Волк в овечьей шкуре

Это был тихий и спокойный вечер в штабе разведкорпуса. Один из немногих, которые бывали у Майка, ведь обычно он проводил свое свободное время в шумной компании других солдат, собиравшихся на заднем дворе. Но сегодня почему-то хотелось тишины и уединения. Вся его работа была сделана еще днем и вечер можно было посвятить самому себе — попить чая с галетами и почитать книгу. По крайней мере сделать вид, что читаешь книгу. Если это бумажное недоразумение вообще можно было так назвать... Этот глупый роман ему принесла восторженная Ханджи, вернувшаяся как-то раз из города. Само название — "Голодная любовь" уже говорило о том, что данное чтиво может быть полезно лишь для розжига камина. И то, пользы особой не было бы — книжонка была тонюсенькой. Прочитав первые пять или шесть страниц, Захариус окончательно убедился в том, что продолжать чтение не станет даже под угрозой смерти — там повествовалось о том, что мужчина, лицом к лицу столкнувшись с титаном и при этом чудом уцелев, стал думать о том, что он тоже титан. Ну а потом по классике жанра влюбился в девушку и теперь пытался привлечь её внимание. — Ну и чушь... — отхлебнув чая сделал вывод блондин и захлопнул книгу. Читать дальше не было никакого желания. Стоило ему запихнуть в рот целую галету, как в дверь неожиданно постучали. Кого принесло в такой час? Быстро и без удовольствия дожевав несчастное лакомство, Захариус запил его большим глотком чая и только после этого ответил: — Войдите. Стоило двери отвориться достаточно, чтобы можно было увидеть незванного гостя, Майк едва не подавился чаем — на пороге его кабинета стояла Шарлотта Найт собственной персоной. Смущение девушки было видно за километр — она, неуклюже топчась на месте, закрыла за собой дверь и взглянула на Майка так, будто это он явился к ней вечером, а не наоборот. В комнате повисла неловкая тишина. По крайней мере, рыжеволосой явно было неловко. — Можно? — тихо поинтересовалась она. — Ну проходи, раз пришла. Чего в дверях мнешься? — вздохнув, заговорил первым Майк, кивая ей на небольшой диван в углу кабинета. Забавно было наблюдать за волнующейся девушкой, пока она шла к дивану — её трясущиеся руки было видно не вооружённым взглядом, а сама она побледнела так, что Захариусу даже стало её жаль. Если верить тому, что говорят другие солдаты — сегодня на тренировке Леви знатно погонял ее, а потом ещё и столовую мыть заставил. Очевидно, что не без напутствия Смита. Неуклюже усевшись на диване, новобранка уперла свой взгляд в мужчину, так и оставшегося сидеть за своим столом с кружкой чая в руках. Майк тоже времени зря не терял, внимательно разглядывая повзрослевшую версию Эрвиновой племянницы. И, надо сказать, изменения все же были — она заметно вытянулась и обрела более округлые формы, нежели раньше. Не́когда длинные, вьющиеся рыжие волосы обрезала по плечи и собрала в хвост. Но кое-что оставалось неизменным — большое количество веснушек, украшавших бледное лицо. Усмехнувшись своим мыслям, Майк произнес: — Ты выросла. Девушка зачем-то кивнула, но так ничего и не произнесла. Но её цепкий взгляд тоже бессовестно изучал его. От такого пристального взгляда у Захариуса даже мурашки по коже побежали. — Нет. Так дело не пойдёт. Если ты пришла молча посидеть в кабинете, то можешь идти обратно и не тратить моё время. От такого заявления девушка опешила, на её лице в этот момент забавно смешались замешательство и испуг. — Я поговорить с тобой пришла. — немного обиженно выдала та, — просто не знаю, с чего стоит начать. — Тогда начни с того, что ты вообще тут делаешь. — подсказал ей майор. Упрекать её ещё и из-за нарушения субординации Майк уже не стал — уж больно сильно дрожали руки