался и поморщился. Чеслав привычно горбился, но от этого не становился менее огромным и пугающим. — ...мы ищем... - донесся до Влада голос Николая, но остальное он не расслышал. Чеслав грубо одернулего, и она оба повернулись к сидящим на камне. Стоило главе Воронов подойти, Вереск тут же поднялся на ноги. Влад последовал за ним. Парень оказался за спиной охотник, наставник открыто закрывал его собой. Вереск ничего не знал про семью Влада и отношения между ним и Николаем, но опыт подсказывал ему, что никакой радости семья ученика тому не приносила. Чеслав приветливо, практически по дружески хлопнул Вереска по плечу, его лицо, пересеченное тремя шрамами исказилось от подобия улыбки. Вороны перебросились парой фраз об охоте, численности нечисти, количестве погибших людей за год от ее лап. Чеслав спрашивал, Вереск покорно отвечал, хотя и был старше лет на двенадцать. Николай же стоял с довольной улыбкой и вскинутым подбородком и оглядывал своего младшего брата. Влад смотрел на него исподлобья, словно зверь, готовый бросится в любую секунду. Это забавляло Николая еще больше. Он бы с удовольствием прямо сейчас выбил из него всю дурь, как делал это раньше. И даже меч, висящий на поясе, не остановил бы его. Лишь Вереск и Чеслав мешались, первый не даст в обиду своего Вороненка, второй имел на него свои планы. — Интересная вещица, Владик, - усмехнулся Николай, замечая руну Белобога. - Думаешь, Белобог заметит и снизойдет до тебя? — Какая разница? - буркнул Влад. — Заканчивай, Николай, у нас еще есть дела, - прервал начинающуюся ссору Чеслав. Он кивнул Вереску, и они с Гордеевым удалились. Влад тут же осел обратно на камень, гневно выдыхая, зарылся руками в волосы, чуть дернул. Острая, но быстрая боль остудила разум. Вереск опустился рядом и ободряюще сжал плечо. Они просидели так с десяток минут, прежде чем Влад решился задатьвопрос. — Почему Чеслав стал главой, а не вы? - тихо спросил он, продолжал сидеть с опущенной головой. — Не уважаешь его? - поинтересовался с хорошо слышимой усмешкой Вереск. Влад тут же встрепенулся, с тревогой глядя на наставника. Чеслава здесь все боялись, о его силе и жестокости даже при его жизни складывались песни. А Вереск так просто о таком спрашивает. — Уважаю, - парень не солгал. Только уважение не означает, что Влад готов быть подобным ему. - Просто интересно. Вереск понятливо кивнул и хлопнул его по плечу. От силы хлопка Владислав покачнулся, на время теряя равновесие. — Нет во мне задатков главы, Влад. Я хороший охотник, неплохой наставник, но вести за собой Воронов и держать связь с Королем не мое. Я сразу отказался, а Чеслав выдвинул свою кандидатуру. Все проголосовали за него, - Вереск почесал седую щетину. - Я не жалею, мне хорошо живется, а склонять голову перед Чеславом мне не претит. *** Ведеслава осела в Лесовье с полгода назад. В тот день валил плотный снег, большие хлопья летели в лицои за шиворот. Девушка морщилась и вздрагивала от холода. За спиной висела сумка, руки, замерзающие даже в варешках, крепко держались за поводья Весны. Кобыла несла свою всадницу вперед, выскочила из леса, что рос на краю Лесовья и громко заржала. Веда успокаивающе похлопала ее по плечу. В недалекой от этого места деревне, названия которой она даже не постаралась запомнить, девушка узнала,что ее отец умер с пол года назад. Это был случайный разговор с юношей, который видел, как девушка бродит по лесу и срезает кору с нужных деревьев. Веда не была с ним дружелюбна, лишь бросила, что родом из Лесовья, надеясь, что он отстанет. Но вместо этого юноша принялся рассказывать все, что слышал об этом месте, и кто помер там в последнее время. Удивительно осведомленным он был, а может просто любил совать свой нос в чужие дела. Сначала Веда не