Часть 114

Родители оставались в городе еще два дня, и перед их отъездом, подбросив Лизу на работу, я направился в гостиницу, где мы планировали позавтракать. Оставив машину на парковке, я зашел в ресторан отеля, глазами пройдясь по залу. Мама сидела за столиком на террасе, из которой открывался красивый вид на Москву. Утро выдалось солнечным и теплым, что не могло не радовать, поскольку в свете последних событий, настроение было не очень уже который день. Единственное, что немного согревало душу, так это то, что моя мать после того вечера и разговора с Лизой, поменяла о ней мнение в лучшую сторону, увидев в ней то, что видел я. — Доброе утро, мамуль. А где папа? — подойдя к женщине, я наклонился и поцеловал её, слегка приобнимая. — Доброе, милый. Папа уехал на встречу, выпил только кофе и убежал, не дождавшись тебя. — улыбнулась мама, наблюдая за мной. — Я заказала тебе тоже. — она кивнула на стол, куда официант поставил круассаны, две тарелки с яичницей, беконом и тертым сыром, а так же тосты и апельсиновый сок. — Я не особо голоден, но спасибо. Составлю тебе компанию. — сняв темные очки и отложив их на стол, я отпил из своего стакана, взглянув на мать. Этот заинтересованный взгляд я знал, как своих пять пальцев. Папа не зря ушел, не дождавшись меня, он сделал это специально, я уверен. — Ты хочешь поговорить о чем то? — спросил я, начав свой завтрак, после нескольких дежурных фраз о делах. — С чего ты взял? Мы просто завтракаем… — Мам. Я слишком хорошо тебя знаю. — забросив кусочек яичницы в рот, я многозначительно посмотрел на женщину, и она вздохнула, отложив вилку. — Я переживаю за тебя, Егор. — начала она, и сделав еще глоток сока, я откинулся на спинку, внимательно слушая. — За что именно ты переживаешь? — мой вопрос был логичным, а вот мама посмотрела на меня как на идиота. — Ты считаешь, мало причин? У меня просто из головы не идет Альбина, сынок… — она покачала головой, отвернувшись в сторону города, всматриваясь вдаль. — Мне жаль, что вы с папой узнали всё таким образом. Я правда хотел поговорить с вами, и всё рассказать, но… вышло так как вышло, и уже ничего не изменить. — начал я, следя за её реакцией. — Поверить не могу, что скоро стану бабушкой. — чуть улыбнувшись, она посмотрела на меня. — Я не раз думала об этом, и знала, что рано или поздно это случится, ведь ты у меня уже взрослый мальчик. Ну или Полина наконец-то уймется со своей карьерой, и займется своей личной жизнью… Только вот представляла я себе это совершенно по другому, Егор. Что ты скажешь нам с папой об этом вместе со своей женой, что это будет запланированный и желанный ребенок, а ты будешь счастлив. — грусть застыла в её глазах, и мне стало не по себе. — Я знаю, мам. И поверь, если я когда-то и думал о семье, то всегда мечтал о такой, как у нас. И о таких отношениях, как у тебя с папой. Вы всегда были для меня примером. — облокотившись на стеклянный столик, я опустил голову, взглянув на остывший завтрак. — Но случилось так как случилось… Но знаешь… — вздохнув, я решил открыть маме свои чувства. — Я рад, не смотря ни на что. Не смотря на то, что ребенок от Альбины, что она ненормальная, неуравновешенная истеричка, мотает мне нервы слишком профессионально. Не смотря на то, что это больно ранит человека, которого я люблю. Не смотря на всю семейку Островских, что настроена против меня, я все равно рад, что стану отцом. — признавшись, сказав все это вслух, мне стало как-то легче. Да, мы обсуждали с Лизой это, и она поддержала меня, но все равно, я тщательно подбирал слова, чтоб не ранить брюнетку. — Правда? — мама удивилась, вопросительно подняв бровь. — Да. Ведь это мой ребенок, моя плоть и кровь. Мое продолжение. — улыбнувшись самому себе, я понял, что начал осознавать наконец, что все это действительно происходит со мной. — Это чудесно, милый… Но… Как к этому на самом деле относится Лиза? — прищурившись, она склонила голову на бок, рассматривая меня. Теперь уже удивился я. — Я видела в тот вечер, на сколько сильно ей приносит боль вся эта ситуация, и как она ломает себя… ради тебя. — начала мама, допивая свой кофе. — А ты наблюдательна. — вздыхая, отметил я, откидываясь на спинку плетеного кресла. — Да, именно ради тебя. Ведь она не такая покладистая и послушная девочка, как выглядит на первый взгляд. — черт, а мама действительно слишком наблюдательна. — Да, ты права. Она девушка с характером. — вздохнув, я провел рукой по волосам, вспомнив, как тяжело было с ней с самого начала, когда она выпускала коготки при любом удобном случае. — Вот именно. И я прекрасно понимаю, как ей тяжело принять эту новость, ребенка, твое сближение с Альбиной… — Стоп-стоп, мам. Нет никакого сближения, мы с Альбиной общаемся исключительно о том, что касается ребенка… — подняв руки вверх, я перебил мать, поспешив заверить её в своих словах. — Ну, это пока что. Потом, когда малыш родится, она будет дергать тебя по малейшему поводу, и Лизе придется не сладко. — женщина внимательно посмотрела на меня. — Она выдержит это? Ты можешь быть уверен