у этого ребёнка. Хватит с неё на сегодня придирок и упрёков. — Мне очень нужно кое-что рассказать кому-то более взрослому, но идти к Эрвину я не... — не успела вымолвить она, как блондин вновь её перебил: — Да не в кабинете что делаешь, а в разведкорпусе. Ты уже года три как без вести пропала, если вдруг не знаешь или забыла... Глубоко вдохнув, Найт медленно выдохнула. Майк буквально видел, как она пытается собрать в кучу свои хаотично мечущиеся по маленькой головке мысли. — Я прошла обучение в кадетском корпусе и в конце, как и все остальные, выбрала подразделение в котором хочу продолжить службу. Этим подразделением стал разведкорпус. Подобный ответ развеселил мужчину и тот беззлобно засмеялся — сейчас бледная от волнения Шарлотта своими словами напомнила ему Эрвина — тот тоже любил увиливать от ответов. — Допустим, ответ принят. Но как ты в этот самый кадетский корпус попала? И не смей говорить мне, что как и все остальные ребята. Знаешь ведь, что мы с Эрвином тебя искали тогда. И отчего-то не нашли. Прояснишь ситуацию? — задал вопрос мужчина и в моменте словил себя на том, что давит на и без того волнующуюся девушку. Она выбрала его в качестве человека, которому хочет довериться, а он ведёт себя как самый настоящий урод. По сути, у него к ней нет никаких претензий — она ему никто. Просто дочка сестры его лучшего друга, в один прекрасный момент бежавшая из дома. И, надо заметить, очень грамотно бежавшая — её, при всем желании, не смог найти абсолютно никто. Встав из-за стола, он в пару шагов пересёк комнату и сел на диван рядом с новобранкой. — Ладно, извини. Я как-то грубо повёл себя. Давай по порядку, хорошо? Мне просто интересно разобраться в сложившейся ситуации. — смягчившись, перефразировал все ранее сказанное Майк, — ты ведь сама сбежала из дома? Только отвечай мне честно. — Да, сама. Разве это не очевидно? — внезапно осмелев после смены тона майора ответила молодая Найт. — Нет, не очевидно. — замотал головой мужчина, — зачем ты это сделала? На какое-то время в кабинете вновь повисла тишина. Глаза юной разведчицы забегали из стороны в сторону. Было видно, что отвечать на этот вопрос она не хочет. От этого стало ещё интереснее. Собравшись с мыслями, рыжеволосая беглянка тихо начала рассказ: — Когда пала стена Мария наша семья лишилась многих земель. Дела стали идти плохо. Очень плохо. Я точно не знаю что конкретно было не так, но отцу пришлось искать делового партнёра, чтобы бизнес вновь стал приносить былые доходы. И, чтобы этот партнёр никуда не делся, пообещал ему меня. В жены. Майк завис — этого не знал ни он, ни Эрвин. Услышанное, конечно, шокировало, но теперь полностью объясняло мотив побега девушки. — Он тебе не понравился? — осторожно уточнил он. Хотя это было и так понятно. Шарлотта горько усмехнулась: — Он мне в отцы годился. Захариус тяжело вздохнул — расскажи Шарлотта об этом ему и Эрвину сразу, всего этого недопонимания не было бы. Не было бы этих трех лет побегов, лжи, и чужого имени. Кстати, об этом. — А с именем что? Как тебе это удалось и почему ни я, ни Эрвин не нашли тебя тогда? — Потому что меня там и не было. Когда вы приехали с осмотром, в казармах жила настоящая Кендалл, а я пряталась дома у её родителей. Стоило вам убедиться, что меня там нет, мы с ней сразу же поменялись. Мы очень похожи, так что никто не заметил подмены. С каждой минутой этого диалога Захариус все больше убеждался в том, что все Смиты (а Шарлотта, хоть и носила другую фамилию, но все же была дочкой своей матери) были теми ещё махинаторами. В какой-то момент Майк спохватился — чаю то он внезапной гостье не предложил, сразу начал свой допрос: — Будешь чай? К нему даже галеты есть. — Не откажусь. В