придала значения его словам, на отца ей было плевать. Она даже не почувствовала ничего внутри, когда услышала о его смерти. Немного поразмыслив, юная травница решила попробовать вернуться в родную деревню. Бумаги с именем и местом рождения были при ней, она додумалась взять их с собой, авось повезет и ее признают и позволят занять отцовский дом. Так и вышло, слушать, как умер Ефим и что с ним стало после смерти Ведеслава не стала,да и народ не очень то и желал рассказывать. Многие помнили, как он издевался над маленькой девочкой и не удивились, почему она так холодна по отношению к его усопшему телу. Деревня разрослась, но ее дом по-прежнему был крайним, дальше только лес. Ведеслава долго вымывала из него отцовский дух, а когда закончила, сердце сжималось от боли. Дом, который и домом то ей никогда не был, но все равно она испытывала странное облегчение. Не нужно больше скитаться между деревьями, платить за кров, терпеть незнакомцев, пристающих к одинокой девушке. Она готова была осесть здесь и прожить остаток жизни. Ведеслава быстро освоилась, хотя и не завела друзей, но большинство жителей были приветливы и радушны с ней. За травы и настойки они помогли ей залатать крышу в бане, сколотить новый стол и отмыть печь. Ведеславе семнадцать, на дворе теплое лето с редкими, но такими нужными для земли дождями. Она с улыбкой сидел на скамье у крыльца и подставляла бледное лицо солнечным лучам. Весна паслась во дворе, не так давно ей построили загон с крышей. Жизнь стала налаживаться. Веда старалась не вспоминать страшный день, когда получила шрам и потеряла Радамиру, но он все равно приходил к ней во снах. Лицо Чеслава, искаженное злобой и ненавистью, его меч в ее крови. Веда поежилась, отмахнулась он ненужных мыслей. Она хотела мести, но понимала, что это глупо. Добраться до Велекамья она сможет, но вот попасть в Воронний Дом... Невозможно. Разве что выследить Чеслава, но эта мысль тоже казалось ей глупой. Сил у нее больше нет, прямое нападение приведет лишь к ее собственной смерти. Ведеслава немного привстала и взглянула в открытое окно. Котелок в печи бурлил, она поспешила вытащить его, пока настойка не расплескалась. Лесовье посетил столичный гость, прознав про довольно неплохую травницу, сделал у нее заказ. Даже пообещал, что расскажет о ней в Велекамье, если ему все понравится. Ведеславе удалось выдавить улыбку, пожилой мужчина выглядел добродушно, совсем не опасно, еще и заплатил хорошо. Она разлила настойку в скляночки, сложила их вмешок и понесла к постоялому двору. Она так и не узнала, остался ли мужичок доволен, но через время к ней стали все чаще приходить новые люди. Кто-то сам приезжал из соседних деревень и городов, кто-то был даже из столицы. Монеты сыпались небольшой рекой,но Веда не тратилась, откладывала на будущее, если вдруг придется убегать вновь. Но об этом она старалась не думать, все было хорошо. *** — Сестру помнишь мою? - громко заговорил один из Воронов. За тридцать ему было, коротко стриженный, череп ровный, исполосанный шрамами. Глаза голубые, будто прозрачные. — Ну, - отозвался второй, чуть помладше. Его длинная, русая коса спускалась до пояса, глаза яркие, зеленые. Первый Ворон качнулся на стуле несколько раз. Вокруг шумели голоса разговоров, все ожидали прибытия Чеслава. Он собирал Воронов, чтобы оповестить о воле Короля, раздать задания, возможно, разделить их на группы, если разбушевавшейся нечисти было много. — От пятен на лице мучилась всю жизнь. А тут годы еще, лицо морщинистым стало, как яблоко гнилое,- вновь заговорил Ворон. - Слезы лила Машка, успокоить никто не мог. А тут из деревеньки средство пришло. Мажет лицо, пятна пропадают, морщин меньше. Ходит довольная. Травница рукастая, просто песня. Молодая