в этой девочке? — вдруг спросила она, а я нахмурился. — Пойми меня правильно, Егор. Я переживаю за тебя, и хочу видеть своего сына счастливым. Между вами с Лизой что-то очень сильное, это видно невооруженным взглядом, и поверь, я счастлива, что ты любишь и любим. — Но? — уже слышал это слово, она просто должна его произнести. — Но я боюсь, сможет ли она преодолеть трудности, которые её ожидают. Она еще совсем ребенок, милая девочка, у которой, я уверенна, скудный опыт в отношениях с мужчинами. Выдержит она? Ты можешь быть уверен в этом? — она накрыла своей ладонь мою, которая лежала на столе, от чего тепло разлилось по всему телу. — Я тебе больше скажу, у неё совершенно нет опыта в отношениях с мужчинами, но я больше чем уверен, что она справится. Мало того, она еще и меня поддержит. — выпалил я, наклоняясь вперед. — Ты так любишь её, сынок? — вдруг спросила мама, говоря уже более мягким голосом. — Сильнее, чем я мог себе представить. — признался я, вздыхая. — Признаюсь, сначала это меня пугало. Я не знал, что делать с этим чувством, как вообще реагировать, но потом… замечая, что это взаимно… Знаешь, о чем я жалею? — сегодня утро признаний, видимо, потому что мне давно не было так легко открывать свои чувства маме, которую я считал самым родным и близким другом. — О чем же? — спросила она, внимательно смотря на меня. — О том, что ребенок не от неё. — видимо, мой ответ немного шокировал женщину, и она уставилась на меня, удивленно моргая. — Да, ты не ослышалась. Я жалею, что ребенка ждет не Лиза. Я был бы на седьмом небе от счастья. — заверил её я, отодвигая от себя пустую тарелку. — Егор, но ведь она совсем еще маленькая девочка… — Мам, в ней мудрости больше чем в сорокалетней женщине. — заступился я за девушку, давая понять, что действительно уверен в ней. — Ты бы… — замялась она. — Ты бы хотел связать с Лизой свою судьбу? — Об этом еще рано говорить, но я думал над этим, и с каждым разом все больше убеждаюсь, что да. — спокойно ответил я, заметив легкую улыбку на лице матери. — Я рада за тебя, Егор. Я правда радуюсь твоей уверенности, твоей влюбленности… Это так важно в нашем мире, такая ценность. — мама с теплотой посмотрела на меня. — Ты так изменился. Стал совершенно другим, сынок… Спокойным, рассудительным, внимательным… Эти чувства положительно на тебя влияют… Эта девушка влияет на тебя, и меня это очень радует. — она улыбнулась, взяв меня за руку, и я улыбнулся в ответ. Нам принесли десерт, и заказав еще кофе, я почувствовал, насколько мне сейчас спокойно и хорошо. Мне так не хватало разговоров с мамой, вот таких, душевных, когда я мог открыто рассказать ей о своих переживаниях и чувствах, зная, что она поддержит и поймет, ведь она моя мать, и хочет мне только добра. — А что ты имел в виду, когда сказал, что у Лизы совершенно нет опыта в отношениях с мужчинами? Она ни с кем не встречалась? — вдруг спросила мама, и я даже растерялся. — Нет. — съев кусочек чизкейка, я сделал глоток черного кофе, и откинулся на спинку кресла, расслабившись. — Ну, может у неё был молодой человек в деревне, ты ведь не можешь быть уверен… — мама всегда оставляла последнее слово за собой, и всегда хотела доказать, что её мысль правильная, а твоя может быть ошибочная. Её нет, а твоя да. — Могу. — опять однозначно ответил я, не желая вдаваться в подробности, но не тут то было. Это не та женщина, что отступит на полпути. — Не спорь, сынок. Я понимаю, что ты доверяешь Лизе, и её словам, но… — Мама, я уверен, потому что я единственный мужчина в её жизни. — выпалил я, откладывая вилку для десерта. — То есть…? — Первый и единственный. — уточнил я, заметив её удивление. — Правда? Это сейчас такая редкость… нравственность у современных девушек напрочь отсутствует… — заключила мама, снизав плечами. — Ооо, об этом мне можешь не рассказывать. — засмеялся я, подозвав к себе официанта, попросив счет. — А вы… — Мама, мы не будем обсуждать подробности, я и так сказал слишком много. — опередил я вопрос, даже не желая слушать, о чем он. — Это не много, Егор. Это очень важные вещи. И мне ты можешь их доверить. — более официальным тоном произнесла она, и я засмеялся. — Ну вот, доверил. Теперь ты знаешь больше, чем любая мать. — смеялся я, оплатив карточкой счет за завтрак, и взяв со столика свои очки, поднялся со своего кресла. — Мне нужно бежать, мам. Спасибо за разговор. — подойдя ближе, я обнял женщину, прикрыв глаза. — Мне было важно получить твою поддержку. — отстранившись, я поцеловал её в щеку, улыбаясь. — И мне сынок, очень важно. Ты заедешь попрощаться вечером? — спросила мама, обхватив мое лицо руками, удерживая меня в полусогнутом состоянии. — Да, постараюсь. Хорошего дня. — И тебе милый. — еще раз чмокнув маму, я вышел из ресторана, и сев в машину, выехал из парковки. Через полчаса я уже выходил из неё у своего офиса, и если до этого момента мое настроение летало где-то в облаках, то именно сейчас, оно упало ниже плинтуса. Вздохнув, я прошел мимо машины Островского, направляясь к парадному входу. Босс на месте, мать твою…