глубине души мужчина надеялся, что она откажется. Было лень доставать вторую кружку и наливать в неё чай. — Я на самом деле пришла поговорить по другому поводу. — подала голос девушка, стоило только майору отойти к столу и заняться чаем. — Есть кое-что, что следует рассказать Эрвину. — И поэтому ты пришла рассказывать это кое-что мне? Я не Эрвин, если ты вдруг забыла. — беззлобно подтрунил её Майк. Он делал это не со зла, просто ему нравилось наблюдать за сменой эмоций на веснушчатом лице. Да и в целом было интересно разговаривать с повзрослевшей версией некогда знакомого ему ребёнка, теперь над ней можно было подшучивать, не боясь при этом детских обидок. — Просто прийти к тебе мне было комфортнее, чем к Эрвину. — неожиданно откровенно призналась ему Найт, а следующая ее фраза заставила Захариуса удивленно изогнуть бровь — да и вообще, я на него обиделась. — За что? — А то ты не слышал, как капитан Леви гонял меня сегодня на тренировке, а потом мучал мытьем пола в столовке. Я более чем уверена, что это Эрвин его надоумил. Майк громко расхохотался, трясясь при этом так сильно, что чай из кружки пролился на стол. Из-за решения провести вечер наедине с собой он не был в курсе ни одного интересного события, произошедшего за день в разведкорпусе, хотя обожал их всем сердцем. Но за обедом и до него дошли редкие шепотки других солдат о том, что капитан сегодня не в духе и что под горячую руку лучше не попадать. То, что Эрвин договорился с Леви и устроил племяннице какую-то подлянку на тренировке, блондина совсем не удивило — это было вполне в духе командора. А вот то, что Леви согласился на что-то подобное, было для него неожиданностью. Из мыслей его вырвал вскрик подорвавшейся Шарлотты, кинувшейся к столу и принявшейся судорожно поднимать с него бумаги, которые он из-за невнимательности залил чаем: — Осторожно! Майк тут же прекратил лить чай и как можно скорее попытался поднять над столом оставшиеся мокрые листы, капли с которых стекали обратно на стол. Но было уже поздно. Чернила на бумагах в мгновение ока размазались и некогда написанный отчет превратился в месиво. Майор тяжело вздохнул, уже смирившийся с тем, что завтра день будет загружен кучей лишней писанины. Шарлотта же в это время перебирала замоченные листы: — Вот этот не сильно намок, смотри — она протянула мужчине лист, — тут только один край слегка пострадал, даже текст не расплылся. — Зато на других расплылся. Эрвин в жизни у меня такой отчёт не примет... Стоило Майку произнести имя командора, как его голову тут же посетила гениальная мысль. Шарлотта пришла к нему за помощью. Ей определённо нужна его помощь с Эрвином. А теперь и самому Майку нужна помощь с Эрвином. И эту помощь юная беглянка может ему оказать. — Послушай, Шарлотта, а ты писать умеешь? — задал он наводящий вопрос. Новобранка моментально оскорбилась, будто умение писать было обычным явлением среди кадетов и тех слоев населения, из которых они вышли: — Конечно умею. Я ведь не какая-то там дуреха неотесанная. — ответила та, а затем тихо добавила — да и вообще, сейчас все умеют писать. — Хорошо. — хитро ухмыльнулся блондин. — Тебе ведь нужна моя помощь? Хочешь же, чтобы я о чем-то важном поговорил с Эрвином вместо тебя? Девушка подняла на него взгляд и, сведя брови, неуверенно ответила: — Я кажется понимаю, к чему ты клонишь. — бросая взгляды то на Майка, то на испорченные бумаги, произнесла она. — Я очень рад, что ты такая догадливая. Что скажешь на этот счёт? Договоримся? Новобранка фыркнула, а сам Захариус довольно ухмыльнулся — деваться внезапной гостье все равно некуда. Она согласится. — Договоримся. — пробежавшись глазами по испорченным бумагам согласилась она. На самом деле