поговаривают, красива. Сам не видал, но от многих слыхал. Ты говорил, брата твоего живот мучает, отправь к ней, или сам съезди. Настойку может даст. Остальные Вороны прислушались к разговору. Кто из надобности, кто из простого желания погреть уши. Так увлеклись, что не заметили появления Чеслава. Грузная фигура довольно быстро и ловко проскользнула вдоль стены к стулу во главе стола. Но он не сел, заинтересовался беседой. — Про Ведеславу что ли? - сказал третий, возраста Чеслава, может немного младше. — Да кто имя спрашивал? - буркнул первый, а лицо Чеслава вытянулось, услышанное имя резануло ножом по слуху. Может не она? Мало ли девчонок с подобным именем. — Она, она, - подхватил третий. Сам не знаком. Домой на днях заходил, соседка жене рассказывала. Муж ее через Лесовье ехал, простыл, горячку словил.Его все и похоронили уже, а Веда эта, малявка совсем, за несколько дней справилась. Вот так. В травницы бы ее нам. «В травницы...». Чеслав даже забыл, зачем он сюда пришел. Перед глазами стояла лицо девочки. А теперь она стала уже девушкой, взрослой и, что вероятно, очень опасной. Они искали ее пять лет, а теперь о ней говорят все Вороны, но только не он. Лесовье, надо проверить. А когда убедится, начать исполнять план. Черноглав готов, Владислав тоже, самое время ему стать Вороном. Ждать больше нельзя, несколько месяцев, и ему исполнится двадцать один. Чеслав ушел из заполненного зала, даже не объяснившись перед Воронами. Из ниоткуда появился белый ворон, громко каркнул, как бы говоря, что понял указ своего хозяина, и вылетел в окно. А глава охотников быстрым шагом направился к Гордееву старшему. План уже был, осталось только избавиться от одного из Воронов, и он прекрасно знал от кого именно. *** — На севере жмур объявился, - спокойно сказал Чеслава, когда Вереск зашел в его кабинет. Дух мертвеца, который так и не нашел покоя после смерти. Причины бывают разными, простились с умершим неверно, умер страшной смертью или злым был при жизни. Для Ворона справиться с ним простая задача. Заговоренные руны на мече отпугивают жмура, не позволяя приблизиться, а емутолько и остается, что очистить деревню и кладбище, а если не поможет, то ритуальный заговор прочесть. — Могу Владислава взять с собой? - поинтересовался Вереск. Дело плевое, неопасное, а Влад парень взрослый, пусть и охотился не так много. Полезно ему будет разную нечисть повидать не только на рисунках в книгах. — Нет, - Чеслав объяснений не дал, просто отказал и передал Вереску свиток со всеми подробностями. Сколько людей пострадало, кто погиб, в каком месте видели жмура. Вереск кивнул и отправился собирать вещи. Скакать придется пару дней, деревушка далекая, но не маленькая. Как-то раз он бывал в ней проездом, останавливался на ночлег после охоты. Давно это было. Мешок с одеждой и разными лечебными травами был всегда готов. Он быстро проверил содержимое, на всякий случай добавил несколько бинтов и мазей и перекинул ношу через плечо. Травника он решил не брать. Если ранят, что мало вероятно, справится сам, а коротать время с надоедливым стариком ему было не в радость. Насладится одиноким путешествием и голосами природы. В конюшне Вереск столкнулся с Владом. Парень часто торчал здесь, сидел на небольшой куче сена у стойла своего коня и изучал какую-нибудь книгу. Сейчас книга лежала в стороне, а Влад с любовью оглаживал морду Призрака. Приближение наставника не осталось незамеченным, парень обернулся и приветственно кивнул. Сразу же заметил мешок за плечом и дорожную одежду. — Уезжаете? - спросил он, уже зная ответ и так. — Чеслав только что передал новое задание. Я хотел тебя взять, не позволил, - Вереск немного печально повел плечами, но быстро одернул себя. - Придется тебе жнура в другой раз увидеть. Владислав