Свадебный подарок. Деви/Доран, NC-17

      Деви до боли в руках прижимала подушку ко рту — каждый мощный толчок, совершаемый ягодицами Дорана, выбивал из ее горла новый вскрик. Охваченная возбуждением, она приглушала себя, как могла, но он будто нарочно изматывал ее еще неистовее, чем обычно. А ведь Деви совершенно точно нельзя было быть громкой. Всегда, но сегодня — особенно. Если бы слуги имения Шарма их услышали, скандал мог бы выйти грандиозным. Накануне-то её свадьбы с самим генерал-губернатором Бенгалии… Хоть и фиктивной.       Однако Дорана это не волновало вовсе. Более того, он откровенно желал, чтобы их кто-нибудь сейчас застукал… А лучше всего сам Де Клер. Он бы с удовольствием ему продемонстрировал, кому на самом деле принадлежит Дивия Шарма.       Одной рукой он сжал ее бедро, вторую положил на взмокшую поясницу и бесцеремонно потребовал:       — Выгнись.       От его глубокого, развратного голоса и командного тона, пронзающего до дрожи в коленях, Деви окончательно потерялась в пространстве. Но все же послушалась. Затем громко застонала во влажную подушку — угол проникновения стал еще приятнее…       Господину Басу следовало бы сказать ей вести себя потише. Но палач, коим он в данный момент и был, никогда не делал того, что следует. Будь иначе, занимался бы он сейчас запретным сексом с маленькой госпожой Шарма, помолвленной с другим?..       Он издал негромкий, рычащий выдох, чувствуя, насколько ей приятно, насколько узко и влажно стало внутри. Совсем озверевший, ускорил ритм, проникая все с большим трудом, и, ничуть не запыхавшись, бросил:       — Ты моя… Всегда будешь. Повтори.       Деви почти не дышала, открытый рот замер в безмолвном стоне. Она ничего не соображала. Что он ей только что сказал? О чем просил?..       — Пов-то-ри, — процедил Доран сквозь сжатые зубы, вбиваясь глубже и жестче.       Звонкий, болезненный шлепок по ягодице всего на мгновение вернул Деви рассудок. С дрожью в ослабшем голосе она вымолвила:       — Твоя… Я твоя, Доран…       Раздался новый требовательный шлепок. По тому же месту. Деви вскрикнула, ощущая беспощадное жжение на нежной коже. Доран же нахмурился в удовольствии, подмечая проявившийся красный след — видимую ему одному метку женщины палача. Произнес властно:       — И всегда будешь.       Она отозвалась мгновенно:       — И всегда б-буду…       Толкнувшись еще несколько раз, Доран довел Деви до состояния полного исступления, до самого яркого и долгого за ее короткую жизнь оргазма.       Немного понежившись в ее объятиях и поцелуях, он нехотя отлип в поиске отброшенных неизвестно куда штанов. Через мгновение Деви кашлянула, привлекая внимание Дорана.       В её руках красовался искомый им предмет одежды. Он было потянулся, чтобы его забрать, но Деви чуть отпрянула назад, сидя на постели. Он ухмыльнулся, обманчиво отворачиваясь, и уже в следующую секунду запрыгнул на неё, придавив мощным телом. Мазнув своими губами по её, горячо прошептал, без особого труда забирая штаны:       — Как мило… И непредусмотрительно.       Затем быстро, развязно поцеловал и встал с постели, натягивая одежду. Деви наблюдала за ним все еще мутным от ласк взглядом. Доран продолжил, улыбаясь самодовольно:       — Я бы все равно ушел. Со штанами или без.       Деви нахмурилась: не такой реакции от него ждала.       Доран закатил глаза, подошел уже одетый и заговорил с ней нежно, как с неразумным ребенком, уточняя:       — Только оттого, чтобы ты утром с постели встать смогла, Деви. Можешь считать это моим свадебным подарком.