их было не так уж и много, просто переписывать все это самостоятельно очень уж не хотелось. Да и правды ради — любой на его месте воспользовался бы сложившейся ситуацией, у него и помимо этих бумаг хватает писанины. А с Шарлотты не убудет. Писать — не столовую драить. К тому же, она сама согласилась. — Ну вот и хорошо. Зайдёшь тогда ко мне завтра после завтрака. Быстро все напишем и вместе пойдём на тренировку. Девушка согласно кивнула. — Завтрашнюю тренировку ведёшь ты? — заметно приободрившись, с нескрываемой улыбкой на лице уточнила Найт. — Да, так что можешь выдохнуть. Придираться к тебе не буду. — после этих слов он спохватился и тут же добавил, — только помни про субординацию. При посторонних не "ты"-кай мне. — Хорошо. Они в полной тишине вытерли со стола разлившийся чай, разложили на большом подоконнике замоченные листы и неловко уставились друг на друга. Хотя, скорее, это молодая разведчица неловко завертелась на одном месте, пытаясь снова чем-нибудь занять руки. — Ты, кстати, зря к дядьке своему идти не хочешь. — решил первым прервать затянувшуюся тишину блондин, — Он конечно не в восторге от сложившейся ситуации, но родителям о тебе сообщать не собирается. По крайней мере мне он так вчера сказал. А если ещё честно расскажешь ему о причине всего этого спектакля с пропажей, так вообще будешь как у короля за пазухой. — А может лучше ты с ним поговоришь? Пожалуйста! — начала упрашивать его девушка, — есть кое-что, что ему необходимо узнать как можно скорее. Это очень важно! Отчего-то Майку совсем не хотелось лезть во внутрисемейные дела Смитов, но Шарлотта так старательно его упрашивала, что он просто не смог ей отказать. Тяжело вздохнув, мужчина ответил: — Ладно, уговорила. Что там такого важного ты хочешь ему передать? И вот тут началось самое интересное — юная Смит (и плевать он хотел на то, что она не Смит), без толики стеснения и опаски вывалила ему, что видела какие-то видения и что какие-то карты рассказали ей о том, что помимо Эрена есть ещё люди-титаны и что среди них есть женщина и что она что-то там замышляет и что сначала будут две какие-то большие смерти и потом её нужно будет остановить и что погибнет много народу и ещё кучу всякой немыслимой, на его взгляд, информации. Стоило ей закончить, как Захариус задал вопрос, волновавший его на протяжении всего этого рассказа: — Ты всем такие вещи рассказываешь? Или просто очень сильно уверена в том, что я не сдам тебя инквизиции? Она одарила его таким взглядом, что Майку в момент стало стыдно — ну конечно он знал об этом грязном секрете семьи Эрвина. Его мать даже пару раз снимала с блондина сглаз. Но неужели эта девушка была настолько глупа и доверчива, что без задней мысли смогла вывалить это все постороннему человеку? — Ну бабушку и мать ты же не сдал. — попыталась оправдаться она. — Никому и никогда не доверяй такую информацию. Одно лишнее слово и ты уже в лапах инквизиторов. Люди подлые и бесувственные, сдадут тебя и бровью не поведут. — Майк был поражен безответственностью и глупостью Шарлотты, — а самосуд? Как по мне, это даже страшнее. Забьют камнями до смерти, после ещё и отпразднуют это. А тело свиньям скормят. — Я поняла тебя, чего ты так завёлся...? К тому же я наверняка знала, что ты все знаешь и будешь молчать. — Ещё кто нибудь знает? — задал вполне себе логичный вопрос Майк. Пока еще не поздно можно все исправить. — Кроме меня и Эрвина. — Никто. По интонации было понятно, что девушка ему нагло врёт, о чем он тут же поспешил ей сообщить: — Врёшь. Она вздохнула, принимая факт того, что её ложь раскусили: — Дэвид знает. Но он надёжный. — поспешила заверить майора рыжеволосая. — Много он знает? — Он все знает. И давно. Майк