выдавил благодарную улыбку, но отчего-то сердце охватила тревога. Он глядел, как наставник седлает свою лошадь. Движения давно отработанные, но всеравно Владу удалось заметить, что давались наставнику они уже не так легко. Вереск закончил, открыл стойло и вывел кобылу наружу, еще раз все проверил, прошел рукой по гладкой шее. А когда прикрепил мешок к седлу и повернулся, чтобы попрощаться, Влад ужепротягивал ему подаренный амулет, который носил не снимая. Охотник с прищуром оглядел своего ученика. Его честные, немного наивные глаза, все еще светлые, солнечные локоны, которые с возрастом и не подумали потемнеть. — Это подарок, подарки не возвращают,- сухо сказал Вереск. — Я знаю и не возвращаю. Вы сказали, что это оберег, а он мне пока не нужен. Пусть бережет вас, - Влад настырно схватил наставника за запястье и вложил в него руну на шнурке. — Потом верну, - хмыкнул Вереск и быстро накинул амулет нашею. - Не вздумай стать Вороном без меня. С этими словами охотник залез в седло и тут же толкнул кобылу пятками. Лошадь понесла его на задание, которых было много, но это стало последним. *** Черномаги способны контролировать нечисть, которая раньше былалюдьми. И жмуры исключением не были. Черноглав поднял с кладбища всех, кого смог. Вереска разорвали не части. У старого охотника шансов не было, совсем. Все, что от него осталось - амулет. Его Николай забрал себе, желая отдать Владиславу в подходящий момент. Но Вереск запретил ему приближаться к брату, не говоря уже о каком-то разговоре. Пламя в центре храма разгорелось с неистовой силой. Когда Влад услышал его треск, почувствовал его жар, тут же рванул в противоположную сторону. Бежал так быстро, как мог,расталкивал других Воронят, налетал на ученых и летописцев, бежал в крыло, в котором жили Вороны, хотел выяснить, кто погиб? Его словно облили ледяной водой, когда он услышал имя наставника. Ноги подкосились, он еле удержал равновесие и не распластался вногах Чеслава, которого повстречал в коридоре. Глава Воронов смотрел сухо, без эмоциональное, но если бы Влад был сейчас в состоянии помечать детали, точно заметил бы, как дрожали в полу улыбке его губы. Воронят вывели к храму и выстроили в линию. Властнымголосом Чеслав приказал им снять рубахи, оголить тела, на которых может появиться метка. Все Воронята послушались мгновенно, Влад действовал заторможено. Кожу обдало прохладным вечерним воздухом, он поежился, но постарался держать спину прямо. Чеслав принялся читать текст, что передавался от главы к главе. Именно он просил пламя присмотреться хорошо и выбрать нового Ворона. Сейчас текст был немного изменен. Черноглав постарался и здесь. Взял белоснежный огон под контроль всего на жалкий миг, но этого хватило, чтобы верный выбор был сделан. Влад завалился на колени и завопил. Его охватило пламя, покрыло каждую частичку кожи, забралось внутрь. О вцепился в грудь пальцами, так невыносимо больно жгло. Хотел содрать кожу, избавиться от страданий. Чеслав ему не позволил, заломил обе руки за спину, не обращая внимания на чужие мучения. Пламя вновь погасло. Влад чувствовал, как с его губ капает густая слюна. С трудом поднял голову, тут же замечая, как с ненавистью косятся на него другие Воронята. Опустил взгляд, замечая появившуюся на груди метку, она все еще болезненно ныла, кожа по краям была красной. — Поздравляю, Влад. Теперь ты один из нас, - с усмешкой сказал Чеслав. А дальше все произошло слишком быстро. Влада легко и просто вынудили выбрать именно Ведеславу. Слишком расхваливали ее другие Вороны. А дальше упыри, Лесовье и долгая дорога до Чернолесья. Только Чеслав не рассчитал, что новый Вороненок слишком чист, чтобы воевать за них, что он слишком влюбится в нелюдимую травницу, чтобы позволить ей умереть.