тяжело вздохнул — что делать с этой доверчивой дурой он не знал. Её дружок вообще не походил на надёжного человека. — Давно он знает? — Да, с первого года кадетки. Так что о нем не волнуйся. Он ничего никому не расскажет. — заверила его Найт (или, как он в своей голове её называл — Смит), — а вот ты должен рассказать все Эрвину. Мы договорились. — Сначала выполни свою часть сделки, а потом я выполню свою. — парировал Майк. — Я все сделаю, только прошу, поговори с ним сегодня. Или завтра утром. Нужно как можно скорее все ему рассказать. Ты же понимаешь, что все серьёзно, нельзя умалчивать. — Ты главное успокойся, в твоих видениях, если я все верно понял, все начнётся с двух смертей. Пока разведкорпус не выйдет за стены никто не умрёт. Так что время ещё есть. — И все равно мне как-то тревожно. — поделилась переживаниями Шарлотта. — Все будет хорошо. Завтра Эрвин обо всем узнает. Даю слово. Она кивнула, давая понять, что услышала его. За окном уже заметно стемнело — закат уже прошёл, но горизонт все ещё слегка светился мягким оранжевым светом. Весь окружающий мир постепенно погружался в полумрак. Небо потеряло свои яркие цвета, и на черно-синем полотне стали виднеться первые звезды. На улице стало холодно и очень тихо. Бросив взгляд на пейзаж за окном, Шарлотта неловко поднялась с дивана и глядя в сторону выхода сказала: — Уже поздно, я пойду. — Да, пора, а то ещё искать будут, получишь наряд вне очереди за нарушение распорядка дня. Он встал следом за ней, чтобы проводить гостью и отправиться отдыхать. Прямо у самого выхода, не открывая дверь, Смит оставновилась: — Пока...? — Пока. Увидимся завтра после завтрака. Или нет. Лучше дождись меня в столовой и вместе уже прийдем сюда. Поняла? — Да, поняла. Так и сделаю. — Умница. Вот теперь пока. Едва дверь в кабинет открылась, как в коридоре они заметили выходящую из кабинета Леви Петру. Она тоже их сразу заметила. Странным взглядом посмотрела сначала на него, а затем и на прошмыгнувшую в коридор Шарлотту. Она поприветствовала его, отдав честь, он кивнул, давая ей понять, что увидел это и захлопнул дверь. Майк даже услышал, как девочки негромко поздоровались друг с другом, а затем вместе пошли к лестнице, ведущей к нижним этажам.

***

Утром Майора разбудил настойчивый стук в дверь: — Майор! Майор Захариус! Это очень срочно! Проснитесь! Что там может случиться настолько срочного, что его будят ни свет ни заря, солдат даже предположить не мог, но раз это делают без толики стеснения, значит дело и правда срочное. Нехотя поднявшись с кровати Майк, в чем был — одних пижамных штанах и носках, подошёл к двери и открыл её, пару раз провернув ключ в замочной скважине. На пороге комнаты стоял запыхавшийся Грегер: — Командор Эрвин срочно вызывает вас к зоне с подопытными титанами. — Сейчас подойду. Все то время, что блондин одевался и чуть ли не бегом шел к обозначенному ему месту, его преследовало гадкое чувство, что что-то произошло. Случилось что-то нехорошее, не может Эрвин вызывать так рано из-за того, что произошло что-то хорошее. Да ещё и место для встречи очень странное. Неужели один из титанов все таки съел активно напрашивающуюся на это Ханджи? Но все его догадки оказались не верны. Стоило только подойти к огороженной зоне с подопытными, как все стало ясно. — Ну, по крайней мере Ханджи наверняка цела. — подумалось Захариусу. Стоило только Майку успокоиться, как его тут же ошарашили внезапно всплывшие в памяти слова Шарлотты: — Две смерти... — сам не веря в то, что слова юной Смит сбылись, пробормотал Захариус.

Они ведь действительно сами сбылись?

— Что? — не расслышав слова товарища переспросил оказавшийся рядом Эрвин. — Нам срочно нужно поговорить. Наедине.